Глава N2 Она
Почему-то я не мог перестать думать о ней.
Пока одноклассники весело хлопали друг друга по спинам, договаривались о встречах и шутили на весь автобус, я сидел у окна и смотрел в никуда. Телефон в кармане вибрировал без остановки - Костя набирал уже в третий раз.
> "Приходи скорее, тут бухич у меня дома, будешь лохом если не придешь"
Я даже не доставал телефон - что ему объяснять, если я сам не понимал, что со мной творится?
Нина.
В её взгляде было что-то... большее. И этот случайный пересечённый взгляд - он точно был не случайным.
Я должен был понять: она правда какая-то избалованная папина дочка? Или я опять себе нафантазировал?
Нужно было придумать план.
Хмм... Стратегия - явно не мой конёк.
Но тут меня осенило: я вспомнил сцены из моего любимого сериала.
План прост:
- Остаюсь в автобусе до последней остановки.
- Следую за ней.
И я остался.
Автобус трясся по ухабам, люди выходили один за другим, звенели дверные гармошки, ветер залетал в открытые створки. Я сидел, уставившись в спинку переднего сиденья, с дикой долей адреналина.
Нина поднялась со своего места - её аккуратный рюкзак казался слишком тяжёлым для таких тонких плеч. Я дал ей секунд пять, потом спрыгнул на улицу следом, стараясь не шуметь подошвами.
День клонится к вечеру. Лёгкий туман закутал улицы, фонари начали робко светиться янтарным светом.
Она шла быстро, не оборачиваясь.
Я за ней - через дорогу, мимо чёрных скрипучих ворот, под балконами, где сохнут какие-то старые футболки.
И тут я увидел её дом.
И... разочарование.
Передо мной стоял огромный дом с блестящими серебристыми перилами, высоченными окнами, будто вынутыми из какого-то глянцевого журнала. Дом - мечта любой сказочной принцессы. Я усмехнулся себе под нос:
"Ну всё ясно. Богатая. Избалованная. Типичная история."
Я присел за кустами, не чувствуя ни холода, ни усталости. Просто смотрел.
Нина зашла в дом. Я увидел её через огромное окно: она аккуратно достала из рюкзака тетради, налила себе чаю из пузатого чайника, сделала бутерброды... Всё так механично, как будто каждое движение давно отточено.
Но потом... она исчезла на минут десять-пятнадцать.
И вдруг вернулась - совсем другая.
Стоя босыми ногами на паркете, в одном только полотенце, с мокрыми от душа волосами, она сидела на полу и кому-то писала в телефоне.
Капли воды скатывались с её подбородка на шею, а на лице появилась улыбка - самая настоящая, искренняя.
Тёплая, лёгкая, словно вспышка костра в холодную ночь.
Я боялся моргнуть, чтобы не пропустить этот миг.
"Нина... ты живая."
И в этой улыбке не было ни капли снобизма, ни тени высокомерия.
Ее улыбка будто уккутывала меня приятным одеялом создавая тепло и уют.
Я вздохнул и понял: надо уходить, пока не захлебнулся в этом ощущении.
Я рванул к Костяну.
Бежал через пустые улицы, где фонари мигали от старости, пока в лёгких не стало воздуха.
Влетел в подъезд, задыхаясь, облокотился о дверь:
- КОСТЯН! ТЫ НЕ ПОВЕРИШЬ ЧТО Я УВИДЕЛ! - заорал я, почти падая в прихожую.
Из квартиры донеслось еле внятное:
- ...Кто это... Мам...?
Костя был вусмерть пьян: сидел на полу в куче пустых бутылок и смотрел в стену так, будто она обещала ему какие-то откровения.
- Паскуда! Без меня всё выпил! - зарычал я.
На полу валялась последняя бутылка виски. Я поднял её, выжал из неё последние глотки и плюхнулся на старый скрипучий матрас. Поставил будильник на восемь утра - пять минут на одеться, остальное - на дорогу.
Укрылся старым одеялом, пахнущим дымом и старыми вечеринками.
И в последний миг перед сном, когда мысли начинают тонуть в темноте, я снова увидел её.
Нина. Улыбающаяся. Настоящая.
И уснул так крепко, как будто весь мир, наконец, стал хоть немного понятнее.