19.
— Привет, Люк.
— О, Гарри! Давно я тебя не видел... И Катерину тоже. Вы поругались?
— Нет. Я не знаю, что между нами происходит. Я не понимаю этого, как бы мне ни хотелось. Она не тот человек, которого можно легко понять. Но я пытался.
— И вы хотите прекратить общение?
— Уже прекратили.
— Га...
— Я не хочу, чтобы все вконец разрушилось. Я должен вернуть ее. Поможешь?
— Еще спрашиваешь! Конечно помогу. Что надо делать?
— Для начала узнать ее адрес. Но как?
— Мы занимаемся доставкой блюд, когда-то Катерина заказывала у нас свои любимые пирожные, — тут он улыбнулся. — У нас остался ее адрес.
— Люк, ты гений! Подработаешь курьером?
— Ради вас бесплатно, друг. Карри реальны!
Привет, Катерина.
Непривычно писать тебе письмо, которое ты точно получишь (дело в том, что я писал тебе что-то вроде писем в никуда, правда, это не очень помогало, ведь становится легче, когда ты знаешь, что письмо точно будет прочтено человеком, которому ты пишешь, а не останется в какой-нибудь коробке или вовсе затеряется).
Я не мог позвонить тебе, хотя очень хотел. Правда. А все из-за того, что я потерял свой телефон, а письмо с твоим номером куда-то задевалось. Звучит как глупое оправдание, но это правда. Поверь мне.
Я хотел (зачеркнуто)
Почему ты не приходила в шоколадницу? Если это из-за меня, то, будь ты рядом, я бы прямо сейчас отругал тебя, как маленькую провинившуюся девочку. А все потому, что ты такая дура (не обижайся, я это любя).
Я скучал. Честно. Очень.
Мне одиноко без множества твоих сообщений. Раньше я называл это фигней. Прости, сейчас мне стыдно. И теперь я буду называть это умным словом — парцелляция. Твое любимое художественное средство, я думаю :)
У меня в голове сейчас столько вопросов, ведь мы так давно не общались, а я все еще волнуюсь за тебя. Мне интересно знать, как ты жила все это время. Надеюсь, хорошо.
Помнишь тот день, когда я написал тебе в письме много глупостей, а ты ответила, что не знаешь, что сказать. Я навсегда запомнил это и пообещал себе, что такого больше не повторится. Но я хочу повторить. Ты можешь не отвечать на это, просто не читать, но мне станет легче, если я напишу об этом тебе.
"Ты мне нравишься, Катерина. И, кажется, я влюбился. Серьезно".
Эти слова я написал в том самом письме. Я запомнил их наизусть. Девять слов. Сорок семь букв. Они навсегда останутся в моей памяти, ведь тогда я получил что-то вроде отказа. Такое не забывается.
Так вот, к чему я это. Тогда мне казалось, что я влюбился в тебя. А сейчас... мне не кажется. Я точно знаю это. Я влюбился. Серьезно. Бесповоротно. Окончательно. В тебя.
До меня это дошло не сразу. Знаешь, как я понял это? Есть несколько причин.
Ты постоянно в моей голове, и я не хочу выгонять тебя оттуда. Вчера я думал о том, что как бы было хорошо, если бы ты таинственным образом узнала мой номер телефона и позвонила бы мне. Я слишком замечтался, и в этот момент зазвонил телефон. На экране было написано "Найл", я четко видел это, но все же ответил: "Катерина?". И это не было смешно. Найл подумал, что мне надо к психиатру. Но я-то знаю, что он мне не нужен. Сейчас мне нужна только ты.
Еще я не могу перестать постоянно пить чай. Твой любимый. Постепенно он начинает мне нравиться больше, чем кофе.
А перед сном, когда я ложусь на кровать, я постоянно шепчу одно и то же слово. "Скучаю". Похоже, скоро меня действительно отправят к психиатру.
Кстати, Катерина, позволишь ли ты мне снова называть тебя Кэти? Своей Кэти? Ты же знаешь, мне нравится это. Если твоим ответом будет "нет", я пойму. Ну, постараюсь понять. Как раз сегодня я говорил с Люком о том, как это сложно. Но в этом и есть вся ты. С тобой непросто, но это-то и цепляет. Это-то и манит к тебе, девушка с красивым именем, не любящая сокращения, которые так люблю я.
Надеюсь, ты прочтешь хотя бы половину письма. Это важно для меня. А для тебя?..
С любовью,
твой Гарри.
P.S. Я послал тебе твои любимые пирожные. Ты же их не разлюбила еще? :)