Ритм сердца

Хёнджин снова держится на расстоянии от Феликса, но не перестаёт наблюдать за ним, пока тот этого не замечает. Он внимательно следит за каждым движением и вдохом Феликса, готовый прийти на помощь, если это потребуется. Хёнджин стремится заботиться об этом парне, хочет оберегать его и всячески помогать.

Феликс только что вернулся в класс. Все ученики сейчас в столовой, но он редко туда ходит, предпочитая питаться дома. В классе остался только Хёнджин, а на парте Феликса его ждал небольшой пакет сока и шоколадный батончик.

- Спасибо, - сказал Феликс, убирая батончик в рюкзак, а сок решив выпить сразу.

- Ты не ходишь в столовую? - спросил Хёнджин, откладывая в сторону свой телефон.

- Хожу, но мне запрещено есть половину еды из столовой. Поэтому я ем дома, - неожиданно для себя самого начал рассказывать Феликс. Обычно он не склонен к многословию, но сейчас почему-то захотелось поговорить.

- Запрещено? Ты болеешь чем-то? Почему у тебя случаются приступы? Это не панические атаки, они выглядят иначе. Я знаю. - Хёнджин смотрел на Феликса с тревогой во взгляде.

- Это не важно, - сказал Феликс, направляясь к мусорному ведру, чтобы выбросить пустую коробочку.

- Что-то серьёзное? - не унимался Хёнджин, продолжая задавать вопросы, на которые Феликс не хотел отвечать.

- Я уже сказал, что это не важно. - Нервы начали сдавать, и Феликс сжал кулаки, пытаясь сдержать себя. Почему перемена длится так долго? Он бросил взгляд на часы - оставалось ещё двадцать минут до звонка. Чёртовы столовые!

- Руки? Ноги? Голова? - перечислял Хёнджин, указывая на различные части тела Феликса. - Печень? Почки? Лёгкие? Сердце? - Феликс резко поднял голову, выдав себя. - Сердце? Значит, это серьёзно.

- Тебя это не касается! Ходишь с Крисом, вот и ходи, а от меня отстань! - Феликс подошёл к своему месту, взял рюкзак со стула и направился к выходу.

Он был зол на себя за то, что так легко выдал свою тайну. Но как Хёнджин догадался? Никто ещё ничего не говорил, или Феликс просто не замечал? Мгновение - и он оказался на пустой улице, направляясь в сторону дома.

Злость не отступила, а волнение только усилилось. Он стал переживать даже об операции, насчёт которой сомневался. Всё это навалилось на него в один момент, и результаты не заставили себя ждать. Резкое головокружение и колющая боль в грудной клетке заставили его опуститься на колени, пытаясь вдохнуть хоть немного. Он скинул рюкзак, судорожно ища таблетки. Нашёл. Высыпал две в крышку, не обращая внимания на чистоту, измельчил дном баночки, добавил немного воды и выпил, запив ещё несколькими глотками. Должно полегчать, нужно только подождать немного.

Дышать стало легче, но вокруг всё поплыло. Сознание играло с ним, как и жизнь. Ему не нравилась эта игра, и он хотел сдаться.

Кто-то подбежал к нему. Бьёт по щекам, проверяет дыхание, звонит кому-то. Кто-то пытается привести его в чувства. Феликс не видит кто это, но голос кажется знакомым и успокаивающим.

Темно. Тихо. Страшно. Это конец? Нет. Где-то слышны шаги, они становятся громче. Появляются голоса, они приближаются. Слышится звук открывающейся двери. Щелчок. Комнату озаряет яркий свет, который слепит глаза. Перед собой Феликс видит обеспокоенную маму, такого же отца, брата и Хёнджина. Стоп. Хёнджин? Что он здесь забыл?

- Ты напугал нас! Почему ты вообще пошёл в школу? Нет. Почему ты пошёл домой один? - первой заговорила мама. Она плакала, но перед тем, как зайти в комнату, успокоилась. Заставила себя найти силы для разговора.

- Если бы Хёнджин не пошёл за тобой, кто знает, как бы всё обернулось? - продолжила она.

- Мам, - голос дрожит. Феликс плачет. Он только сейчас понял это. Чувства начали возвращаться, и боль тоже. Сердце билось с бешеной скоростью, но в то же время будто не билось вовсе. - Мне больно. Я не хочу, чтоб мне было больно. Когда это всё закончится?

Мама перестала сдерживать слезы. Она взяла руку сына в свои нежные руки и крепко сжала. Поднесла руку к губам и невесомо поцеловала.

- Крис, Хёнджин, уведите маму. Ей нужно отдохнуть. Как и Феликсу. Они оба устали. - сказал папа, слегка приобняв жену. - Я побуду пока с Феликсом. Послежу за ним.

Парни поддерживали женщину, пока та медленно шла к выходу из комнаты.

- Пап, можно тебя обнять? - спросил Феликс, раскрывая руки для объятий. Ону сразу же приподнял немного сына и обнял. Крепко, но нежно. По-отцовски, с любовью. Становилось легче. Боль будто отходила на второй план, уступая место любви и счастью. - Спасибо. Стало легче. Ты будешь здесь, пока я буду спать?

- Буду, сынок, буду. Отдыхай. Когда проснёшься, я буду в этой комнате. - Говорил мужчина, гладя сына по волосам, пока тот засыпал. Ему тоже было тяжело и больно, как и всем присутствующим. Возможно, даже больнее, чем Феликсу.

А ведь это не Феликс умирает. Это у родителей умирает сын. Это чувство самое больное и горькое на всем свете.

___________________________________________

Отцовская любовь... Жаль, что мне не известно, что это, но Феликс будет чувствовать и знать, каково это, когда у тебя полная и любящая семья.

Тгк: Shifyd
Буду рада вашей подписке!