Change my mind [sterek]

– Стайлз! Вставай!– прокричал отец с первого этажа.

Парень лениво оглянул часы, было восемь утра. Стилински вспомнил вчерашнее сообщение Дерека.

– Вот дерьмо!– прошипел он.– Как бы отмазаться?

Стайлз встал с постели, натянул на себя толстовку и джинсы. Он прислонил лоб к батареи и просидел в таком положении около десяти минут.

– Па-а-ап,– страдальчески провыл парень, подходя к шерифу.– мне не хорошо, кажется у меня температура...

Мистер Стилински потрогал лоб сына и резко отпрянул от неожиданного жара.

– Боже мой, да ты горишь!– Стайлз слабо усмехнулся.

– До Пэрриша мне далеко конечно.

– Ладно, кончай шутки шутить,– фыркнул шериф.– выпьешь таблетку и в школу.

– Но пап!– воскликнул парень.

– Никаких "но", звонила ваша учительница по физике.– отец буравил взглядом сына.– У вас сегодня контрольная.

–Чёрт,– подумал Стилински.– как я мог забыть? Теперь придётся встречаться с Хейлом.

***
Время неумолимо близилось к 9 утра, Дерек уже ждал парня около школы. Кажется он нервничал, точно нервничал, переминаясь с ноги на ногу Хейл пытался унять напряжение.

— Как такое могло произойти?– думал альфа.– Я ведь не давал поводов влюбляться в меня. Как же это все глупо...

Терпение явно подходило к концу, оборотень быстро зашагал к компании, курившей около школы.

— Сигаретки не будет?
— Есть красные Marlboro, сойдёт?

Дерек выдернул сигарету из юношеских рук и закурил, закатывая глаза от наслаждения. Почему же, он, черт возьми, бросил курить?

Мужчина успокоился и стал ждать подростка, тем временем он уже опаздывал на несколько минут. Стайлзу это свойственно, не о чем беспокоится.

—Почему ему всегда нужно выглядеть настолько соблазнительным?– задал себе вопрос Стилински, приближаясь к Хейлу.

У него дрожали колени, а всё лицо и руки были в ссадинах. Было видно, что парень просто хотел убежать, много раз он слегка замедлял шаг, размышлял.

— Привет, Дерек.— безразлично произнёс Стайлз.
— Слушай, прости меня, правда, я погорячился.– начал оправдываться мужчина.– Я не хотел обидеть тебя, а тем более задеть твои чувства.

— Ничего, уже неважно.

В горле у парня пересохло, он держался, чтобы не заплакать.

В моей груди будто бы дыра, сквозная, при каждом дуновении ветра, содрогающаяся от боли.