- ой, боже!
на часах практически семь утра, а в квартире гробовая тишина. на календаре телефона 18 апреля, и к моему счастью Лариса уже дома. отсыпается после дороги, ведь через два часа на работу. я чувствую как меня пихают в плечо, и я раскрываю глаза, видя перед собой потолок.
- Ная, давай тебе септум проколим?
я поворачиваю голову к Кислову, и смотрю на этого... совершенно непонятного человека.
- и как? хочешь сказать, ты мастер проколов.
он поднимается с подушки, и садится на кровать.
- а кто сказал что нет? я всё умею.
7:20
тихо шиплю, а Кислов вставляет мне кольцо в прокол, пока я наблюдаю за его серьезным лицом. дверь в спальню тихо распахивается, и Лариса тихо ахает.
- ой, боже!
я улыбаюсь, а кудрявый отсаживается немного дальше от меня.
- доброе утро, тёть Ларис.
- Ваня, это что такое!
и ноль притензий ко мне. хотя, так Ване и надо. держа в руках скомканные салфетки, я стараюсь привыкнуть к новым ощущениям.
- ох ладно, взрослые уже всё-таки..
женщина уходит, оставив на столе два батончика " на перекус перед завтраком ". я кусаю щёку, ощущая как нос пытается привыкнуть к проколу.
- тебе идёт.
он открывает упаковку, откусив за раз половину батончика.
и только сейчас я обращаю внимание на его проколотое ухо. на часах пробивает пол восьмого, и Кислов летит собираться в школу.. слава богу, я её окончила. сейчас мне нужен только сон, ведь голова раскалывается от того, что я не сплю практически вторые сутки. прикрыв глаза, я падаю на мягкую подушку, и отворачиваюсь к стенке.
- я побежал, ты дома сама.
дверь в спальню закрывается, и я радуюсь тишине на ближайшие несколько часов. мне так давно этого не хватало, что я отрубилась за секунду.
16:28
- фу, сука!
доноситься до ушей, и я понимаю, что пора бы подниматься, царство Морфея то не вечное. зевая, я поднимаю голову с подушки и вижу как Кислов входит в спальню. мне в лицо летит небольшая стопка бумажек, и он недовольно садится за свой стул.
я раскрываю стопку, и вижу "рефераты по химии" а дальше темы, мда.
- и что тут такого? сделай всё по-быстрому.
Ваня недовольно пытается врубить комп, и поворачивает голову ко мне.
- заняться мне нечем, хер им.
" им "? листаю дальше, и вижу всё остальные предметы. оу, значит Кислов слишком уж сильно вляпался в долги. я в школьные годы это все как орешки щёлкала, да и щас могу, а он разве что, мои нервы щелкает.
- ты умеешь рефераты писать чтобы аж конфетка?
я молча киваю, пересматривая темы по физике, вот их я обожала, и училка нормальная, и предмет хорошо знала.
- написать тебе?
правда, голова которая всё также болит, пытается доказать мне, что я зря это сказала.
- было бы славно...
×××
протягивая мне в руки несколько ручек и стопку листов формата а4, Кислов падает на кровать около меня. меня ждёт увлекательная неделя за рефератами, которые я уже писала. моя воля - дала бы ему то, что делала сама, но это все благополучно забрали учителя. я тяжело вздыхая, доставая несколько листов.
- некоторые сказали принести уже завтра, но я могу если че им по бош...
я отрицательно качаю головой.
- не надо никому по бошке стучать, я справлюсь.
ну, хоть какая-то польза от меня будет, да? я беру под руку всё принадлежности, которые Кислов искал по всей квартире и ухожу на кухню, где как всегда будет тише всего. осторожно закрывая дверь в спальне, ухожу.
05:38
за окном полная темень, а я дописываю очередной реферат по биологии. он же знает, что там много всего, почему не делал?...надеюсь, хотя-бы учителя мой почерк не особо узнают. ставлю точку и откладываю ручку. дергаюсь, когда одновременно за моим действием открывается дверь из спальни. кудрявый устало заходит, потирая красные глаза.
- ты чё, ещё пишешь?
я киваю, смотря на него глазами по пять копеек. зевая, Кислов наливает в стакан воды с фильтра.
- спать бы пошла лучше, я же говорю я мне оно нахер не сдалось.
- ну, там ещё один остался по географии, Ваня!
он уходит из кухни, и мне остаётся тяжело вздохнуть. ясно понятно, мой труд здесь как всегда никто не ценит и не будет ценить, разве что Лариса, которая увидев что я строчу рефераты вместо Вани, была готова расцеловать меня с головы до пят. я слышу тихое шарканье тапочек, и то, как тёплое одеяло обволакивает мое слегка дрожащее тело. осторожно касаясь моих моих плеч, Кислов поднимает меня со стула.
- сто-ой, я же не...
пытаясь забрать с собой ручку, снова получаю по запьястьям.
- успокойся, всё хорошо.
красная подсветка бьёт в глаза, заставляя жмуриться. ну кто его просил! дописала бы этот несчастный рефератик по географии и спать, точно-точно. усаживая меня на кровать, кудрявый падает рядом.
пара секунд молчания и моего взгляда в пол, и я ощущаю как рука кудрявого снова падает на мое плечо, осторожно опуская мое тело вниз.
- закрывай глаза, Наечка.
я стараюсь закрыть глаза, но в голове играет скрипка, заставляя жмурится.
- Ваня...
тихое " что " в ответ, от уже сонного Кислова.
- хочешь колыбельную спою?
он хмыкает, даже не представляя, какая же будет колыбельная.
- поднимайся.
я перелизаю к стенке, опираясь спиной. покрутив пальцев у виска, Ваня поднимает голову. тихо похлопав себя по ляшкам, пытаюсь вспомнить, что поётся. кудрявая голова осторожно падает на мои ноги, и он неуверенно пытается найти удобное место. я зарываюсь пальцами в кудрявые волосы, начиная делать массаж головы.
- бай, бай да люли, хоть сегодня умри...сколочу тебе гробок, из дубовых досок...
мои глаза сами постепенно закрываются, а голова перестает держаться и затылок касается стенки.
- Ная, ты мне смерти желаешь че-ли?
Кислов поворачивается лицом ко мне, и получив по губам рукой, отворачивается.
- нет, это пели чтобы отогнать смерть, тихо ты..завтра мороз, снесут на погост...
тихо продолжая напевать колыбельную, слышу как кудрявый глотает слюну. накручивая прядь на указательный палец, я чувствую умиротворение и спокойствие, впервые за всё время, что нахожусь в этом доме.
бабушка-старушка,
отрежь полотенце,
накрыть младенца.
мы поплачем, повоем,
в могилу зароем.