мамина забота
я читаю " меня сегодня дома не будет " от Кислова, допивая чай, который сделала его мама. телефон осторожно падает экраном вниз на стол.
- пей пей моя маленькая, совсем эти мужики ахерели..а как ты себе так ногу сломала?
давлюсь конфетой, смотря на серьезную Ларису, которая мыла плиту. дожевав орешек, понимаю что Ваню сдавать нельзя, ему такого устроят, что мне потом мало не покажется.
- с лестницы упала...сама.
она кивает, выжимая тряпку в раковину. и стыдно даже как-то, что я у них на шее сижу второй день в данный момент..и если в первый день отец разрывал мой телефон телефонными звонками, то сейчас от него не слуха не духа. осматривая новенький гипс, вспоминаю о словах врача, который сказал, что после такого перелома мне нужно будет ходить на реабилитацию.. вспоминая как во время школьных лет я бегала на занятия, дабы вылечить сколиоз, мне совсем не хочется снова это повторять.
- ты чаечек допивай моя хорошая, я о тебе позабочусь, всё хорошо с тобой будет.
улыбаюсь, стараясь не заплакать. странно слышать это от малознакомого мне человека, ведь она относится ко мне как к родной дочери. наверное, будь моя мама слабой, она бы не бросила отца..да и я бы, измену вряд-ли б простила.
- а когда Ваня домой придёт? напиши ему.
- сейчас...
мда, и что мне потом отвечать? была не была.
я крайне удивлена, что ради матери он готов оторваться от своих "важных" дел.
22:10
- Наечка, солнце мое, кушай давай, ну что ты как не своя, Ваня, скажи ей!
он кивает, пихая меня в бок. поджимая губы, я вновь стараюсь не разревется от черезмерной заботы. ну куда мне столько всего в жизни за неделю? жила бы себе спокойно, а этот.. приперся, спасти он решил. на глазах выступают слёзы, и я неосознанно хмыкаю.
- ээ, ты чё.
поворачивая голову ко мне, Кислов доедает суши, из-за чего я плачу не только из-за горя, но и от смеха. начиная смеяться, я утыкаюсь ему в плечо, и оно намокает от слёз.
- Ная, не плачь мне тут.
треся мои плечи, Кислов пытается отодвинуть меня от себя. ну уж нет, тут я выиграю. он сдается, и всё-таки обнимает меня, прижимая поближе. и снова тихий шёпот на ухо.
- всё, чш.
я поджимаю губы, а слеза медленно катится по щеке. Лариса тихо садиться рядом, и обнимает нас.
- маленькие вы мои, я щас сама расплачусь..
теперь хмычет женщина, а я чувствую как она старается не заплакать следом за мной.
- мама!
23;11
- а он ей изменил, так она ушла от него, меня бросила, а он...
Лариса плачет сыну в плечо, махая старым платочком около моего лица. ну, наверное было странно рассказывать о своей жизни, особенно так.
- мам.
Ваня вздыхает, хлопая её по плечу. каким образом весёлая посиделка с семьёй превратилась в это? я опускаю голову на подушку, укусив щёку. мне и самой то, не особо нравится о себе это всё рассказывать. кому вообще понравится об этом рассказывать? никому. слегка успокоившись Лариса отодвигается от сына, вытирая лицо платочком. Кислов снова забирает одну из суши и запихивает в рот, он один словно непробиваемый танк стоит, а мы уже раз пять расплакались.
- так.. всё, я спать пошла, не могу больше это всё слушать, спокойной ночи детки мои.
мы тихо желаем ей спокойно ночи, и свет в комнате тухнет, заставляя вздохнуть.
×××
ворочась в кровати, я пытаюсь уснуть. рука неосознанно касается холодной стены, и я чувствую как дрожу. резко отбросив её, пытаюсь зарыться в одеяло, мне нужно поспать, а иначе я буду тухлым овощем. снова переворачиваясь на другой бок, смотрю на кудрявую голову.
- заебешь, спи уже.
доносится до ушей от сонного Кислова. укрыв нос в одеяле, пытаюсь сомкнуть глаза, но никак не выходит. кусая щёку, в очередной раз ворочаюсь.
- Ная.
я мычу, повернувшись лицом к уже неспящему парнишке.
- ты дура.
- я? ты ахуел?
клипая глазами, он недовольно смотрит на меня.
- а ты че на меня гонишь? борзая стала?
но и злости в голосе я не слышу.
- а ты чё, тоже борзый стал?
мы молчим минуту, и наконец я слышу шёпот.
- ладно, не дуйся, иди сюда.
с каких пор он такой добрый я не знаю, и знать не хочу, мне хватает словесного поноса во время его злости. кто же знал, что пока я буду пытаться уснуть в первую ночь, с практически незнакомым мне парнем, Кислов решит поиграть в доту и поорать на весь подъезд. слава богу, сейчас такого нет. поднимаясь с подушки, Ваня вылезает с под одеяла, следом и я. кусая губы, я смотрю на него, а после неуверенно обнимаю. пытаясь умостить голову на плече кудрявого, чувствую как он обнимает меня, и падает вместе со мной на кровать.
- всё, спи, а то реально вьебу.
я ухмыляюсь, поднимая голову.
- а ты попробуй, или тебе напомнить чем это в прошлый раз закончилось?
" спи давай ", и больше ничегошеньки. прикрыв глаза, ощущаю как побаливают синяки от резкого столкновения с кроватью.
- вот не было бы матери, я тебе точно как с кулака бы...
- Ваня.
цокнув языком, он укладывает подбородок на мою макушку. а после этого он говорит, что у меня отец странный? они же один в один, точная копия.
8:10
Лариса обнимает меня на прощание, ведь уходит на работу. прощаясь с ней, удивляюсь, что после такой нервотрёпки у неё не опухшее лицо. лишь захлопывается дверь, слышу как она снова открывается, и появляется Кислов.
приложив указательный палец к губам, он тихо заходит в прихожую.
- для матери я в школе если чё, подвинься, меня кенты в КС ждут.
закатив глаза, отхожу, наблюдая как тот пытается снять кроссовки.
- а ничего, что у вас экзамены на носу?
он тихо кривляет меня, кидая обувь в маленький стенд.
- экзамены эти.. не сдам и похуй, главное что жив, ну, маме всеравно..
- мда..
вспоминая, как отец сидел над моей душой пока я пыталась решить пробники, хочется реветь. ещё и эти "я тебе щас как тресну, ты нормально думай", аж вспоминать страшно. вздрагивая от воспоминаний, понимаю что кудрявого и след простыл. достав телефон с кармана, слышу "да он блять еблан что-ли?!" на всю квартиру. сложно наверное, бедной Ларисе.