ТОЛЬКО НАЧАЛО
— А, свои значит? Ну докладывайте, что узнали, раз приехали раньше нас.
— Что-что? Убита Мирослава Дымина, убийство произошло около часа назад. Больше можно будет сказать с места, откуда стреляли.
После этой фразы мужчина из ДРТП сорвался с места и рынул к выходу, видимо уходя к месту засадки. Остальные же приступили к стандартной процедуре осмотра квартиры. На твой телефон пришёл приказ от Крыла, немедленно приходить на крышу не достройки вместе с одним з участников команды. Кивнув ему головой на дверь вы рванули за тем мужчиной. Дом был высоким, серым и холодным, ощущение пустоты всё не отпускало, а лишь становилось сильнее с каждой пройденной ступенью. Поднявшись, вас уже встречали Крыло и Тень, которые вели перепалку с мужчиной.
— Нам поступил анонимный звонок, о том, что по данному адресу планируется убийство и совершаться оно будет вашим Фениксом. — Сказал человек из ДРТП сложа руки на груди. Его тело было напряженно, руки скрещены на груди, а глаза так и пылали злобой.
— У нас есть все основания говорить о том, что Феникс лишь свидетель. Он сам позвонил нам, сказав о том, что тут произошло и позвал на помощь. Какие у вас могут быть доказательства того, что именно он сделал это? Вы там что, провели расследование уже у себя? — Говорил Тень язвительно, с ярким оттенком агрессии и стальной уверенностью. Кажется, если бы перед ним стоял не человек из департамента, он бы разорвал его за миг.
— Моё начальство...— Начал цедить тот сквозь зубы, но Крыло резко и четко перебил его.
— С вашим начальством я поговорю лично, а вы, идите и занимайтесь своим делом! — сказал тот, явно сдерживая злость. Тут же его взгляд устремился к вам и стал немного легче и спокойнее.
— Ангел, Демон. Грузите винтовку, везём в наш департамент на баллистическую экспертизу, у вас есть 5 минут, сбор у авто. Не опаздывать.
Вы разошлись без слов — каждый знал своё место и свою задачу. Движения были быстрыми, выверенными до автоматизма, но в каждом ощущалась напряжённая осторожность. Ты работала в перчатках, почти не дыша, собирая улики одну за другой: гильзы, холодные и безжизненные, клочки ткани, зацепившиеся за острые края, едва заметные следы, которые могли сказать больше, чем десяток слов.
Каждый предмет ты упаковывала молча, будто боялась спугнуть правду, которая всё ещё витала в воздухе. Демон держался рядом, страхуя и следя за обстановкой, время от времени бросая короткие взгляды на вход — привычка, отточенная годами.
Когда всё было собрано, вы двинулись вниз. Лестничный пролёт гулко отзывался шагами, а холод здания будто впитывался под кожу. У машины вас уже ждали остальные — лица напряжённые, разговоры обрывочные, приглушённые.
Вы погрузили материалы в багажник, заняли места и почти сразу тронулись. Дорога к департаменту прошла в гнетущей тишине — слишком много вопросов, слишком мало ответов. Город за окнами жил жизнью, а вы везли с собой фрагменты чужой смерти и понимание того, что это дело только начинает раскрывать свои зубы. Машина остановилась у серого здания департамента без лишнего шума. Дежурный пост, короткая проверка, привычные взгляды — здесь не задают вопросов, если ты приходишь с делом.
Материалы приняли быстро. Пакеты с маркировкой ушли дальше по коридору — в лабораторию, под подписи, печати и молчание. Всё происходило слишком буднично, почти спокойно. Слишком — для того, что внутри этих папок. После — каждый разошёлся по своим задачам.
Ты прошла в офис, села за рабочий стол, включила компьютер. Экран загорелся ровным холодным светом. Пальцы привычно легли на клавиатуру, взгляд скользнул по открытым файлам. Работа требовала концентрации — цифры, схемы, отчёты. Всё логично. Всё структурировано. Всё — как ты умеешь. Телефон лежал рядом. Экран был тёмным. Ты не брала его специально. Не потому что боялась — потому что знала: если что-то будет, ты это почувствуешь и без вибрации. Но тут, экран вспыхнул.
Одно уведомление.
Зашифрованный чат. Ты медленно взяла телефон. Лицо осталось спокойным, почти отстранённым. Только взгляд стал жёстче. Это было сообщение от Богдана:
—//Не ищи меня. И не сообщай, что я писал. Иначе убьют и тебя.//*22.44*
Ты смотрела на экран дольше, чем следовало. В комнате было тихо: только гул системного блока и отдалённые шаги в коридоре. Первой реакцией было не страх. И не паника. Холод. Тот самый, который приходит, когда всё внутри выстраивается в одну прямую линию: если он это написал — значит, он не исчез. Если он предупредил — значит, он всё ещё контролирует всю ситуацию.
Ты заблокировала телефон и положила его экраном вниз. Ни резких движений, ни вздохов, ни попытки кому-то написать. Он просил не искать. Он не сказал — не думать.
А думать ты умела. И чем дольше ты сидела за компьютером, делая вид, что просто работаешь, тем яснее становилось абсолютно всё: Феникса подставляют не просто красиво. Его ведут. И делают это так чисто, что даже у профессионалов начинают дрожать сомнения — но не факты.
Ты продолжила печатать. Ровно. В этот момент в помещение зашёл один из экспертов вместе с Крылом.
— Ангел...— Произнесла тихо молодая девушка, но сразу же продолжила.— Внесите в протокол результаты БЭ и скан отпечатков на винтовке. Стреляли из этой винтовки. На ней...— Тут она замолчала, переводя взгляд на Крыло, который явно был то ли не в духе, то ли слишком уставший от всей этой суеты. Прокашляв она всё же продолжила говорить.— На ней обнаружены только отпечатки Феникса. — Сказала она положила документы на стол после чего удалилась из комнаты, после её слов тебя буд-то с цепи сорвали. Ты резко встала из-за своего места.
Кабинет департамента был холодным — не по температуре, по ощущению. Металл, стекло, ровный свет ламп без теней. Ты стояла у стола, опираясь ладонями о край, пока Крыло пролистывал файлы на планшете. На экране мелькали схемы, время, траектории, сухие цифры.
— Это не он, — сказала ты наконец. Тихо, но уверенно. — Я не верю, что это сделал Феникс.
— Вера — не наша валюта, Ангел, — ответил он ровно. — Мы не работаем на «верю» и «не могу представить». Мы работаем на фактах. — Крыло не поднял головы сразу. Его палец замер на экране, потом медленно провёл дальше.
— Факты можно подложить, — Ты выдохнула через нос, чувствуя, как внутри всё сжимается. — Тайминги слишком точные. Звонок. Камеры. Маршрут. Всё слишком... правильно.
— Вот здесь ты права, — сказал он после паузы. Крыло наконец посмотрел на тебя. Взгляд был тяжёлым, внимательным. — Слишком правильно. — Крыло отложил планшет и опёрся о стол, скрестив руки.
— Обычно подставы делают грубо. Суетливо. С ошибками. Здесь же... — он слегка усмехнулся без тени юмора. — Здесь красиво. Чисто. Как будто кто-то очень хорошо знает, как работает Феникс. И как работаем мы.
— Значит, его ведут, —Ты сглотнула, пальцы непроизвольно сжались, а голос стал тише. — Или вели давно.
— Или готовили эту сцену не один месяц, — подтвердил Крыло. — С нужными свидетелями. С правильным временем. С удобной жертвой. — Он сделал шаг ближе, понизив голос:
— Я не могу официально сказать, что он невиновен. Но я могу сказать другое: если бы Феникс действительно это сделал — мы бы сейчас не обсуждали версии. Мы бы собирали тела.
— Значит, его хотят убрать, — прошептала ты. — Не физически. Репутационно.
— А потом и физически, — спокойно добавил он. — Когда мы сами отвернёмся.
Ты отвела взгляд, чувствуя, как внутри поднимается холод. — Я не отвернусь, — сказала ты твёрдо.
— Я и не рассчитываю, — Крыло посмотрел на тебя долгим взглядом. — Именно поэтому ты сейчас здесь, а не дома. — Он развернулся к окну.
— Феникса подставляют слишком красиво. А значит, тот, кто это делает, уверен, что мы купимся.
— Значит, мы не должны.— В кабинете повисла тишина. Не пустая — рабочая. Та, в которой уже начинали рождаться решения. Но эту тишину снова прервал Крыло.
— Ради нашей же безопасности, тебя обучат новым навыкам, которые пригодятся в разведке...У тебя как со зрением и меткостью? — Сказал он переводя взгляд с экрана на тебя.
— В снайперы надумал меня обучить? Если да...Я в деле.
=*Парой часами ранее у Богдана*=
Сознание возвращалось тяжело. Первым пришёл холод. Он впивался в кожу через бетон, через одежду, через кости. Воздух был сырым, резким, пах пылью, ржавчиной. Я открыл глаза не сразу. Надо мной — голые перекрытия недостроя. Тёмное, почти черное небо между плитами. Ветер гулял свободно, свистел в проёмах, гнал по полу мусор и мелкие камни. Рядом лежала винтовка.
Слишком близко. Слишком правильно.
— Феникс! — голос прорвался сквозь гул в голове. — Слышишь меня?!
Меня резко дёрнули за плечо. Потом ещё раз. Руки уверенные, знакомые. Крыло и рядом с ним Тень. Их силуэты вырисовывались на фоне неба, лица напряжённые, собранные. Я с трудом сел, опираясь ладонями о холодный бетон. В затылке пульсировала тупая боль, в ушах стоял звон, но память вроде возвращалась — обрывками, слишком чётко, чтобы отмахнуться.
— Я... — голос сорвался, вышел хриплым. — Я ехал с допроса. К Мирославе. Нужно было забрать материалы. Она обещала передать кое-что важное для дела.
Крыло опустился на корточки напротив, не сводя с меня взгляда. Тень стоял чуть в стороне, контролируя пространство, вслушиваясь в каждый звук недостроя.
— Я зашёл в квартиру. — продолжил я, переводя дыхание. — Прошёл в комнату — и увидел лазер. Красная точка у неё на лбу. Выстрел был мгновенный. В голову. Она даже не успела понять. — Я на секунду замолчал, сжимая пальцы. Холод пробирал всё глубже.
— Я рванул сюда. Хотел понять, откуда работали, кто стрелял. Всё было слишком чисто... слишком профессионально. Меня вырубили. Удар сзади. Я даже не понял когда. Просто... темнота. — Я резко опустил взгляд и начал шарить руками по куртке, по карманам, по боку. Сердце неприятно сжалось. Пусто.
— Чёрт... — выдохнул я. — Моё оружие. Именное. Номерное. Его нет.
— Ты прикасался к винтовке? — Крыло мгновенно напрягся. Он спросил жёстко, без лишних слов.
— Нет. Я её не трогал. Сам не трогал. Она не моя. Я очнулся — она уже была рядом.
Ветер усилился, где-то в глубине недостроя что-то глухо стукнуло. Шаги. Чёткие. Не эхо. Тень резко повернул голову.
— У нас гости. — Крыло схватил меня за плечо, сжав пальцы до боли.
— Богдан, слушай. Если останешься — тебя здесь закроют. Или уберут, — тихо сказал Тень. — Уходи. Сейчас.
— Чёрный выход. Без связи. Без следов, — добавил Крыло. — Немедленно.
Я поднялся, игнорируя боль и холод, уже понимая: здесь всё выстроено против меня. Чужая винтовка. Украденное моё оружие. Труп, который уже повесили на меня.
Я развернулся и ушёл в темноту недостроя, растворяясь между плитами и тенями. И с каждым шагом становилось всё яснее:
это только начало.