ГЛАВА 20.
На самом деле, это не так сложно. Да, если подумать, он не так уж хорошо обращается со мной, его не заботит как я, даже сейчас он с легкостью обидел меня, а еще он уезжает. Но даже сейчас мои чувства к нему совсем не изменились. Я или слишком наивна. Или слишком влюблена. Из этих двух вариантов, последний, наверное, самый маловероятный. Вообще, это я просто так.
Да, очередная попытка обмануть саму себя. Но я продолжаю это делать.
Мне просто интересен ответ на этот вопрос. Нет, у меня нет к нему никаких глубоких чувств. То, что мы не раз просыпались вместе в одной кровати, или его длинные красивые пальцы, которые всегда так чувственно касаются моего тела… нет, это же не может заставить меня чувствовать к нему нечто очень глубокое. Многие люди еще и не то делают, при этом не строя воздушные замки о том, что у них серьезные отношения. Чтобы чувствовать нечто особое друг к другу, люди должны делиться нечто особым друг с другом. Говоря о том, чтобы делиться, я не имею ввиду, что один должен следовать тенью за другим и не о том, чтобы задушить другого своим вниманием.
Сама себе признаюсь, что вся эта тема с отрицанием, не очень то и получается. Чем больше я стараюсь себя убедить, тем мне становится больнее. Усевшись на пассажирское сидение, положив ручки на живот, смотрю на темноволосого парня, сидящего за рулем.
А ты как думала, Кайла? Или лучше сказать Дерин?
Рот закрой, всезнайка, тоже мне, внутренний голос!
Он единственный парень, которому ты позволила касаться своего тела, Кайла. Или может Дерин.
Я серьезно. Заткнись!
Ужасно злюсь на себя. Нет, я не буду участвовать больше в этой идиотской ситуации.
- Высади меня! - резко говорю я.
Я прекрасно догадываюсь, что он сейчас делает. В ответ он только безучастно посмотрел на меня так, словно не принимал всерьез. Продолжил вести машину. Если честно, я бы удивилась, если бы он воспринял мои слова всерьез.
- Я сказала, высади меня.
- Рот закрой уже. ТЫ отвлекаешь меня.
Ай, как же хорошо мы понимаем друг друга!
- Высади меня, Мерич! Я не собираюсь потакать твоему эго. Я способна сама принимать решения, а ты сейчас проявишь уважение к моему решению и высадишь меня. Иначе, это будет считаться похищением и тебе за это схватят.
В следующую секунду я ничего понять не успела, как ударил по тормозам, отстегнул ремень и выскочил из машины. Пока я пыталась взять себя в руки и отстегнуть свой ремень, он уже открыл мою дверь. Ах! Этот его жест явно не был проявлением его галантности.
- В чем твоя проблема? – кричит она на меня, как только я выхожу из машины. Ладно. Пусть все идет к черту. Я не потрудилась хотя бы просто посмотреть по сторонам, прежде чем открыть рот. Ведь мы посреди города. Мало того, в месте, где куча магазинов, в которые входят и выходят десятки людей. Ну коли он на это не обращает внимания, то и я не стану.
- А в чем твоя проблема? Ты думаешь, я не понимаю, что ты пытаешься сделать? Чтобы заставить страдать глупую девчонку, сказавшую, что она влюблена в тебя, ты ее решил прокатить по городу. То о чем ты думаешь, заставляет меня плакать, Мерич. Потому что, ты делаешь мне больно! Тебе ведь прям необходимо это, да? Бог мой! Ах, это же такой восторг! Я в одной машине с Меричем Туной, эгоистом, которого я думала, что люблю!
Я придала каждому слову, каждому предложению, особое внимание. Ну, побольше театральности что ли. Словно я сейчас стою на сцене и исполняю роль. Я даже голосом своим постаралась играть. Впору было после этой тирады поклониться и поблагодарить саму себя за выступление.
Мерич просто схватил меня за локти и резко притянул к себе. Черты его лица снова стали резкими. Уж что-что а в умении вывести его из себя мне нет равных.
- Чего ты орешь? – почти не разжимая стиснутых губ, говорит он. Я закатила глаза. Можно подумать, это я начала. Не он ли первый стал орать на меня?! Вот это точно начинает злить меня. Словно ситуация окончательно вышла из под контроля.
- Ору, потому что я так хочу. Потому что ты меня бесишь, бесчувственный богатенький пижон! – кричу я, после вырываюсь из его рук.
- Кайла!
Одновременно с его львиным рыком, сопровождающим мое имя, вижу, как его кулак прямо над моим плечом врезается в автомобиль. Благо он не ударил по стеклу, иначе, машину точно бы пришлось везти на сервис. С другой стороны, если подумать, ни его крик, ни его злость не пугают меня.
Спокойные люди, они такие, знаете ли! Тихие, тихие, а потом в один миг могут взорваться, и вот тогда, людям, что окружают их, стоит, и правда, очень сильно бояться. Всем привет, это как раз про меня!
Разочаровано смеюсь ему в лицо.
- Дерин. Ты наверное хотел сказать Дерин? Да какая разница? Что такого в том, чтобы знать имя, которое никто больше не знает! Вот я же ничего про тебя не знаю! Можешь уже не мучить себя прикидываюсь воспитанным богатеньким мальчиком! А, кстати, смотри, мамы твоей тут нет, так что твои старания ни к чему. А может быть, где то рядом ты заметил богатых друзей вашей семьи? – продолжаю орать на него я.
Он снова хватает мою руку.
- Не ори! – снова пытается убедить меня он. Но что поделать? Я уже потеряла контроль над собой.
- Ору, а что ты мне сделаешь? – пробурчала я.
- Мерич?
Поворачиваю голову туда, откуда послышался голос, позвавший его по имени. В миг нахмурила брови. К нам шла брюнетка с длинными вьющимися волосами, в коротком очень узком платье черного цвета. Ноги ее были загоревшими не по сезону. Все нейроны моего мозга подавали четкий сигнал – она похожа на проститутку. Я уже готова была вытащить меч войны из ножен, как она снова открыла рот.
- Мерич, это и правда ты! С каких пор у тебя пропал интерес к девушкам?
- Не сейчас, Пелин.
Не сейчас, Пелин?
Шокированная поведением этой девки, осознаю, какое разочарование я почувствовала от реакции на нее Мерича. Глядя ему в глаза, я, словно, выплюнула ему в лицо жесткое:
- Слюнтяй.
А эта девка продолжает не замечать меня.
- Я так соскучилась по тебе… - говорит она и кладет руку ему на плечо. Я не успела ничего понять, как в следующую секунду ее губы уже касаются его губ. Да, что же эта за шлюха такая? Ведь я еще здесь!
Я хватаю ее за руку, отрываю от Мерича.
- Заткнись! Не говори ни слова! – пресекаю я. Пока она смотрит на меня расширившимися глазами из под накладных ресниц, только она собирается открыть рот, чтобы начать говорить, как Мерич наконец решает вмешаться в происходящее.
- Пелин, я занят.
- Я занят? Мерич, ты серьезно? Ты так вежлив с этой сучкой? А если бы меня сейчас здесь не было, чтобы ты тогда сказал? Продолжил бы проявлять свою учтивость и отвел бы ее в одну из тех своих комнат?
- Ну а как тебе комната, сладенькая? Думаю, ты то туда часто входила и выходила… - съязвила она за моей спиной.
- Заткнись! – бросаю я, по-прежнему не поворачиваясь к ней лицом. Я, правда, не хочу смотреть ей в лицо.
- Кайла, сядь в машину! – приказывает Мерич с видом, явно говорящим о том, что ему надоело все происходящее.
- Нет! – ясно и понятно говорю я.
Я появилась на этот свет не для того, чтобы терпеть весь этот стыд. Сесть сейчас в машину – это признать свое поражение.
- Я никуда не поеду с тобой. А ты можешь катиться куда собирался. Ах да, ты ведь уже давно не был ни с кем близок, ведь так? С такими, как та, что сейчас позади ме…….
Его губы прерывают мою тираду. Эта назойливая муха, позади меняв этот раз прожужжала:
- Мерич, я поверить не могу!
Она что до сих пор не исчезла?
Его губы хороши. Но нет, я не позволю ему заставить меня отказаться от принятого решения. Именно поэтому, я оттолкнула его, ударив по плечам. А он смотрел в это время на меня довольно ехидным взглядом.
- Такой девушке как ты совсем не идет произносить такие слова… - говорит он.
- Я должна об этом переживать? – говорю и снова отталкиваю его. Мерич сразу хватает меня за запястья.
- А сейчас ты помолчишь и немного послушаешь меня. Пелин, она всего лишь девушка на ночь. Я ни с кем из них, девушек из прошлого не встречаюсь. Именно поэтому она так и ввела себя сейчас. И именно потому она сейчас просто уходит… - говорит он и переводит взгляд с меня.
- Делай как знаешь, придурок.
Наконец, она уходит. Нет, ну да же, какая змеюка. Слышу отчетливый звук его удаляющихся каблучков. Теперь надо взять себя в руки и освободиться от него. Резко вырываю свои запястья из его крепких рук.
- Ты слишком опоздал… - произнеся эту фразу, я ухожу прочь.
Хотя он и повел себя довольно черство по отношению к этой девке, однако он был при этом достаточно вежлив и это меня очень бесило. Но, черт возьми, я понимаю, что не злюсь на него, не могу злиться. Может моя гордость слишком поздно проснулась, но то, что я чувствую никак с этим не связано. Просто чем больше я буду проводить время с тем, кто должен уехать, тем больнее я себе сделаю.
- Мне нужно отвезти свои вещи, тут недалеко, через две улицы, старинный кирпичный дом, квартира на мансардном этаже. А ты мне поможешь с этим. Так теперь ты сядешь в машину? Или продолжишь настаивать, что пойдешь пешком?
Я на мгновение останавливаюсь на месте.
- Надо же, иногда среди кучи твоих дурацких мыслей, проскальзывают и умные… - говорит он с сарказмом.
Оборачиваюсь к нему. Он в этот момент вытаскивает руку из кармана брюк. В руке его какой-то ключ. Так он что, не уезжает? Он остается здесь?
- Ты не поняла, ведь так? Тебе все нужно объяснять, да? Я переезжаю в свою квартиру. И да, я не уезжаю.
Именно в этот момент я вернулась в реальный мир, услышав хихиканье окружающих. Ну да, они еще здесь. Может стоит сделать вид, что я их не замечаю. Ведь я себя так и вела, словно здесь и нет никого. Думаю, пора заканчивать наше шоу.
Уверенной походкой иду к нему. Остановившись прямо перед ним, позволила внимательно посмотреть на меня.
- Браво, Мерич! Ты обманул меня. Что с тобой не так? Или ты проводил тест, насколько я расстроюсь? - стараюсь оставаться спокойно, а у самой все тело дрожит. Я еле стою на ногах, точнее сказать, пытаясь держаться из последних сил.
- На самом деле, я так сожалел о том, что стал причиной твоего сегодняшнего страха. У тебя словно настроение в миг поменялось. Ты была такой подавленной. Я просто решил разозлить тебя, чтобы вывести из этого состояния… - говорит он, а меня словно с головы до ног облили кипятком. Думаю, сейчас устоять на ногах, мне будет еще труднее.
- Иди ты знаешь куда? – только я собираюсь высказаться, как он кладет указательный палец на мои губы.
- Тебе совсем не к лицу произносить такие ругательства… - говорит он с хитрой улыбкой.
Сжав губы, пытаюсь дать приказ своему телу держаться. Попробовала развернуться и постараться уйти, пока не рассыпалась на мелкие куски. Но не смогла даже шага ступить, как он поймал мою руку.
- Нам не в ту сторону… - говорит он.
- Пошел ты… - шепчу я, продолжая дрожать. Мне срочно надо домой, к мешку с песком. Я словно наркоман при ломке, мне необходим сейчас этот мешок с песком.
- Ты нужна мне, моя Заноза в заднице. Я нуждаюсь в тебе. Если ты сейчас уйдешь, то и я уеду. В другой город. Поверь, мне очень нужна твоя помощь, чтобы устроиться в новой квартире.
У меня обман слуха или та половина Мерича, которая способна шутить, решила поиздеваться надо мной? В каком подземелье своей души, он прежде прятал этого парня?
- Я тебя ненавижу… - говорю и улыбаюсь. Да, этот парень как никто другой сбивает меня с толку. Думаю, прежде перед встречей со своим любимым мешком, было бы лучше обратиться за помощью к психиатру. Мне совсем не хорошо. Я чувствую себя словно герои «Полета над гнездом кукушки». Если я сейчас зареву – то мое место точно там.
Мерич притянул меня к себе, теперь он в упор смотрел на меня.
- Давай уже, пошли, заноза в заднице. Я не могу здесь сделать с тобой то, что хочу. Уж больно много народа смотрит на нас… - говорит он, при этом нежно проведя большим пальцем, утерев слезу с щеки. После обращаясь к окружающим, с приказным тоном… - Все закончилось. Можете разойтись.
Когда Мерич открыл дверь и усадил меня на сидение в машине, я заметила, что кое-кто даже аплодирует нам, кто-то смеется. Я стыдливо опустила голову, словно я не та отважная девчонка, которая без тени смущения еще пару минут назад устроила все это шоу. Просто у меня не было даже шанса все обдумать, прежде чем действовать. Будто у меня в голове настоящая свалка и нет возможности найти суть происходящего. Может стоит в этот раз сконцентрироваться на итоге всего этого?
Он не уезжает.
Думаю, именно этот факт стоил того позора, который я сейчас испытываю посреди многолюдной улицы.
Но день для меня не мог закончиться этим происшествием. Это я поняла, когда поднималась по ступенькам лестницы на мансардный этаж вместе с Меричем…
***
Подавленно сижу на месте, нервно провожу пальцем по ладони. Словно меня кто-то проклял, пожелав, чтобы я не знала ни одного спокойного дня. Сплошные напряги, интриги, разочарования, волнения. Просто, я бы предпочла хоть один спокойный день, взамен этим последним дням. Только вот кто-нибудь меня слышит?
- Я давно хотела познакомиться. Как вижу, ваша дружба уже далеко продвинулась.
Клянусь, идея знакомства Мерича с моими родителями исходила не от меня. Инициатор этой глупой затеи Мерич. Но должна признаться, его желание познакомиться с ними имело потрясающий эффект, словно через мое тело прошел электрический разряд и стало для меня поводом решить, что я ему дорога. Но сейчас мне точно было не до того, чтобы наслаждаться моментом. Сейчас я чувствую себя так словно мой мозг готов взорваться. В данную минуту моя мама с подозрением рассматривала парня с взъерошенными волосами, сидящего рядом со мной. Ах, как я люблю его волосы. Мама сейчас пытается создать в своей голове некий профиль этого парня, если бы она знала, что в случае с Меричем – это напрасный труд. Личность Мерича абсолютно не соответствовала его образу и тому впечатлению, которое он производил на людей. А папа… Это… Отец смотрел на Мерича так, словно еще немного и он убьет его. Именно по этой причине мне не терпелось как можно быстрее пройти эту тему о том, почему я так тянула с их знакомством.
- Я просто был очень занят.
Я пнула его ногой, скрытой белой скатертью, свисающей со стола в надежде, что этого никто не заметил. Вместо того, чтобы ответить, как он был занят, было бы неплохо услышать от него более вежливый ответ на заданный вопрос. Понятно, что ожидать от него такого было глупо, но я хотела надеяться. Вот Беркан всегда вел себя с моей мамой очень учтиво. Но о чем это я, Мерич уж точно не Буркан.
- Я слышала про твою победу на конкурсе художников. Поздравляю. Не знала, что Кайле нравиться быть натурщицей. В последнее время дочь меня очень сильно удивляет.
Напряжение в воздухе росло. Мама сложила руки на столе, а отец если бы мог, уже бы изрешетил пулями из глаз сидящего напротив Мерича. В ожидании его ответа, я толкнула Мерича локтем.
- Думаю, нам было бы более комфортно поговорить обо всем на нижнем этаже… - говорит Мерич, выпрямляя спину, пытаясь поудобнее устроиться на стуле. В этот момент я подумала о том, что этот парень точно впервые сидит за столом в «Раю». Он всей своей сутью парень из «Ада».
- Ну да, атмосфера здесь немного скучновата… - говорит отец.
- Да, уснуть даже можно. Это место больше подходит для времяпровождения пожилых людей… - не унимался Мерич.
Как по мне, он это все делает специально, чтобы взбесить моего отца, оттого я еще раз бью его ногой под столом. Не дожидаясь пока отец ответит ему, решаю поменять тему разговора.
- Мама поздравила тебя… - просто стресса мне было и так уже достаточно.
- Спасибо… - впервые с момента как мы пришли сюда достаточно вежливо ответил Мерич. Я наконец-то смогла выдохнуть и откинуться на стуле.
- Так ты получаешь стипендию за свои успехи? – спрашивает мама.
- Я не нуждаюсь в этом… - отрезал он.
- Сколько у тебя татуировок? – вступил в разговор отец.
- Не считал… - ответил Мерич, искоса поглядывая в сторону моего папы. Но я видела только одну – на запястье. Он специально так ответил, чтобы позлить моего родителя.
- Кайла совсем не любит татуировки… - говорит мама.
Пытаюсь снова перевести разговор в нормальное русло, решаю продолжить тему, начатую мамой.
- Это не от того, что я не люблю. Просто я очень дорожу своим телом.
- Уверен, что она не настолько отрицательно относится к этому. Уж во всяком случае, я могу быть рядом с ней… - говорит Мерич, при этом глядя на меня.
- Нет! – одновременно вырвалось у мамы с отцом.
Впервые с момента этой встречи, Мерич стал вести себя и говорить так, как это всегда делает Мерич. И это сразу вызвало такую реакцию у моих родителей.
- А я так не думаю… - отвечаю я им, нахмурившись.
- Может это вас немного успокоит, но у меня хватит ума не делать того, о чем она может после пожалеть… - говорит Мерич.
Слова Мерича заставляют меня засмущаться. Отец нервно покашливает.
- Кайле не о чем жалеть. До восемнадцатилетия за все что может произойти в ее жизни, в ответе мы. Хочет она этого или нет!
- Пожалуйста… - пытаюсь я остановить отца. Мы ведь не обязаны сейчас обсуждать это.
- О чем вы все говорите сейчас? О каком согласии вы говорите? Кайла? – вопрошает мама
- Может, мы уже пойдем? – с трудом выдохнула я.
- Не сейчас… - в этот раз бросает вызов Мерич… - Послушайте, давайте говорить откровенно. Я хочу, чтобы Кайла была со мной, хочу проводить с ней время. Как вы и сказали, до того как ей исполнится восемнадцать, нам для этого нужно ваше разрешение.
Пока Мерич говорит, я смотрю на маму, точнее сказать как на глазах меняется мимика на ее лице. Весь ее вид кричит «О чем вообще говорит этот парень?!». Она тут же переводит взгляд на меня. Она рассержена. Все услышанное ей явно не по душе.
- Ты что ее представитель? Почему ты говоришь за нее? – говорит отец.
В этот момент мама, которая как я думала поддержит меня, решает вмешаться в происходящее.
- Важнее этого другое. Кайла еще совсем ребенок. Да и ты еще очень молод! Меня не волнует, как ты поступал с другими своими подружками, и Кайлу это тоже не интересует. Единственное, что я хочу сказать: держись сам и держи свою жизнь подальше от моей дочери. Даже не смей думать ни о чем таком, на что намекал пару минут назад. Если нечто такое произойдет, поверь, я сделаю все, чтобы наказать тебя за это. И больше не хочу даже слышать об этом!
Я нервно провожу по волосам. Смотрю то на отца, то на мать. Отец, откинувшись назад, словно дает право принять окончательное решение маме, которая будто включила режим «женщина-диктатор». А она это умела.
- Ваша дочь всегда считает, что откровенность важна во всем. Я завел этот разговор, чтобы у вас не осталось в голове никаких сомнений. Что касается меня, то у меня никогда не было девушки. Для меня Кайла отличается от всех других девушек. Я понимаю, что это никак не повлияет на вашу оценку того, что Кайла будет со мной. Я говорю обо всем этом с вами так откровенно, потому что не хочу, чтобы она была вынуждена лгать вам. Для того, чтобы работать над картиной, будет необходимо, чтобы Кайла оставалась у меня.
- Мама, мы может закончить этот разговор… - усталым голосом вмешиваюсь в разговор. Отец по-прежнему молчит. В этом вопросе он явно на стороне мамы… - Мерич, ты не мог бы ненадолго оставить нас?
- Я буду внизу… - понимающе ответил он. После, встав с места, пожал на прощание руку родителям… - Был рад с вами познакомится.
Уже через пару секунд он спускался по лестнице в «Ад».
- И что это значит? – мама так произносит эту фразу, будто с каждым звуком пытается ударить меня.
Отец продолжает молчать. Теперь мама свой гнев направляет на него.
- Это ведь и раньше было? Значит было! Как ты мог такое позволить? – кричит она на него.
- Мама, пожалуйста. Мерич же сказал уже: между нами ничего такого не было. Черт, даже просто завести с вами этот разговор было не просто. Он одинок. Из-за того, что у него в семье, он очень нуждается во мне. К тому же, мне скоро исполнится восемнадцать. А до это времени, у меня к вам только одна просьба – доверяйте ему и мне.
Сказав все это, поняла, что в отсутствие Мерича, я становлюсь гораздо более отважной.
- Я поверить в это не могу, Кайла… - причитает мама, покачивая головой.
- Помнишь, о чем мы с тобой говорили? – спросил неожиданно отец.
- Знаю. Да, он очень необычный парень. У его мамы проблемы с психикой, с отцом у него тоже проблемы. Никто особо не интересуется им. Он чувствует себя счастливым, только рисуя.
- Но ты не его ангел-хранитель, Кайла! Почему ты так уверена, что он не обманет тебя? – не унимается мама.
- Мама, я тебя не узнаю. Неужели, ты настолько слепа? Он так повел себя, потому что видел насколько вы предвзяты по отношению к нему. Если бы показали, что хоть немного доверяете ему, он бы повел себя по другому. Он не стал тут играть роль, чтобы пустить тебе пыль в глаза. Он так чувствителен в вопросе семьи, а ты думаешь, что он может обмануть меня!
На этот выплеск эмоций, мама ничего не ответила. Только закрыла глаза и тяжело вздохнула. Отец взял меня за руку.
- Она просто волнуется за тебя. Мы волнуемся… - говорит он.
- Он вам дал слово… - терпеливо отвечаю я. Понятно, что они не знают Мерича. Я могу это понять и принять, но в то же время, будучи их дочерью, хочу чтобы они доверяли мне. Да, они злятся на Мерича за его откровенный разговор с ними, но разве не было бы гораздо хуже, если бы он проворачивал дела за их спиной?
- Мне очень жаль, что у него так с семьей, дочка. Но ты не должна взваливать на себя эту ношу… - говорит мама, но теперь уже довольно спокойным тоном.
- Я знаю . Но я хочу сделать все, что зависит от меня. Мама, пожалуйста, верь нам. Между нами ничего не было. И теперь не будет. Просто, я не хочу, чтобы он чувствовал себя одиноким… - пытаюсь я объясниться. Мой голос слегка дрожит и это производит на них гораздо большее впечатление. Но у меня сейчас так путаются мысли, что я не могу осознать этого до конца.
Отец медленно отпускает мою руку.
- Это довольно неприятная тема, но у меня нет права идти против твоего решения. Я не в силах ничего сделать, кроме того, чтобы довериться тебе. Я не могу больше тебя потерять… - говорит он.
- Спасибо, папа… - прошептала я.
- Я не считаю это правильным… - говорит мама, проводя рукой по волосам… - Я очень зла на тебя за то, что ты заставила меня сейчас пережить. Но я согласна с твоим отцом, взбалмошная папина дочка.
- Хорошо, что она в меня. Если бы была в тебя, мы бы даже не поговорили бы об этом. Мы вообще бы не говорили… - пробурчал отец. Я с облегчением громко выдохнула.
- Пожалуйста. Давайте не здесь. Спасибо за все. Вам обоим.
- Что? Прямо сейчас? – спрашивает расстроено мама.
Я только киваю в ответ, понимая, что она имеет в виду. Мама поворачивается к отцу.
- Как ты можешь быть таким спокойным?
- Не заставляй меня нервничать… - отвечает ей он.
- Я заставляю тебя нервничать? – выкрикнула мама.
- Мама, пожалуйста… - говорю, закатив глаза.
Вы не можете винить нас за то, что мы не похожи на вас, ведь так? Просто мы на пару лет проживаем те чувства, которые в свое время были у вас. И мы уж точно не собираемся заводить ребенка как вы!
- Будь осторожна, Кайла. Я соглашаюсь на все это, только ради тебя… - говорит отец.
- Спасибо… - прошептала я.
Странно, но я себя чувствую ребенком, которые использует в своих интересах различия между родителями. Мне от этого немного не по себе, но что поделать, я вынуждена это делать. Я прекрасно понимаю, насколько трудное решение я попросила их принять. Может они даже никогда не простят меня за сегодняшний разговор.
Мучимая угрызениями совести, встаю с места.
- Спокойной вам ночи… - прошептала тихонько я и направилась к лестнице, ведущей вниз.
Я бедовая девчонка. Из того поколения, которое не хочет никому принадлежать…
***
Новое жилище Мерича находилось на мансардном этаже одного жилого дома. У него даже был балкон, но он не позволял мне выйти на него, говоря, что там не убрано. Квартира состояла из двух комнат и большой гостиной. Одна из комнат была закрыта на ключ.
- Это для рисования… - сказал он мне.
В гостиной стояла антикварная мебель в богемном стиле. В середине зала стоял диван, по обе стороны от него стояли два кресла. На стене напротив дивана висел большой настенный телевизор. На диване располагались пять очень удобных подушек. Все эти вещи, включая ковер, лежащий перед диваном были подобраны в определенной цветовой гамме. Возле окна стоял пуфик цвета морской волны. Сразу рядом с дверью на стене висели картины в рамках разного размера. Пока я пыталась избавиться от какого-то непонятного щенячьего страха, мой внутренний голос шептал мне, что ко всему в этой обстановке приложила руку Нермин ханум. Везде было все убрано и начищено до блеска, все вещи лежали на своих местах, даже одежда аккуратно висела в шкафу. Ванная тоже сверкала чистотой. Даже ароматизатор стоял на полке. Осталось только разложить вещи Мерича в черный шкаф, что стоял в спальне.
- Мерич, мы получили от них разрешение. Но я не хочу заставлять их проживать это. Мне не по себе. Просто я представляю каково родителям девочки знать, что их дочь остается на ночь с каким-то парнем… - говорю, продолжая развешивать его футболки. Когда я достала из чемодана его аккуратно сложенные джинсовые брюки, Мерич закуривает сигарету.
-Тебе удалось гораздо дольше, чем я предполагал скрывать свое сожаление… - говорит он, а я пытаюсь игнорировать укор, который я слышу в его голосе. Достаю следующую стопку брюк, а сама думаю о том, что мне ему ответить. Ненавижу быть между двух огней. Правильнее будет честно сказать, что я думаю.
- Я просто хочу, чтобы у нас были красивые и нормальные отношения. Только………..
- Только… ты решила, что я хочу быть с тобой только ради секса? – взрывается мерич, я отвожу глаза.
Закончив раскладывать его вещи, закрыв шкаф, повернулась к нему.
- Я просто хотела сказать, что хочу быть как все. Я не хотела так сказать об этом. Но да, я думала о том, что может произойти. Что после того как мы будем вместе, ты можешь снова решить уехать. Но я хочу тебя предупредить: в таком случае я тебе этого не позволю сделать.
Закончив говорить, я закрыла чемодан, застегнула молнию на нем. Убрала его под кровать. Мерич в этот момент погасил сигарету, не выкурив даже половины!
- Ты теперь моя. Я не нуждаюсь сейчас в этом, но раз ты завела разговор, скажу откровенно, пока это не случится – тебе не уйти от меня.
Мерич Туна разозлился. Может он и умеет держать под контролем свой голос, поведение, но его нахмуренные брови всегда выдают его. А еще его темнеющие под пушистыми ресницами зрачки. Я решила его немного смягчить, разжав губы, тихо произнесла:
- У меня не было таких намерений в ближайшее время… Просто… Хочу, чтобы ты попробовал доверять мне. Хотя бы на долю того, как ты старался вывести сегодня из себя.
Он встал с места, он до сих пор злился. Либо мои попытки не возымели действия, либо наоборот, еще сильнее разозлили его.
- Твои мама с папой стараются ради тебя, Мерич. Они сделали все, чтобы ты не уезжал. Они нуждаются в тебе, разве ты этого не видишь?
- Они только в одном нуждаются: заглушить голос своей совести… -кричит он в ответ. У меня опускаются плечи. Если бы это касалось моих родителей, я бы тоже была так резко настроена? Или может рана Мерича намного глубже моей?
- Я только хочу, чтобы ты мне немного доверял. И пойми одно: они заботятся о тебе.
- Я стараюсь… - говорит он, нервно проводит по волосам, растрепав свои черные кудри… - Я попробую и их простить. Иначе, пока я не разрешу эту проблему, я не смогу никому доверять, Кайла. Тебе придется быть терпеливой, если же скажешь, что не сможешь, то лучше уходи сейчас. Ты не обязана ждать. Может я и не смогу этого никогда. Я только обещать попробовать. Они заставили меня прожить самые ужасные дни моей жизни. Когда другие дети позировали на счастливых семейных фото, я был лишь свидетелем их ссор. Они старались изо всех сил игнорировать меня в этом громадном доме. Потому я и не могу жить там. Потому я и переехал в эту маленькую квартиру. Черт побери, да, я ненавижу себя за это, но я нуждаюсь в том, чтобы кто-то заботился бы обо мне. Я хочу жить так, словно не нуждаюсь ни в ком. Но ты не позволяешь мне этого сделать. Как дурочка, повторяешь, что любишь меня! Говоришь, что ты волнуешься за меня. Говоришь, что не можешь вынести мою боль. Ты убиваешь меня…
Внезапно он опустился на колени.
- Я думал, что в моей жизни никогда не будет такого момента. Я не представлял в такой ситуации никого кроме мамы и папы. И то, они были только мечтой. А теперь передо мной совершенно другой человек. Тот, кто видит мою слабость. Ты…
Я не знаю, что мне делать. Я не знаю как вести себя. Я боюсь сделать что-нибудь не так и разрушить этот миг. Сейчас самым разумным будет ничего не предпринимать. У меня от боли сжималось сердце. Я не хочу его видеть таким. Прежде я считала, что я самый несчастливый ребенок на свете. У меня ведь не было папы. Когда я познакомилась с Меричем, я думала что смогу разделить свою боль с ним. А он, несмотря на то, что его родители были рядом с ним, при этом был несчастным, израненным ребенком. Я думала о том, что мы сможем обнять раны друг друга, но я представить не могла, что когда-нибудь увижу, что Мерич Туна бывает слабым. Я не хочу его видеть таким. Я согласна забрать его боль, я готова терпеть ее вместо него. Я так свыклась с этой мыслью, что уверена в том, что я смогу выдержать эту ношу. Я согласна на все. Но выдержать картину страданий любимого мной человека я не могу. Всю свою жизнь прежде я старалась играть роль счастливой девочки, ради мамы, я хотела, чтобы она верила – я очень счастлива. Только бы мама не расстраивалась. Я это делала даже тогда, когда готова была зареветь от одной мысли, что у меня нет отца. Или как в первый день в школе, когда, закрывшись в туалете, я проревела, а после, собравшись и взяв себя в руки, вышла к маме с улыбкой на лице.
- Я так хочу услышать, что ты не уедешь, что любишь меня, что ты волнуешься за меня, что…
У меня из глаз текут слезы, я опускаю голову, чтобы посмотреть на него. Он тоже в свою очередь смотрит на меня. Замечаю, как слеза катится по его щеке.
- Ты меня снова толкаешь в это ненавистное мне чувство нужды в тебе… - говорит он.
Я слегка отступаю назад. Он сразу хватает меня за талию.
- Только не уходи… - шепчет он, сразу притянув меня к себе. Кладет голову мне на живот. Мы правда переживаем этот момент. Он стоит передо мной на коленях. Сейчас мы будто поменялись ролями. Мерич всегда такой сильный, сейчас так напоминал меня саму. Он показывал свою слабость, не стыдясь и не скрываясь. Может это было и хорошо, но я не хочу его видеть таким. Мы не должны переживать такое по вине наших семей. Ни я, ни Мерич, ни кто либо такой как мы…
- Я не уйду, Мерич. Пожалуйста, встань уже.
Думаю, он это и так уже понял. Он послушался меня. Поднявшись, нежно вытер мои слезы, после нагнувшись, поцеловал меня. Его руки нежно гладили меня по щекам. Мы так простояли какое-то время. Его нежные прикосновения я чувствовала сейчас не только на своих губах, лице, руках. Мерич будто гладил мою душу. Я знаю, он любит меня. А я люблю его любить. Никому не понять, как я могла так сильно полюбить его за такое короткое время. Потому что никто не видел нас такими. Они просто смотрели на нас. Может быть иногда, но именно «иногда» замечали что-то, но быстро забывали об этом. Мы ведь должны быть «как все». Наши семейные проблемы не должны никоим образом влиять на нас. Все именно этого ждали от нас. Я не единственный ребенок в мире, у которого проблемы с родителями. Думаю, всем таким детям как я, говорят подобные вещи. Такие как я, должны уметь держаться, а если нужно поддерживать других, таких как я. Познакомившись с Меричем, я увидела в нем себя. Я смогла показать тому, спрятанному глубоко внутри Меричу показать насколько он для меня особенный. А он смог увидеть меня. Я с трудом отрываюсь от него, только для того чтобы набрать в грудь воздуха. Когда он прижался к моему лбу своим, я смогла перевести дыхание.
- Мы увидели друг друга… - прошептала я, не ожидая ничего в ответ. Большой палец Мерича гладил мою шею. Я медленно открыла глаза. Чтобы увидеть карее сокровище его глаз, я слегка отклонила голову назад. В них я увидела все, что он хотел сказать мне. Пусть он и сдерживается, пусть не говорит, но глаза его не могут хранить от меня секреты. Они много чего могли рассказать мне. Пусть мы не всегда понимали друг друга, когда сходились во мнениях, когда и нет, но в те моменты когда это происходило – это было очень глубоко и очень ценно.
В те моменты, когда на меня накатывала грусть, одновременно с этим я чувствовала ни с чем не сравнимую романтику. Да, Мерич пока довольно жесткий и сдержанный. Всегда сильный. Но будучи таким, он делился всем этим со мной. Он придавал мне силы. И теперь моя главная роль в том, чтобы разрушить в нем эту стену печали.
- Я люблю тебя… - говорю я.
Он молчит в ответ. Я даже думаю, что мне никогда не услышать от него ответа на эту фразу. Потянувшись, я снова начала целовать его. Спустя пару секунд отрываюсь от него.
- Ради меня, всего лишь раз ты не сделаешь это? – спрашиваю его, а у Мерича от удовольствия брови словно взлетают вверх.
- А ты можешь дать слово, что больше никогда не попросишь меня об этом? – ставит он мне условия. Я нервно покусываю губу. У меня был шанс услышать это всего лишь раз и я не хотела его потратить зря. Подумала…
- Если это идет из самого нутра, говори сейчас. Больше не попрошу, даю слово… - сказала и стала со страхом ждать. С его лица в миг исчезла эта хитрая улыбка. Когда нагнувшись, он снова начал целовать меня, я поверила в то, что он никогда не скажет мне этого. Значит, это не идет из самого нутра, оттого он и молчит. Оставив мои губы, он переходит к щека, после снова губы, после его губы словно не желая оставлять ни один кусочек моего лице не зацелованным, нежно касаются меня вновь и вновь. Между его поцелуями я стараюсь перевести дыхание. Обнимаю его крепко-крепко. Я могу с этим справиться. Он всегда останется парнем с темной стороны. Но при этом парнем, который улыбается только в моем присутствии. Когда его губы снова начинают ласкать мою кожу, я открываю глаза. Сейчас он смотрит на меня самым красивым тоном своих глаз цвета кофе.
- Кажется, я люблю тебя, моя заноза в заднице… - он застал меня врасплох. Я знаю точно, он сейчас слышит биение моего сердца, и это также очевидно, как то, что он Мерич, а я Кайла.
Его пальцы начинают двигаться по моей шее так, словно рисуют картину. Я снова смотрю в его глаза, вижу как начинают темнеть его зрачки, становясь черными.
- И знай, я никому не позволю любить тебя! Это не ревность. Просто, ты моя!
Его пальцы прочертили дорогу к моим губам. Я почти перестала моргать. Большим пальцем он провел по моей нижней губе, после потянулся за моей рукой, которая лежала на его шее. Он взял ее, притянул к себе, начал ласкать мою ладонь. Это был не прилив романтики. В этом его поступке романтики было меньше всего. Этим он будто показывал мне, кем я являюсь на самом деле. Это был момент, когда я была принята в мир Мерича Туны. Я знаю, что теперь я должна быть гораздо внимательнее. Его черные зрачки объясняли мне это без слов. Раньше я была ребенком, которому могли простить шалости, могли дать еще один шанс. Теперь все будет иначе.
- Кайла Мерича или Дерин Мерича… - говорит он, переплетя наши пальцы в замок. Его глаза почти черные. Я еще до конца не понимаю, готова ли я к тому, чтобы войти в его жизнь. Войти в его темноту одновременно и жутко, и безумно волнительно. И именно это и происходит в этот миг.
И вот мы пришли к тому самому моменту, после которого нет пути назад. Все что должно было быть сказано – сказано. Он словно давая понять мне это, снова целует мои губы и после шепчет:
- Но чтобы не случилось, ты девушка Мерича.
Его темнота вовсе не пугает меня. Единственное, что я знаю, это ощущение счастья, когда я рядом с ним!
Я восхищаюсь его мыслями, и сейчас ощущаю, как еще больше погружаюсь в него, в его бездну. Это было очень волнующе. Это как тонуть в этой глубине, но при этом не бояться, а желать этого еще больше. И еще, я знаю, это начало. Начало пути Белого в Темноте.
- Моя заноза в заднице…
Девушка Плохого Парня или девушка Мерича, но как бы не было его заноза в заднице…………………….