Реакция-заказ 40
1. Т/и в Аду с 2015
ЧАРЛИ
Чарли смотрит на тебя с искренним шоком и почти восторгом.
— Погоди… ты… ты здесь с 2015 года?..
— То есть… ещё до отеля… до всего?..
— Когда я попала сюда, Ад был совсем другим.
— Меньше камер. Больше крови.
Чарли замолкает. Её улыбка становится мягче, но грустнее.
— И ты… всё ещё здесь.
— Всё ещё жива. Это… это правда невероятно.
Она берёт тебя за руки.
— Значит, ты видела Ад таким, каким он был на самом дне.
— И всё равно не сломалась…
Т/и — доказательство, что даже Ад не может уничтожить надежду полностью.
ВЕГГИ
Вегги сразу насторожена.
— С 2015?
— Значит, ты прошла через несколько чисток и всё ещё цела?
— «Цела» — громко сказано.
— Но да, я научилась выживать.
Вегги хмыкает, скрещивая руки.
— Тогда ты опаснее, чем выглядишь.
— И умнее большинства.
Пауза.
— Я рада, что ты на нашей стороне.
Т/и — не слабое звено. Это тот, кто переживёт всех.
АЛАСТОР (Здесь Аластор попал в Ад 2018 )
Аластор улыбается слишком широко.
— Хо-хо~!
— 2015 год… какая восхитительная дата~
Он наклоняется ближе.
— Ты слышала мой голос ещё до того, как он стал легендой, верно?
— Я видела, как ты только начинал пугать Ад.
Смех. Тихий. Опасный.
— Ах…
— Значит, ты не просто выжившая.
— Ты — свидетель.
Он выпрямляется.
— Такие, как ты… всегда интереснее мёртвых.
Т/и — редкий экземпляр. История, которая ещё дышит.
ХАСК
Хаск даже не удивляется. Только вздыхает.
— Ага…
— Тогда понятно, почему у тебя такой взгляд.
— Какой?
— Взгляд того, кто давно перестал ждать чуда.
Он делает глоток.
— Если ты здесь столько лет и всё ещё не спилась. Значит, у тебя крепкие нервы.
Т/и знает цену времени. И боли.
ЭНДЖЕЛ ДАСТ(Здесь Энджел начал работать на Валентино после твоей смерти)
Энджел сначала смеётся.
— ПОДОЖДИ.
— Ты хочешь сказать, что ты в Аду дольше, чем я тусуюсь на камеру?!
Он смотрит на тебя внимательнее.
— Чёрт…
— Тогда ты видела меня, когда я был ещё большим идиотом.
— Ты стал сильнее.
Он моргает. Потом ухмыляется, но мягко.
— Знаешь…
— Приятно, что кто-то помнит меня настоящего.
Т/и — та, кто видит людей за грехами.
ЛЮЦИФЕР
Люцифер смотрит с холодным интересом.
— 2015…
— Значит, ты появилась здесь ещё до моего возвращения в игру.
Он улыбается.
— И всё это время ты наблюдала за Адом…
— Не вмешиваясь слишком сильно.
— Иногда выжить — уже вмешательство.
Он смеётся.
— Ты мне нравишься.
— Такие демоны редкость.
Т/и — тихая переменная, которую нельзя недооценивать.
НИФФТИ
Ниффти в восторге.
— ВААААУ!
— Ты такая старая!!
— В смысле… не старая… ну… ты поняла!!
Т/и улыбаясь:
— Я пережила много уборок.
— ТОГДА ТЫ ТОЧНО ЗНАЕШЬ, ГДЕ САМЫЕ ГРЯЗНЫЕ МЕСТА АДА!!
Т/и — кладезь секретов и пыли.
СЕР ПЕНТИУС
Он явно нервничает.
— С-с 2015?!
— Т-то есть вы… пережили больше, чем м-многие оверлорды?!
— Не все выживают громко.
Он выпрямляется.
— Восхитительно!
— Вы — вдохновение!
Т/и — доказательство, что интеллект и терпение сильнее силы.
ВОКС
Вокс прищуривается.
— Значит, ты была здесь до моего расцвета.
Экран мерцает.
— И всё это время ты не стала брендом.
— Почему?
— Я не продаю себя.
Он усмехается, но напряжённо.
— Опасный подход.
Т/и — угроза системе. Потому что ей она не нужна.
ВАЛЕНТИНО
Валентино скользит взглядом.
— Ммм…
— Столько лет в Аду и всё ещё не сломана?
Т/и холодно:
— Попробуешь — узнаешь почему.
Он смеётся, но отступает.
Т/и — не игрушка. И это его бесит.
ВЕЛЬВЕТ
Вельвет смотрит с интересом.
— С 2015?
— То есть ты видела Ад до трендов?
— И до фильтров.
— Офигеть…
— Ты буквально винтаж.
Т/и — эстетика выживания.
2. На предательство близких ?
Чарли
Чарли слушала, прижав ладони к груди. Глаза блестели — не от восторга, от злости… за Т/и.
— Подожди…
Ты спасла ей жизнь.
А тебя за это… выбросили?
Т/и горько усмехнулась.
— Она сказала, что ей стыдно за меня.
Что я… такая.— тише. — А я и сама так думаю.
Чарли резко встала. С дрожащим голосом:
— НЕТ! Ты не шлюха. Ты дочь, которая сделала невозможное, потому что система и люди вокруг тебя подвели.
Она подошла и осторожно обняла Т/и.
— Если в этом аду есть хоть капля справедливости — тебе не за что стыдиться.
Т/и — жертва жестокого выбора, а не плохой человек. Она видит в ней силу, которую сама Т/и пока не может принять.
Вегги
Вегги сжала копьё так, что побелели костяшки.
— Значит, парень кормил тебя обещаниями,
мать закрыла глаза на реальность,
а когда ты сделала грязную работу — тебя выкинули?
— Я сама виновата. Я согласилась.
Вегги резко:
— Ты была загнана в угол.
Это не согласие, это отчаяние.
Она наклонилась ближе, голос стал ниже.
— И если кто-то ещё раз назовёт тебя теми словами, которыми ты себя называешь… Я объясню, почему он ошибается. Физически.
Она зла не на Т/и, а на мир. Считает, что Т/и выжила там, где многие бы сломались.
Аластор
Аластор улыбался. Но это была не весёлая улыбка.
— Ах~ какая очаровательная трагедия.
Любовь, деньги, жертва… и, разумеется, неблагодарность.
Т/и сжалась.
— Можете не притворяться. Я знаю, что выгляжу мерзко.
Аластор внезапно наклонился, его голос стал мягче, почти опасно спокойным.
— Душа моя …Самые грязные поступки часто совершают самые отчаявшиеся.
А не самые злые.
Он выпрямился.
— Тебя использовали. А потом выбросили, когда ты стала неудобной.
В этом аду ты… удивительно жива.
Ему нравится её стойкость. Он не осуждает — он видит в ней «интересную поломку».
Хаск
Хаск молча налил ей стакан.
— Пей. Не чтобы забыть. Чтобы руки не дрожали.
— Я ненавижу себя.
Хаск фыркнул.
— Все ненавидят себя.
Разница лишь в том, за что.
Он посмотрел на неё тяжело.
— Ты сделала это не ради кайфа, не ради славы.Ты сделала это, чтобы твоя мать дышала. Я видел куда худшие причины.
Считает, что Т/и расплачивается за чужие грехи. Уважает её молча.
Энджел Даст
Энджел сначала шутил. Потом резко замолчал.
— Хэй…
Когда ты говоришь про стыд —
ты говоришь как я. Только ещё больнее.
Т/и подняла глаза.
— Мне кажется, я себя уже не отмою.
Энджел сел рядом.
— Спойлер: мытьё — это не про тело.Это про то, перестанешь ли ты себя бить каждый день.
Он слегка улыбнулся, но глаза были серьёзные.
— Ты не обязана ненавидеть себя, чтобы искупить это.
Ты уже заплатила слишком много.
Он видит в Т/и отражение себя и хочет, чтобы она не повторила его путь самоуничтожения.
Люцифер
Люцифер слушал молча. Потом рассмеялся — сухо, зло.
— Как типично.
Мать приняла жертву.
Но отвергла жертвующего.
Он посмотрел на Т/и сверху вниз, но без презрения.
— Ты заплатила собственной репутацией, телом, психикой.
А они заплатили… ничем.
Т/и шёпотом:
— Значит, я и правда грязная?
Люцифер наклонился.
— Нет. Ты — доказательство того, что любовь иногда требует жестоких решений.
И это пугает людей больше всего.
Считает, что Т/и сломали моральные догмы, и за это её наказали.
Ниффти
Ниффти вдруг подбежала и крепко обняла тебя:
— Ты плакала, да?
Я чувствую! Ты пахнешь грустью!
— Я плохая…
Ниффти резко:
— НЕТ!
Плохие не плачут так сильно!
Для неё всё просто: Т/и добрая, потому что ей больно за других.
Сэр Пентиус
— Э-это… крайне н-несправедливо!
Вы проявили с-самопожертвование, а в ответ получили… изгнание!
— Добро не всегда вознаграждают.
— Тогда мир устроен неправильно!
Он искренне потрясён и уважает Т/и как «героя трагедии».
Вокс
Вокс усмехался.
— Ирония в том, что мир жрёт такой контент, а потом презирает тех, кто его создаёт.
Он посмотрел на неё пристально.
— Ты стала жертвой лицемерия.
И поверь — ты не первая и не последняя.
Он видит в этом систему, а не личный позор Т/и.
Валентино
Валентино хмыкнул.
— Сладкая, ты просто не умела играть по правилам.
Энджел резко поднялся.
— ЗАКРОЙСЯ.
Он обесценивает её боль. И это многое о нём говорит.
Вельвет
— Ты удалила всё…
Но интернет помнит.
Т/и вздрогнула.
Вельвет пожав плечами:
— И знаешь что?
Это не значит, что ты — это навсегда.
Она не осуждает, но смотрит прагматично: прошлое не равно личность.