Третье действие.
Фрэнсис Скотт Кей Фицджеральд.
В роскошном пентхаусе, с видом на мерцающие огни Йокогамы, Фицджеральд потягивал выдержанный коньяк, задумчиво глядя на город внизу. В отличие от Мори и Ранпо, его интерес к Фуккацуми был отнюдь не продиктован жаждой власти или желанием предотвратить катастрофу. Фицджеральда не волновала флейта Горного Бога и её разрушительная сила. Его внимание привлекла сама девушка, её необычная способность, её хрупкая красота и та тайна, что окружала её существование.
— Фуккацуми, — прошептал он, смакуя её имя на губах, словно дорогое вино. — Ты настоящая жемчужина, скрытая от глаз мира. И я найду тебя.
Он не видел в ней оружие или инструмент. Он видел в ней нечто прекрасное и уникальное, нечто, что он хотел бы присвоить себе, сделать частью своей коллекции редкостей. Её способность слышать музыку душ казалась ему особенно притягательной. Он представлял, какие мелодии она могла бы сыграть для него, какие секреты души она могла бы ему открыть.
— Луиза, — обратился он к своей верной помощнице, которая молча стояла рядом, — я хочу, чтобы ты нашла эту девушку. И привела её ко мне. Целой и невредимой.
— Будет сделано, господин Фицджеральд, — ответила Луиза, слегка кланяясь. Она знала своего хозяина как облупленного и понимала, что его интерес к Фуккацуми был не просто мимолетным капризом. Это было нечто большее, нечто похожее на одержимость.
— И ещё, — добавил Фицджеральд, — я хочу знать всё о ней. Её прошлое, её семью, её мечты... Всё. Я хочу знать её так же хорошо, как знаю самого себя.
Луиза вновь поклонилась и бесшумно вышла из комнаты, оставляя Фицджеральда наедине с его мыслями о Фуккацуми. Он был уверен, что она станет его самым ценным приобретением, его самой любимой игрушкой. И он был готов на всё, чтобы добиться её.
Фицджеральд откинулся на спинку кресла, позволяя мягкой коже обнять его тело. Он закрыл глаза, и перед его внутренним взором возник образ Фуккацуми. Её нежные черты лица, обрамлённые каштановыми волосами, её большие выразительные глаза, словно два глубоких озера, её хрупкая фигурка, облечённая в простое, но изящное платье. Он представил её сидящей рядом с ним, её маленькая рука покоится в его ладони, её голос, тихий и мелодичный, наполняет комнату нежной музыкой.
Он чувствовал, как его сердце начинает биться чаще, как в жилах закипает кровь. Он желал её. Желал не как трофей или инструмент для достижения своих целей, а как нечто прекрасное и уникальное, нечто, что он хотел бы оберегать и лелеять. Он хотел видеть её улыбку, слышать её смех, чувствовать тепло её тела рядом с собой.
— Скоро, Фуккацуми, — прошептал он, и его голос был наполнен нежностью и предвкушением. — Скоро ты будешь моей. И тогда весь мир увидит, какое сокровище я нашёл.
