реакция
Реакция на то что ты села к ним на колени
Мудзан Кибуцудзи
Он замирает на мгновение, затем медленно, почти лениво обнимает Т/И за талию, притягивая ближе. Его улыбка холодная, но в глазах мелькает что‑то, напоминающее удовольствие.
— Интересно… — шепчет он, слегка наклоняясь к её уху. — Ты такая смелая или просто не осознаёшь, с кем играешь?
Его пальцы неторопливо скользят вдоль её спины — ласково, но с намёком на силу. Он чуть сжимает руку, будто проверяя, попытается ли она отстраниться.
— Останься ещё ненадолго. Мне… кажется что парой мне не хватает твоего внимания
Кокушибо
Его реакция почти незаметна — лишь едва уловимое дрожание ресниц выдаёт удивление. Он не отталкивает, но и не спешит проявлять теплоту. Вместо этого осторожно, почти ритуально проводит ладонью по её плечу, словно изучает.
— Так непривычно… — произносит он тихо, почти для себя. — Но это довольно сложно понять
Он чуть наклоняется, вдыхая аромат её волос,
Доума
Доума заливается звонким смехом и тут же заключает Т/И в крепкие, почти удушающие объятия. Его улыбка сияет, но в глубине глаз проступает странный, маниакальный блеск.
— О, как же здорово! — восторженно восклицает он. — Теперь ты точно никуда не убежишь, да?
Он начинает слегка покачивать её, словно ребёнка, и шепчет, чуть понизив голос:
— Я покажу тебе столько всего чудесного… Сладкие фрукты, красивые цветы, танцы под луной… А если вдруг станет грустно, я просто сделаю так, чтобы ничто плохое тебя больше не коснулось.
Его объятия остаются ласковыми, но вырваться из них становится всё сложнее.
Аказа
Аказа резко вздрагивает, его лицо заливает румянец. Он порывисто обхватывает Т/И за плечи, но тут же пытается это скрыть, хмурясь и отводя взгляд.
— Ты… совсем безрассудная, — хрипло бормочет он, но его руки не отпускают.
Он неловко, почти неумело прижимает её к себе, уткнувшись носом в её волосы. Его голос звучит грубо, но в нём слышится непривычная мягкость:
— Просто… посиди так ещё немного. Мне это… помогает сосредоточиться.
Его хватка остаётся крепкой, почти болезненной, но постепенно он начинает едва заметно поглаживать её спину — будто сам не до конца понимает, что делает
Гютаро
Гютаро резко вскидывает голову, его глаза сужаются, но он не отталкивает. Вместо этого его рука невольно сжимается на талии Т/И — крепко, почти до боли, но затем хватка чуть смягчается.
— Ты что, смерти ищешь? — хрипло бросает он, но голос звучит не так грозно, как обычно.
Он отворачивается, пытаясь скрыть смущение, но не отпускает. Его пальцы начинают едва заметно поглаживать её спину, будто против воли.
— Раз уж уселась — терпи. Я не стану подстраиваться под твои капризы, — добавляет он, и в его тоне проскальзывает странная, почти заботливая нотка.
Клоны Хантэнгу
* Сэкидо
Сэкидо вздрагивает, его лицо искажается в привычной гримасе раздражения, но он замирает на полуслове. Вместо крика он резко хватает Т/И за плечо — не чтобы оттолкнуть, а чтобы удержать.
— Не смей двигаться, — шипит он, но его пальцы уже скользят вдоль её руки, будто изучая.
Его взгляд становится странным — напряжённым, почти заворожённым.
— Мне нужно понять… почему это не вызывает отвращения, — бормочет он, и его хватка становится чуть мягче.
* Караку
Караку заливается звонким смехом и тут же заключает Т/И в объятия, раскачивая из стороны в сторону.
— О, как чудесно! — восторженно восклицает он. — Теперь всё будет по‑другому!
Его улыбка сияет, но в глазах мелькает что‑то тёмное, собственническое.
— Я покажу тебе мир, полный радости! — шепчет он, прижимая её ближе. — Никаких слёз, никаких обид — только смех и сладости. А если кто‑то попытается это испортить… ну, он просто исчезнет из нашей истории.
Он продолжает укачивать её, напевая весёлую мелодию, но его хватка остаётся железной.