Кронпринцесса
— Задолго до того, как у времени появилось название, мир Ниндзяго был создан Первым Мастером Кружитцу с помощью Четырёх Золотых Орудий. Коса Землетрясений, Нунчаки Молнии, Сюрикены Льда и Меч Огня — оружие было настолько мощным, что никто не мог справиться с его силой сразу.
Когда Великий Первый Мастер Кружитцу ушёл в мир иной, двое его сыновей поклялись защищать оружие. Однако самого старшего из них, Лорда Гармадона, поглотили силы Тьмы, и он захотел завладеть всем оружием Кружитцу. Между братьями разразилась битва, в результате которой Лорд Гармадон был побеждён и сослан в Подземный мир, Преисподнюю. В Ниндзяго воцарился мир.
Младший брат спрятал оружие, но, зная неустанное стремление своего старшего брата к власти, на охрану поставил свирепого дракона. Опасаясь за собственную жизнь, младший брат нарисовал карту, на которой обозначил местоположение оружия, и отдал её простому, но честному человеку, чтобы тот спрятал её. Этим честным человеком оказался один из потомков Первого Мастера Огня, — с таинственным выражением лица говорила молодая женщина.
На её коленях сидела малышка и внимательно слушала каждое сказанное матерью слово.
— Получается, мастер Ву — это младший брат? — мило коверкая слова, спросила она и похлопала нежно-голубыми глазками.
— Ты права, Корнелия, — Сакура тепло улыбнулась и погладила дочку по роскошным волосам такого же молочного цвета, как у неё самой. — Но это не всё, что я хотела тебе рассказать.
Девочка поудобнее устроилась на коленях матери и покрепче обняла её шею. Навострив маленькие ушки, она с уже большим интересом и любопытством в наивных детских глазах приготовилась слушать дальше.
— Кроме Четырёх Золотых Орудий Кружитцу, было и Пятое, — улыбнувшись, начала Сакура, следя за каждым действием дочери. — Оно не было связано с остальными, но тоже было особенным. Золотая Диадема Ветра. Владелец этой диадемы был способен чувствовать все колебания воздуха, происходящие в ста метрах от него самого. Он мог почувствовать приближение врага и с лёгкостью отразить почти любую атаку.
Корнелия восторженно ахнула, удивлённо распахивая глаза. Сакура нежно улыбнулась и щёлкнула дочку по аккуратненькому маленькому носику. Девочка тут же улыбнулась и захихикала, отбиваясь от матери маленькими ладошками.
Сакура вновь улыбнулась и продолжила свой рассказ: — Она передаётся в семье твоего отца из поколения в поколение. Но ещё будучи ребёнком он предал верность мастеру Ву, странствовал по всему Ниндзяго, попал в наше Королевство, а после нашего знакомства предал нас, обокрал и сбежал обратно в свой родной мир; из-за чего не был удостоен чести получить эту диадему. А его сила должна передаться тебе, помнишь?
Корнелия утвердительно кивнула и улыбнулась ещё шире.
— Мастер Ву, как главный хранитель Золотого Орудия, передал эту диадему мне. И теперь, пришло время передать диадему тебе.
Миссис Сторм аккуратно пересадила дочь со своих коленей на постель, а сама прошла к прикроватной тумбе. Корнелия с интересом и замиранием сердца наблюдала за тем, как её мама достала из тумбы какую-то деревянную шкатулку, которая была надёжно заперта. Сакура ввела секретный код, и шкатулка открылась.
Корнелия подползла ближе к краю роскошной кровати, явно заворожённая красотой неизвестного предмета, что со всей аккуратностью и осторожностью Сакура доставала из шкатулки. Женщина с необычайно красивой золотой диадемой в руках повернулась к дочери и тепло улыбнулась.
— Корнелия, эта Золотая Диадема Ветра достаётся тебе по праву наследства, — с торжественным настроем начала она. — Ты — истинный мастер Ветра, и твоя обязанность защищать наш мир и мир Ниндзяго от таких злодеев, как Лорд Гармадон. Я же могу тебе довериться?
— Конечно! — девочка радостно подпрыгнула на кровати. — Обещаю, когда я вырасту, я стану самой сильной, самой смелой и самой умной мастерицей Ветра! Вот увидишь, ты будешь гордиться мной! — она встала на кровати в позу великого героя и нахмурила лицо, придавая себе грозный вид.
— Тогда, моя маленькая дочурка, это тебе, — Сакура торжественно одела диадему на голову девочки. Усадив её обратно на край постели, женщина присела на корточки и взяла дочурку за руки, внимательно вглядываясь в голубые глаза. — Ты чувствуешь какие-то изменения? Чувствуешь, как моя рука разрезает воздух? Как еле ощутимый ветерок подаёт тебе сигнал, показывает: где я?
— Неть... — Корнелия расстроено выдохнула, опуская голову.
— Ничего страшного, — Сакура снисходительно улыбнулась и погладила ладони дочери большими пальцами. — Мастер Ву обучит тебя использовать свою силу, и тогда ты точно станешь самой сильной, смелой и умной мастерицей Ветра во всём Ниндзяго! Ну и Королевстве Света тоже, — Корнелия с надеждой взглянула на маму и шмыгнула носом. — Ты будешь первой наследницей трона с силами стихий. После создания нашего мира Первый Мастер Кружитцу наделил наш народ магией Света, а ты будешь особенной. Кроме нашей наследственной магии, которая проявится у тебя совсем скоро, ты будешь обладать силами стихий из другого мира. И я уверена, ты будешь самой лучшей Императрицей за всю историю нашего Королевства.
— Правда? — вытерев нос кулачком, с детской надеждой спросила Корнелия, смотря в такие же добрые голубые глаза матери.
— Конечно, — ласково улыбнулась та и нежно прижала дочь к себе.
Девочка радостно улыбнулась и обняла маму в ответ, прижимаясь ближе к женскому телу.
год спустя
Корнелия, наследная принцесса, стояла за дверью покоев своей матери и с волнением прислушивалась к разговору между Императрицей и её советником. Она нервно теребила край пышного рукава своего дорогого платья.
— Вы же понимаете, что наследная принцесса ещё слишком мала, чтобы занять трон? — с тревогой спрашивал Джерон.
— Конечно, — ответил хриплый и слабый голос Сакуры. — Именно поэтому Корнелию должен забрать Ву. Она будет жить с ним в другом мире, пока сама не решит вернуться. Я уже договорилась с Ву, и он придёт к порталу, как только получит моё письмо. Оно уже готово. После церемонии сразу же отправьте его в монастырь Кружитцу.
— Но как же? — в недоумении воскликнул верный советник. — Кто тогда станет Императором? Кто будет править? Что мне сказать народу?
Императрица приложила бледный палец к побелевшим губам, чтобы остановить его. Джереми сразу же затих и, подойдя ближе к постели, опустился на колени. Положив руки на край кровати, он продолжил, понизив тон до напряжённого полушёпота:
— Ваша Светлость, я не могу так поступить с нашим Королевством! А если принцесса Корнелия не вернётся? Что будет тогда?
— Джерон, это самое правильное и справедливое решение по отношению к моей дочери, пойми это, — даже будучи смертельно больной, Сакура находила в себе силы ласково говорить и нежно улыбаться.
Она положила руку поверх рук советника и закашлялась. Джерон помог женщине присесть и подложил подушку под её спину.
— Верь Корнелии, — вновь заговорила Императрица. — Даже если принцесса не вернётся, ты должен ждать. Ты должен верить ей до конца. А до тех пор управляй Королевством и верно служи нашему народу.
— Но... — хотел было возразить Джерон, но молебный взгляд Императрицы заставил его подчиниться. Он отошёл на пару шагов от Императорской ложи и слегка склонил голову в покорном поклоне. — Хорошо, Ваше Величество.
По слегка напудренным розовеньким щекам маленькой девочки побежали слёзы, а рукав платья разошёлся на золотые нитки.
— Джерон, у меня к тебе последняя просьба... — эта фраза Императрицы была последним, что услышала Корнелия, прежде чем убежать.
Она бежала по обширным коридорам дворца так же быстро, как слёзы бежали по её щекам, оставляя мокрые дорожки и смывая макияж.
Мысли в детской голове беспощадно путались, заставляя панику внутри принцессы стремительно расти.
Корнелия всё никак не могла поверить, что мама хочет оставить её одну, что совсем скоро мамы не будет.
Разве так должно быть? Разве мама должна уходить в другой мир, бросая своё маленькое чадо?
Она бежала, не разбирая дороги, и не заметила, как врезалась в кого-то.
— Ваше Высочество, что случилось? — спросила горничная, мягко отстраняя малышку от своего белоснежного фартука.
На том месте сразу же остались макияж и мокрые пятна.
Удивившись, Аглая заглянула в голубые глаза принцессы, которые успели слегка поблекнуть, и испуганно вздохнула.
Глаза покраснели от слёз, губы побелели от страха и тревоги, а макияж был беспощадно стёрт и размазан по всему детскому личику. Волосы, аккуратно заплетённые в красивую косу, растрепались, а бело-золотое платьице с вышивкой фамильного герба Императорской семьи помялось.
— Принцесса, что с вами случилось? — вновь подала голос Аглая.
Корнелия задержала на ней взгляд всего пару секунд, после чего сразу убежала в свои покои, продолжая захлёбываться в слезах.
Захлопнув дверь, девочка заползла на кровать и сжалась в комочек. В комнате было темно, ведь шторы были завёрнуты, а свечи уже потухли. Зажечь их Корнелия не умела, а шторы были слишком большие и тяжёлые для неё.
Но темень не мешала принцессе. Наоборот, в такой одинокой обстановке было намного удобнее плакать, размышляя обо всём.
Все эти месяцы ей бессовестно врали.
Няни, прислуги, фавориты — все они врали об истинном состоянии здоровья её матери, говоря, что Её Величество просто устала от Императорских дел.
Но ведь состояние Сакуры было намного серьёзнее, чем обычная усталость. Корнелия ясно поняла это из разговора мамы и верного советника их небольшой семьи.
полгода спустя
Маленькая кронпринцесса, крепко обняв бездыханное тело матери, громко плакала. Совсем скоро должна была начаться церемония проводов Императрицы Света в мир Ушедших, и Корнелии предоставили возможность попрощаться с ней в уединённой комнате для подготовки тела.
— Мама, мамочка, любимая моя, пожалуйста, не уходи, — шептала Корнелия, не в силах справиться с нахлынувшими эмоциями. — Пожалуйста, не покидай меня, останься со мной, вернись ко мне...
Но ответа она не слышала. Девочка отстранилась и, взглянув на тело матери, одетое в красивый белый сарафан, который используется для церемонии прощения с умершим светлянином, заметила, что Сакура, её мать, никак не реагирует на слова и действия дочери. Она лежала ровно на спине с закрытыми глазами и сложенными к груди руками.
Больше Сакура не улыбнётся своей малышке. Больше она не погладит мягкие волосы дочери и не скажет ей пару ласковых слов. Больше Императрица не совершит ничего, чем могли бы восхищаться её народ и её маленькая копия — наследница их мира.
От осознания этого из блёклых голубых глаз снова полились горячие слёзы, словно самый настоящий град. Корнелия зарыдала с новой силой и спрятала всхлипы в плече тела мастери.
пропуск времени
Через несколько часов девочка, облачённая в чёрное, как и все жители Королевства Света, стояла на торжественной церемонии, посвящённой прощанию с Императрицей.
Корнелии было запрещено проявлять эмоции, разговаривать с кем-либо и отвлекаться от церемонии. Но она и не собиралась этого делать.
Последний родной человек покинул её, и она осталась одна в этом мире, который теперь казался ей далёким и чужим — мире под названием «Ниндзяго».
В её маленькой голове роились вопросы, на которые пока не было ответов.
Как я буду жить в этом мире? Примут ли меня там? Смогу ли я когда-нибудь вернуться домой? Смогу ли я стать той, кем хотела видеть меня мама? Смогу ли я овладеть своими силами и помочь своему народу?
А что, если у меня ничего не получится? Что тогда будет?..