Глава 8
На утро Рина хотела увидеть его реакцию на нее, узнать как дальше будут складываться их отношения, но там сидела его мама и он ничего не сказал, хотя пристально посмотрел на нее и долго провожал взглядом. А может и не сказал ничего просто так. Рину это злило это до костей, неужели он настолько маменькин сынок, что даже не может прикинуться друзьями.
За время новой "головной боли" пациентка даже не заметила, что томбой, он же Юля, начал больше со всеми разговаривать, хотя и очень тихо, поэтому когда он говорил, все замолкали, что бы услышать. Юля попросил говорит о нем тоже в мужском роде, поэтому и мой авторский голос называет его "ним". Насмешки прекратились, хотя пару раз назвали его "ней", вроде как случайно и никто не акцентировал на этом внимание, и тем более не извинялся.
Рина все больше начинает ценить девченок, так как они все переживают за здоровье друг друга. Родители же ее, либо игнорили, наверно уже устали от ее нытья или просто не верили. Папа, который 24/7 требует к себе внимания и жалости, ни капли не сочувствовал. В какой-то момент она просто решила без острой надобности им ничего не говорить, хотя это ее бесило с самого первого дня.
За обедом девочки как всегда сидели вместе, общались о хамстве барышни, что делала им процедуры, о чем еще можно было говорить. Один раз в палате Рина услышала такой разговор:
- Ты какую валерьянку пьёшь?
- Болгарскую.
- Да?? И она тебе помогает? Мне не помогает!
- Так а у тебя какая ?
- Белорусская.
- Ого, есть и такая ?
- Так она дешевле и лучше действует.
- Сейчас загуглю...
На этом месте Рина начала умирать со смеху. Другие это тоже подметили
- Девочки вам по 15 - 17 лет, а вы таблетки обсуждаете. - сказала Рина.
- Я вообще с дедушкой одни таблетки пью - сказал кто-то из соседок.
И тут все стали падать на кровати от смеха. Это было пару дней назад, но за столом об этом все равно припомнили. Зашёл Стас, никто этого даже не заметил, кроме одного лица. Вскоре соседки доели и собрались уходить и Рина их отпустила, тихо сказав, что скоро прийдет. На всю столовую остались ночные любовники за разными столами и мальчик, лет восьми в наушниках. Рина медленно доедала и думала: "Ну подсядь же ты ко мне". Он и не собирался, зато спросил:
- Как тебе вчера?
Девушка оглянулась, что бы никто не услышал. Слова "супер", "нормально", "прекрасно", "пойдет", "обалденно", "классно", "чудесно" крутились у нее в голове, но комок унижения подступал к горлу и она не могла ничего сказать, взяла тарелку и ушла.
Опять мысли и сожаления забили ей всю голову так, что она даже забыла про успокоительное. Время тянулось очень долго, но вскоре пришло время спать, конечно же она не могла уснуть. Девушка забыла прошлые обиды и ей так хотелось к нему, она думала как его вызвать в 2 часа ночи. В итоге, она вышла и стала ходить возле его комнаты туда-сюда. Пройдя так 3 раза, Стас вышел, взял за руку и пошли они в изолятор, уселись на ту же кровать и давай раздеваться. На этот раз нежно, с мурашками и прикосновениями. Когда они целовались, отдавали всех себя в этот поцелуй, все желания и чувства к друг другу. Он наслаждался ней жадно, вроде кто должен ее забрать от него навсегда. Его тёплые руки охватывали ее бархатную кожу, тонкую талию и идеальное тело, хотя сама так не считала. По окончанию они слушали свои сердцебиения и учащённое дыхание, на этот раз никто не спешил одеваться. Они долго лежали, смотрели в окно, Стас пытался обнять девушку как можно сильнее, как плюшевого мишку. Он вёл себя слишком сентиментально, вроде ему поставили страшный диагноз и он умрёт через месяц. Она решила спросить ненавязчиво:
- Ты так изменился. Вчера все было по-другому.
- Тебе не нравится?
- Да нет же, просто ты ведёшь себя странно. Все ли у тебя хорошо?
- Абсолютно.
Они продолжили лежать и не хотели расходиться. Темы были разные: фильмы, книги, планы на будущие, учеба и конечно же болячки. Они узнали за 2 или 3 часа друг друга лучше, чем за годы общения с друзьями и приятелями. Кажется, что это тот человек, который тебе нужен везде, и дома и в путешествия и на улицу. Вот он тебя понимает, даже то что нельзя объяснить словами, между вами получаеться немой контакт. Они боялись разойтись, вдруг кто-то скажет, что пора спать или в этом духе. Но первая сказала она и они начали медленно одеваться. Вишенкой на торте стал страстный поцелуй.
Впервые за последнии дни Рина шла счастливая и весёлая, с большой надежной заговорить с ним при маме, она бодрым шагом шла к нему.
- Привет!
- Привет. - сухо ответил он,
Рина прошла дальше по коридору, уйдя с поля зрения, услышала шепот, а потом продолжился их важный разговор о каких-то деньгах. Рина зашла в уборную и тут же зашёл за ней Стас. Он начал ее обнимать, целовать как прошлой ночью, но девушка никак не ответила.
- Что с тобой?
- Почему мы не можем общаться днем ?
- Как по-твоему это должно выглядеть?
- Обычно, хотя бы как друзья, вчера же мы общались долго как друзья. У тебя, что не может быть знакомых девушек ?
- Может, но эти лишние вопросы со стороны моей мамы
- Ясно, ты просто...
Стас взял ее за руку и очень быстро вёл к своей маме, когда они появились в поле ее зрения, он вёл ее медленнее и менее агрессивнее.
- Мам, знакомься это моя девушка Рина.
- Очень приятно, меня зовут Наталья. - в шоке ответила мама
- Приятно познакомиться. - сказала хриплым голосом девушка.
Обе женщины были удивлены поступком Стаса и от неловкости дальше у них отняло дар речи. Рина ничего не нашла лучшего, чем сказать: "Не буду мешать вашим посиделкам" развернулась и ушла в сторону палаты. Когда она вышла из поля зрения Натальи, ее догнал Стас, обнял и спросил:
- Я заслуживаю на поцелуй ?
Ответа не было, был поцелуй.
- Что вы тут лижитесь по среди коридора? Раньше хоть по туалетам ловила, а теперь... Ни стыда, ни совести! - кричала санитарка.
Стыдно было, но только перед мамой. Ладно Рина шла в палату, а он то к ней вернулся на лавочки. Что там было дальше никому неизвестно.
Бабочки уже утихли и Рина спокойно читала книжку на кровати. Чуть ли не ногой медсестра открывает и так уже дряхлую дверь.
- Рина, к заведующей!
В кабинете сидела завотделения и невропатолог, которого пригласили, что бы посмотреть Рину и еще пару детей.
Выходя от докторов, она увидела вдали по коридору два силуэта с сумками, которые направлялись бодрым шагом из отделения. Это были они. Вот почему он так наслаждался ней вчера и хотел запомнить все моменты. Тогда почему он представил ее своей маме, если собирался уезжать? Почему не попрощался? Эти вопросы не утихали, пока Рина не проводила их до конца своим взглядом и еще десять секунд после их исчезновения.