Целых два чина: дурак да дурачина.

Одиноко восседая на диване в гостиной, Чимин хмуро глядя на блики света на оконном стекле, всё напрасно пытался понять, чем именно он так сильно разгневал Юнги, что тот уже вторую неделю показательно его игнорировал.