Зоан смерти

Утро. Медленно встающее солнце освещало своими лучами просыпающийся лес. Среди множества огромных деревьев, было одно, отличающиеся от них. На одной из его огромных веток был деревянный дом. Сделанный весьма крепко, и, по видимому уютно. Однако стоит сказать, что обнаружить его, не зная, что он там есть, было весьма сложно, и кажется, практически невозможно. Заглянув в сам домик можно было увидеть умилительнейшую картину: четверо детей спали на матрасах, развалившись, кто как, в основном лёжа друг на друге. Возвышалась надо всеми Аид. Возможно, эта идиллия сна продолжалась бы ещё очень долго, если бы не назойливый лучик солнца, что светил девочке прям в глаза. Она, недовольно ворча, покрутились, пытаясь лечь удобнее, морщась от боли в спине на месте букв, но всё было тщетно. Она уже проснулась. Обречённо вздохнув, Аид приподнялась на локтях, из-за того что дети лежали кучей, один из локтей упёрся Эйсу в живот, а второй удачно прошёлся по личику Луффи. Не обращая внимания на эти случайности, девочка собралась с силами, и встала на ноги. Потянувшись, и потерев маленьким кулачком глаз, она осмотрелась. Девочка уже привыкла к штабу. Хотя изначально он был для неё странной неожиданностью. Две недели назад, дети проснулись как обычно, и, ожидая тренировки с Гарпом, спросил у Дадан где он. Женщина удивила их, сказав, что дозорный уплыл рано утром, но оставил им записки. Одну для мальчиков, одну для Аид, и одну для всех детей вместе. В её записке, дедушка рассказывал наиболее эффективные способы тренировок, а в общей записке, он советовал детям много тренироваться. Девочка не знала, что было в записке братьев, но после прочтения её, они объявили Дадан что собираются жить самостоятельно, и не будут обременять её. После чего схватили Аид под локти, и утащили в лес. Целый день дети ходили по лесу пытаясь найти хорошее место для "Штаба". Сначала девочка не понимала, что они ищут и зачем, но когда братья ей объяснили, она тоже загорелась идеей построить свой собственный Штаб. Найдя хорошее место, дети пошли в серый терминал, собирать материалы для строительства. Это самое строительство шло пять дней. Вообще, в идеале строить Штаб они закончили ещё на третий день, но затем, маскировали его, как только могли, объясняя Аид, что так круто, и вообще так их точно никто не найдёт. А в конце строительства, дети совместными усилиями нарисовали свой собственный флаг, который, видно было только им, но суть не в том, чтобы его видел ещё кто-то, а в том, что он вообще есть. ASLA Идеальный флаг, с идеальной надписью. Пока девочка прибывала в своих мыслях, мальчишки уже проснулись, и медленно продирая глаза, вставали. Малышка тем временем начала думать о бытие, и о том, чтобы такого поесть и где это самое взять. Из мыслей её выдернул Эйс, который без слов просто закинул сестру на плечо и потащил к речке. Мыться. Последнее время мальчики стал часто так делать: просто брать на руки, или закидывать на плечо. Собственно, найти объяснение в их странном поведении девочка не могла, а когда спросила у самих братьев, они задали ей встречный вопрос "Тебе не нравится?" Аид нравилось, когда её таскали. Неважно как. Это было странно, но как говорится: что есть, то есть. Помылись дети быстро, благо, речка была совсем рядом. Но сразу после этого на охоту они не пошли. Когда дети достроили базу, Эйс с Сабо куда-то слиняли, оставив Аид с Луффи, ну или Луффи с Аид. Последнее время он начал вести себя гораздо более по взрослому, чем раньше. Аид это заметила, но ничего не сказала. Так вот, когда они вернулись, то принесли с собой баночку с мазью. С жутко щиплющей раны мазью. Девочка проверила это на своём опыте. Сначала Сабо мазал только шрамы от плети, ожоги, и резаные раны. Но когда собирался помазать буквы, Аид с такой силой дёрнулась от него, что даже Эйс, на всякий случай державший её, не смог удержать сестру. Она забилась в угол, и ни в какую не хотела от туда выходить, сидела и плакала. Можно было бы вытащить её и намазать раны силой, но мальчики чувствовали, что это плохая идея. Увидеть это было не сложно, стоит только вспомнить, как она напряглась, стоило Эйсу осторожно взять её за руки, чтобы она ненароком не ударила Сабо, и не опрокинула мазь. Мальчики, наверное, минут тридцать пытались объяснить сестре, что мазать буквы нужно. Сабо приводил все возможное аргументы, говорил, что на месте где срезали кожу, голое мясо. Мягкое, красноватое голое мясо, которое с лёгкостью может воспалиться. Уговоры длились долго. Но, в конце концов, братья уговорили сестру мазать буквы. Вот и сейчас, нужно было провести эту процедуру. Эйс осторожно положил Аид животом на матрас, и взял её за левую руку, Луффи за правую, успокаивающе поглаживая по голове. Сабо взял в руки баночку с мазью, набрал немного на пальцы и обеспокоенно сказал: -- Аид, потерпи, пожалуйста. Будет жечь, больно, но сестрёнка, так нужно. Потерпи, хорошо? -- Девочка жалобно угукнула, и зажмурилась. Сабо осторожно нанёс лекарство на букву D, и растёр. Аид захныкала и зашипела. Так повторилось со всеми буквами. Подождав минут двадцать, когда девочка перестала дёргаться и шипеть, Сабо намазал другие раны, и взяв чистые бинты, начал перевязывать ими девочку. -- На мумию похожа! --Попытался развеселить сестру Луффи. Эйс в удивлении приподнял бровь: -- Откуда ты знаешь, как они выглядят? -- В книжке картинку видел! -- Ответил старшему брату мальчик. -- Ну, все, всё. Пошли еду добывать, -- Сабо закончивший перебинтовывать Аид, убирал всё в аптечку. -- Умница! -- Эйс поцеловал сестру в лобик. За ним повторили и Сабо с Луффи. Это было что-то вроде обряда, который все братья исправно повторяли из раза в раз. -- Ну, а теперь, еда ждёт! -- Оптимистично воскликнул Сабо. -- Да мясо! -- Поддержали его хором Аид и Луффи.

***

Дети лежали на траве. Посреди поляны, на которой они находились, лежали кости недавно съеденных животных и затушенные угли от костра. С того момента, когда Аид стала ходить на охоту с братьями, время поимки пищи увеличилось в два раза. Девочке было сложно сдерживать свою ауру, но она усердно старалась это делать. Пожалуй, самое сложное в охоте было не убийство животного и его поиск, а его поимка. С первыми двумя пунктами мальчики справлялись без особых трудностей, а Аид, с костяной клеткой и "костяными кольями" вообще за считанные секунды. Стоит сказать, что охоту сложно было так назвать, это больше было похоже на салки. Аид чувствовала волей животных, животные чувствовали Аид. Детям не хватало скорости, для удачного достижения цели. Поэтому, вся охота, превращалась в сплошную беготню по лесу, с животными. Лежащий на траве Эйс, вздохнул, и резко сел.-- Всё, хватит отлёживаться. Пора тренироваться. Сабо, Луффи, вы взяли камни? -- На вопрос брата, мальчики достали из-за пазухи небольшие мешочки и потрясли ими. -- Отлично, -- Эйс завязал глаза тряпкой, которую повсюду таскал с собой, и встал между Луффи и Сабо. Тренировка началась. По прошествии десяти минут, Аид смотрящая на братьев, глубоко вздохнула и сосредоточившись сделала ели заметное движение пальцем. В этот же момент, Эйс уворачивающийся от бросаемых в него камней, резко отскочил в сторону, а на месте, где была его нога, из-под земли вылезла острая кость. Мальчик сдёрнувший повязку немного сбледнул с лица.-- Молодец! Ты уже пробудил волю! Осталась только тренировать её! -- Эйс возмущённо посмотрел на сестру. Сабо с Луффи засмеялись. -- Ну-ка, идите все сюда, -- Позвала братьев Аид. Мальчики подошли к ней, заинтересованно смотря, хотя уже догадывались, про что пойдёт речь. -- Вот скажите мне, что самое важное, когда ты сильный? -- Учительским тоном произнесла девочка. -- Когда ты сильный, то нужно быть ещё и пафосным, -- Ответил Сабо, за что получил похвалу от сестры. Эйс с Луффи возмутились, и сказали, что они вообще-то тоже это знали и просто не успели ответить. Аид засмеялась и похвалила и их тоже. -- Правильно! Молодцы! А теперь, ваша задача на то время, когда вы будете приходить в Серый терминал: делать это как можно пафоснее и эпичнее, но, не перегибайте палку, всё должно быть в меру. Смотрите чему я научилась пока вы в снова город гоняли, -- Девочка отбежала за деревья. Минуту ничего не происходило, но потом мальчики заметили что солнце скрылось за...туманом. Он медленно окутывал поляну со всех сторон, словно растекаясь по ней. Стало холоднее. Братья поёжились. Тут, из за деревьев, медленно вышла фигура, в тёмном плаще с капюшоном, который скрывал лицо. Подол плаща тащился по траве, рукава были настолько длинные, что кистей видно не было. В одной из рук была коса. Огромная коса из костей, с черепом, на конце длинного лезвия. Аид выглядела...жутко. -- Крууутооо! -- Хором выдали дети. Фигура подняла свободную руку к капюшону и скинула его, открывая вид на бледный череп вместо лица. Всю эпичность момента разрушило терпение девочки, которая просто не смогла оставаться серьёзной. -- Классно, правда? Я тут ещё кое-что научилась делать -- На этих словах туман исчез, а лицо Аид снова стало человеческим. Она побежала к братьям, и, вытянув ладонь, вытащила из воздуха яблоко. Глаза Луффи загорелись звёздочками, и он запрыгала на месте начал спрашивать: -- Круто, круто! Как ты это сделала? Что это? А? -- Если честно, то я сама не знаю. Что-то типа места, куда я могу что-то запихнуть, и вытащить это что-то обратно. Я как раз там плащ с косой и взяла. Вообще это...фух, -- Аид внезапно вздохнула и покачнулась. Луффи вовремя среагировал и подхватил сестру, не давая ей упасть. Эйс с Сабо до этого наблюдавшие, подбежали вместе, обеспокоенно смотря на неё. Сабо был более сведущ во всём больничном, поэтому сразу же выдал вердикт:-- Ты переутомилась. Убирай косу и плащ. Немедленно. Они отбирают у тебя слишком много силы, -- спорить с братом девочка не собиралась, поэтому в момент выполнила его просьбу. -- Луффи, положи Аид на траву, пусть отдыхает, а мы продолжим тренировки, -- мальчик послушно положил сестру на травку, и, поглаживая по волосам, встал, готовясь слушать команду Сабо.-- В нашей команде, нужно разделить обязанности. Я буду отвечать за тактику и защиту, вы с Эйсом за атаку. Это только если будет много врагов. А так, тактике и атаке учиться будем все вместе. Также вам с Эйсом стоит получить хотя бы основы оказания первой помощи, а пока, я буду тренировать волю наблюдения, -- Эйс с Луффи послушно взяли камни, Сабо завязал себе глаза.Тренировки продолжались до вечера, после чего дети снова пошли охотиться.

***

Был уже поздний вечер, когда дети закончили охотиться и поели. По идее нужно было идти спать, но так как весь день, они занимались физическими упражнениями, юные отшельники были грязными и потными, поэтому приняли совместное решение помыться. Вода в речке, нагревшаяся за день, была достаточно теплой, чтобы не окоченеть пока моешься. Аид ворчала, но не спорила. Из-за пота, раны неприятно чесались. Девочку вгонял в уныние тот факт, что нормально помыться самой для неё было очень сложным занятием. Аид не имела ничего против совместного мытья, но эта её недееспособность жутко раздражала малышку. Братья как обычно первым делом взялись за мытье сестры. Луффи мыл волосы, а Сабо и Эйс аккуратно, обходя раны, смывали грязь, при виде которой Сабо хмурился.-- Это конечно хорошо, что ты ходишь охотиться с нами, и тот факт, что ты тренируешься, тоже радует, но все же, если ты каждый день будешь так напрягать своё тело и мараться, я боюсь, что раны твои ещё не скоро заживут. И не дай Энель они снова загноятся! -- Сабо совершенно не нравилось то, как сестра обращается со своим телом. В ещё больший ужас, мальчик приходил, когда промывал раны сестры от пыли и грязи, скопившейся в них за день. Никакие бинты не помогали, потому, как они просто рвались и спадали в течение дня. Эйс с Луффи полностью поддерживали брата в этом вопросе. -- И мне даже представить страшно, что ты с собой сотворишь, когда уплывёшь с Гарпом. Да, это ненадолго, но все же! Аид, прекрати усугублять положение, -- Луффи до этого молча слушавший, решил вставать свой комментарий:-- Нужно беречь себя! Когда ты будешь плавать со мной, я буду каждый день промывать и бинтовать твои раны! Но пока никого рядом из нас нет, пожалуйста, не делай хуже! -- Девочка пристыжено опустила глаза, и обняла себя руками, немного дрожа. Братья, увидев, что сестра застыла, ускорились и буквально за минуту закончили свою помывку. До штаба дошли без происшествий. Уставшие за долгий день дети, наконец-то легли спать.

***

В окно домика на дереве светила полная луна. Её свет падал на доски между матрасами, оставляя лежащих на них детей в тени. Было тихо. Где-то вдалеке слышны были вскрики ночных животных. Кричала сова. Далеко, далеко раздался вой волка. Шумела листва деревьев. Никто из детей не спал. Они лежали, молча смотря в потолок. Так прошло тридцать минут.Затем ещё.И ещё. Казалось ночь эта, бесконечна. Вдруг, в тихой ночной тишине, раздался тихий, спокойный, немного хрипловатый голос Аид:-- Остров, на котором я родилась, носил название "Штиль". Он находился здесь, в Ист Блю.У нас всегда было тихо, и спокойно. Сколько помню, никто не кричал, не ругался. Все были мирными и дружелюбными. Праздники отмечали тихо. Не было украшений, песен, плясок. Мы просто сидели всей деревней у костра, и разговаривали. Помню, как лёжа у мамы на руках, я вслушивались в монотонный, немного басистый голос мужчин, что-то рассказывающих детям постарше. Мне тогда был всего год. Мама моя, была...разной. Дома, резвая и живая. На улице тихая и умиротворённая. Помню её голос, ласковый, похожий на мурчание кошек, он словно лился и всегда ассоциировался у меня с молоком, и сливками. Странно, правда? -- Мальчики слушали, почти не дыша, боясь спугнуть настрой сестры. -- Про папу, она говорила очень, очень много, влюблена была в него без памяти, но... несмотря на то, что практически часами разговаривали о нём, в итоге ничего дельного про него так и не рассказала. Говорила что прекрасный человек. Весёлый, добрый. Говорила что моряк. Всё ждала, когда он к нам приедет. Как раз, поэтому то, имя она мне так и не дала. Говорила, что приплывёт отец, и даст мне имя. Она ему писала, как и он ей. Помню, мама оговаривалась, что отец просил её самой дать имя ребёнку. Говорил, что пока что не может приплыть, есть много нехороших людей, которым не стоит знать о его столь тесной связи с кем либо. Но мама упрямо отказывалась называть меня. Она звала меня просто Доченькой, Солнышком или Золотцем. Но она...она любила меня, но не так, как любили остальные женщины своих детей. Мама любила меня именно как ребёнка её любимого человека, как его частичку, но не как свою дочь. С другими детьми я не общалась, хотя стоило мне научится ходить, как меня начали водить по гостям к людям, у которых были такие же карапузы моего возраста. Я плохо помню эти моменты. Но одно, я запомнила навсегда.Мне было уже четыре года.Был совершенно обычный день, такой же тихий, как и все остальные. Мама что-то делала в саду. Я лежала в кроватке, только проснувшись.Но я не вставала, так как хотелось полежать подольше.Я чётко помню запах дыма, что проник в открытое окно. В след за ним, я начала слышать далёкие, приглушённые крики. Вскоре, в комнату вбежала мама. Она была перепуганной, растрёпанной, и, как обычно бывало при сильном волнении, теребила в руках серебряный медальон, в форме стрекозы, подарок папы. Мама схватила меня за руку, и сказала, что мы будем играть в догонялки. Нам нужно во чтобы то ни стало убежать от плохих дяденек. Мне нравилась эта игра.Ровно до того момента, пока нас с мамой не поймали.Я, кажется, дословно помню разговор мужчин, что поймали нас и притащили на площадь, ну, или на то, что раньше ею являлось.-- Ты смотри, эта сука сбежать пыталась! Уже до самого леса добежала, мы уж думали все, потеряем. Что делать с ней будем? У нас уже трюм заполнен, последних пойманных девать некуда, -- Мама прижимала меня к себе, я испуганно жалась к ней. К нам подошёл человек, одетый гораздо приличнее, чем остальные мужчины. Он опустился рядом со мной на колени, и тонкими, костлявыми пальцами взял меня за подбородок, приподнимая его, и смотря мне в глаза. -- Всех в расход. А вот эту, стоит оставить себе. Красотка. И смотри-ка, глаза то, серебряные. Ко мне её, -- Мама закричала, умоляя не трогать меня, прижимая к себе изо всех сил, но мужчина, потянувший ко мне руки, с лёгкостью оторвал меня от матери. Я брыкалась. Из-за чего краем глаза, но увидела, как голова матери разлетается на кусочки, от выстрела в упор. Это...я...я не помню что происходило после этого. Очнулась я в красиво обставленной комнате. И похоже, была на корабле. Я сидела, и плакала. Потом в комнату вошёл тот самый мужчина, с костлявыми пальцами. Он закрыл дверь, и подошёл ко мне, снимая с себя что-то вроде пиджака, и расстегивая рубашку, а потом...потом...он... -- Аид задрожала, сжалась в комочек и заплакала. Мальчики среагировали немедленно. Они подползли к сестре, и обняли со всех сторон. Поглаживая её по голове и плечам, пыталась успокоить. Когда им это удалось, девочка продолжила, хотя они и говорили ей, что ей совсем не обязательно это им расказывать.-- Я жила так...кажется вечность, но на самом деле, всего три недели. Помню, как на меня надели кандалы, и вывели на палубу. Мы причалили к удивительному острову, с множеством пузырей, но, в тот момент я даже не обратила на них внимание. Меня и оставшихся в живых жителей деревни отвели в большое здание, где посадили в что-то вроде темницы, и одели уже другой ошейник. Он взрывался. Я помню как голова одного мужчины...Не важно.В общем, так мы и сидели там, кажется, часа три, а потом людей рядом со мной стали понемногу уводить. Вскоре, и до меня дошла очередь. Меня вывели на сцену, вокруг которой были скамьи или что-то в роде этого. Там сидело множество разных людей, но я запомнила тех, что сидели в специально отведенных ложах, в странных пузырях на голове. За меня начались торги. И один из тех людей в пузырях, тоже сказал свою цену. Моя жизнь, стоит сто миллионов белли. Ко мне подошёл мужчина, и повёл меня в закрытое помещение с несколькими людьми, в котором, было что-то странное, похожее на печку, из которой достали раскаленную металлическую палку, с непонятным знаком на ней. Было страшно, до ужаса страшно, когда я поняла, что они хотят сделать. Но, этого так и не произошло. Их остановил мужчина, в деловом костюме зашедший в комнату. Он что-то сказал этим людям и, взяв меня на руки, унёс из здания на корабль. Я совершенно не помню, как и кто выглядел, но спустя три недели плавания, меня привезли на тропический остров, и привели в большой дом, где были другие дети примерно моего возраста. Я думала, что нас спасли, что это хорошее место, где нам помогут. Нас вкусно кормили, одевали и давали много игрушек. Так продолжалось недели две, а потом в один вечер нас собрали в столовой и сказали съесть фрукты с завитушками.Они выглядели забавно, мы съели их, хотя они и были противными на вкус.Я поняла, что что-то здесь не так, когда один из мальчиков отказался, есть фрукт. Человек, дававший его, улыбнулся и достал пистолет, и, направив его на мальчика, приказал есть. Он съел. На следующее утро, с нас сняли хорошую одежду, взамен которой дали самые простые штанишки и футболку из грубой ткани. Помню, кто-то возмущался, его ударили и сказали заткнуться. Нас повезли в странное, серое здание, под которым как, оказалось, был целый комплекс помещений. С того самого дня, начался Ад. Мы жили в холодных камерах, по которым часто бегали крысы. Нас кормили просто ужасно, чисто для того чтобы не умерли с голоду. А потом начались пытки. Место куда мы попали, или точнее сказать организация в которую мы попали, называлась: "Ветер преисподней"Здесь детям скармливали дьявольские фрукты и пытали их. Зачем?Вы же знаете, что постоянно появляются новые фрукты и многие хотят заполучить их силу, но, вряд ли кто-нибудь захочет съесть фрукт, который не только лишит их способности плавать, но и даст силу, совершенно не понятную, и ладно, если фрукт окажется крутым, а если попадётся какое-нибудь фуфло, наделяющие например, силой взрывать свои казюльки? А ведь избавится от фрукта, можно только умерев. Вот и появилась организация, которая узнаёт силу фрукта. Чаще всего, делает она это на заказ, например для Теньрьюбито. Они скармливают рабам фрукты, узнают их силу, и убивают сьевшего. Чаще всего на роль фруктовика берут детей, преимущественно девочек. Это нужно для того, чтобы как можно быстрее заставить силу фрукта пробудится.Девочки, тем более маленькие гораздо более эмоциональные, да и способов пыток для них больше. Детей знакомят, а потом пытают на глазах друг друга. Сбежать в случае пробуждения фрукта тоже невозможно. Пытают на столах, возле которых помимо пыточника стоят два сильных мужчины с кандалами из кайросеки. Так же, вся комната обшита этим материалом. Он лишает фруктовика силы, но как показал мой опыт, на самом деле кайросеки просто блокирует силу, и при сильном желании использовать её всё же можно. Над нами издевались совершенно по-разному. Били плетью, резали, прижигали кожу раскаленными палками, лили на тело кипяток и в моём случае даже раскаленное железо, насиловали, протыкали руки и ноги насквозь. Это...я просто не могу это вспоминать. Дети держались максимум месяц, не больше. Они либо умирали, так и не пробудив фрукт, либо пробуждали фрукт, показывали способности и после этого их убивали. Знаете, спустя две недели, пришло осознание... осознание неизбежности. Осознание того, что ты умрёшь в любом случае, только в первом, мучиться будешь меньше. И в какой-то момент я и в правду подумала о смерти, но...я боялась умирать. Нет, не так. Я не боялась смерти.Я не хотела уходить из этой жизни, так её и не прожив. У меня есть мечта: найти отца, завести огромную семью, полюбить, и стать самым сильным человеком в мире! Это моя мечта. И я не хотела её лишиться. Поэтому упрямо держалась, отказываясь умирать.Был уже почти месяц, с того момента когда меня начали пытать. А я все ещё жила, и не пробудила фрукта.Я боялась этого. Боялась пробуждения. Потому как оно означает только одно: смерть. В тот день, меня снова вернули в камеру, а сидящего рядом со мной ребёнка наоборот увели. Никого из тех, с кем я сюда попала уже не было. Я осталась одна. И застала привоз новых детей. Я хотела есть. Мимо меня бегали крысы и противно пищали. -- Тихо, -- разговоры с ними давно небыли для меня чем то необычным, и хотя они не понимали, я все же говорила.-- Пожалуйста, тихо -- но несмотря на просьбу, они продолжали противно пищать. Это раздражало все сильнее и сильнее. И я не выдержала закричав:-- ТИХО!!! -- в один момент, все крысы затихли и замерли мёртвыми изваяниями. Я некоторое время просто смотрела на них, а потом протянула руку и коснулась кончиком пальца одной из них. В мгновение, её мёртвая тушка превратилась в пыль. Я закричала.Но не было никого, кто мог бы меня успокоить. Охранники не обращали на крики совершенно никакого внимания. И вот когда я немного успокоилась, на смену одной истерике пришла другая. Осознание того факта что я пробудила фрукт пугало побольше, чем умершие крысы. В следующий раз, во время пыток я молилась всем известным мне богам о том, что бы фрукт, не показал себя. Мои молитвы были услышаны.Я сидела у стены, прижав к себе колени и обнимая себя. Было страшно. Мужчины что должны были отвести меня в камеру, ругались стоя с остальными в кучке возле угла комнаты. У одного мальчика пробудился фрукт, он создал что-то вроде большого печенья и стоял на нём, не касаясь кайросеки. Все, кто подходил к нему были немедленно откинуты в сторону ещё одной огромной печенькой. Один из взрослых в порыве гнева кинул кандалы в стену рядом со мной. Я вздрогнула. Его напарники начали обсуждать свои действия, он подошёл к ним, забыв про кандалы. Тогда я и увидела, болтик, вылетевший из них, похоже, от удара об стену.Мысль пришла внезапно. Я взяла его и положила себе под язык, тут же чувствуя дикую слабость, но в этот раз она казалась мне блаженной. Меня дотащили до камеры и кинули туда. Я сидела и думала о том, что болтик может с лёгкостью вывалился изо рта, кода я буду кричать, поэтому пришла к единому на тот момент решению: я засунула его в одну из глубоких ран. Так, я и жила. Меня пытали, а я точно знала, что фрукт не объявит себя. Прошло полгода. Тогда, после очередной пытки, я сидела в камере, а рядом на коленях стоял старик. Он был местным доктором, и постоянно лечил меня. Внезапно, он заговорил:-- Ты здесь уже семь месяцев. Это рекорд. Они хотят тебе новую камеру выделить, -- я промолчала.-- Знаешь, я тоже раб, -- это меня заинтересовало.-- Тоже? Но почему тогда ещё жив, и такой старый... -- не помню, что удивило меня больше, его старость или статус: живой-- Они не всегда проверяют фрукты по заказу. У них есть специальные "ищейки" такие фрукты, найденные этими ищейками, организация иногда оставляет себе. И фруктовиков съевших этот фрукт тоже может оставить. Я один из таких. Раньше, брали всех без разбора, поэтому я такой старый. Прошла ещё неделя, и у меня проявилась воля. Старик, приходивший меня проверять, послушал мои жалобы на головную боль и кучу...голосов. Он то и рассказал мне о воле. Вообще, мы с ним подружились и часто разговаривали на разные темы.Он любил мне рассказывать мне о Гранд Лайне откуда он родом.Как я узнала с его слов, "Ветер преисподней" гораздо больше чем один остров.Эта организация есть во всех морях, а на Гранд Лайне в особо обширном количестве.Я спрашивала про то, как после убийства ребенка они находят фрукты. Он объяснил, что все близ лежащие острова, на которых фрукт может появиться, принадлежат организации, а если фрукт появится на проплывающие мимо корабле, то запрос на него сразу выставят на рынок. Занять себя было нечем, и я тренировала волю наблюдения. Но, несмотря на это, она почему-то часто выходила из под контроля.Однажды, я увидела в своей камере травку, проросшую через камни. Я хотела взять её в руки, но стоило мне прикоснутся, как она рассыпалась пылью. Я пришла в ужас.Сила фрукта просочилась сквозь кайросеки.Я была совершенно обескуражена. Ведь такого не может быть! Или все же может?Но сделать с этим я ничего не могла, и теперь к тренировке воли, мне пришлось тренировать ещё и фрукт.Действительно запоминающихся моментов было мало. Поэтому рассказывать что-то про моё там пребывание более подробно я вряд ли смогу. Прошел ровно год с того момента, как я попала к ним. Я была местной легендой, выдающимся человеком. Целый год. Я не умерла, но так и не пробудила силу фрукта. Это удивляло моих надзирателей. И на кругленькую дату мне решили сделать подарок. Один из мужчин пришёл ко мне вечером очередного дня, и сказал, что мне сделают крутой рисунок на спине, тот который я хочу. Я сразу почувствовала подвох. И оказалась права. Старик, пришедший тем же вечером, сказал, что делать рисунок будут по способу сдирания кожи, вырезания кусков мяса. Я ужаснулась, конечно, но приняла эту новость как факт. Я привыкла к разного рода извращениям над моей бренной тушкой. И я выбрала, что хотела бы видеть, точнее, чувствовать на моей спине.К тому моменту, я уже достаточно поняла, что за фрукт мне попался, точнее, я осознала, что он вызывает смерть. Это и стало моим желанием.DEATHСимволично, не так ли? Следующий день превратился, для меня в долгие 12 лет мучений. По крайней мере, именно столько прошло для меня, а то, что на самом деле всего 12 часов, меня не сильно волновало. Я отходила долго. Почти месяц. В один день, ко мне пришёл главный, человек, заведующий эти комплексом островов и пыточной. -- Знаешь, ты довольно перспективная девочка. Я знаю, ты боишься смерти, все боятся. Это нормально. И, я думаю что ты, конечно, хотела бы жить? -- я смотрела на него хмуро. Спина всё ещё дико болела, и мысли текли медленно словно мёд капающий с ложки. -- Что ж, я могу это осуществить. Ты, наверное, знаешь, что не все фрукты мы проверяем на заказ. У нас есть и собственные, с которыми мы вольны делать то, что захотим. Увы, твой фрукт принадлежит Теньрьюбито, который тебя собственно и купил. Знаешь, иногда мы просим одного заказчика покупать нам больше рабов, чем нужно на самом деле. Поэтому, некоторые из них идут на, так сказать собственные нужды организации. Подло, да? Однако, этим зажравшимся свиньям эти рабы всё равно не к чему, что для них пара сотен тысяч белли? К чему я это все веду. Мы можем...сжульничать. Ради тебя. Скажем, что испытуемый фруктовик умер, но фрукт так и не нашли. Я думаю правдоподобная история, правда? Ты сохранишь себе жизнь, в замен, будешь на нас работать. Подумай над моим предложением, -- и он ушёл. Возможно, по настоящему бойся я смерти, я бы согласилась. Однако...я совершенно не считала что они когда либо отпустят меня от сюда. Скорее всего, я всю жизнь буду здесь находится. А может...они все же выпустят меня, позволят самостоятельно передвигаться? Это и в правду было заманчивое предложение.Тот день, стал для меня судьбоносным. Я сидела в камере после очередных пыток. Всё тело Адски болело. Хотелось здохнуть. Воля последнее время просто дико сбоила. Я не понимала что не так. Как обычно я начала разворачивать её на всё доступное мне пространство. Обычно когда я достигала предела, я словно чувствовала, как воля упирается в невидимую кирпичную стену. Но в этот раз, стена была...плёнкой. Казалось, стоило немного нажать, и она порвётся. Движимая любопытством, я нажала. Преграда исчезла, но ничего не изменилось. Я разочарованно вздохнула.Расслабившись, сосредоточилась на боли в теле.Внезапно, в голову ударило огромнейшее количество голосов. Я чувствовала, как они кричат в той самой комнате, кричат от боли.Чувствовала садистское наслаждение исходящие от других голосов всё в той же комнате. Были и спокойные голоса, они находились выше. Так же где-то высоко я чувствовала огромнейшее множество голосов различных животных, и скопление голосов очень далеко от места, где мы находились. Они все разом гудели, кричали, пищали и разрывающе вопили.Это было ужасно. Голова разрывалась от боли. Я хотела лишь того чтобы все они замолчали.Исчезли.И....и они исчезли. В один момент все прекратилось. Голоса, что звучали рядом со мной из решёток, погасли. А те, что были в комнате из кайросеки и выше, тлели, тихо. Почти незаметно. Я открыла глаза, которые зажмурила, держась за голову. Всё вокруг меня выглядело...также. На первый взгляд. Стоило мне шевельнуть рукой, как все оковы, что были на мне, рассыпались пылью. Я поднялась на ноги, опираясь на стену плечом. Стена под моей рукой на ощупь оказалось как песок, и начала обсыпаться всё той же пылью. Толщиной где-то сантиметров пять. Она продолжала осыпаться, и я поняла, что скоро цепная реакция дойдет и до потолка. Меня засыплет пылью, и я могу задохнуться, поэтому я поспешно подошла к решётке. Идя по полу, я словно шла по пыли. Как я и ожидала, стоило мне коснутся прутьев и они рассыпались. Я подумала, что только моя камера пришла в такое состояние, но выйдя в коридор, осознала что последствия гораздо более масштабны чем я ожидала. Всё к чему я прикасалась, рассыпалось пылью. И тут я вспомнила про детей, что сидели в соседних клетках. Я с тихой мольбой подошла к соседней камере. Ребёнок в ней неподвижно лежал. Голоса не было.Я надеялась, что он спит, что все обойдется. Минуя исчезнувшее от прикосновения прутья, я подошла к нему, и коснулась плеча, немного толкнув. Он безжизненным мешком упал на пол камеры, в миг рассыпаясь прахом. Знаете, я никогда не смогу описать вам моего состояния в тот момент. Было больно. Было страшно. Было...противно. Я убила человека...людей. Моя камера находилась в самом конце коридора с темницами. Вход в кайросечную комнату на противоположном. Выход наверх, в основное здание был только через неё. Мне пришлось пройти по всему коридору, смотря на безжизненные тела. Когда я достигла середины, услышала странный звук позади меня, обернулась, и поняла, что если не потороплюсь, могу, банально задохнутся пылью. Потолок в моей темнице рассыпался, и цепной реакцией задел потолок в коридоре. За мной, стремительно нарастая, неслась куча пыли ссыпающейся с потолка. Я побежала. Уже, будучи у двери, огромное пыльное облако меня настигло. Пыль, проникала в нос и рот, засыпала глаза, я пыталась вдохнуть, но в итоге набирала полный рот этой грязи. В последний момент я прошмыгнула за дверь и упала на пол, прокашливаясь и вытирая глаза. Открыв их, сердце моё ушло в пятки.Здесь все были без сознания, но, слава Энелю живы. Осторожно проходила мимо людей, стараюсь не задеть их. В какой-то момент, я подумала, что с ними будет, и решила касаться всех пыточников. Они не рассыпались от моего прикосновения, но их голоса гасли. Они умирали. Так, я и прошла до выхода на улицу, задевая только тех, чью смерть я хотела. Старик, слава богу, был жив, и, даже в сознании. Он встретил меня у выхода из подвальных помещений. -- Королевская воля, смешенная с дьявольским фруктом? Мощно, -- Одобряющие улыбнулся он мне, и сказал, что благодарит за свободу, после чего, пошёл куда-то в глубь здания. Я не интересовалась. Часа два я бродила по джунглям, идя на голоса, по-видимому, местных жителей. Отвыкнув от чистого воздуха и яркого света, первые полчаса я чувствовала себя отвратительно. Но потом все пришло в норму. Дойдя до, как оказалось, города, я скрываясь на всех доступных мне уровнях стэлса, прокралась на один из кораблей. Ещё идя по городу, я приметила по разговорам, что и здесь воля не прошла бесследно. Люди жаловались друг другу на внезапную дикую усталость.Прокравшись на корабль, я спустилась в трюм, и погасив волю, настолько, на сколько это было для меня, возможно, я вырубилась от дикого стресса и жуткой усталости.Проснулась я, от голосов совсем рядом со мной. Разговаривали мужчины, и к великому счастью, они не заметили за коробками маленького ребенка. Прислушавшись, я с удивлением поняла, что корабль уже причалил к другому острову. Похоже, я и в правду сильно вымоталась. Выбравшись с корабля, я пересела на другой. Так, продолжалось несколько раз, пока я не оказалась здесь, на острове рассвета. Собственно, это все, -- Аид замолчала, ожидая реакции братьев. Они молчали. И когда девочка уже надумала себе чёрте знает что, мальчики обняли её ещё крепче, после чего, Луффи сказал:-- Мы не дадим тебя в обиду. Больше никто тебя не тронет. Обещаю, мы станем сильнее. Гораздо, гораздо сильнее, чем сейчас. Выучим два вида воли, и если у нас есть, то и третью... -- Эйс тоже решил вставить своё слово.-- Попросим стари...деду научить нас рукопашному бою, и обращению с разным видом оружия... -- Сабо тоже с энтузиазмом подхватил разговор:-- Научимся мало-мальски лечить, и научимся готовить. Ты же любишь вкусно есть, особенно сладкое? -- Аид слушала их и плакала. Девочке не верилось, что кто-то готов на что-то насколько обширное раде неё. Мальчики улыбались. Они пододвинули все матрасы друг к другу, и решили что теперь, они будут спать только вместе с сестрой, чтобы даже во сне она чувствовала себя под защитой. -- И пообещай, что никогда не будешь расстраиваться из-за своего тела. Твоё тело - это ты, а тебя мы просто обожаем. И нам неважно насколько ужасно там всё выглядит.-- Малышка согласно закивала, а потом по-хитрому прищурились:-- Хорошо, я так и сделаю, а вы взамен, отрастите себе длинные волосы! -- ЧЕГО? Ну, Аид...-- братья жалобно посмотрели на сестру. Но она была непреклонна. Девочка всегда считала, что длинные волосы у мужчин - это круто, правда, только если они им идут. Её братьям шли. -- Ладно, уломала. Фетешистка, -- После молчаливого совещания по типу переглядок между собой, дали ответ дети.-- А теперь, спать! Хороший сон - залог здоровья! -- Сабо улыбнулся и сгрёб Аид в объятья накрывая её одеялом. Эйс и Луффи тоже послушно легли. Дети засыпали.Уже закрывая глаза, девочка прокручивала в голове одну мысль.Аид так и не рассказала братьям об этом.Болтик, она так и не вытащила.