Дом, в котором

Все тело ужасно ломило, будто предвкушая все серые, как Расчески, дни.Все три дня, данные ей матерью, прошли слишком быстро.Глаза у девушки постоянно болели от ночных кошмаров.Ноги и руки болели от еще одной ее глупой затеи.По ночам, когда было особенно плохо, а это были все три ночи, она выбиралась из комнаты в подвал.Играла на барабанах так много, долго и усердно, что болело абсолютно все.Руки в мазолях и ранах.Недавние шрамы оказались глубокими, до сих пор не зажили, щипали.Но ей было скорее приятно от этого, чем наоборот.

Сатана поднялась с кровати.Сегодня было желание либо не проснуться, либо оказаться там, где нет отца.Как специально за окном было облачно.Редко покапывал дождь, будто чувствуя настроение девушки.Ранее утро.На удивление все спали, даже Марик с Македонским.Парень обнимал рыжего кота, окунув нос в его маленькую спинку.

Сатана поднялась.Попыталась пройти хоть несколько шагов, но ноги немели, не желая передвигаться.Приходилось напрягаться всем телом, чтобы пройти хоть какое-то расстояние.Зажмурила глаза, делая мелкие шажки.Колени с каждым движением хрустели так, будто кто-то ломал сухие макароны.Наконец доползла до кухни.Села на стул.Стала размышлять о том, что должно в скором времени случится.

Вдох.

Готовилась ко встрече с мамой.

Выдох.

Готовилась к расстованию с Домом, состайниками и друзьями.Мысль о том, что уже сегодня она покинет Дом, разбивала сердце.Если она и вернется, то совсем другая.Поломанная, как физически, так и морально.

Вдох.

Снова учиться жить без еды и еще многого.Редкий душ, повезет, если раз в неделю, прям мечта Табаки.Медицинская помощь отсутствует напрочь.

Выдох.

Опять копаться в грязи.Она даже не хотела вспомнить, что именно когда-то закапывала.Ее, еще тогда, детский мозг блокировал половину воспоминаний.Плохих, хороших.Может именно поэтому не помнит хороших воспоминаний.А может их и вовсе не было.

Вдох.

Нужно отпустить Македонского.Эти пол года могут обернуться мучениями всей жизни.Его жизни.Они только полтора месяца назад начали встречаться.Нет, она не собиралась расставаться, но если там, в Наружности, поймет, что не выдержит эти пол года, то расскажет ему это через сон или письмо.

Выдох.

Сколько же всего произошло всего-лишь за этот год.Вроде бы такая жалкая песчинка в промежутке времени, длинною в жизнь, но такая огромная.Она обрела настоящую семью.Научилась общаться, дружить и понимать.Слушать научилась все.И состайников, и животных, и стены Дома.

Вдох.

И боль пронзает сердце сильнее, чем это бы сделал нож.Ее сердце раскалывалось от той картины, когда ее состайники узнают, что она мертва.Реакцию Македонского было представить легко, при этом она отображалась на сердце сильнейшей раной.

Выдох.

К глазам подкатили, все еще непривычные слезы.Концы ушей начали гореть, что было всегда, когда начиналась новая волна эмоций, накрывающая с головой.Огромный ком царапал горло, не давая больше ни вздохнуть, ни выдохнуть.Шея зажалась, резко и мелко дергаясь в правую сторону.

Кровать кого-то из состайников тихо скрипнула.Девушка поспешила привести себя в порядок.Подняла голову к верху и начиная моргать с большей силой, чтобы прогнать нарастающие слезы.По тихим шагам сразу стало понятно, что шел Мак.Поэтому начала успокаиваться еще быстрее.Не хотелось заставлять его переживать раньше времени.

В комнату, как она и предположила, зашёл парень в бордовом свитере.В руках, аккуратно сложив их вместе, держал полусонного Марика.Умилившись с этой картины, сердце приняло на себя новый удар ножом.Стало до того больно, что заметила, как всего на секунду скривилось лицо.

-Ты чего так рано?

Сатана пыталась говорить так, как говорила обычно.Возможно только она заметила, как ужасно дрожал голос.Буквы заплетались, заваривая непонятную кашу в ее словах.Звучало совершенно не позитивно, а голос ударил, будто гром в дождливую погоду.

-А?

Македонский словно не ожидал ее увидеть, сначала вздрогнул, а потом повернулся в сторону барабанщицы.

-Я Марика покормить.

Парень подошёл к столу, оставил там котенка и отошёл к шкафчикам над плитой.Маричек ежился, пытаясь привыкнуть после мягкой и теплой постели рыжего, к твердому и не удобному столу.Кот теперь предпочитал спать ближе к Маку, иногда все-таки перемещаясь к своей хозяйке.

Время шло слишком быстро.Оглянуться не успела, как уже и завтрак и обед прошел.Оставалось наслаждаться партиями в карты с Лордом и Стервятником считаные часы, если не минуты.Коса пыталась отвлечь Сатану, говоря что-то про угрюмость девушки в последние дни.Сфинкс и Слепой тихо переговаривались, сидя на подоконнике.Лэри не было в комнате, искал новые новости.Но если бы и хотел их найти, уж лучше бы сидел в комнате, чтобы самым первым узнать о том, что его состайница уезжает.Горбач тихо, совсем еле слышно играл на флейте, чуть успокаивая барабанщицу.Марик сидел в ногах Сатаны, внимательно, будто что-то понимая, смотрел в колоду карт.Македонский сидел на своей кровати.В последнее время он стал каким-то слишком спокойным.Это ее одновременно и радовало и портило настроение еще сильнее.Она уедет и парню не будет так спокойно.

В дверь постучали.Сердце девушки ушло в пятки.Первая обернулась она же, но сказать простое, Войдите не смогла.За нее это сделал Сфинкс.

В проходе показался, как и думала Сатана, Ральф Черный.Он смотрел сразу на нее, словно знал, где будет сидеть его подопечная.Мужчина кивнул и поджал губы.Сатана кивнула в сторону состайников, мол, можно ли попрощаться?

-Только быстро.

На последок произнес Ральф и вышел.Тень его виднелась через дырку внизу двери.

Теперь все смотрели на нее, явно ожидая объяснений.Девушка поднялась и подошла ближе к коридору.Одновременно с этим подозвала Саранчу и Косу с Македонским.Все сначала переглянулись, но почти одновременно поднялись с места и подошли.

Барабанщица пыталась держать холодное лицо, будто она уходит всего помочь воспитателю и вечером уже вернется.Но она то знала, что это не так.Тяжело вздохнула.Хотела позвать и Слепого, но тот сам подошел, будто почувствовав это.

-Мак.

Жевушка начала быстро снимать свои повязки.Она была в футболке, поэтому теперь шрамы светились на всю комнату.Стянула сначала правую, не обращая внимания на оханье Шакала.Потом стянула левую, открывая вид на совсем недавние шрамы, кровь на которых все еще была.Сфинкс сморщился и отвел взгляд в сторону.Македонский же растерянно смотрел на совсем новые шрамы.Потом посмотрел на состайницу.Растерянно, по-детски, с огромным испугом в глазах.

Зачем?

Это были громкие мысли парня, которые она попыталась проигнорировать.

-Следи за ними и никому не отдавай.

Решительно произнесла Сатана, пытаясь не смотреть в глаза друзьям.

-И проследи за Мариком, пожалуйста.

Мак кивнул, ничего не понимая.Сатана же подозвала Сфинкса и Слепого.Тихо, чтобы больше никто не слышал, начала их просить только об одном, самом главном для нее.

-А вы проследите за Македонским.Чтоб без глупостей, прошу.

Вожак кивнул, а Сфинкс все также прожигал ее взглядом зеленых глаз.Наверняка уже многие поняли, что сейчас происходит, но она пыталась подобрать слова о том, чтобы задержать их верные мысли.

-Я скоро вернусь.

Более громко произнесла девушка, чтобы слышно было всем.

-К ужину будешь?

С надеждой в голосе произнесла Коса, выглядывая из-за спины Волка.

-Постараюсь.

Хмыкнула она и на последок обвела взглядом всех присутствующих.Запомнить всех и все.Сюда она уже не вернется.Возможно никогда.Посмотрела в глаза состайникам.Кто-то, как Лорд, придал не сильное значение тому, что Сатана уходит и продолжил перемешивать карты.Но все поймут всё только когда Сатана не придет ни на ужин, ни на завтрак и не будет появляться в четвертой на протяжении нескольких дней.

И она ушла.Дверь закрылась, громко отделяя ее от четвертой сквозняком.Казалось, что вместе с хлопком двери, окончательно разбилось и ее сердце.

Ральф все также стоял у двери.Смотрел на наручные часы, чуть приподняв бровь.

-Быстро ты.

Грустно усмехнулся тот.

-Я думал слезами всю комнату затопите.Особенно Табаки.

-Я им не сказала, что меня забирают, так что это будет позже.

Холодно произнесла девушка, начиная идти в сторону лифта.

Шли они молча.Атмосфера, царящая в разноцветном коридоре, совершенно не соответствовала ни погоде, ни настрою воспитателя с воспитанницой.Они, как две хмурые тучи, проплывающие сквозь радугу, шли через веселящихся Крыс.С наступлением лета, они выходили из своего Крысятника гораздо чаще.А вот Фазаны наоборот, с концом учебного года спрятались в своем убежище, где ни один Лог их не достанет.

Сатана вышла из Дома.Родного, спокойного и уютного.Не каждый разделял ее чуства.Кого-то, как Черного, воротило от Дома.Такие люди рвались в Наружность.Если у Сатаны все-таки получится вернуться, то она будет ненавидеть Наружность.Хотя до этого  являлась её фанатом.

Около ворот стояла машина матери. Чёрная, дорогая машина, совсем не поменялась с того времени, как девочка видела ее в последний раз.За рулем сидела мать.Оливковая рубашка просматривалась даже через такое большое растояние.

Девушка ступала медленно.Чувствовала, как кто-то наблюдает за ней из окон Дома.Редкие капли падали на волосы.Идти было очень тяжело.Идти туда, где жизни нет.Где нет ее жизни.Совсем не хотелось ступать на землю Наружности, казалось, даже она была серой.

Мать посигналила и крикнула что-то врод: Давай быстрее!.Сатана распрощалась с Ральфом, быстро кивнув друг другу.Воспитатель открыл ворота, впуская Наружность.Девушка нерешительно зашагала в сторону автомобиля.Села на заднее сиденье и захлопнула дверь.Прип начал разворачиваться, то и дело крутившись взад и вперед, чтобы сделать это ровно.Голову качало с каждой кочкой.В зеркале заднего вида отражался черный силуэт Ральфа, уже стоявшего по другую сторону ворот.Машина отъехала, а свернув за одну из Расчесок, вид на Дом исчез.

Внутри была пустота.Она терзала себя изнутри за те упущенные моменты.Ненавидела себя за то, что уделяла всем так мало внимания.Ненавидела за то, что не призналась Македонскому раньше, чем это случилось.Ненавидела и то, что сейчас сидела в машине.И мать и себя.

Больше Сатаны нет. Сатана осталась там, призраком блуждать по ночным коридорам Дома.Ее голос и сердце останется там, оповещая о себе с приходом ветра.Сатана осталась за воротами.Кпепко сцепив свои тонкие пальцы на решетке, смотрела на удаляющийся силуэт чего-то страшного и безумного, непредсказуемого.Теперь в машине лишь Алёна и ее мать.Как и полагается настоящей семье.Никаких кличек, никаких Припов, только названия из Наружности.Вернее внешнего мира.

Сейчас бы Алёне очень хотела поспорить с тем, кто вещал всем о том, что родная семья гораздо надежнее, чем друзья.Взять к примеру ее родную и настоящую, любимую семью.В родную входила сбежавший отец, мать-маньяк,  бабушка, о которой ничего неизвестно и она сама со своими тараканами в голове. Сравнить их с Домовцами.Любой, даже самый злейший враг может тебе помочь в трудную минуту.Да, не всем конечно везет с врагами, но большинство так и делают.Любящие и понимающие подростки, которые принимают тебя таким, какой ты есть.Которые не осудят, а наоборот, помогут.

Я хочу Домой.