Самая Лучшая Девочка.[ДЖИЗУС]

Именно поэтому я превращаюсь в наркомана
_________________________________________

  От трезвости Влада не осталось и следа.
  Я мечусь по помещению, не зная, куда себя деть, но Богдан, заметивший нас несколько минут назад, успокаивает меня, говоря, что всё будет в порядке, и мне не стоит волноваться.
  Я хочу ему верить, но его заверениям противоречат воспаленные красные глаза музыканта с ярко крашеными волосами, растрепавшимися во все стороны.
  Он расслаблен, но дико пьян. И две путаны, вьющиеся вокруг него, подобно змеям, заставляют меня нервничать ещё больше, буквально добивая.

-Ты не думаешь, что нам пора домой?- я сажусь возле него и говорю ему на ухо, но не шёпотом, а стараясь говорить чуть громче, чем играет музыка. Девицы уходят в сторону других интересных мужчин и показывают своё тело уже им, понимая, что здесь ими не особо интересуются.

  Тяжело вздыхаю, смотря в воспалённые глаза и тяну его за предплечье вверх, заставляя встать. Он не сопротивляется, наоборот, помогает мне и себе. Ноги сами несут его в сторону уборной, а я лишь иду рядом, приглядывая, дабы он не свернул не туда.
  Пьяные, весёлые лица не переставая мелькают мимо, и я не успеваю понять, когда парень прижимает меня к стене возле входа в туалет.

  Здесь почти не слышно музыки и светодиоды не окрашивают этот угол теми лучами, что на танцполе.
  Он приближается к моему лицу и я чувствую его дыхание возле своей шеи. Запах спиртного перемешивается с его одеколоном и чем чаще парень дышит, тем отчётливее слышится этот аромат.
  Алкоголь - не акула, и не любой другой хищник, но я уверена, что он сожрёт музыканта будто жалкого кролика.
  Подобно удару током, я чувствую прикосновение влажных губ к своей коже и издаю тихий писк, опуская ладони на плечи Влада. Его руки, вялые, но, по-прежнему достаточно сильные, прижимают меня за талию к холодной стене, так, что я буквально подвешена. Ноги не касаются пола, а я ищу в пьяных глазах Влада хотя бы немного сознательности.

-Зачем ты вообще появилась в моей никчёмной жизни, - бормочет он тихо, опустив голову и поставив меня на пол.
  Я смотрю не с мольбой, не с грустью, а с чистым непониманием происходящего. Но парень не смотрит на меня. Его голова опускается на моё плечо и он шепчет так, что я еле слышу:

-Я не хочу, чтобы ты испортилась из-за меня, но тебе придётся, потому что я уже привык к тебе,— я слышу как стучит мое сердце. Все звуки кроме этого будто пропали.

Богдан появляется также неожиданно, как и исчез несколько минут назад. Он оттаскивает от меня пьяного разновласого и перекинув его руку через своё плечо, ведёт нас к выходу.
На серой футболке русовласого мокрые пятна, о происхождении которых я стараюсь не думать, и просто иду следом.

  В голове снова раздаётся писк, отдающийся гулом, но мои попытки прогнать его не оканчиваются успехом, поэтому я просто машу головой из стороны в сторону и жмурюсь. Всё вокруг кружится, переворачивается, я смотрю на выход, но не вижу его из-за головокружения.

~~~

  Открыв глаза, начинаю вспоминать события перед отключкой, но ничего, кроме снующих туда-сюда людей вспомнить не могу.
  В области висков пульсирует и я нахожу рядом, на тумбочке, таблетку от боли в голове и стакан воды. Они думают, я напилась вчера?
  Знать бы самой, что со мной творится.

  Повернув голову в сторону двери, натыкаюсь взглядом на разноцветные пряди, беспорядочно раскиданные по пастельно-фиолетовой подушке.
Тяну руку к парню и глажу по голове, расплываясь в улыбке.

  Он начинает ёрзать, и я не успеваю среагировать, когда он притягивает меня к себе и утыкается носом в макушку.

-Доброе утро, Влад,- я пытаюсь мягко отстраниться, отодвигая его. Парень хрипло отвечает мне, высвобождая из неожиданных объятий, и поворачивается на другой бок, продолжая спать.
  Привстав на локтях, я наблюдаю за тем, как медленно поднимаются и опускаются его плечи. Достаточно густые ресницы подрагивают, и мне это чертовски нравится.
   Я провожу рукой по его плечу, накрывая музыканта одеялом, после чего встаю с теплой кровати и, наконец, снимаю поднадоевшее платье, в котором уснула.
Вещь заменяет большое худи, оставленное, будто специально для меня. Оно прикрывает пятую точку и достает до середины моего бедра.

  —Ты хочешь уйти?— его голос слегка дрогнул, лишь на мгновение, но это было заметно. Парень спросонья начинает тереть глаза, приподнимаясь на локтях.

—Я хочу пить, Влад,— медленно укладываю музыканта обратно и спешу оставить его наедине с самим собой.

~~~

—Все документы нужно предоставить до 15-го августа, внимательно отслеживайте, проходите ли вы по баллам,— женщина обводит взглядом весь зал.— Также следует отметить, что после 11-ти классов набирается глуппа только на одну специальность — художник-реставратор,— вдумываюсь в ее слова, но понимаю, что мне нравится такое предложение.— Благодарю всех за внимание.
Слушаю отдаляющийся стук каблуков и собираюсь уходить из актового зала.

—Простите,— повернув голову, вижу пожилого мужчину и сразу начинаю искать в своей голове похожее лицо, но ничего не нахожу и потому вопросительно смотрю на нарушителя моего спокойствия.— Меня зовут Павел,— он протягивает руку, чтобы я пожала ее в ответ, что приходится сделать в силу своей воспитанности.— Я, честно сказать, пришел сюда не для того, чтобы слушать про то, как можно поступить.— он делает паузу, а я все также не знаю, что ему ответить, поэтому спрашиваю:
—Вы что-то хотели?
—Извините, — просит прощения второй раз за те несколько секунд, что мы здесь стоим. В пустом зале.— Я бы хотел посмотреть ваши работы. Нашей компании требуется дизайнер и как мы думаем, хороших дизайнеров стоит искать среди молодых людей, ведь они видят мир иначе, нежели мы, родившиеся в 70-х.— мои глаза загорелись.
—Вот моя визитка,— трясущимися пальцами беру карточку и рассматриваю цифры на ней.— Позвоните мне, если захотите показать нам свои способности. Однако, не советую затягивать. Я дал визитки 10ти таким же ребятам,— киваю в ответ на его слова и спешу удалиться из зала.

~~~

На подушке отпечатался его запах. Это не запах его одежды, а, скорее, запах волос, смешавшийся с запахом порошка для стирки, который я использую. Это делает его таким домашним и по-настоящему родным, что ли.
  Казалось бы, обычный артист, но от большинства артистов он отличается. Он отличается своим стилем, не совпадающим с тем, какую музыку он иногда делает. И его внешний вид не совпадает с тем, как он выглядит внутри. Я бы никогда не подумала, что этот человек будет кормить меня наггетсами и улыбаться, глядя на то, как мне иногда неловко от его действий. Никогда бы не подумала, что буду смотреть на его подрагивающие во время сна ресницы, и что он будет прижимать меня ближе и ближе, пока я не скажу, что мне трудно дышать.

Свернув и перейдя дорогу, я отказываюсь на другой стороне улицы. Ноги заплетаются, когда я осознаю, что сейчас увижу его вновь. Увижу его бледную кожу, тонкие линии татуировок, чуть вздернутый нос и этот милый септум, который я постоянно поправляю, стоит ему перекрутиться хоть на миллиметр. Услышу бархатный, с лёгкой хрипотцой голос рядом со своим ухом и почувствую теплое дыхание на затылке или чересчур чувствительной шее.

Я останавливаюсь на секунду перед самой дверью здания. Ледяные пальцы соприкасаются с не менее холодной ручкой, тяжёлая дверь отворяется и я вхожу, чувствуя, как меня окутывает теплый воздух старого подъезда. Эхо разносится по всей лестничной площадке, когда я шагаю вверх по ступеням.

Уже ставшая хорошо знакомой дверь появляется в поле зрения. Пара вмятин на ней оставляют только догадываться о своем происхождении, но сейчас думать об этом не хочется.
Слышу, как в квартире звенит звонок и тот, кто находится за дверью начинает шуршать чем-то.
Через пару секунд поворачивается замок и я не успеваю даже сказать что-то прежде, чем меня заключает в объятия такой родной мальчишка.

—Я так скучал по тебе,— слышу голос где-то сверху и медленно отстраняюсь, дабы посмотреть Владу в глаза и улыбнуться в ответ на эту милую откровенность. Он провожает меня в гостиную, предварительно повесив мое пальто и убрав обувь, вручает уже знакомое худи.
Казалось бы, нашу идиллию ничто не сможет разрушить, но я вновь слышу этот писк..
Лицо музыканта расплывается и последнее, что я чувствую — его пальцы, держащие мои запястья.