Два Солнца Англичан *Началось Редактирование*

Порой легче всего спрятать за улыбкой то, что болит сильнее всего - потери, пережитые войны, ушедшее прошлое. Я, как и любая страна, знаю это лучше многих. У меня тоже были «родители», и, как у многих, они часто ссорились, сталкивались, враждовали. Сейчас их давно нет, а мне пришлось пройти через многое самому: правление РИ, затем его сына - товарища СССР, тяжёлую Великую Отечественную, перестройки, смены власти...

После распада СССР мы все, словно дети, вышедшие из одного дома, начали свою отдельную жизнь. Я тоже. И вот сейчас я сижу под деревом в ожидании моего младшего брата - Казахстана. Он младше, но, как бы это ни было обидно признавать, выше меня ростом, что порой слегка колет самолюбие. Но мы не враги. Мы можем поругаться, как любые братья, но долго не держим зла.

Он, как обычно, опаздывал. Думаю, это семейная черта - ни я, ни он пунктуальностью не отличаемся. Я поднялся с травы, стряхивая пылинки с одежды, чтобы оглядеться вокруг. Его нигде не было видно... пока над моей головой не раздался подозрительный хруст.

Я поднял взгляд - и увидел, как Казахстан запутался в ветвях. Даже удивиться не успел, как следующая ветка под ним треснула, и он рухнул прямо на меня.

Мы оба застонали. Я аккуратно приподнялся, потирая шею, а потом посмотрел на брата. Переломов, к счастью, не было - и я тихо выдохнул с облегчением. Помог ему сесть, чтобы он рассказал, как вообще умудрился попасть в такую ситуацию.

Казахстан вскочил на ноги, встряхивая свои жёлтые крылья, будто сбрасывал с них не листья, а золотую пыль. Он всегда так делал - будто специально вносил драматизм в любое своё появление.

- Ну и как ты там оказался? - спросил я, поднимая одну бровь. - Решил прилететь сверху, чтобы выглядело эффектнее?

Он почесал затылок, виновато улыбаясь.

- Я... хотел сократить путь, - сказал он тихо. - Думал, что если взлечу, то облечу эту рощу. Но ветер подул не в ту сторону. А ещё... - он посмотрел на свои крылья, чуть нахмурившись. - Кажется, я снова перерасходовал силы. Эти крылья жёлтые, конечно, красивые, но иногда такие непослушные...

Я усмехнулся.
- Младший брат с крыльями, которые живут своей жизнью. Не удивлюсь, если однажды они сами унесут тебя куда-нибудь в сторону степей, а ты будешь им кричать: «Эй, вернитесь, я ещё чай не допил!»

Казахстан фыркнул, но улыбнулся.
- Да ладно тебе, ты же знаешь, что я не специально. Я просто... хотел быстрее к тебе. Ты сказал, что ждёшь под деревом. Я подумал, что раз у меня есть крылья, надо ими пользоваться.

Он поднял взгляд на крону дерева, словно пытаясь понять, почему именно эта ветка выбрала момент сломаться.

- И вот, - продолжил он. - Летел, летел... слышу - что-то шуршит в ветвях. Смотрю - птицы. Они начали кружить вокруг, будто проверяя, кто вторгся на их территорию. Я отвлёкся на секунду. А потом... - он изобразил руками резкое падение. - Земля. Ты. И больно.

- Мне тоже больно, если что, - сказал я, потирая плечо. - Ты хоть бы предупреждал, когда с неба падаешь.

Он виновато поджал крылья.
- Прости, брат. Я правда не хотел.

Я посмотрел на него - немного взъерошенного, с листьями в волосах и крыльями, которые всё ещё дрожали от недавнего испуга. И понял, что злиться тут просто невозможно.

- Ладно, - сказал я, махнув рукой. - Живой, целый, крылья на месте - и то хорошо. Пойдём, отдохнём. Ты, как всегда, пришёл с эффектным входом. А я - как всегда - оказался под падением.

Казахстан усмехнулся.
- Семейное?

- Семейное, - согласился я.

Он подтянул ко мне одно крыло, слегка накрыл им мои плечи, словно пытаясь загладить вину своим фирменным жестом. Я покачал головой, но позволил ему - всё же приятно, когда младший брат так старается.

- Пошли, - сказал я. - Расскажешь мне по пути, что ещё натворил, пока летел.

И мы вместе пошли по дороге, где солнце ложилось на степь, а его золотые крылья отбрасывали на траву свет, будто маленькие солнечные зайчики бегали рядом.
Мы едва отошли от дерева, как меня осенила мысль - холодная, резкая, как ветер у нас в горах.

- Казахстан... - начал я медленно, - Ты помнишь, куда мы вообще шли?

Он задумчиво посмотрел вперёд.
- Ну... гулять?

- На саммит, брат! - Я почти вскрикнул. - На международный саммит стран! И мы уже опаздываем!

Казахстан распахнул глаза, а его жёлтые крылья мгновенно расправились, дернувшись так резко, будто собирались улететь без него.

- Я забыл! - в панике сказал он. - Я думал, что мы ещё успеваем! У меня часы... - он посмотрел на запястье. - Кажется, остановились, когда я влетел в ветки...

Я сжал переносицу.
- Конечно. Конечно, у тебя часы остановились именно в тот момент. Это так похоже на тебя.

Он виновато посмотрел на меня.
- Извини... Хочешь, я нас подниму в воздух? Быстрее долетим.

Я посмотрел на его крылья, которые ещё минуту назад чуть не свалили его на голову всем птицам Центральной Азии.

- Нет уж! - я отступил на шаг. - Спасибо, но я не хочу завершить день где-то в степи, если ветер тебя снова унесёт.

Казахстан почесал затылок.
- Ну... тогда побежали?

Мы переглянулись. А потом оба сорвались с места. Трава хлестала по ногам, мои колокольчики на поясе звенели от каждого шага, а Казахстан чуть подпрыгивал, добирая высоту лёгкими махами крыльев, но, к счастью, не взлетая полностью.

- Напомни, кто там уже собрался? - спросил он, переводя дыхание.

- Почти все. Россия, Китай, Узбекистан, Таджикистан... даже Туркменистан, который обычно приходит последним. - Я усмехнулся. - И угадай, кто теперь последний?

- Мы... - пробурчал Казахстан, ускоряясь.

- Правильно.

Пыль поднималась над дорогой, как флаг нашего опоздания. Впереди уже виднелся купол павильона, где проходил саммит. Перед входом стояли представители стран, некоторые уже смотрели на нас, будто наблюдали за каким-то странным марафоном.

Россия подняла бровь.
- А что вы как ураган несётесь?

Китай поджал губы, но улыбнулся.
- Опять приключения?

Я отдышался, выпрямился, пытаясь выглядеть хоть немного серьёзнее, чем чувствовал.

- Не ураган, - сказал я гордо. - Мы пришли. Просто... немного с задержкой.

Казахстан поднял руку, махнул, его золотые крылья слегка шуршали за спиной.

- Я летел... ну... почти.

Узбекистан прыснул со смеху.
- Опять ваши семейные истории?

Я закатил глаза, но в глубине души улыбнулся.

- Семейные, - сказал я. - Но главное - мы здесь.

Мы вошли внутрь, стараясь делать вид, что всё под контролем... хотя мы оба знали, что в нашем братстве контроль - это редкая птица.

Когда мы вошли в зал саммита, я сразу понял - место было слишком шумным для меня. Слишком ярким, слишком напряжённым. Я только успел сесть в тень за дальней колонной вместе с Казахстаном, как привычная картина вновь разыгралась перед нашими глазами.

Россия и Америка, как всегда, спорили. Из-за чего? Понятия не имею. В этот раз, кажется, даже причины не было - они просто спорили по инерции, будто без этого у них день не начнётся.

Я, сидя в полутени, прикрыл глаза. Шум бил по голове, словно молотком. Революции, через которые я прошёл, оставили во мне странную реакцию: крик, ругань, громкие голоса - всё это лишь натягивало струну внутри меня. Струну, которая и так давно звенела.

Казахстан тихо толкнул меня локтем, пытаясь отвлечь.
- Брат... ну потерпи, - шепнул он. - Сейчас успокоятся.

Я лишь глубоко вдохнул.
- Они не умеют успокаиваться, - прошептал я в ответ. - А я не умею терпеть шум.

С каждой минутой спор становился всё громче, а зал всё больше превращался в место, где мне просто не хотелось находиться. Чувство внутреннего раздражения росло так же уверенно, как ветер у нас в горах перед бурей.

И в какой-то момент я понял - если я ещё хоть секунду посижу здесь, то сорвусь. А срыв мне сейчас был ни к чему.

Я встал. Никто почти не заметил - ведь нас после распада СССР толком видели только наши тюркоязычные и среднеазиатские соседи. Для остальных мы были чем-то вроде фона, незаметной степной тенью.

Я наклонился к представителю ООН и что-то ему тихо сообщил. Немного. Ровно столько, сколько нужно, чтобы меня отпустили без лишних вопросов.

И направился к двери.

Но, проходя мимо России и Aмерики, я почувствовал, как в груди поднимается волна злости. Нет, не на них лично - на сам шум, на напряжение, на разбитые нервы, выгоревшие революциями.

Я просто вышел.

Но дверь... ну, дверь закрылась так, как закрываются двери в горах, когда налетает резкий порыв ветра - громко, резко, недвусмысленно. ХЛОП.

Звук разлетелся по залу, словно выстрел.
Все оборвали разговоры.
Полный зал стран повернул головы в мою сторону.
Их глаза стали круглыми, как пять копеек.
У некоторых буквально отвисли челюсти.

Я на секунду задержался в коридоре. Услышал, как в зале повисла тишина - редкое, почти священное явление на таких саммитах.

А потом - знакомые шаги.
Казахстан.

Он быстро извинился перед всеми, как мой вечно ответственнее меня младший брат, а затем поспешил за мной. И да... конечно же, он тоже хлопнул дверью.

Не так громко, как я. Но достаточно, чтобы эффект был двойным. В зале будто повеяло ветром двух братьев сразу.

Если бы я повернулся и посмотрел в тот момент на лица остальных стран, уверен - я бы увидел немую картину из одних только округлённых глаз.

Но я не вернулся.
Я просто стоял в коридоре, пытаясь успокоиться, пока Казахстан подходил ко мне, тяжело дыша и поправляя свои жёлтые крылья.