идиот...
(Спустя полчаса дверь комнаты Кристины скрипнула. Она вышла на кухню за водой, избегая смотреть на гостиную, где сидели парни. Но Чейз тут же поднялся.)
Чейз: Крис, ладно, хватит таиться. Какой парень? Откуда он взялся?
Кристина:(не оборачиваясь, наливает воду в стакан) Отстань, Чейз.
Блейн:(его голос раздается с дивана, ровный, но настойчивый) Твой брат спрашивает. Удосужся ответить.
Кристина резко поворачивается. Ее лицо бледное, губы сжаты.
Кристина: Да это была шутка! Поняли? Шутка! Отвяжитесь от меня, наконец!
(Она делает шаг к ним,и теперь при свете лампы видна дрожь в ее руках.)
Кристина:Эти цветы я купила их сама. Учителю на подарок от класса. Я тебя, Чейз, сколько раз просила завезти меня в цветочный? Три раза? Четыре?
(Ее голос начинает дрожать,она пытается сдержать его силой, отчего звучит еще более надломленно.)
Кристина:Тебе было плевать. Как всегда. Поэтому я сегодня и пошла пешком... зашла в магазин и купила сама. Пока вы с комфортом на машине домой возвращались.
Она замолкает, глотая воздух. Глаза ее блестят неестественным блеском, а на переносице застыла горькая складка. Она смотрит на брата с такой обидой, что Чейз замирает с открытым ртом.
Кристина: (выдавливает почти шепотом) Вам всё понятно? Или еще какие-то вопросы есть?
Не дожидаясь ответа, она хватает стакан с водой и, почти бегом, скрывается в своей комнате. Снова щелкает замок. В гостиной воцаряется гнетущая тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием Чейза.
Тяжелое молчание после ухода Кристины висело в воздухе. Блейн медленно подошел к барной стойке, налил себе виски. Лед звенел о хрусталь.
Блейн: (после глотка, глядя на вазу с цветами) Зачем вообще к выпускному готовиться в феврале? До него полгода.
Чейз: (с раздражением плюхается на диван) Да все они такие. Девушки. Вечно все делают заранее, паникуют, платья меняют по сто раз. Это нормально.
Блейн: (поворачивается к нему, бокал в руке) А цветы? Учителю? Сейчас? Тоже паника?
Чейз: (вздыхает, проводя рукой по лицу) Нет. Ее классная руководительница увольняется. Уезжает. Через два дня. Вот цветы и нужны были срочно. Она мне вроде что-то говорила... Я не вник.
В этот момент из-за стены комнаты Кристины донесся приглушенный, но отчетливый звук — сдавленное всхлипывание в подушку. Чейз беззлобно, но с нескрываемым раздражением закатил глаза.
Чейз: (устало) Ну вот, началось. От обиды к слезам. Стандартный сценарий. Надоели уже эти качели.
Блейн ничего не ответил. Он стоял, глядя в сторону ее комнаты, сжав бокал так, что костяшки пальцев побелели. Его обычная холодная маска ничего не выражала, но в глазах, прикованных к стене, за которой плакала девушка, было что-то сложное — не раздражение, а тихая, сосредоточенная мысль.
Из-за стены донесся сдавленный, но яростный крик Кристины, пробивающийся сквозь ткань подушки.
Кристина: (глухо) И даже не знаешь, что у меня классный руководитель, а не руководительница! Мужик, Чейз, мужик!
Чейз лишь раздраженно фыркнул и потянулся за телефоном. Но Блейн медленно повернулся к нему. В его обычно спокойных серо-зеленых глазах плескалось странное раздражение.
Блейн: (голос низкий, с опасной ноткой) И что ты вообще о ней знаешь, кроме этих... "качелей"?
Чейз оторвался от экрана, удивленно подняв брови. Такого тона от Блейна он не слышал давно.
Чейз: В смысле? Я же ее брат. Я её знаю.
Блейн:(перебивает, холодно) Знаешь? Она тебя несколько раз о цветах просила. Ты проигнорировал. Она пошла за ними пешком, на три километра, в феврале. Её классный руководитель — мужчина. Ты даже этого не знал. Она плачет там не из-за "качелей", а потому что ей больно. А ты... ты просто привык.
Блейн отхлебнул виски, его взгляд был прикован к Чейзу, тяжелый и оценивающий.
Блейн: Так что же ты о ней знаешь, кроме того, что она — твоя вечно ноющая сестра?
Чейз открыл рот, чтобы парировать, но в этот момент снова щелкнул замок. Дверь комнаты Кристины приоткрылась, и она вышла, не глядя на них. Ее глаза были красными, но слез уже не было — только холодная маска. Она направилась к шкафу в гостиной, где на верхней полке лежал запас ее любимых шоколадок.
Кристина потянулась, встав на цыпочки. Ее пальцы едва касались угла коробки. Она подпрыгнула, слегка подтолкнула ее к себе, и тяжелая пачка неожиданно съехала с полки прямо ей в руки. Резкая тяжесть нарушила хрупкое равновесие. Кристина беспомощно качнулась назад, готовясь к болезненному падению на спину.
Чейз: (вскочив) Крис!
Но он был слишком далеко.
Блейн, стоявший ближе, среагировал мгновенно. Он не бросился, не сделал резкого движения. Он просто сделал один длинный шаг, и его руки — твердые, уверенные — оказались вокруг нее, перехватывая падение. Он принял ее вес легко, как перышко, не дав ей даже толком осознать, что падение было неминуемым.
Она на мгновение замерла, прижавшись спиной к его груди, зажатая между его телом и коробкой шоколада, которую она инстинктивно сжала в руках. От него пахло морозным воздухом, дорогим парфюмом и виски.[алкоголичка]
Кристина резко выпрямилась, вырываясь из его объятий. Удивление в ее глазах сменилось ледяной пленкой, а на губах застыла гримаска легкого отвращения. Она все еще обижалась.
Кристина: (саркастично, глядя на Чейза) Что, испугался? Разве тебе не всё равно?
Она быстрым движением вытащила из пачки три шоколадки и, не глядя на Блейна, направилась обратно в свою комнату.
Чейз: (выдыхая, беззлобно) Да уж... С таким количеством шоколада ты так и растолстеешь, психованная.
Кристина замерла у самой двери. Ее плечи напряглись. Она медленно обернулась. В ее светло-зеленых глазах плескалась не детская обида, а настоящая, взрослая боль.
Кристина: (тихим, дрожащим голосом) Лучше бы я была толстой, чем такой дурой, которая надеется на тебя.
Дверь захлопнулась с таким грохотом, что задребезжали стекла в серванте. Чейз замер с открытым ртом, до него наконец-то начало доходить.
Блейн молча наблюдал за этой сценой, его лицо было непроницаемым. Но когда дверь захлопнулась, он медленно перевел взгляд на Чейза.
Блейн: (абсолютно ровным, но режущим как лед голосом) Ты — идиот.
(Из-за стены послышалось настойчивое шуршание фольги, а затем голос Кристины, кристально ясный и насмешливый:)
Кристина: Согласна!
Когда шуршание стихло, дверь снова открылась. Кристина вышла с совершенно другим выражением лица — спокойным, даже довольным. Она направилась к столу, чтобы забрать свой телефон.
Чейз: (кивая Блейну с видом знатока) Видишь? Классика. Чтоб успокоить девушку, надо просто дать ей сладкого.
Кристина, проходя мимо, не глядя, показала ему средний палец, Чейз явно казался ей идиотом. На пальце красовалось тонкое серебристое кольцо с небольшим камешком.
Чейз: (прищурился) Это еще что? Откуда кольцо?
Кристина:(небрежно) Бижутерия. Понял, великий знаток женских сердец?
Чейз:(фыркнул) Выбрось эту дешевку. Не позорься.
Кристина резко остановилась и повернулась к нему. Вся ее мимолетная довольность испарилась, сменившись холодным раздражением.
Кристина: (сквозь зубы) Ты можешь хоть когда-нибудь просто закрыть свой рот? Хоть раз? Если нет, то я сегодня тут ночевать не буду.
Она схватила телефон и, не дожидаясь ответа, направилась к прихожей.