ГЛАВА VIII
НОЧЬ ВМЕСТЕ
°°°Вера°°°
Меня поселили в просторную, однако скупую на мебель комнату рядом с спальней ангела. Обстановка здесь была не лучше подвала. С одной единственной разницей — есть окно, с которого виднеется полная луна в окружении тысяч жемчужных плевочков¹. Небо на редкость чистое, поэтому видно много звёзд. Однако мне всё равно холодно и страшно. Вот бы ангел был рядом...
«Так ведь она рядом», — уверяла себя.
Укутавшись в одеяло, встала с кровати и прижалась к холодной стене. Теперь она казалась ещё ближе.
Хотелось плакать, но я мужественно держалась. Ангел всегда говорила, что, если человек хочет страдать, то он может, однако его страдания будут бессмысленны и бесполезны. Именно эти её слова позволяли мне справляться со всеми трудностями с самого детства. Чтобы не случилось. Я никогда не позволяла себе такой глупости, как страдание.
Но я всё же ещё очень слаба, раз позволила себе заплакать перед ангелом. Ведь знаю же, что она терпеть не может слезы. А всё равно не удержалась. Радует одно — не только я солёную жидкость пустила. Этот шкафоподобный дурак тоже. Эх, как же слабы человеческие душонки!
А всё же, если подумать, не всё так чисто. И взгляд этого мужчины на моего ангела... уж слишком смущающий, чтобы о нём можно было спокойно рассуждать.
За стеной послышался глухой шлепок, словно кто-то кому-то дал нехило так под зад.
Резко вскочила с места и откинула от себя одеяло, оставшись в трусиках и белой майке — другой одежды для меня не было — и сразу почувствовала прохладу ночи. Точно, окно же открыто! Однако окно закрывать не стала, вместо этого решила пробраться к ангелу.
Люцифера заперли в эту ночь, насколько знаю, так что он помехой не станет. А близнецы меня не тронут. Они-то уж точно приказа не нарушат. Поэтому бесстрашно вышла из комнаты и направилась к двери ангела. В голове только одна мысль, лишь бы петли не скрипели, иначе меня спалят раньше времени. А мой план в том, чтобы незаметно пробраться в комнату ангела и проспать рядом до утра. И не важно где — на ковре или на кровати.
Дверь была приоткрыта, что не на шутку встревожило. Морра всегда закрывает дверь, такую привычку имеет только Люцифер, но он никак не мог пробраться в дом.
И я заглянула в спальню хозяйки дома. Пускай была ночь, лунного света хватило, чтобы разглядеть два тела, плотно прижатых к друг другу. Одно из этих тел, что поменьше, явно Морра, а вот другое... уж точно мужское, если судить по обнажившиеся мускулистой спине и этой толстенной руке на талии моего ангела.
От шока чуть было не выдала своё присутствие. Не может такого быть! Морра не из тех, кто будет просто так спать с мужиком. Я-то уж точно знаю. За эти годы, что наблюдала за ней, она ни разу ни с кем в постель не ложилась.
Но кто же это рядом с ней? Не Люцифер же в человека превратился, а ведь только он имел привилегию спать рядом с хозяйкой, чем изрядно бесит парней. Но и на одного из близнецов не похоже, уж больно широк мужчина по сравнению с худощавыми парнями. Остаётся только один вариант — это Михаил Воскресенский собственной персоной. Разлёгся полуголый рядом с моим ангелом, так ещё и рукой её прижал к своему большому жирному телу. Вот сука, я ему ещё отомщу за это!
Вот зуб даю, воспользовался моим планом. А спит-то Морра богатырским сном, до рассвета не разбудишь.
Я ещё какое-то время постояла у двери, понаблюдала, но потом отсутствие нормального сна за последние несколько дней и уставшие ноги дали о себе знать. Раздосадованная проигрышем в битве, но не в войне, я отправилась обратно в кровать. Ну держись, дядька, теперь мы соперники на этом поле битвы под названием «внимание ангела».
Тяжело, но всё же заснула. И проспала ленивцем до девяти. Снилась мне отнюдь не ангел, хоть я и жаждала узнать подробности случившегося ночью. А видела во сне снова этого странного мужчину. Смуглый и страшный как чёрт, за последние два месяца вижу его уже раз десять, хот каждый раз мимоходом.
Однако в этот раз, как ни странно, видела его отчётливо. И он, словно ощущая за собой пристальное наблюдение, постоянно оглядывался и искал кого-то взглядом, хотя в набитой хламом комнате он был один.
Смуглый мужчина вдруг молитвенно сложил руки и склонился до самого пола, и так раза три. А потом громко произнёс, словно и вправду ощущал мой взгляд: «Великий дух мироздания, молю тебя, сильнейший, явись передо мной!.. — тут он начал бормотать что-то наподобие молитвы на непонятном мне языке. — Молю тебя, великий дух, явись ко мне и спаси!»
Я ошарашенно наблюдала за этим чёрте что, а потом напрягла все силы и попыталась заговорить с незнакомцем, как это было с Моррой. Однако сил хватило только на одно слово: «Адрес». Странный дядька не растерялся и четко и ясно произнёс три раза свой адрес, хотя мне б хватило и одного раза. Но до этого, правда, он визжал как девчонка, когда услышал «божественный» голос. Видимо, он всё же не ожидал отклика на молитву.
Встав с кровати, сразу же записала адрес на клочке бумаги, хотя в этом и не было особой необходимости. Именно этот листок я чуть позже передала Морре. Твёрдо решила во время завтрака рассказать ей обо всём случившемся, что и сделала.
— Вера, и давно ты его видишь? — спросила Морра, отложив вилку.
Непозволительно близко к ней сидел Воскресенский, что мне весьма не нравилось, как и Адриану с Евангелианом. Эти двое уж точно долго терпеть его не будут.
Он выглядел великолепно, буквально светился от счастья. И всё ближе и ближе подвигал к ней стул. А Морра словно бы и не замечала. Или делала вид, что не замечает, что тоже не исключено.
— Уже месяца два, но очень смутно, — ответила ей.
— В любом случае ты молодец, что сумела добыть адрес. Теперь мы можем посетить этого чудака.
— Да-да, он ещё называл тебя великим духом мироздания.
Морра нахмурилась.
— Что за чушь? Нет никакого «Великого духа», однако это весьма любопытно... — она задумчиво посмотрела на свой завтрак и что-то ковырнула вилкой. — …весьма любопытно…
— Так когда мы навестим его? — спросил Воскресенский.
Морра снова отложила вилку.
— Мы — это я и Адриан. А вы можете покинуть мой дом. Ведь уговор был только на одну ночь, не забывайте.
У меня от этих слов чуть пар из ушей не пошёл. Вот уж нет, я от неё ни на шаг. Надо будет — под дверью спать буду. В гараже поселюсь, где угодно, но не уйду.
— Я пойду с тобой, — сдержанно ответил Михаил, однако по глазам видела, что этот шкаф хотел ей многое сказать в упрёк. — Там может быть опасно, тем боле ты идёшь в дом к мужчине.
Ах вот оно в чём дело! Он ревнует. Ну конечно, главного-то я не сказала — этот таинственный незнакомец из сна смуглый как чёрт, в непонятных лохмотьях, с густой спутанной бородой и кучерявым веником на голове. В общем — страшно некрасив. И живёт, судя по всему, в свинарнике.
Но вот Морра о ревности мужчины не догадалась, поэтому уверила его в своей безопасности:
— Самая жуткая тварь здесь — это я. Ни один человек мне не страшен. Так что я буду в полной безопасности.
— Ты не жуткая, а очень даже милая, — наконец этот гад приблизился к ней достаточно близко, чтобы слегка прижаться к Морре плечом и успокаивающе-нежно погладить её по бедру.
Батюшки, да он покраснел! А строит из себя вечно сурового дядьку.
Морре такой уклад не понравился. Она неспешно отодвинулась, встала и переместилась на другой стул.
Что между ними происходит? Такое ощущение, будто мышь пытается поймать кошку. А кошка только хвостом машет, не замечая потуг нахальной мелочи.
— В любом случае...— он снова пересел к ней поближе, только на этот раз держал необходимую дистанцию, — ...я тебя одну не пущу. Либо едем вместе, либо не едем.
В нём более не было застенчивости, слова прозвучали чётко и властно. Теперь-то он больше похож на крысу, нежели на мышь. Возможно поэтому Морра согласилась, хотя явно с неохотой.
— А тебе на работу не нужно? Понедельник всё же.
— Работа подождёт. Я директор и не перед кем не отчитываюсь. А ты? — спросил мужчина в ответ.
— Я всё по части дел и финансов доверяю Евангелиану. Это одна из его обязанностей. Так что нет, мне не нужно на работу.
Я аж почувствовала как от злости заскрипели зубы Михаила. Гляди вот-вот в порошок сотрёт их.
— Я смотрю ты им всё доверяешь, даже свои деньги и бизнес...
— Они не подвезут, — уверила она его.
Михаил резко вскочила с места.
— Хорошо, тогда я домой за своими вещами и вещами Веры, а ты можешь пока подготовиться. Скоро выезжаем. Думаю, нет смысла надолго откладывать визит.
Сказав это, он поспешно покинул кухню. Однако во взгляде, который он бросил напоследок Морре, было что-то угрожающее. По крайней мере мне так показалось.
Проведя недовольного мужчину взглядом, она повернулась ко мне и мягко, но повелительно произнесла:
— Ты-то уж точно останешься.
— Конечно, останусь и буду тебя ждать, — уверила её.
Морра осталась довольна ответом, доказательством чему послужила лёгкая улыбка.
Для себя решила, что всё же лучше слушать Морру, иначе не избежать того дня, когда она больше не захочет терпеть надоедливого непослушного ребёнка. Даже её ангельскому терпению придёт конец. Ведь ни для кого, тем более для меня, не секрет, что госпожа без особого восторга делит дом с чужаками. Да ещё и беспокоится о их безопасности. Главная загвоздка в Люцифере. Вот уж кто жизнь всем портит. А ведь он не всегда был таким... Покамест Люцифер надёжно заперт, но не всегда же так будет. Один, два, три дня... и конец...
Мы спокойно доели завтрак в тишине. Так спокойно мне редко бывает. Чувства довольства и защищённости дарили радость.
После завтрака мы отправились в библиотеку. Такого огромного количества книг я никогда не видела, разве что на картинках. Я не особый любитель книг, да и в библиотеке только школьной бывала, когда заставляла школьная программа, но даже я прониклась благоговением перед этим бумажным царством. Конечно, я не раз видела во сне это место, но так как сон всегда крутился исключительно вокруг ангела, не удивительно, что целиком картинка мне не доступна.
С удивлением заметила, что здесь разные книги: и старые, и новые, большие и маленькие, на разных языках, научные и религиозные, а также огромная груда комиксов, манги, журналов и фотоальбомов. Я нашла даже полку с книжками-раскладушками. Многие из книг были весьма потрёпаны, из некоторых вываливались «внутренности», а у других скошены переплёты или вовсе отсутствовали обложки. Но она всё равно все их читала и бережно берегла.
На столике рядом с её креслом заметила сразу несколько книг, которые она поочерёдно читала. Сразу приметила названия, уж больно необычны. «Скорбь сатаны» Марии Корелли, «Призрак грядущего» Артура Кёстлера, «Чужое лицо» Кобэ Абэ и «Чума» Альбера Камю. А в руках у неё находилась толстенная книга «Противостояние» Стивена Кинга. Это единственный автор, о котором я хоть что-либо слышала.
Не стала её отвлекать от увлекательного занятия, поэтому взяла себе книгу под названием «Артур и минипуты» и села по-турецки на ковёр рядом с её креслом. Так нас и застал Воскресенский, когда возвратился. Время для нас пробежало невероятно быстро.
Впервые увидела его не в костюме и лакированных туфлях, а в простой одежде. Свободные джинсы и гигантская футбола с английской надписью «People rejoice at the Sun, and I'm dreaming of the Moon²» делали его ещё больше, чем он есть. Растрёпанные волосы и большие круглые очки. Вот так новость, наш «большой мальчик» плохо видит, судя по толщине линз — очень даже плохо.
Хоть я изредка и называла про себя его жирным гигантом, надо отдать ему должное — выглядит он неплохо. Но в этом наряде мужчина больше похож на деревенского простачка, нежели на столичного бизнесмена.
— Ты пойдёшь в этом? — спросил он у Морры, кивнув на её футболку и штаны-палатка.
Я заметила, как довольно сверкнули глаза ангела. Кажется, ей такой образ больше по душе, чем строгий костюм. Она внимательным взглядом карих глаз прошлась по телу мужчины и даже позволила себе улыбку, от чего Михаил довольно надул грудь, словно какая-нибудь райская птица.
Морра отрицательно качнула головой. Она не заставила долго ждать. Уже через двадцать минут эта странная парочка катила на чёрном «Форде» к дому смуглого типа из сна.
Жемчужных плевочков¹ — отсылка к стихотворению Маяковского "Послушайте!", написанном в 1914 году.
People rejoice at the Sun, and I'm dreaming of the Moon² — люди радуются солнцу, а я мечтаю о луне.