Часть 37
Мирно стоя пред окном в собственных родных покоях, младший принц Асгарда наблюдал за все ещё бурной жизнью царства, которое он когда-то считал своим родным домом. Впрочем, после осознания всего и приведения выводов, осознания ошибок.. Локи попросту не мог назвать это место не родным. Здесь ему дали всё.. Семью, дом, обучение, именно в сием месте он встретил свою первую и единственную любовь, познавал свои чувства и силу, только вот.. Не дали ему здесь лишь правды, которой ему столь не хватало на протяжении всех этих лет.
Но и в Ётунхейме Локи не переставал тонуть в омуте обмана, все вокруг что-то от него утаивали, и порой это умопомрачительно пугало. Казалось, будто живешь в иллюзии, в матрице, границы которой никак не хотят прорываться, дабы взор людей наконец был устремлён на реальность.
Спустя столь большое количество времени вернувшись в эти покои, в этот дворец, взглянув наконец-таки на свое родное королевство, Локи осознал одно. Да, он погряз во лжи, злодеяниях, кровопролитии и безумии. Да, в памяти множества, а точнее даже большинства людей он останется жалким и отвратительным преступником. Но он был обязан встать на сторону добра и света, ставя на чёрной дорожке крест. Но надолго ли?.. В тот самый момент Локи казалось, что уже всё, более он никогда не свернёт с правильной дорожки и до конца своих дней будет идти по тому же пути, что и его две любимые женщины. Лаувейя, как мама, и Сильвия, как девушка. Ах , как бы он хотел однажды увидеть ее в роли своей жены, вечной спутницы жизни. Но увы, этому уже никогда не произойти. Точно ли?..
Что же насчёт Лаувейи? Принц был обязан этой девушке жизнью, хотя какое право он имеет говорить «этой девушке»? Она его мать. Да, она его не растила, но она отдала за него свою жизнь, оберегала в виде духа, помогала выйти из этой потерянности, безумия. Но мертвые могут немного...
Локи чувствовал свое душевное и кровное родство со своей настоящей матерью, которая оказалась столь благородной правительницей Ётунхейма, в отличии от его отца Фарбаути. Но даже на мгновение вспоминать его Локи не желалось.
Он чувствовал долг ознаменовать своё возвращение на сторону истины и света, как было принято всегда в его двух семьях. В душе проснулась тяга к оставлению хоть какого-то видимого и вечного следа от его матери в жизни Локи. И он уже принял решение, что именно сделает.
Через пару мгновений двери покоев отворились и в них вошла царица Фригг , после чего медленно, подобающим королеве шагом, подошла к младшему сыну. Тот на это лишь робко посмотрел на неё, чуть поворачиваясь к ней корпусом, все ещё держа руки за спиной скрещёнными.
- У меня есть просьба, мама. - да, Локи начал этот долгожданный разговор именно с прошения, что с виду было довольно эгоистично и неэтично, но.. Дело было в том, что он не знал и не понимал, имеет ли он вообще право разговаривать с матерью как прежде, а не только о делах и официально.
- Я тебя слушаю.
- Я желаю изменить свою фамилию на Фарстад. Не посчитай это как оскорбление твоих чувств и нашей семьи, просто... Я хочу, чтобы хоть что-то от моей настоящей мамы осталось со мной навсегда. И если я однажды взойду на трон Ётунхейма, мой народ должен отложить в памяти не моего жестокого кровного отца, а Лаувейю, которая оказалась столь благородной и справедливой королевой. - выслушав своего младшего приемного сына, Фригг с уважением и одобрением его решения кивнула.
- Я всё сделаю, не переживай. - ещё некоторое время оба просто смотрели то друг на друга, то отводили взгляды, не решаясь хоть что-то сделать и утопая в этой угнетенной тишине. Но хоть как-то собравшись с силами и тихо произнеся имя Локи, Фригг нежно притянула его к себе в объятья, а тот на это сразу же будто растаял и, робея, обнял маму, со всей любовью прижимая к себе.
- Я неимоверно скучал, мама.. Прости меня, я ужасный сын, я столько всего наделал! - Фригг лишь старалась успокоить его и остановить этот поток извинений, ее мальчик должен был попросту принять произошедшее и начать жить с чистого листа, но не забывая о пройденном опыте. Она то его давным давно простила, только вот народ... Он вряд ли примет Локи так быстро, принц и сам это прекрасно понимал.
- Пойдём за мной, мальчик мой. Тебя уже все ждут. В особенности два важных гостя нашего совета. - на лице царицы играла нежная, но таинственная улыбка, которая явно предвещала какую-то радость, предоставленную в дальнейшем Локи. Тот на это робко кивнул и собрался с силами, после чего вместе с матерью направившись в зал совета.
Стоило им лишь войти в это помещение, как все взоры были направлены на младшего принца Асгарда, Тор и его друзья ликовали и радовались возвращению Локи, Один одобрительно кивал головой в его сторону, после чего подзывая к себе Фригг. Конечно были и неприятели, которые посчитали бы нужным вновь засадить этого безумца в темницу, дабы он провёл там свои оставшиеся денёчки, а точнее тысячелетия жизни.
Но Локи будто бы не замечал их, его взор устремился на двух особ, стоящих вдалеке. Мужчина и женщина, будто муж и жена, оба были в классической одежде и вели себя как истинные королевские особы, соблюдая все правила этики собственного народа. Они выделялись среди толпы людей не только из-за воспоминаний Локи, связанных с ними, но и их изюминкой сущности. У них не было лица.. Точнее сказать, у статного мужчины, а вот у его жены имелось вполне человеческое девичье личико, наполненное нежностью и изумительной красотой.
Приблизившись к ним, Локи еле еле смог вымолвить хоть что-то.
- Слендер..? Вика..? - те на это даже не отвели от него взгляд, как те неприятели, а подошли ещё ближе и по родному улыбнулись. Да да, оба. У Слендермена появились аристократичные бледные губы, которые расплылись в небольшой, но столь искренней улыбке.
- Рад вновь тебя видеть, Локи. - Слендер провёл достаточно тонкой рукой по вьющимся чернильным будто крылья ворона волосам, после чего был заключён в крепкие объятия. Младший принц походил на ребёнка, который прижимался к своему наставнику и учителю жизни, впрочем так оно то и было. В глубине души Локи оставался всего лишь обыкновенным потерянным ребёнком, а Слендер с их самой первейшей встречи старался заботиться о нем и его будущем, но порой не вмешиваясь. Этот мужчина отличался ото всех непостижимой мудростью и великодушием, но в ярости он был невероятно страшен, улыбка превращалась в хищный оскал, во рту виднелись острые зубы, более походящие на клыки. Тот, кто являлся причиной ярости Слендермена, ещё никогда не уходил с его территории живым.
И пока Локи будет помогать и содействовать им в войне против охотников на полукровок, Слендер обязан будет приглядывать и заботиться о нем. Этот мальчишка ещё даже мира по фактам не познал, а уже так отравлен жестокостью и ложью. В голову не раз приходило осознание того, что этому в душе маленькому ребёнку придётся ещё очень много чего преодолеть, дабы зажить спокойно и счастливо. Но будет ли его жизнь хоть когда-нибудь поистине счастливой без девушки, любовь к которой пленила сердце Локи? О нет.
Слендер сам по себе это уже знал.