15 глава
Утро. Покушав решил прогуляться. Катался под мостами Питера с давними друзьями. Хоть немного поднялось настроение.
Гулял всего то…Может… Полтора часа… Но… Заходя в номер я забыл как дышать. Ты стоял рядом с мини-баром и пил энергетик. Увидев меня поставил баночку на столик и начал медленно приближаться ко мне. Я стал отходить.
Блять, уперся спиной в тумбочку. Ты подошел, поставил руки на тумбочку и надвис на до мной. Грязно, это мой прием. Я выгнулся в спине и отвернул голову. Только бы он не повторил, то, что делал всегда я…
Блять, ты взял меня за подбородок и повернул к себе. Лица были в сантиметре друг от друга. Бабочки в животе разрезали своими острыми крыльями плоть. Дыхание было очень…нервным. Ноги тряслись и подкашивались. Стоять было не возможно, поэтому ты поддержал меня за спину.
— Олеж… — Сейчас я понимаю, что натворил, как только заглянул в твои бездонные глаза, услышал твой голос… Прости… Сашуль.Родной мой… Тогда не думал, о чем говорю…— твой голос завораживал, особенно когда ты называл меня по имени. Я не сдержался и обнял тебя… Прости… Сашуль…
Так хотелось огреть тебя объятиями. Казалось, ты такой холодный, будто тебе никто никогда не дарил тепло. Отдать все отдушины жизни хотелось лишь тебе. Ты крепко обхватил меня за спину, положив подбородок на плечо, прикрывая глаза.
Плачешь.Нет.Захлебываешься в слезах.Как успокоить? Щас сам заплачу… Глажу по волосам. Ты ж всегда так делал. Я обнял тебя в ответ сжимая пальцы на плечах. Сейчас мы были будто одним целым, слышали и ощущали сердцебиение друг друга. Через минуту я шепнул аккуратно, в самое ушко тебе:
— Саш, … я люблю тебя… Я тебя тоже… Тоже, мой маленький… Блять, сука, возбудился только от одного шепота? Это уже конечная. Я заметил, что ты возбудился. Рукой провожу по внутренней стороне бедра, тебя передернуло… Прикоснулся к джинсам где была уже окрепшая плоть.
Осторожно надавливая на головку смотрю прямо в глаза. Ты руками вцепился в тумбочку, так сильно, что видны белые костяшки. Глазки закрыл, бровки нахмурил и прикусил губу- такой милашка. Я начал расстегивать джинсы…
— Нет… Олег… Нет… Не нужно… Олег…
— Саш… Олег? Всегда ведь только Олежа, родной, маленький и тд. Но Олег?! Как по сердцу ножом. Что я мог сделать не так?
— Олеж. Хватит… Уйди… Зачем пришел… Мы же. Мы не любим друг друга?.. Зачем врать… Уходи! Ну же! Что стоишь! Убирайся отсюда! Пожалуйста… Ты кричал на меня… В первый раз… Честно говоря я испугался… Нет, не за себя, а за тебя.
Ты опустился на колени и заплакал. Сердце сжалось. Блять, сука, чё я наделал!
— Сашуль, Сашенька, Сашулечка, не плачь любимый мой! Слышишь? Ну, Саш, я щас сам заплачу. Сашуль, родной… Прижал тебя к себе. Ты даже не сопротивлялся. Целуя в висок заметил твои руки. Они в порезах? Боже, Саша! Это из-за меня? И не удержавшись мягко поцеловал в губы.
Я понимал, что это было слишком импульсивное и рискованное желание, но боже как же это приятно ощущать этот вкус на губах.
— Саш,. Ты проигнорировал зов и впился повторно губы. Чувства переполняли, огонь разгорался с каждым касание всё сильнее, и сильнее. Я обхватил твою на удивление такую нежную и тонкую шею и продолжал целовать углубляя поцелуй проникновением языка, сплетая с чужим во едино.
Ты полностью отдался мне, обняв за плечи. Языки проходились по нёбам, рядам белоснежных зубов останавливаясь на клыках. Губы посасывали чужие. Во ртах оставался вкус недавно выпитого мной энергетика, это было прекрасным дополнением столь романтичного момента…
Саша не удержался и зарылся в мягкие и манящие кудрявые локоны, пахнувшие чем-то сладким. По телам парней исходили смущённые, но в тоже время приятные вибрации, а на коже проступали мурашки. Этот поцелуй зажигал жизнь внутри души Саши, сразу будто бы появилось желание жить и вся тоска улетучивалась.
Хотелось чтобы тепло и забота Олега постоянно обволакивали тело, чтобы эти мягкие и нежные руки скользили с ног до головы. Отстранившись друг от друга они переглянулись, на лицах застыл немой шок вместе с непониманием.
— Саш,… Я… Прости.....Я сейчас уйду…
— Нет. Останься… Я люблю тебя… Олеж…
— Тот. Даня… Мой друг, он следил за тобой. Ты прошел проверку… Прости… Ты словно маленький котёнок. Такой тёплый и милый. Так и хотелось представлять на твоей голове кошачьи ушки и мягкие лапки вместо человеческих рук. Я снова поцеловал тебя. Подняв тебя и посадив на тумбочку мы продолжили.
Руки блуждали под футболкой. Я почувствовал царапины? Ладно, потом. Увидеть твое прекрасное тело мешала эта ткань. Позже я решил, что тебе она не нужна. Блять, такие же порезы, что и на руках… Я целовал оголенные ключицы, грудь и живот относясь к каждой царапинке очень трепетно. Расстегнув ширинку опустился на колени. Нежно огладил плоть через боксеры. Через минуту штаны полетели к футболке. Такой зайчик, в одних черных боксерах от Calvin Klein и белых носках. Зацеловываю эти родные и любимые ноги, поднимаюсь от коленок, разрешаю себе потереться щекой о нежную кожу, сжимаю ягодицы, пока ты сдавленно стонешь, поддаваясь навстречу. А я дохожу до паха… Приспустив боксеры сразу беру во всю длину. Язык проходит по каждой венке оставляя влажные дорожки. Чуть посасывая головку задеваю кончиком языка уретру выбивая из-зо рта рваный стон. Твои стоны настолько прекрасны… Провожу языком по члену, глядя глаза в глаза, заставляя тебя рвано дышать. Начинаю двигаться быстрее. Слюны стало раза в два больше. Член пульсирует, но я беру глубже.(простите автору было это стыдно писать) Твоя рука опускается мне на голову.
— Олеж. Я… Хватит… Я сейчас. Ты же знаешь.
Даже в таком состоянии ты заботишься обо мне. Вместо того, чтобы оттянуть назад за волосы, твои пальцы их просто сжимают. Ты не тянешь никуда, мне не больно, не волнуйся. Через минуту ты кончаешь мне в рот. Пальцы судорожно разжимаются и массируют места, где могло быть натяжение.
— Прости. — Саш, люблю тебя…
—… И я тебя… Прости. Я же . -выдыхая говоришь ты.
— И что?.. Я тоже горький. Мы. Мы же оба курим. Оба рвано дышим. Переходим на кровать. Я ложусь к тебе на грудь. Ты тихо прошипел.
— Прости… Прости, Сашуль.
— Чшш… Люблю тебя, родной… Ты нежно гладишь меня по голове. Так мы засыпаем. Тебя даже не волнует, что утром рука будет болеть от моего веса.
Люблю тебя… Спасибо за все. Саша просто лежит закрыв глаза. Олег уже тихо посапывает. Почему-то превладает легкая паника и какое-то странное ощущение… Чувство беспомощности и зависимости от брата. Саша, ты настолько жалок. Всегда прав Олег, хоть и это вранье. Саша это прекрасно знает. Он не может сделать больно брату. Обидится брат на что-то- страдать и волноваться будет только Саша. Олег психанет и уйдет из дома, часа на три- все эти часы покажутся старшему миллиардами лет. Он будет волноваться, звонить брату. Никто не ответит, даже бросить легкое «все норм» или «не волнуйся» — нет, зачем? Саша же не волнуется! Не волнуется?! Как-же… Саша просто сходит с ума без Олега.
Хочется сдохнуть. Он зависим от младшего. От безысходности хочется вспороть вены, вскрыться да и много чего… Но Саша не может, он боится сделать больно Олеже. Ну умрет он, а Олег… Олежику будет плохо… Олежа ведь любит его? Саша ловит ту ловкую мысль, что так долго от него ускользала. Ловит и осознает, как же далеко зашел в своих чувствах, как уже давно упал и летит в бесконечной пропасти, у которой нет ни начала, ни конца.
Для любимого человека сделаешь все возможное, чтобы он был счастлив, даже если это разобьет тебя на куски и будет стоить собственной жизни. Он всегда прав во всех ссорах, но выходит виновным по одной простой причине — любовь…