4 part - Поцелуй
Антон краснеет, в недоумении что делать дальше. Он стоит спиной к стене, по обе стороны от головы стоят руки, что мешают уйти, а взгляд голубых глаз, словно приковал мысли думать только о стоящим перед ним парне.
Его аккуратно уложеные волосы, глубокий взгляд ледяных глаз, его дыхание, что ощущается на подбородке, эти немного приоткрытые губы от недовольства.... Антон откровенно залип, просто рассматривая Арсения, а тот немного с толку сбивается от такого взгляда, по рукам бегут мурашки, то ли от контраста температуры тела и холодной стены, то ли от близости с братом.
Они просто смотрят друг на друга, молчат, думают о чем то и не двигаются. Первым опомнился Арсений.
- Худи отдай, - голос звучит тише чем в первый раз, Арс чуть хмурится, а Антон отводит глаза в сторону, смотря на какую то побрякушку у себя в комнате.
У Арсения сердце стучит, словно бешенное. Что происходит, как так получается что при каждом взаимодействие, пульс учащается, а из головы не могут выйти черты лица брата? Брата... Это слово почему то теперь смущало, ну какие из них братья?
Разве братья стоят почти вплотную к друг другу и словно в первый раз рассматривают внешность и черты лиц? Хотя, может вся проблема в том, что они сводные братья?
Пару сантиметров... Антон краснеет, стараясь не смотреть на старшего, но зелёные глаза сами возвращались по новой изучать лицо напротив.
Сантиметр... Арсений одну руку спустил вниз, хватая за край своей толстовки, рука чуть касается кожи, от чего снова бегут мурашки, но уже не у Арсения, а у Антона. Дыхание чувствовалось уже намного лучше, смещаясь с подбородка куда то на нижнюю губу.
Антон зажимается ближе к стене, поджимая пересохшие губы, не смея прерывать зрительный контакт.
Рука Попова, что залезла под худи, уже целенаправленно дотронулась до талии младшего, от чего получил ответную реакцию от парня, в роде легкго вздрога.
Рука поднималась выше по телу, следом за собой поднимая верхнюю часть одежды. Антон был словно в ловушке, он не имел понятия что делать и как реагировать. Он уже представлял последствия, что может произойти дальше, как это будет выглядеть...
Арс просто снял с парня толстовку, что по праву принадлежала ему и ели висомо, по обсалютной случайности, дотронулся своими губами, губ Антона, но тот от шока происходящего, даже не понял ничего.
Попов чуть смутившись долгой тупизне Шаста, просто усмехнулся.
- А я предупреждал, что если сам не снимешь, сниму я... - Это предложение словно вывело из рассуждений и шока, заставляя Антона уже отвернуть голову и взгляд от голубоглазого.
Блондин стоял с голым торсом, со смущенным взглядом, прижатым Арсением к стене. А старшему эта картина казалась... Милой?
Спустя минуту, брюнет отошёл от зеленоглазого и кинув не очень понятно "я пошел", вот так просто, развернулся и взаправду пошел к выходу.
Но стоило только коснуться дверной ручки, как его отдёргивают за перекинутое через плечо худи и...
И... Заключают в поцелуй?
Теперь очередь Антона вгонять Арсения в краску.
Поцелуй получился не понятным, прерывистым и даже... Приятным? Арсений окончательно не понял всю суть действий младшего, как уже оказался выставленным за дверь комнаты.
Минуты длились вечно, что уж говорить про часы. Арсений места не находил, в голове всё вихрем, ничего не разобрать. Писать об этом Серёже тоже желанием пока не горел, нечего такое рассказывать, потом как нибудь, сейчас главное самому понять, самому что то придумать и додумать, и разобраться...
За окном смеркалось, Арсений лёжа на кровати задумывался, уже намного спокойнее и понятливее, задумывался о произошедшем и всё что происходит вокруг в принципе.
Где осекся? Где не усмотрел? Как это произошло? Все эти вопросы задать бы Антону, а не в голове крутить и мучаться, не зная ответа.
Время шло, Арсений уснул только под утро и то, проснулся в скоре от будильника.
- Понедельник... - Тихо простонал он и недовольно перевернувшись на бок, зевнул. Вышел из комнаты, направился в ванную комнату, там Антон. Отражение зеркало дало ясно понять, что взгляд устремлён на него в непонимании.
Шастун стоял весь сонный, чистил зубы и то и дело поглядывал на застывшего на месте Арса. И словно как на иголках, Попов сразу вышел и отошёл от ванной от греха подальше. И вот, по новой утихорять мысли.
Щеки розовые, но не у Арсения, а у Антона. Как только старший скрылся из зоны видимости, беловолосый посмотрел на себя в зеркале. Какой ужас, зачем он вчера это сделал? Что им двигало? Почему именно брат? А брат ли вообще? Кем считает его Арсений?
Подобные мысли посещали боловолосую голову не в первый раз. Когда всё это началось, он не имел не единого понятия.
Им обоим нужно было разобраться в себе, подумать. Арсению подумать над тем, кем он считает для себя, так называемого брата, а Антону, для чего он поцеловал старшего....