Глава 50
Внутри что-то неприятно кольнуло. Словно рухнул целый мир. Одно мгновение.
-чего?- истерично хихикнув, выдавила из себя школьница,- ты же... шутишь, да? Это... не смешная шутка, Кенма...-продолжает она, в попытках успокоить саму себя. Вот сейчас он скажет, что пошутил и все будет хорошо. Но...
-я не шучу,- все так же твёрдо и уверенно молвит парень.
Глаза девушки наполняются слезами. Т/и не хотелось, чтобы Кенма видел ее такой. Ей не хотелось, чтобы он видел ее слез. Ее слабость. Отвернувшись от парня, девчонка направилась к выходу из здания, и вовсе позабыв о Кее. Из - за пелены слез, т/и плохо разбирала дорогу. Шла по заученному маршруту. Только когда школьница вышла
из школы, слёзы предательски потекли по щекам, а светловолосая лишь судорожно пыталась их стереть. Будто ничего и не произошло. Но это чертовски сложно. Сложно, но возможно.
Сложно забыть то, что было. Сложно забыть его глаза, смех, улыбку. Это навсегда останется у школьницы в памяти. На обратной стороне век, стоит ей только закрыть глаза.
Дома, девушка лишь скатилась по двери своей комнаты, когда вошла внутрь. Поджав колени, т/и расплакалась. Она чувствовала опустошение. Раскрасневшиеся от слез глаза, растрёпанные волосы из-за ветра на улице, бледное лицо с потекшей тушью. Все попытки успокоиться были тщетны. Лишь услышав звук входной двери, т/и взяла себя в руки. Уткнувшись уставшим личиком в колени, девчонка успокоилась окончательно. Через какое - то время, она уснула.
Выходные прошли быстро. Как и несколько последующих недель.
Т/и выходила из комнаты только для посещения учебного заведения. Пыталась делать вид будто ничего не произошло. Ее выдавали лишь глаза. Красные от ночных слез, вызванные тёплыми, но болезненными воспоминаниями.
Прекратившая есть дочь, очень волновала отца. Сколько он не пытался поговорить с ней, всегда получал один ответ: «Все нормально. Не стоит переживать».
Всё - таки даже такой малоэмоциональный, холодный и замкнутый человек, как т/и испытывает боль. Она никому не позволит увидеть ее такой. Такой уязвимой и беспомощной. Вряд ли она теперь сможет довериться кому - то.
Помогало лишь одно - искусство. Юная художница рисовала. Ее это спасало, как никогда. Школьнице удавалось забыться. Пусть и не надолго. В этой ситуации, художество являлось глотком воздуха для тонущего.
Все же ее терзали вопросы. «Почему он так поступил?»; «я сделала, что - то не так?»; «почему он просто не поговорил со мной?»; «можно же было решить все спокойно...»; «или он ничего не испытывал ко мне...»; «но зачем нужен был весь этот цирк... для чего?». Вопросы душили девушку каждый день.
Нет, т/и не думала о том, чтобы избегать парня. Все - таки они живут под одной крышей, ходят в одну школу, в один класс. Сделать вид будто ничего и не происходило, лучшее, что она могла предпринять. Это школьница и сделала.
Кажется, девушка и вовсе забыла, что такое социум. Общаться она прекратила даже с Кеем, который настырно пытался достучаться до неё. Но все его попытки в пустую.
В один из дней, девушка не выдержала.
По возвращению домой ребята, как обычно начали расходиться по комнатам.
Кенма уже и не думал о разговоре с т/и. Хоть о малейшем. О банальном «привет, как ты?» с ее стороны. Для него это являлось бы лучом солнца в темном царстве. Лучиком надежды хоть на что - то.
-я хотела спросить,- начала т/и, плетясь за парнем по лестнице,- так скажем на будущее. Я что - то сделала не так?- голос предательски дрогнул. Как и Кенма, вовсе не ожидавший, что девушка заговорит именно об этом.
-ты ничего не сделала,- начинает парень,- просто...- мямлит он,- моя мать.