Глава 19
Прошел месяц.
Это было тяжелое для Лили время. В один момент ее жизнь перевернулась, и она училась заново строить себя. Лечение изначально не давало никаких позитивных изменений, но мадам Помфри не сдавалась и в итоге смогла помочь девушке. Конечно, неидеально, но все-таки Лили чувствовала себя гораздо лучше.
Как и предвидел Римус, Сириус стал очень агрессивным и доставаться стало Питеру. Лили передала слова Дамблдора про Питера, но понял ее только Римус. Точнее, Джеймс и Сириус тоже поняли, но почти сразу, как встречались с Питером, забывали об этом. Блэк становился агрессивным, Поттер его не останавливал, а бедному Римусу приходилось все расхлебывать.
Лили старалась не разорваться. Она хотела наладить общение с Северусом, с Питером, уделять внимание Джеймсу, болтать с девочками, обсуждать что-то с Римусом и Сириусом, навещать Дамблдора, вызывать видения и, конечно же, не забывать, что скоро экзамены.
Северус. Упрямый баран, который уверен, что он великий мученик, способный сам справиться со всеми бедами мира в одиночку. Сколько бы Лили не пыталась уговорить Северуса хотя бы продумать план его спасения от Волан-де-морта, он ни в какую не слушал.
«- Черт возьми, Северус, я сама в тебя аваду запущу! – в сердцах воскликнула Лили на их последней встрече. Они были на Астрономической башне.
- А давай! – Северус скрестил руки на груди, стоя прямо перед девушкой. – Уж лучше умереть от твоих рук, чем от Его!»
В общем, в той беседе, как и в предыдущей, ничего нового не было.
Питер. Ох, с ним оказалось сложнее, чем с Северусом. Лили как будто билась в закрытую дверь. Хвост после того разговора с Лили, стал ее избегать. В те короткие минуты на лекциях, когда Лили видела его, он будто стал старше, чем был, стал печальнее и ходил задумчивым. Лили и Римус постоянно напоминают Джеймсу и Сириусу, что нужно вести себя так словно ничего не произошло и продолжать общение с Питером. Но Петтигрю не дурак, а парни не великие актеры. Они не могли скрыть свое презрение к Хвосту. А совсем недавно Лили заметила за Питером странность – у него паранойя. Точнее, так думал Римус. Петтигрю стал очень нервным и постоянно оглядывался, будто за ним кто-то следит. Но как бы ни старались Римус и Лили узнать, что случилось, Хвостик молчал.
И вот удивительным образом, удача улыбнулась Лили одним холодным мартовским вечером. Алиса смогла-таки уговорить подруг позаниматься с ней в библиотеке.
-Зачем вообще нужны эти экзамены? – негодовала Марлин, с особой неприязнью смотря на учебник по травологии. – В жизни больше ценится опыт, а не оценки.
-А как ты получишь опыт без знаний? – без особого интереса спорила Алиса. Этот разговор уже не впервые идет, а потому уже наскучил. Как и в прошлые разы, Марлин нечего было ответить на это, а потому продолжала грустно вздыхать.
Лили не могла сосредоточиться на нужном параграфе. Буквы активно разбегались и не желали выстраиваться в знакомые слова. Редкая болтовня девочек тоже не желала становиться понятнее. Зато зрение решило не подводить, и Лили заметила, как сгорбился Питер в самом темной углу библиотеки. Его глаза нервно бегали по строчкам какой-то книги, параллельно он что-то записывал, не глядя. Если бы Лили не знала всей ситуации, то решила бы, что Питер таки сошел с ума.
-Девочки, не идите за мной, - тихо сказала девушка. – И не смотрите на меня. Потом все объясню.
Решительно встав, она быстро и тихо дошла до Питера. Тот сразу же вскочил со своего места и хотел уйти, но Эванс перегородила дорогу.
-Привет, - буднично начала девушка, как будто не она только что преодолела несколько метров так быстро, что в тишине библиотеки слышалась ее негромкая одышка. – Не против поговорить?
-Что ты творишь? – зашипел Питер. Он огляделся, проверяя видел ли кто-то еще, как девушка подошла к нему. – Ну что тебе нужно? Когда ты угомонишься, Лили?
Эванс не ожидала, что Хвост пойдет в наступление. Особенно учитывая, что он избегает её. А тот тем временем продолжал:
-Почти семь лет учебы ты либо не замечала меня, либо замечала только из-за Сохатого, когда мы устраивали что-то, и ни разу не интересовалась у меня ничем, а теперь я вдруг стал таким уж интересным? С чего бы? Веришь в Бога, Лили? Так вот, ради Бога, оставь меня в покое! Прекрати пытаться подружиться со мной! Иначе мы оба с тобой – трупы.
Последнюю фразу Питер яростно прошептал Лили чуть ли не в самое ухо. Затем быстро собрав свои вещи, он выбежал из библиотеки. Девушка была так ошарашена, что не стала останавливать его. А когда первый шок прошел, Лили заметила скомканный листочек под стулом, где только что сидел Питер. Она постаралась, как можно незаметнее поднять его (паранойя Питера передалась и ей) и вернулась к подругам. Те тоже выглядели удивленно, но явно не из-за Питера, а из-за самой Лили.
-Потом, - устало вздохнула Эванс и шумно опустилась на стул. Алиса и Марлин взволновано переглянулись, но ничего не сказали.
Если раньше тяжело было сосредоточиться на учебе, то теперь и подавно. Клочок бумаги словно жёг карман кофты Эванс, так хотелось ей его посмотреть.
-Не могу сосредоточиться, - наконец выдала Лили, собирая тетрадки. – Простите, девочки, давайте в следующий раз?
Алиса и Марлин лишь сочувственно кивнули, провожая подругу взглядом.
Лили же старалась спокойно идти до гостиной, но внутри все так и подмывало пуститься в бег. Она не хотела смотреть, что написано в листочке, так, мимоходом. Даже, если там написана глупость или ерунда. Сейчас для Лили было важно все.
К счастью, на пути никто не попался, и девушка быстро дошла до гостиной. Поднявшись в спальню, Лили даже порадовалась, что подруги остались в библиотеке. Гостиная оказалась битком забита студентами, кто просто болтал, кто ждал ужина, кто делал домашнее задание. Сев на край кровати, Лили наконец развернула клочок бумаги, на котором неровным почерком было написано: «Вайолет Чарльсворт? Алистер Кроули? Альфред Роуз?»
Тяжело вздохнув, Лили сжала бедный листочек обратно в клочок. И что это значит? Чьи имена? Они как-то связаны с Питером? Что он задумал?
Вместо обеда Лили решила попытаться вызвать видение. Она чувствовала, что еще немного и точно получится!
Девушка легла на кровать, расслабилась и представила одно из последних воспоминаний, где Гарри разговаривал со своими друзьями. Она посчитала, что если начать с чего-то позитивного, должно пойти легче!
Лили не знала, сколько по ощущениям прошло времени, но наконец она увидела все своими глазами...
~~~ зима, 1995 год~~~
- Ну, спокойной ночи, - Гермиона широко зевнула и ушла по лестнице в девичью спальню.
- И что она нашла в Краме? - сказал Рон, когда они поднимались по лестнице. Гарри подумал и сказал:
- Наверное, он старше... и играет за сборную страны в квиддич.
- Ну, а кроме? - досадовал Рон. - Мрачный тип, и всё.
- Да, мрачноват, - согласился Гарри, целиком занятый мыслями о Чжоу.
Молча они разделись и надели пижамы. Другие мальчики в комнате видели уже десятый сон. Гарри снял очки, положил на тумбочку и лег, но полог не задернул и стал смотреть на квадрат звездного неба в окне возле кровати Невилла.
- Спокойной ночи, - буркнул справа Рон.
- Спокойной ночи.
Невилл засопел во сне. Где-то в ночи ухнула сова.
Лили осторожно подошла к Гарри, который уже заснул. Он так во сне напоминал Джеймса, что просто поражало ее. Смотря на Гарри, такого беззащитного во сне, она все не могла понять, за что же так судьба с ним. Вдруг мальчик во сне стал хмуриться, как от кошмара.
«Ну вот, еще и сны страшные» - грустно подумала Лили и, не думая, дотронулась до волос Гарри. Все поменялось резко, неожиданно, Лили поняла, что видит сон, который не дает покоя Гарри.
Тело у него стало сильным, гибким, гладким. Он скользил между блестящими металлическими перекладинами, по темному холодному камню... Он скользил по полу на животе... было темно, но он видел вокруг мерцающие предметы странной переливчатой окраски... поворачивал голову туда и сюда... На первый взгляд коридор был пуст... но нет... впереди сидел человек, его подбородок отвис, и фигура его слабо светилась во тьме...
Гарри высунул язык... он ощущал запах человека... тот был жив, но дремал... он сидел перед дверью в конце коридора...
Гарри желал укусить человека... и нельзя поддаться желанию... его ждет более важное дело...
Но человек зашевелился, серебряный плащ свалился с его ног, и он вскочил. Его неясная мерцающая фигура надвигалась, нависала, он вынул из-за пояса волшебную палочку... и у Гарри не было выбора... он взвился с пола и раз, другой, третий всадил зубы в тело человека, чувствуя, как захрустели ребра и хлынула теплая кровь...
Человек кричал от боли... потом умолк... съехал по стене... кровь растекалась по полу...
Нестерпимая головная боль... голова раскалывается...
- Гарри! ГАРРИ!
Он открыл глаза. Все тело покрылось холодным потом; простыни опутывали его, как смирительная рубашка, и казалось, что к голове приложили раскаленную добела кочергу.
- Гарри!
Над ним стоял перепутанный Рон. В ногах кровати маячили еще чьи-то фигуры. Он схватился за голову: боль застилала глаза... Он свесился с кровати, и его вырвало.
- Он заболел, - послышался испуганный голос.
- Надо кого-то позвать.
- Гарри! Гарри!
Хватая ртом воздух, полуослепший от боли, Гарри сел. Он с трудом сдерживал подступающую рвоту.
- Твой папа, - пропыхтел он. - На него напали...
- Что? - не понял Рон.
- Твой отец! Его кто-то укусил, это серьезно, повсюду была кровь.
- Пойду позову помощь, - раздался тот же испуганный голос, и кто-то выбежал из спальни.
- Гарри, друг, - неуверенно сказал Рон, - тебе приснилось.
- Нет! - Очень важно было, чтобы Рон его понял. - Это был не сон... не обычный сон. Я был там, я это видел... Я это сделал.
- Гарри, ты нездоров, - проговорил он дрожащим голосом. - Невилл пошел за помощью.
- Я здоров! - Гарри закашлялся и вытер рот пижамой. Его била неудержимая дрожь. - Я в порядке, ты об отце беспокойся, мы должны выяснить, где он. Он истекал кровью... я был... я был огромной змеей.
Он попытался встать с кровати, но Рон толкнул его назад.
~~~
Лили открыла глаза и резко села в кровати. Алиса что-то искала в чемодане, а Марлин, судя по звуку, была в душе. Все казалось спокойным, но быстрое биение собственного сердца доказал Лили, что это спокойствие это недолгое.
И все, что смогла выговорить Лили:
- Вот черт...