Глава 12
- Лили, что это было?
Римус бежал за девушкой до гостиной Гриффиндора. И только плюхнувшись в кресло у камина, Эванс смогла перевести дыхание и понять, что только что произошло. Лорд Волан-де-Морт переманивает студентов на свою сторону. Хочет переманить Мародеров и маглорожденную Лили, при этом истребляя маглов и маглорожденных. Будущим Пожирателям еще предстоит доказать свою верность, но как? И что они буду делать с теми, кто посмеет отказать им?
- Лили? О чем вы говорили? Я ни слова не слышал, Снейп поставил заглушку?
Девушка посмотрела на Люпина будто впервые. Она успела забыть, что пошла с ним на встречу со Снейпом. Пересказав ему весь разговор, Лили обессилено откинулась на спинку кресла.
- Что ты думаешь об этом? – наконец спросила Эванс.
- Джеймс и Сириус ни за что не согласятся на служение Волан-де-Морту, - уверенно сказал Римус. – Но то, что он набирает соратников из студентов говорит о том, что ему не хватает людей.
- Либо он хочет увеличить свои ряды, чтобы никто не посмел ему противостоять.
- Как думаешь, много учеников перейдет на его сторону? - тихо заговорила Лили, глядя как догорают дрова в камине.
- Из Слизерина – да, - Римус хмурился, думая об этом. – Но то, что с других факультетов тоже есть последователи Темного Лорда, для меня неожиданно.
- Уверена, с Гриффиндора там больше никого нет.
Портрет с шумом открылся и в гостиную в прямом смысле ввалилось три тела, хохоча и в шутку дубася друг друга. Увидев своих друзей у камина, тройка поспешила к ним. Поттер тут же обнял Лили и начал шептать ей, как соскучился.
- Сегодня тоже ничего? – спросил Сириус, закидывая ноги на колени Люпина и укладываясь на Марлин. Та сразу же стала перебирать его волосы.
- Пока без успехов, но надо продолжать пытаться, - Римус недовольно пытался скинуть ноги друга с себя, но безуспешно.- Питер писал что-нибудь?
- После того письма, где сказал, что его матушка сильно больна и что директор дал еще недельный отгул, ни слова, - протянул Сириус.
- И его можно понять, - продолжая играть с волосами Блэка, улыбалась Марлин. – Мать уже немолода, вдова, а он единственный сын.
- Надо будет написать ему письмо, узнать, как его матушка поживает, - Джеймс пересадил Лили на свои коленки. – И может отправить ему посылку? Для матери? Им сейчас и так тяжело.
Наблюдая за Мародерами, Лили все чаще ловила себя на мысли, что не может среди них быть предателя. Она и понимала, и при этом не понимала одержимость Римуса пересматривать то воспоминание. Несколько дней подряд Римус пересматривал его, пока не позвал Лили с собой, чтобы что-то показать.
«-Видишь? – Римус показал на Сириуса за несколько секунд до взрыва. – Я знаю его, я знаю, как он произносит невербальные. Это не его заклинание взрыва!»
Но если это не он взорвал Питера, то кто? Эванс не могла и представить себе, чтобы Питер захотел себя взорвать. А вдруг он испугался и перепутал заклинания? Но Люпин даже и не думал об этом.
«Нет. Питер, конечно, не отличник, но от страха так перепутать бы не смог.»
А несколько дней назад Римус вынырнул из омута растрепанный и злой со словами: «Это Питер.»
Слушая, как Джеймс переживает за Петтигрю, Лили заметила, как появились желваки у Римуса. Они решили, что пока нет достаточно показаний, что Питер и есть предатель.
«Конечно, большинство было слизеринцев, но были и с других факультетов.»
Ну конечно! И почему она не спросила у Северуса?
Когда стало уже совсем поздно, ребята стали расходиться по спальням. Римус ушел первым сославшись на головную боль. Он и правда выглядел в последнее время не очень: скоро полнолуние, да и возможное предательство Питера сыграло свою роль. Марлин сдалась второй и убежала отсыпаться, чего в последнее время было у них с Сириусом в недостатке, так это сна. Сириусу стало скучно, и он ушел вскоре после Маккиннон.
- Наконец мы одни, - зашептал на ухо Джеймс отчего у девушки пошли мурашки. Лили расслаблено откинулась на грудь парня. – Как насчет ночного свидания?
-Мм, заманчиво, но нет, - сильные руки Поттера обхватили девушку за талию. – Бегать от дежурных как третьекурсники это не по мне.
- А бегать от Филча? – парень стал покрывать поцелуями шею Лили.
- Уже лучше, но все еще нет, - Эванс прервала парня нежным поцелуем, запустив свои пальцы в его и без того лохматые волосы. Поттер притянул девушку еще ближе к себе, шаря руками по её спине. Поцелуй из нежного быстро стал страстным, парень уже без зазрения совести спускался к юбке Эванс, а та продолжала сжимать своими бедрами Джеймса. Было уже глубоко за полночь и им повезло, что в гостиной давно никого не было.
Страсть и желание охватило обоих так сильно, что даже профессор МакГонагалл, если та вдруг зашла бы в гостиную, не смогла бы их прервать.
Как старосте, Лили положена отдельная комната, которой она не пользовалась до того, как начала встречаться с Джеймсом. Не разбирая дороги и не отрываясь друг от друга, пара влетела в спальню, параллельно срывая одежду.
Робость, что была в начале отношений, сейчас исчезла. На ее месте появилось новое для девушки чувство – страсть. О таком она только читала в глупых магловских романах и не могла представить, что в реальности это восхищает гораздо лучше. От возбуждения начинается дрожь в ладонях и легкое онемение кончиков пальцев, приятное тепло разливается от живота и, казалось, до самых небес, унося влюбленных куда-то далеко за пределы не только Хогвартса, но и вообще мира.
Окутанная заботой и любовью Джеймса, Лили и представить не могла, что может быть так счастлива.
~~
Убийство – самое тяжкое злодеяние.
- А что, если разделить душу, ну допустим, на семь частей? Это же безграничная власть, никто не посмеет противиться моей воле!
На бледной руке блеснул золотой перстень. Юноша был красив, но в глазах его появлялись красные искры, разгорающиеся в пожар.
- Ну, здравствуйте, дорогие родственнички.
Напротив парня стояла точная копия его самого, но гораздо старше. За ним пожилая пара и у всех был неописуемый ужас на лице.
-Я единственный наследник Великого Салазара Слизерина!
Золотой медальон на длинной цепочке лежал на мягкой обивке сундука. Рядом в таком же сундуке лежала маленькая чаша с выгравированной буквой П. На медальоне тоже была буква, похожая на змейку С.
-Ох, Елена, Ваша матушка была с Вами так несправедлива. Моя матушка умерла при моих родах, и я, право же, не знаю, что хуже: не знать свою матушку совсем или же иметь такую беспощадную, как у Вас. Вы лишь хотели уничтожить то, что Ваша матушка любила больше, чем Вас самих. Хотите я помогу Вам? Естественно, мне ничего не нужно от Вас, кроме места, где Вы спрятали диадему. А дальше я завершу то, что Вы начали, о прекрасная Елена.
Тонкая работа – диадема из серебра с драгоценными камнями сияла на солнце. Дамблдор отказал в преподавании, но Ему это и было нужно. Он проник в Хогвартс не за тем. Ему нужна лишь комната, что хранит тайны.
-Я величайший волшебник всех времен и народов и я не могу распихивать куски своей души по старым консервным банкам, как тушенку про запас!
Это был женский туалет в Хогвартсе. Юноша потратил слишком много времени, чтобы найти эту комнату. Осталось только разбудить чудовище Слизерина и уничтожить всех грязнокровок в школе. А чтобы не потерять столько лет в пустую, он записал, как найти эту комнату в своем дневнике...
-Но профессор, разве семь — это не магическое число? Что будет, если разделить душу на семь частей?
- О, Мерлин, Том, нет! Убийство одного человека ужасает, но семь?!
~~
Открыв глаза, Лили поняла, что находится в объятиях своего парня. Уже рассвело и солнце, желая их разбудить, плавно передвигалось к кровати. Завтра начинается учеба и сегодня приезжают студенты.
Не разбудив парня, Лили выбралась в душ, а когда вернулась, Джеймс сонный сидел на кровати.
-Мы проспали завтрак? – зевнув, Поттер потянулся и прошел в душ.
-Еще нет, - улыбаясь, девушка чмокнула его в щеку.
За завтраком их встретила Алиса, которая специально рано встала, чтобы устроить сюрприз друзьям.
- Лили, как же я соскучилась! – девочки обнялись, и Алиса тут же зашептала подруге на ухо: - Вы так мило смотритесь, слава Мерлину! А еще у кого-то слишком розовые щеки!
И захохотав, побежала к Марлин, которая тоже, к слову, сидела вся красная.Лили поискала глазами Северуса, но его нигде не было. Она хотела узнать, если были гриффиндорцы в поместье, то кто именно.
- Он еще не приходил, - прошептал на ухо Римус, как только Лили присела за стол.
- Думаешь, что-то случилось? - на что Люпин лишь покачал головой.
- Думаю, отсыпается.
Погода с самого утра была отвратительной, как и настроение Лили. Она вяло ковыряла ложкой в каше, размазывая ее по всей тарелке.
- Чего такая грустная, Цветочек? – к девушке подсел Сириус. Та лишь вздохнула. – Не забываешь пить все эти жуткие лекарства?
- Забудешь такое, - не выдержав, Эванс отодвинула тарелку.После каждого видения, Лили чувствовала себя вымотанной и жутко усталой. Девушка посмотрела на стол преподавателей: директор читал газету. Словно почувствовав чей-то взгляд, Дамблдор отложил чтение и обвел своими голубыми глазами Большой зал. Остановившись на Лили, он еле заметно кивнул ей.
Больше сидеть за столом рыжеволосая не могла. Пожелав друзьям еще раз приятного аппетита, Лили направилась к кабинету директора. Джеймс тут же побежал за ней, но Эванс попросила ненадолго оставить ее одну.
Дамблдор не заставил долго себя ждать.
- Мисс Эванс, доброго утра, Вы хорошо спите? – учтиво поинтересовался старик, провожая девушку до кресла.
- Здравствуйте, профессор, спасибо, сплю хорошо, - Лили присела в кресло. – У меня было еще одно видение.
Директор призвал омут памяти и подождал пока Лили опустит туда воспоминание сна. В этот раз девушка отправилась вместе с директором, чтобы еще раз пересмотреть ключевые моменты.
Вернувшись, старик крепко задумался. Мысли Лили разбегались, и она не понимала, какой вопрос хочет задать первым.
- Профессор, Вы думаете, он действительно создал семь крестражей? – после возвращения из омута Лили немного мутило. Хорошо, что не позавтракала нормально, точно не смогла бы удержать кашу в желудке.
- Сама мысль об этом действительно ужасает, - Дамблдор тяжело вздохнул, отодвигая омут от края стола. – Только сумасшедший решится на такое.
- И он правда не в своем уме, - девушка не смогла усидеть на стуле и стала расхаживать вдоль стола. – Но я увидела не семь крестражей, верно? Сколько их там было?..
Воспоминания о предметах, в которые Волан-де-Морт спрятал частицы своей души пронеслись перед глазами Лили. И в ее голове прозвучал голос: «Я величайший волшебник всех времен и народов и я не могу распихивать куски своей души по старым консервным банкам, как тушенку про запас!»
- Чаша Пенелопы Пуффендуй, медальон Салазара Слизерина, диадема Кандиды Когтевран, кольцо и некий дневник, - перечислил директор.
- Так это и правда вещи Основателей? – удивилась девушка. – Или просто названы в их честь?
- Да, они действительно когда-то принадлежали Основателям, но были давно утеряны, - директор встал со своего кресла и отошел к книжному шкафу. – Теперь понятно, почему. Мисс Маккиннон невероятно точно нарисовала кольцо Мраксов. К сожалению, я пока только в процессе получения его.
- Кольцо Мраксов? – тут же оживилась Лили. – Кто они?
Директор развернулся к девушке с мечом в руке. Рубины ловили солнечные лучи и отправляли «зайчиков» по портретам бывших директоров Хогвартса.
- А это, - оставив вопрос Лили без ответа, старик продолжил. – Это меч Годрика Гриффиндора. Думаю, то, что он хранится все это время здесь, его и спасло от алчных рук Волан-де-Морта. Много лет назад он приходил ко мне с просьбой устроить его преподавателем в школе, но я отказал ему. Вероятно, он хотел найти этот самый меч, чтобы собрать свою коллекцию.
- А что он хотел преподавать?
- Защиту от Темных Искусств, - Дамблдор убрал меч обратно. – После его ухода, к сожалению, ни один профессор не проработал на этой должности больше года.
«Он проклял эту должность из-за отказа?» - ужаснулась Лили.
- Мраксы – единственные прямые потомки Салазара Слизерина, - продолжал Дамблдор. – А Волан-де-Морт единственный живой наследник этого рода.
- Но его зовут Том? – неуверенно начала Лили и, увидев кивок директора, продолжила чуть смелее. – Разве такой монстр может носить такое обычное имя – Том?
Директора рассмешили слова его ученицы.
- Мы не выбираем свои имена при рождении, - немного хохоча, говорит Дамблдор. – Но мы сами выбираем наш путь, как и Том выбрал свой путь. И выбрал себе другое имя для этого пути.
- Профессор, Вы говорите красивыми словами о совершенно некрасивых вещах..
- Это мой долг, - рассмеялся старик.Лили так и не отпустило непонятное мутное чувство, накатила тошнота.
- Профессор, как мы найдем все крестражи? И как мы поймем, сколько точно он их сделал? – борясь с тошнотой, девушка попыталась сосредоточиться на директоре.
- Думаю, благодаря Вам и Вашему дару мы сможем узнать их точное количество, - поднимаясь со своего мягкого кресла, Дамблдор принялся обходить стол. – А насчет того, как их найти, не беспокойтесь, мисс Эванс. Вы дали мне достаточно информации, я попробую их отыскать.
Директор остановился у кресла, где сидела Лили.
- Вам стоит поторопиться сказать своим друзьям, что Вы в порядке, пока мистер Поттер не взорвал мою горгулью.
Лили охнула и, попрощавшись с директором, вышла из его кабинета.