Янтарь рассеивает тьму

Люциан проснулся и взвыл волком, с которого заживо драли шкуру. Он заметался и грохнулся с кровати. В сантиметре от пола его поймали холодные руки. Кай тут же заблокировал несколько акупунктурных точек, чтобы владыка Луны не навредил себе в приступе невесть чего.

За окном встало солнце, но Люциан увидел лишь намёк на его лучи перед тем, как окончательно ослепнуть. Он стиснул зубы в попытке сдержать страдальческие стоны, вызванные головной болью: она настигала каждый раз, когда возвращалась болезнь.

Владыка Луны родился таким: без четырёх чувств, расположенных на голове – слуха, зрения, обоняния и вкуса. Его мать и отец рассказывали, что Люциан покинул утробу в тишине и был совершенно нормальным, пока через тридцать секунд ребёнка не постигла кара. Младенец взвыл как лесное чудище и чуть не умер от боли. Если бы лекари не погрузили мальчика в глубокий сон, владыки Луны сейчас бы не было.

Излечить Люциана удалось только в божественном источнике, который имелся в подземельях каждого клана и являлся сосредоточением светлой магической энергии. К несчастью, эффект от лечения оставался временным и владыке Луны каждые полгода или год приходилось уходить в медитацию за закрытыми дверьми.

«Эриас...» — подумал Люциан, не в силах закончить мысль. Он хотел согласиться с тем, что друг был прав, предупреждая о болезни и том, что не стоит себя истощать. После последнего выхода из медитации владыка Луны рассчитал примерный промежуток времени, в который сможет дышать свободно, но из-за похода в Асдэм цикл нарушился и недуг вернулся раньше.

Люциан знал своё состояние, поэтому терпел в ожидании, когда боль пройдёт и он станет бессильным калекой. Ледяные руки Кая поддерживали его тело, а в местах, где они касались, разливался отрезвляющий холод. Люций сосредоточился на этом холоде, чтобы отвлечься от боли. Представил, как погружается в ледяную воду, уходя с головой.

Кай ничего не говорил, просто был рядом, либо Люциан уже оглох и не слышал, как демон звал его. Он обессилел, ему было больно настолько, что хотелось просто быстрее покончить с этим, перетерпев, поэтому он ни о чём не думал и даже не волновался, что его жизнь могла находиться под угрозой, ведь другой сейчас видел его главную слабость. Кровожадный демон был с ним в самый беззащитный момент. Он мог сделать, что угодно, но вместо этого... просто не давал окончательно развалиться на полу, аккуратно поддерживая тело страдальца.

Боль проходила постепенно, как отлив в море. Она лениво угасала и в какой-то момент исчезла, лишив Люция возможности ориентироваться в пространстве и полноценно жить. Его способность к осязанию четырёхкратно обострилась, потому теперь руки Кая не охлаждали, а замораживали.

Люц не знал, сколько времени приходил в себя, и выяснить не попытался – сейчас он не видел и не слышал, как выяснять? Владыка Луны использовал духовную силу, чтобы снизить уровень осязаемости и не окоченеть из-за чужих рук. Поддерживаемый демоном, он сел и с напряжённым лицом потёр лоб, не зная, как объясниться и что делать. Без божественного источника нечем излечить его тело. И вряд ли водоём сохранился внутри демонического города...

«Сон пробудил мою болезнь или это совпадение? Элеоноре было так же плохо или наши чувства смешались? — Люциан пытался хоть что-то прояснить. — У меня во время приступов болела только голова, но у неё страдало всё тело, словно его жгли заживо. Почему она испытала подобное? За шесть лет ни разу такого не было».

Кай взял руку владыки Луны в свою и перевернул ладонью вверх. Он начертил острым когтем несколько вопросительных рун и Люциан распахнул глаза от осознания, что они могли общаться! Демон спрашивал всё ли в порядке и просил объяснить, что происходит.

Люций взял его руку и тем же способом начертил ответ: «Я в порядке. Это врождённый недуг».

«Как тебе помочь?»

«Божественный источник».

Кай замолчал, и Люциан не мог знать, о чём тот думал и каким было выражение его лица. По условиям сделки он должен пробыть в Асдэме ещё неделю, поэтому вернуться в клан на лечение не получится, да и как вернуться, если он похож на котёнка, только что покинувшего утробу матери? «Эриас меня прибьёт», — у Люциана нервно дёрнулся уголок губ.

«Можешь встать?» — поступил вопрос от тёмного принца.

Владыка Луны кивнул и начал подниматься с пола. Ориентироваться в нынешнем состоянии было сложно – ему будто голову отрубили. Кай, видимо, заметил чужую неуклюжесть, потому что поспешил поддержать под локоть и за талию.

Люциан сел на кровать. Хмурясь, он принялся размышлять, как выкрутиться из ситуации.

«Я могу сделать тебе оздоровительный массаж, чтобы облегчить состояние, — вовремя предложил тёмный принц, сидя (вроде как) на корточках перед владыкой Луны. — Второй младший дядя и отец учили меня акупунктуре».

«Иглоукалывание?»

«Нет. Акупрессура».

Люциан недоуменно посмотрел на Кая.

«Чем мне поможет обычный массаж?» — написал он на чужой ладони.

«Не обычный».

Владыка Луны выдохнул с лёгким раздражением, а после поправил: «Акупрессурный».

«Это древнее искусство, позволяющее контролировать тело. Массаж улучшит кровоснабжение, снимет напряжение и облегчит побочные эффекты болезни. Ты не выздоровеешь, но тебе может стать лучше».

Люциан задумался. В осознанном возрасте он не лечил недуг при помощи точечного массажа, так как у него всегда имелся божественный источник. Он не знал, поможет ли акупрессура, но попробовать стоило – чем хуже состояние, тем меньше страха перед лечением.

«Хорошо, — написал владыка Луны. — Тебя не затруднит?»

«Нет. Хочешь начать после завтрака или сейчас?»

Люциан невесело усмехнулся: «Сейчас». — Болезнь лишала его обоняния и вкуса, потому еда не прельщала, а только расстраивала. Если Каю удастся хотя бы немного смягчить симптомы, владыка Луны будет ему благодарен.

Демон попросил забраться на кровать и развернуться лицом к нему. Сам он уселся напротив, взял чужую руку и надавил между пальцами. Люциан вздрогнул. Через его тело прошёл разряд чистого холода, что кольнул даже мозг. Он быстро сориентировался и ещё больше ограничил чувствительность. Если бы не владел телом и духом так хорошо, как сейчас, то от прикосновений Кая ему стало бы дурно: любое касание во время болезни походило на взрыв мироздания.

«Дыши ровно», — попросил демон, написав это на другой руке. Вторую он не прекращал массировать, надавливая то в одном месте, то в другом.

Люциан выровнял дыхание и прикрыл глаза. Акупрессурный массаж был долгим и непохожим на обычный. Он нацеливался на определённые точки, которые разминались при помощи надавливаний. Сейчас Кай пытался воздействовать на голову владыки Луны через руки. Люциан почувствовал, как демон по капле начал пропускать свою тьму сквозь него. Он впервые познал такой способ лечения, поэтому не сдержал удивлённый «ах». Ранее Люц не думал, что можно вливать в светлого мага тьму в качестве помощи, а не разрушения души. Действия Кая походили на тренировку защитных сил организма – он помещал темную энергию внутрь заклинателя светлого пути, вынуждая его силу пробуждаться для борьбы.

Магия владыки Луны встрепенулась, зашевелилась и засияла, нацелившись оздоровлять. Кай отпустил его руку и попросил снять ночную рубашку, чему Люциан очень упорно сопротивлялся. Это длилось, казалось, полсуток, но демон не злился, вместо этого продолжал уговаривать не желающего лечиться упрямца. В прошлом Кай просто сорвал бы чужую одежду, но сейчас он демонстрировал небывалое терпение, относясь к Люциану со всей снисходительностью.

Люций не хотел оголяться при демоне не потому, что считал это странным, а потому что это как оставить черепаху без панциря: он и так стал слепым и немощным, а тут ещё полуголым окажется – бери меч и протыкай его сердце. Они с Каем не являлись врагами, но и доверием между ними не пахло...

«Ты сомневаешься во мне?» — небрежно написал демон, прожигая собеседника таким пристальным взглядом, который даже мертвец почувствует.

Люциан не знал, как ответить, чтобы не обидеть и не поссориться, поэтому покачал головой и нехотя потянулся к краям рубашки. Он со скрипом снял её через голову и отложил в сторону. Длинные золотые пряди упали на лицо, но холодные пальцы помогли убрать и заправить их за уши, в ответ на что Люциан признательно кивнул.

Кай взял его локоть и воздействовал на сгиб, растирая и надавливая аккуратно и статично. Он работал ответственно, даже взгляд от чужой руки не отводил. Люциан уже привык к холоду, но, когда демон переместился к ключицам, – всё равно вздрогнул. Это было странно. Он помнил широкие ладони градоправителя и от осознания, что одна из них в любую секунду могла сомкнуться на шее чувствовал мурашки.

Изредка Люциан улавливал прикосновения острых когтей. «Он умеет их убирать?» — невольно подумал он, потому что всегда видел руки принца либо в перчатках, где всё скрыто, либо без них – всегда с когтями, но в данный момент когти то ощущались, то нет.

Ладони Кая скользнули вверх по шее и замерли возле ушей. Пальцы зажал обе мочки и начал влиять на новые точки. Люциан предпочитал не смотреть на него, но чувствовал, как тот смотрел ему в лицо. Внимательно, будто лекарь, изучающий трудного пациента. Смотрел так, словно на чужом лбу было что-то написано.

Холодные ладони соскользнули вниз, Кай написал на руке: «Мне нужна твоя спина. Будет лучше, если ты ляжешь на живот».

Люциан напрягся и сжал "исписанную" ладонь в кулак. Они уже пережили сопротивление на этапе снятия рубашки, поэтому сейчас он смолчал, поскрипел сопротивляющимися суставами и в итоге лёг, как велели.

Кай устроился сбоку, и Люциан чуть не ахнул, когда на его шею надавили в зоне загривка. Тело стало расслабленным и податливым, в зоне поясницы обожгло. Магические потоки выровнялись и начали течь, словно густая кисельная река вдоль ровных берегов.

Демон работал строго в определённых зонах и пока ни разу не ошибся. Люциан не был обучен аккупрессуре так же, как он, но что-то понимал, потому оценил мастерство и этого мастерства испугался. Влияние, которое Кай оказывал на его тело могло стать причиной гибели, ведь через воздействие на точки можно было обездвижить или сломать.

Сначала Люциану было боязно лежать и позволять коварному владыке Асдэма играться с его спиной, но, объективно оценив чужой труд, – он заставил себя успокоиться. Даже позволил себе немного расслабиться, пока кожа холодела от прикосновений, а после горела, когда Кай убирал руки. Люциан лежал лицом в подушку, глуша компрометирующие звуки, ведь иногда нажатия расслабляли так, что молчать не получалось.

Магия бурно омывала меридианы, но владыка Луны не чувствовал изменений в своём нездоровом состоянии, хотя уже мог сказать, что жить после массажа стало полегче. «Мне стоило ходить на эту процедуру ещё будучи дома...»

Пальцы Кая надавили последний раз. Потом ладони скользнули вверх по спине, остановились на плечах и сжали их. Прохлада окутала ухо, и приглушённый шёпот озвучил:

— Как себя чувствуешь?

Люциан аж подскочил, но тут же упал лицом в подушку, потому что Кай надавил на плечи.

— Не нервничай. Я вернул тебе лишь каплю слуха. Сейчас говорю громко, но ты слышишь меня, если слова произносятся в ухо. Попробуй осмотреться. — Он убрал ладони и позволил Люциану сесть.

Владыка Луны выпрямился в спине и открыл глаза. Видеть он чётко не стал, но теперь перед лицом хотя бы не было тьмы. Он мог понять, что в комнате светло, но не более, так как всё окружающее пространство оставалось размытым.

— М-м... не вижу. — Свой голос Люциан почти не услышал, поэтому тут же нахмурился.

— Ты лишаешься только слуха и зрения?

«Нет, — он воспользовался письмом на руке. — Ещё я лишаюсь обоняния и вкуса».

— Осязание остаётся?

Люциан кивнул. Раз лечение закончилось, он поспешил отодвинуться от собеседника и начать шарить по кровати в поисках рубашки – тщетно... Люц даже не помнил, куда её положил.

— Нужна помощь? — со спины спросил Кай, когда он сел посредине и устало вздохнул.

— Хочу одеться, — произнёс Люциан сухо и без эмоций, а после почувствовал, как демон покинул постель.

«И почему мне стало плохо именно в это время? Даже намёков на ухудшение не было...» — досадливо подумал он, находясь в ожидании. Люциан задал себе этот вопрос просто так, потому что знал настоящий ответ на него, который заключался в том, что болезнь каждый раз наступала внезапно. Никаких намеков она не давала, просто била наповал. Она была отвратительна, но за годы борьбы Люциан научился примерно определять, в какой момент может стать плохо и вовремя восполнять духовные силы. Вот только духовные силы оставались нестабильны и всё зависело от того, как часто он их растрачивал, а в последние дни растраты оказались колоссальными.

Кай помог подняться с кровати, а после протянул рубашку. На ощупь Люц определил, что это, слава богам, его вещь, а то шутник-градоправитель мог нарядить во что угодно.

Одевшись, он получил штаны. Чуть подумав, написал на чужой руке: «Отведи меня за ширму».

— Модао, ну что я там не видел?

Люциан нахмурился, написав: «Отведи за ширму».

Кай чуть помолчал, а после взял упёртого владыку Луны за руку и сделал, как велели.

«Не смотри», — попросил Люциан и подтолкнул демона в спину, как он предполагал – прочь.

Подождав немного, владыка Луны помахал в пространстве руками и ощупал окружающую пустоту. Убедившись, что стоит за ширмой возле стены, а справа и слева никого нет, он начал менять ночные штаны на прогулочные. Заправив рубашку за пояс, Люциан вышел из укрытия и попросил сапоги. Кай предложил помочь надеть их, но Люциан отказался. «Я же не совсем калека!» — подумал он.

Когда обулся, владыка Луны достал гребень для волос.

— Позволь помочь, — произнёс Кай, забирая вещицу.

Люциан сжал пальцы, не желая отдавать гребень. Он хмуро уставился куда-то (предположительно на демона), из-за чего услышал:

— Ну мода-ао, ты сейчас не в том состоянии, чтобы задирать нос, — Кай протянул так, словно говорил с ребёнком.

— Мне лучше знать, в каком я состоянии, — буркнул Люц, окончательно отвоевав гребень. Он был упёртым и почти всё сделал сам, но, когда подошло время закреплять подаренную заколку – вынужденно позволил Каю приложить руку.

— Пойдём завтракать, — позвал тот, перестав возиться с чужими локонами. Люциан почувствовал, как прохладная гладкая ткань опутала запястье – скорее всего алая лента снова связала их.

Владыка Луны не хотел ходить привязанным, но ситуация сложилась настолько безвыходная, что он должен был это позволить, иначе ни до чего не доберётся.

«Надеюсь, я не доставляю тебе лишних хлопот?» — написал Люциан, когда они оказались в нужной комнате.

— Всё в порядке. — Кай отодвинул стул, помогая присесть. Судя по высокому столу – они пришли в столовую, а не в ту комнату, где однажды владыка Луны переборщил с курением табака.

«Нужно придумать, как сообщить Эриасу и остальным о моём самочувствии, — подумал он. — А также решить, как в таком состоянии я буду жить в Асдэме следующую неделю, а после почти месяц добираться до родного клана...»

— Что тебя беспокоит? — Кай склонился к чужому уху. Обычно он садился напротив, но сейчас разумно примостился рядом.

— Ничего, — Люциан отмахнулся. Ему не хотелось лишний раз докучать.

— Ты волнуешься из-за своего состояния? — Но демон был проницательным, и чтобы он обо всем догадался докучать не приходилось. — Не стоит. Я уже попросил подготовить божественный источник, скоро ты сможешь излечиться.

У Люцина палочки выскользнули из пальцев, с беззвучным стуком ударившись о тарелку. Он резко обернулся на Кая, не веря тому, что услышал. «Божественный источник? Как?» — подумал он, но эта мысль наверняка отразилась на лице, потому что демон ответил:

— Ты ведь находишься в бывшей резиденции одного из могущественных кланов – конечно, у нас был свой божественный источник, вот только при создании Асдэма о нём забыли, а после моей драки с владыкой демонов вход в пещеру завалило. Нужно время, чтобы отыскать его и отрыть.

Люциан открыл рот, не в силах подобрать слов. Он был очень рад этой новости и шансу излечиться! Если в Асдэме сохранился божественный источник, то владыка Луны спасён!

«Как долго придётся ждать?» — торопливо написал он.

— День или два.

«Какова вероятность, что источник уцелел после всего, что произошло?»

— Он уцелел. Я его чувствую.

Люциан выдохнул с таким облегчением, с каким выдыхает родившая мать. Болезнь была огромной проблемой, от которой требовалось избавиться!

— Я рад, что ты рад, а теперь попробуй поесть, — с лёгким нажимом попросил Кай.

Владыка Луны послушно кивнул, возвращая внимание к тарелке. Сейчас он был готов делать всё что попросят (в рамках разумного), если за это его пустят в источник.

— Что это? — Люциан прожевал что-то пресное и мягкое.

— Овощи с яйцом. Даже если не чувствуешь вкус, всё равно поешь, тебе нельзя голодать.

Люций снова кивнул. Он поддался демону и принялся есть то, чего не видел.