Старшая Хайтани

Если кому то интересно,то лицо Рины(точнее рана на лице)выглядит так

Руки

Глаз по которому прилетело

Более менее понятно,да?
.............................
Ри- думаю,мы друг друга поняли ,а сейчас,мне надо отойти.
Даже не глянув на собеседника,Рина вышла из кабинета,а потом и из участка. Решив погулять,девушка направилась в круглосуточное кафе . Просидев там до утра,уже окончательно уставшая особа,решила наконец то пойти домой . Идя через парк,девушка увидела парня ,очень похожего на Вакасу. Пройдя ближе ,она убедилась ,что это он. Начав медленно приближаться ,чтоб спросить, почему он тут,Рина увидела девушку,что подбежала к парню ,обнимая его. В сердце девушки,что-то неприятно кольнуло. Она не хотела с кем то делить друга(?),но понимала ,что у него есть своя личная жизнь
Внутренний диалог (сама с собой,или же не совсем с собой)
"Почему он ее обнимает ?"
...
"Разве это проблема?давай ее убьем и все"
...
"Это не правильно"
...
"Всю жизнь нам было нормально,а сейчас  неправильно? Ты ебнутая ?"
...
"Не греби всех под одну гребёнку. Вдруг это его сестра или ещё кто-нибудь?"
...
"Он бы стал это скрывать ?"
...
"Так он и..не скрывал.."
...
"И не говорил ,когда ты спрашивала про семью. Не ломайся. Делов то...или ты забыла ,каково это,пытать людей?.."
...
"...Думаешь стоит?..."
...
"Уверен"
Ещё немного посомневавшись,Рина приняла решение ,устранить девушку любой ценой. Но для начала,нужно было узнать кто она приходиться Вакасе . Быстро запечатлив девушку на телефон,Рина скинула ее фото знакомому
Переписка
"Свободен?"
...
"Вполне "
...
Отлично. Найди мне информацию об этой девушке

...
"Через час все будет готово "
...
"Буду ждать"
Конец
Через час ,как и обещал ,парень сбросил информацию на девушку
...
Имя - Иоши (ио)
Фамилия - Наоко
Положение в семье - отец ушел из семьи 2 года назад .
Доход семьи - среднестатистический
Возраст - 16 лет
Проживает -***
Личная характеристика- характер шумный ,любит внимание. Быстро адаптируется на новых местах. Слаба физически и морально. Проживая с отцом , работала проституткой местного клуба. После ухода отца,завязала с этим делом .
Подрабатывает в магазине. Учиться, в старшей школе "субараги ". Неплохо общается с вакасой Имауши .(все что надо знать , остальное нахуй)
...
Ри- да уж... действительно неплохо.
Решив действовать наугад ,Рина пошла к месту проживания девушки.
Ри-почему бы и нет...
Просидев пару часов под подъездом ,рине ,позвонил Риндо.
Ри-да?
Рин-ран и санзу дома,ты когда вернёшься ?
Ри-хорошо,как получится . Все давай,я на работе
Рин-пока
Увидев нужную девушку ,Рина решила познакомиться.
Ри-привет
Ио- привет...что-то не так?
Ри-что?..-немного не ожидав такого вопроса ,Рина посмотрела в глаза собеседнице и собралась . Нельзя упустить шанс - нет,просто хотела спросить. Ты не против познакомиться?
Тут уже приофигела Иоши. Но как говориться ,друзей много не бывает(бывает)
Ио-конечно
Глаза юной Наоко загорелись
Ри- Рина Хайтани
Ио- та самая Хайтани?!ууиии!!!...как это круто!!! А я ,Иоши Наоко . Приятно познакомиться!!!!
Ри- взаимно. Может прогуляемся?
Ио- с удовольствием, только...подождёшь?я быстро переоденусь и выйду
Ри- конечно
Быстро шмыганув в подъезд,Иоши побежала к своей квартире
Ри- такая доверчивая...
Через пару минут ,Наоко вышла .
Ио- куда пойдем?
Ри- ...просто походим ?...
Ио- конечно!!
Все прогулку,Иоши , оживлённо болтала. Уже ближе к 4 ,рине позвонил Кент
К- короче,я все документы собрал,можешь подойти?
Ри-немного не во время ,но ладно .
Скинув вызов ,Рина обратилась к своей жертве (если вы думали,что она привыкнет и оставит ее в покое ,то вы ошибаетесь )
Ри- мне к другу надо заскочить,ты со мной?
Ио- а можно?!
Ри- а разве нет?
(Бла бла бла ...хочу резню....так что ,они уже у Кента )
Уведя Рину в комнату,а Наоко оставив на кухне,парень начал диалог
К-это блять кто?
Ри- это? Иоши .
К- а хули она у меня дома делает?
Ри- так надо
К- делай что хочешь
Просмотрев все бумаги,Рина со своей новой знакомой вышли из квартиры.
Ри- слушай ,Наоко,можешь меня проводить до дома ?
Ио- конечно!
Придя к дому Рины,девочки попрощались и Рина сделала вид ,что ушла домой. Как только Иоши завернула в переулок ,ее ударили по голове.
Несколько дней спустя .
Подвал заброшенного склада .

Кап. 
С потолка на каменный пол упала очередная ледяная капля. 
Кап. 
Где-то посредине тесного каменного угла в давно сгнившей соломе зашуршала еще одна крыса. 
Кап. 
Девушка, сидящая в самом дальнем и сухом углу камеры, покрепче обхватила окоченевшими руками колени и перевела пустой взгляд с потолка на противоположную стену. 
Кап. 
Казалось, что капли отсчитывали те секунды, которые она провела в этом тесном каменном заточении. 
Кап. 
Затхлый, вонючий воздух с трудом проходил в часто вздымающуюся грудную клетку. 
Кап. 
Затекшие руки и ноги уже практически не слушались ее. 
Кап. 
Где-то в коридоре послышались приближающиеся шаги. Ее взгляд стал чуть более осмысленным, она знала, что идут к ней. Эти шаги всегда доходили до двери в ее камеру, останавливались на какое-то время, а потом вновь удалялись, в который раз оставляя ее одну. 
Кап. 
Сейчас же было слышно, как в замочной скважине со скрипом провернулся ключ, а в следующий момент девушка уже ничего не видела из-за слишком яркого света, на какое-то время ослепившего ее. 
— Выводите ее — услышала она леденящий голос, после чего почувствовала, как ее подхватили под локти и поволокли вон из камеры. 
Кап... 

Она боялась открыть глаза. 
Этот запах сгнившей крови так и норовил залезть в ноздри, поэтому она старалась не делать глубоких вдохов. И не хотела видеть то помещение, в котором так сильно пахнет смертью... 
Она чувствовала, что ее руки, ноги, торс и шея крепко привязаны какими-то ремнями к деревянному столу. И ей было страшно на это смотреть. 
Она догадывалась, что с ней будут делать, поэтому ей хотелось умереть. Умереть быстро. 
Ри— Ну здравствуй, Наоко , — этот голос, ворвавшийся в ее сознание, был сродни ледяной воде: так же быстро заставил ее распахнуть глаза, вырывая из иллюзорной тьмы в реальность. 
Ио— Ты? — голос девушки дрогнул, а  глаза расширились то ли от удивления, то ли от ужаса, когда она поняла, кто перед ней стоит. Рина Хайтани. Уже не той ,кем она предстала во время знакомства. Совсем другой. Четкая речь перемешанная с отсутствием эмоций наводила на ужас . 
ри— Крайне информативное восклицание, и тем не менее. У меня для тебя есть одно предложение. Если ты согласишься, то весь этот антураж окажется ни к чему, если же нет... Боюсь, что в таком случае нам придется тебя заставить дать свое согласие, — девушка зло усмехнулася, и ее катана зловеще сверкнула в  свете коптящих на стенах факелов. Иоши чуть-чуть повернула голову, чтобы рассмотреть то помещение, в котором оказалась, и ее взгляд тут же наткнулся на небольшой столик, на котором педантично были уложены щипцы, тиски, пинцеты, ножи, молотки, какие-то заостренные металлические пруты, и небольшую жаровню. Девушка вздрогнула и поспешила отвернуться. Видимо, ничего приятного в процессе "уговоров" ее не ждет. 
Ио— Что за предложение? — К этому моменту Наоко  уже смогла взять себя в руки и перестала дрожать от страха. 
Ри— Ты должна забыть о вакасе. Откажись от него. — Второй раз за последние пять минут девушка почувствовала, что реплика собеседника стала для нее ледяным водопадом на голову. Отказаться от ее света? От ее любви? От ее надежды на лучшее будущее? От того, одно воспоминание о котором не дало ей свихнуться еще в камере? И забыть его улыбку? 
Ио— Нет... — ее голос прозвучал очень тихо, но даже в этом шепоте слышалась решимость идти до конца. — Я не откажусь... 
Ри— Что ж. Жаль. Кей, приступай! 
Девушка крепко зажмурилась. Она слышала, как в помещение тихо вошел кто-то третий, как он начал перебирать железные приборы на столе, как что-то стукнуло по краю металлической жаровни... И страх снова захватил ее. 
Прохладный металл нежно коснулся кожи вокруг ногтя, будто бы в попытке обнять его. 
Даже больно не было. 
Сначала. 
Боль приходила медленно, тяжелыми волнами накатывала на сознание девушки, давая ей возможность намертво стиснусь зубы, чтобы промолчать, а не закричать.
Боль была глубокой. Она давила, погребала все мысли под собой. 
Иоши почти чувствовала, как от все нарастающего давления дугой выгибается ноготь, растягивая кожу до тех пор, пока она не лопнет, как большой волдырь. Как волокно за волокном рвутся мышцы. Как разрываются нервные окончания, словно перетянутые струны, вместе со своей смертью посылая ей в мозг очередную волну боли. Сухой щелчок — разломался ноготь, открывая кровоточащую рану. Она даже кровь чувствовала, знала, как медленно и тягуче стекают чуть липкие маслянистые капли по ее пальцу. 
Прохладное и скользкое от ее крови железо сомкнулось на втором пальце. 
Девушка крепче стиснула зубы... 

Ри— Ты согласна? 
Ио— Нет, — ее голос был чуть хриплым, тело била крупная дрожь  по всему было видно, что девушка либо боится, либо просто впала в отчаяние. 
Ри— Зря, — приглушенно произнесла хайтани, давая знак кею приступать к следующей пытке. Сама она лишь задумчиво посмотрела на горку разломанных ногтей, лежащую рядом с инструментами, и почему-то отчетливо вспомнил сбегающую по подбородку каплю крови, когда Наоко прокусила губу в попытке сдержать крик. 
Она лишь снова покачала головой, но приказа своего не отменила... 

Пальцев рук она не чувствовала. По телу все еще блуждали отголоски той тянущей боли, а слух до сих пор улавливал несуществующие щелчки лопающихся ногтей. Она не понимала, из-за чего очутилась здесь на этом столе, но даже в таком положении она не намерена отступать от принятого решения. Такое безрассудство граничило с отчаянием. Но она не собиралась отказываться от этого безумства. Иоши  была намерена продержаться до тех пор, пока была жива. 
Она знала, что поступает правильно. 
Она не откажется от Имауши. Она никогда не придаст свой свет и свои чувства к нему. 
Расслабившееся тело вновь пронзила вспышка боли. На этот раз она была резкой. Дикой. Яростной. Словно черный омут, поглотивший ее сознание. 
И еще одна. 
А следом за ней третья — самая сильная... 
И так снова и снова. 
Кей заносил молоток для очередного удара. Легкий ветерок - и металл дробит кость. А потом тиски окончательно превращают когда-то такие тонкие и изящные девичьи пальцы в кровавое месиво. 
Белесые осколки разрывают мышцы, острыми гранями распарывают нервы, выходят наружу сквозь кожу, повреждая тонкие кровеносные сосуды. 
Она изгибается и извивается, насколько позволяют ремни, она пытается задушить себя, чтобы больше не чувствовать этой боли... 
она  кричит. 
Очередной приглушенный хруст, последовавший за ударом молотка,  и хрупкое девичье тело снова пытается вырваться из объятий ремней. 
Не всегда пальцы ломались с одного удара. Даже почти никогда не ломались. Но кей продолжал усердно трудиться, делая свое дело. Ему даже в какой-то степени нравилось превращать эти аристократические пальцы в кашицу из мяса вперемешку с осколками костей. 
Девушка уже даже не вырывалась: поняла, что бесполезно. Она лишь изо всех сил отчаянно закусила губу и крепко зажмурила глаза. Крики срывались с ее губ один за другим.
Четыре болезненно резкие вспышки в голове, и она поняла, что это был последний палец. 
Что-то теплое текло по подбородку. 
Девушка осторожно высунула пересохший язык и попыталась слизать влагу. Во рту сразу же стало солено, а металлический привкус, казалось, превращался в железо на зубах и губах. Это была ее кровь. Та самая, что и сейчас при каждом выдохе пузырилась в уголках губ и подсыхала возле ноздрей. Она усмехнулась сквозь боль. Надо же, дожить до такого, чтобы от перенапряжения полопались кровеносные сосуды... 
Ри— Ты согласна? — ее ледяной голос разбил хрупкие мысли девушки, врываясь в сознание . 
Ио— Да пошла ты! — резко выплюнула она вместе с кровью, повернувшись в сторону рины. Девушка увидела, как ее лицо перекосилось от едва сдерживаемой ярости. Или же она просто была очень хорошим актером. Однако Иоши быстро наскучило смотреть на свою мучительницу, поэтому замутненный от боли взгляд глаз медленно переместился на потолок. ио— Мне уже все равно. Делай что хочешь. 
Ри— Посмотрим... — в ее голосе отчетливо было слышно злорадное торжество, но девушка не обратила на это никакого внимания, в краткий миг передышки между пытками забывшись тревожным сном. 

Сдерживаемое ремнями тело выгнулось от боли. Тишину помещения прорезал дикий вопль на грани человеческого крика и звериного воя. Она билась, пытаясь высвободиться. Она кричала, запрокинув голову, широко распахнув глаза. Разрывая голосовые связки, словно те были бумажными. Пытаясь хоть как-то избавиться от сжигающей ее боли. 
Кей убрал от того места, которое раньше называлось кистью девушки, раскаленный добела металлический прут, и Наоко сразу же обмякла, глубоко и жадно хватая воздух. 
Эта очередная пытка рины выдернула девушку из тяжелой дремы, поэтому она все еще не до конца понимала, что с ней происходит. 
Пока не увидела в руках палача тот самый прут. 
Зрачки девушки испуганно расширились, когда она осознала, что этот кусок раскаленного металла прикоснется к ней. 
Она билась в путах, пытаясь высвободиться. 
Она кричала. 
Она продолжала на что-то надеяться, пока кей медленно, но неумолимо приближал к ее локтю раскаленный кончик. 
Она замерла, будто бы загипнотизированная. 
Не было криков. Не было слез. Был только страх. 
И желание сдаться на милость победителя... 
Она не успела ничего сказать, когда почувствовала кожей волну жара, исходящего от прута. 
До него было еще несколько сантиметров, а он воздух уже обжигал. 
Что же будет, когда... 
Дикая боль беснующимся потоком наполнила сознание, утапливая его в своей пучине. 
Запахло горелым мясом. 
Хрупкое девичье тело вновь изогнулось, отчего раскаленный металл только глубже вошел в нежную кожу, оплавляя ее. 
Ткани пузырились, лопались, как передутые воздушные шарики, трескались и обугливались от еле терпимого жара. 
И она чувствовала это. 
Чувствовала, как медленно горит ее кожа, когда прут погружается глубже. 
Как плавятся мышцы, постепенно обугливаясь. 
Как мгновенно запекается кровь, которая должна была бы хлестать из поврежденных вен и артерий. 
Как рвутся от температуры сухожилия и моментально перегорают нервы, принося со своей смертью лишь новые и новые ярчайшие вспышки невыносимой боли. 
Голос давно сорван. Теперь вместо крика из широко распахнуто рта вырывается только свист покидающего легкие воздухи. 
Жутко. 
Еще более жутко, чем черная обугленная кожа вокруг постепенно остывающего прута. 
Кей выдергивает орудие резко. Вырывая прижарившиеся к железу ткани. 
Открылось кровотечение. 
Но его быстро остановили с помощью еще одного раскаленного прута. 
Девушка тяжело дышала. Легкие качали воздух с легким присвистом. 
В ее глазах за мутной пеленой боли начинали разгораться искры подступающего безумия. 
Она была готова к ногтям — стандартная процедура на допросе, к сломанным костям — пусть это и было больно, но даже она не раз ломала в детстве руки и ноги. Но она даже и подумать не могла об этом жаре преисподней, заключенным в железном пруте. 
Она боялась его. 
Сейчас она была готова отказаться от всего в этом мире, лишь бы не ощущать больше этой дикой боли. 
Лишь бы не ощущать этого огня на своей коже. 
И в этот момент она снова закричала. 
Дикий визг девушки заставил рину поморщиться, а кей даже не шелохнулся, продолжая уродовать второй локоть новым прутом. 
Снова боль и паника. Снова лава по венам - вместо нормальной крови. 
Изодранные в клочья нервы и обугленные мышцы. 
Чуть подпаленная кость, когда-то бывшая белоснежной. 
Еще раз прижечь рану. Дать пленнице отдышаться. 
Ри— Ты согласна? 
Ио— Да! — она не хотела ничего говорить, но губы сами прошептали это слово. То слово, которое смогло бы избавить ее от мучений. 
Ри— Тогда ты не будешь против, если мы проверим правдивость твоих слов? — ее голос чуть потеплел. Ровно настолько, чтобы девушка неуверенно открыла плотно зажмуренные до этого времени глаза. 
И увидела белую чуть мерцающую точку. 
Раскаленный кончик прута над своим лицом... 
Время будто бы остановилось. 
Лицо обдало волной жара от приближающегося железа. 
Тело била нервная дрожь. 
Хотелось кричать, выть, вырываться... 
Но она молчала и, словно загипнотизированная, смотрела на раскаленный добела прут. 
Ри— Не бойся, — ее голос мягко обволакивал сознание, — боли не будет. 
Она обманула. 
Боль пришла в тот момент, когда от жара лопнуло глазное яблоко. 
Когда на обожженную воздухом щеку потекла прохладная вязкая жидкость. 
Когда мир вспыхнул алым. 
Когда она закричала, разрывая голосовые связки, словно они были из пергамента. 
Когда то, что раньше было пальцами, едва заметно подрагивало, пытаясь впиться несуществующими ногтями в дерево столешницы. 
И это была не только боль. Это был страх, ужас из самых страшных ночных кошмаров. 
Она еще кричала, когда кей вытащил прут из пустой глазницы. 
Чтобы в следующий момент направить острый кончик во второй широко распахнутый от ужаса и боли глаз. 
Ее крик стал воплем . 
Впиваясь в мозг, но не в силах отразить даже сотую долю той боли, которую испытывала девушка... 
Тьма в последний раз взорвалась кроваво-красными кругами. 

Она не шевелилась. 
Она лежала, по-прежнему привязанная ремнями. Пустые глазницы уставились в потолок. 
На ее щеках медленно застывало стекловидное тело, вытекшее из глазных яблок, вперемешку с кровью и размазанной грязью. 
Рина повела плечами, сбрасывая с себя практически физически ощутимое отвращение, и обратился к девушке: 
Ри— Твой ответ остается прежним? 
Она медленно повернула голову и посмотрела на нее черными провалами глазниц, изуродовавшими привлекательное в прошлом личико. 
Ее взгляд приковывал к месту, не давая пошевелиться. 
А потом она ухмыльнулась растрескавшимися губами. 
Дикий безумный хохот заметался между каменных стен. 
Вместо ответа. 

Ри— Как я понимаю, ты не согласна? — тонкая бровь иронично изогнулась. 
Ио— Будь ты проклята, тварь! — резко прервала хохот девушка, вновь уставившись на своего мучителя. — Ты лишила меня зрения, ты превратила мои руки в кровавое месиво! Я истекаю кровью. Так какой смысл  мне теперь на что-то соглашаться, а? — И она снова захохотала, судорожно дергаясь в путах. 
Превращенные в кровавое месиво ладони оставляли после себя бурые полосы на темном дереве. 
Девушка уже давно не чувствовала своих рук. 
А теперь еще и не видела их.
И это сводило ее с ума. 
Убивало возможность мыслить здраво. 
Ри-Ты еще передумаешь, — зловеще пообещала девушкаи кивнул своему помощнику. 
Ни слова не говоря, кей взял со стола остро заточенный тесак и подошел к хохочущей девушке. 
Лезвие вошло в плоть, словно в масло. 
Заставив ее снова изогнуться и застонать от боли. Или не от боли? 
На ее растрескавшихся окровавленных губах играла легкая улыбка. Улыбка наслаждения. 
Еще один стон вырвался наружу. 
Ей определенно нравилось происходящее. 
Она ощущала прохладу металла под, казалось, раскаленной кожей. И эта боль... она была такой тянущей. Такой манящей. Такой приятной... 
Она накатывала мягкими волнами, бережно окутывая измученное сознание. 
Лезвие вошло под кожу и плавно начало срезать тонкий слой мышц с ее живота. 
Непередаваемое ощущение! 
Подобного она еще ни разу не испытывала... 
Оказывается, это такое наслаждение, когда прохладный металл удаляет жаркую иссушенную кожу, давая горячей крови устремиться на свободу, чтобы через полминуты остыть, охлаждая лихорадящую девушку. 
Ей в губы уперлось что-то теплое. Сырое. Чуть солоноватое и отчетливо пахнущее железом. 
?-Ешь, — у кея оказался довольно неприятный грубый голос, но она поспешно открыла рот, дав палачу положить в него что-то. 
Мясо, как поняла девушка, когда его разжевала. 
Сырое мясо. 
Теплое. 
И свежее. 
Такое вкусное  
Девушка жадно заглотила пищу и подалась чуть вперед. 
Она почувствовала, как лезвие снова погружается в ее тело. На этот раз плечо. 
Да, она хотела этого. Ей нравилась эта боль. Нравились те цветные круги, которые вспыхивали в ее заполненном тьмой сознании. 
И снова прохлада, подаренная струящейся из раны кровью. 
И снова ей в губы упирается солоноватое свежее мясо. 
Свежее. 
Еще теплое... 
Она отшатнулась от ножа, с нанизанной на него плотью. Ее плотью. 
Ио - Ты, — ее горло свело спазмом, но она сумела перебороть себя, — ты кормишь меня мной? 
Ри- Да — ее ответ прозвучал словно приговор. 
Она закричала. 
Она билась в ремнях, пытаясь то ли выбраться, то ли насадить себя на нож палача. 
Рине казалось, что она видит распаляющиеся искры безумия в глубине тех черных провалов, что остались на ее лице вместо глаз... 
А потом она захохотала. 
Дико. 
Яростно. 
Безумно. 
Ее хохот эхом отражался от стен, многократно усиливался и снова отражался. 
Казалось, что сам мир тонет в безумии хайтани
А она все никак не могла остановиться.
Ио— будь ты проклята
Смех оборвался так же резко, как и начался. 
Ри- обязательно
Направив дуло пистолета,Рина застрелила свою жертву.
Ри-избався от тела,но что бы его нашли
Улыбка становилась все шире и шире. Зрачки сужались .
На следующей день.
Новости
?-сеголня была найдена ученица старшей школы субараги, Иоши Наоко,которая пропала четыре дня назад. Тело девушки было изуродовано...
(Снимок,что показывали по телеку

Представим ,что это она и мертвая )
Дальше,девушка слушать не стала .
Пройдя в ванну что бы умыть лицо ,Рина открыла кран. Из него хлестнула кровь.

Помотав головой ,Рина посмотрела на жидкость. Вода...она залилась смехом .
..............................
Оп - оп,я ожил. Как вам такой поворот ?