часть 12
Ближе к шести часам утра зазвонил телефон. Хуа Чэн взял его, посмотрел на экран и принял вызов.
— Слушаю, — спокойно сказал он.
— Тебе срочно нужно прибыть в свое "гнездо", — протороторил собеседник на том конце линии, и звонок оборвался.
У каждого лидера мафиозной группировки есть свое тайное место, которое они называют "гнездом". Оно очень тщательно скрыто, от глаз. Раньше Собиратель Цветов считал это чем-то ненормальным и усмехался над Хэ Сюанем, когда тот пропадал куда-то. Но теперь он понял, насколько удобно иметь место, где можно спрятать то, что тебе дорого. О нем невольно узнал и Черновод, но ничего не сказал, что было весьма выгодно.
Спустя около двух часов Хуа Чэн уже ехал по лесной глуши на небольшой, неприметной машине. Вокруг был лишь пробуждающийся ото сна лес. Солнце уже озарило макушки деревьев. Периодически в глубине леса можно было увидеть оленей, блуждающих сквозь ели, или белок, прыгающих с ветки на ветку.
О, как же он хотел провести через эту природу того, кому он отдал свое сердце! Чутье подсказывало, что скоро этот момент настанет. Но когда же это "скоро" настанет?
Вдали показался луг, усеянный цветами. А следом за ним — подъем в гору. С этого момента начинается лабиринт: если выбрать неправильную дорогу, попадешь в беду. Но к Хуа Чэну это не относилось, и он без каких-либо проблем проехал все развилки.
Вскоре машина выехала на более ровную дорогу, ведущую прямо к вершине горы. Но, не доезжая до нее, машина скрылась за поворотом. Сверху могло показаться, что она исчезла, но на самом деле, если свернуть в нужном месте, можно попасть в пещеру, носящую название "Тысячи Божеств". Хотя на деле она посвящена одному-единственному Божеству. Хозяин этих мест с малых лет тренировался в изготовлении каменных изделий, и с возрастом прибавились и опыт, и мастерство изготовления статуй, и количество изделий в размере тысячи штук.
Подъехав к выходу, Хуа Чэн повернул машину в небольшой проем в стене, как раз подходящий для автомобиля, и оставленного немного места, чтобы выйти. Собиратель Цветов так и сделал, после чего вышел наружу. Солнце уже висело высоко, освещая небольшую полянку. Сверху могло показаться, что здесь ничего нет, но густые кроны деревьев скрывали настоящую маленькую деревушку. Дома были так богато украшены, что создавалось впечатление, будто за этим местом кто-то внимательно следит и тщательно ухаживает . Но вокруг не было ни души, только природа и домики.
Тут из одного дома вышел старик и подошёл к путнику.
— Добрый день, давно вы нас не навещали, — хрипло проговорил улыбающийся старичок.
— Да, дела были. Надеюсь, у вас тут без меня не было проблем? — ответил Хуа Чэн, проходя по тропинке немного дальше, чтобы хромой староста деревни успевал за ним.
— Проблем нет, все сыты и здоровы. А вы по делу или просто так?
— У меня встреча. Когда гость прибудет, проводите его в мою резиденцию, — сказал Собиратель Цветов, ускоряя шаг и оставляя старика переваривать сказанное. (Раньше гостей здесь было очень мало, если только начальнику нужно было помочь с жильем тем, кто в этом нуждался, то он приводил их сюда.)
Деревушка цвела, медленно, но уверенно разрастаясь. Здесь каждый находил себе место под солнцем, свой дом, пищу и работу – ведь труд ценился превыше всего, и не всем удавалось обрести такое благополучие. Если повезёт, можно было даже отыскать свою любовь. У этого мирного уголка не было официального названия, и местные жители прозвали его Деревней Водных Каштанов, ведь эти плоды здесь росли просто великолепно, щедро одаривая землю.
Но даже среди этого устроенного быта в груди Хуа Чена зияла необъяснимая пустота. Никакие достижения, никакая власть не могли её заполнить. Лишь один человек во всём мире был способен заполнить пустоту, и внутренний голос, что-то глубоко внутри, кричал, что скоро он сможет его увидеть. И предчувствие не обмануло.
Собиратель Цветов ещё не успел добраться до своей резиденции, как к нему, поднимая лёгкое облако пыли, подъехала машина. Дверца распахнулась, и первым вышел Хэ Сюань, а следом за ним с привычной энергичностью выпрыгнул Ши Циньсюань.
— Помоги Се Ляню выйти из машины, — скомандовал Черновод, обращаясь к Хуа Чену.
Сердце Хуа Чена, ещё мгновение назад разрывавшееся от предвкушения и нетерпения, резко замерло. Он едва успел осознать слова Хэ Сюаня, как его взгляд, словно магнитом, притянулся к машине. Там был он – тот единственный, неповторимый силуэт, что наполнял собой каждый уголок его души. Се Лянь!
- "Гэгэ!" — вырвалось из его груди почти неслышным шепотом, пропитанным бесконечной нежностью и глубоким облегчением. Ни секунды не медля, Собиратель Цветов рванул вперёд. Его движения были молниеносные; в следующее мгновение он уже стоял у распахнутой дверцы автомобиля, протягивая руку.
Се Лянь, выглядевший уставшим и измотаным, но с непередаваемым облегчением и теплом в глазах, протянул свою ладонь в ответ. Как только их пальцы переплелись, по телу Принца прошла лёгкая дрожь. Хуа Чен бережно, словно Се Лянь был хрупким фарфором, помог ему опереться на себя и осторожно выйти из машины.
- "Сань Лан..." — прошептал Се Лянь, и в этом голосе сквозила не только усталость, но и абсолютное доверие. Хуа Чену захотелось укрыть его от всего мира. Он крепко, но невероятно нежно обнял Принца, прижимая к себе, вдыхая знакомый и такой любимый запах. Мир вокруг на мгновение перестал существовать, оставив только их двоих.
Хэ Сюань и Ши Циньсюань, казалось, понимали важность этой короткой, но такой значимой паузы. Лишь спустя мгновение Хуа Чен оторвался от Се Ляня, хотя и продолжал крепко его поддерживать, и бросил на Черновода короткий, пронзительный взгляд, полный множества невысказанных вопросов. Но сейчас главное было одно – Се Лянь был здесь, рядом.