Зависимый

…Может быть грозы грянут вдруг
не сейчас,
День этот нам совсем не подходит…

Музыка играла в наушниках, заглушая шум машин и гомон людей. Нацепив маску на лицо и сдвинув кепку на глаза, я стоял в общественном автобусе и ждал свою остановку. Почему я не поехал с Виктором? Лёгко и просто. Я хочу побольше узнать город как простой житель, а не жиголо какое-нибудь.

День, когда Яша идёт на обследование настал быстро. К счастью этот глупыш думал что я занят. Ам нет, я специально выполнил все свои дела наперёд, а омеге не сказал.
И так, сейчас моя главная задача — это придти раньше своей пары и договориться с доктором.
Здания разных окрасок и предназначений мелькали перед моим взором. На улице приветливо светило солнце. Ох! А вот и мне нужная остановочка. Сойдя с транспорта, я предстал перед огромной резной больницей. Не мешкая ни секунды, зашёл внутрь, т.к. приём Яши настанет через сорок минут, поэтому стоило поспешить, наверняка он тоже решил пораньше выдвинуться.
Зайдя в приёмную увидел что народу было более, чем достаточно. Моя медицинская маска хорошо отводит подозрение: скрывает большую часть лица и не вызывает подозрений. Так что меня никто не узнает. Сдав вещи в раздевалку и напялив бахилы, отправился искать нужный кабинет. Скажу честно, больница не блещет изысканностью, но и также заведение не бедное. Выполнено всё по стандартам и приспособлено для всех пациентов. Длинные белые коридоры, привычные салатовые стены, белые двери кабинетов с позолоченными табличками, удобные мягкие диванчики, кулеры с водой и уголок для детей — очень удобно и стерильно.
Мои ноги и листик с данными привели меня к кабинету номер 206 на втором этаже. Я услужливо пропустил вперёд беременную омегу и когда тот проходил мимо меня, я на секунду представил на его месте Якова. Милая счастливая мордань с пузиком. Затискал бы от души. Ну ничего, всему своё время, а пока…

— Следующий!

И я зашёл на голос. В мой нос сразу ударил аромат лекарств и больничных приборов, которые сплошь и рядом пропитались всевозможными больничными запахами. За большим светлым столом сидел бета лет 30 отроду, ковыряясь в бумагах и попивая ароматный кофе. Каштановые волосы убраны назад в средний хвост, лицо слегка осунулось, в серых глазах блестела усталость. Бета сидел и что-то строчил на бумаге.

— Здравствуйте, — сказал я, привлекая к себе внимание.

Ошеломлённый взгляд тут же был переведён на меня.

— Извините, мне кажется вы ошиблись кабинетом. У нас тут омеги и беты. По альфьей части у нас кабинет 234. — Умеренно произнёс голос беты, отдавая хрипотцой.

— Нет, я по адресу, — улыбнувшись, я снял с себя маску, отправляя врача в неподдельный шок.

— Да ладно?! Неужели вы Джаспер Вайт?! — вскрикнул бета, вскакивая с места.

— Он самый.

— Э-это честь…

— Не стоит так распинаться, обращайтесь ко мне по имени. Ведь как никак я у вас на приёме, — быстро заговорил я, украдкой посматривая на время.

— Хорошо, простите. Так, — усаживаясь на место, — чем могу помочь вам? — спросил врач по имени Пётр Васильевич немного смущённо. Не часто увидишь знаменитых людей в обычном кабинете. Коленки беты начали от предвкушения подрагивать, а угрюмый вид приобрел оттенки заинтересованности.

— У меня проблема. Через пятнадцать минут к вам на приём должен придти омега: Яков Эшпай. — Начал объяснять я.

— Да, есть такой на записи. — Заглянул в бумаги доктор.

— Так вот, дело в том, что этому малышу уже шестнадцать лет, а течки как таковой и не было. — Пояснил я.

— Вы знаете по каким причинам? — С интересом вопросил Пётр, поднимая бровь.

— Как сказал его папа, который тоже является доктором, то у Якова после влияний наркотиков стенки матки, которые в определённый момент выделяют смазку, стали слабыми и рыхлыми. — По мере информации мои кулаки сами собой сжались.

Глаза врача выпучились, а брови улетели к небесам.

— Ваш омега употреблял наркотики? — с удивлением спросил Пётр Васильевич.

— Непроизвольно.

— Ясно, продолжайте…

— Я не знаю всё досконально. Это мне сказал его папа, но и по его словам это было где-то около полугода назад. Поэтому сейчас всё могло измениться, однако! Несмотря на свою клятву принесённую Гиппократу, прошу, не говорите моей паре об его проблеме и по случаю, немного соврите ему. Он чувствительный мальчик и во время порыва чувств может просто не так истолковать информацию, причинив тем самым себе вред, — с теплотой в голосе произнёс я, с мольбой смотря на доктора.

Он задумчиво нахмурился, глаза излучали понимание. После мучительного минутного мыслительного процесса, Пётр Васильевич выдвинул вердикт.

— Хорошо, — начал он, — ваш случай частный, поэтому ради доброго дела можно и пренебречь правилами. — Уголками губ улыбнулся бета.

Кусок камня с моих плеч. Я вздохнул и искренне посмотрел на доктора, благодаря за содействие. Только я хотел отблагодарить его словесно, как в дверь постучались и оттуда я услышал свой родной голос.

— Можно войти?

Я подскочил на месте. Шаря глазами по кабинету, понимая, что уйти потихому мне не получится, наткнулся на ширму. Врачу не понадобились слова, чтобы объяснить текущую ситуацию.

— Меня здесь нет. — Прячась за ширмой, шепнул я напоследок.

Дверь в следующую секунду скрипнула. Сквозь прорезь ширмы я увидел Яшеньку в легкой кофейной кофточке, светлых джинсах и ботинках в бахилах. Его лицо выражало неловкость и смущение.

— Здравствуйте, — прочистив горло, поприветствовал Пётр.

— З-здравствуйте, — краснея, ответил Яша.

— С чем пришли? — спокойно и улыбаясь начал допрашивать доктор.

— С деликатной проблемой, — вновь ответил Яков, вновь краснея и наливаясь краской, как помидор.

Я невольно заулыбался, мой нос наполнился запахом свежего вишнёвого сока. М-мм…

— Можно пожалуйста более подробно? Не стесняйтесь, Яков, всё что вы скажете останется между нами, — доктор украдкой глянул на меня.

— Х-хорошо. — Медленно и неуверенно начал мой омега, — дело в том, что у меня никак не наступает долгожданная течка. Обследоваясь в других поликлиниках, мне сказали что это небольшая задержка и такой случай не редкость.

— А зачем тогда вы вновь пришли, если всё знаете? — сделал бета удивлённое выражение лица.

— По личным причинам. Хочу лично сам во всем убедиться, смотря собственными глазами на анализы.

— Хорошо, — вставая из-за стола, промолвил бета, — раздевайтесь.

— Что? — пронеслось у нас обоих с Яшей. У меня это в голове, а у моей пары это вырвалось из рта.

— Не бойтесь, мне надо осмотреть вас, — надевая белые перчатки, промолвил Пётр Васильевич. — И раздевайтесь прямо здесь, за ширмой стоит новое оборудование, так что она пока недееспособная, — улыбаясь, бета встретился с моим взглядом.

Я усмехнулся.
Когда посмотрел на омегу, то на секунду мне показалось, что красивое личико этого мальчика сыграло всеми цветами красного.
Ничего ему не остаётся, как повиноваться врачу. А я весь обратился во взор, ведь впервые увижу достоинства Якова.
Неловко стесняясь и краснея, Яков разулся и спустил джинсы, обнажая белые боксёры. А вскоре и они нехотя полетели вниз.

Я аж забыл как дышать!
Прекрасная белая нетронутая МОЯ попка. Точёные и тонкие бёдра, каких не сыщешь и со светом в модельном агентстве. Опавший небольшой член с аккуратной мошонкой. Изящные щиколотки, ступни…
Моя рука невольно ухватилась за промежность.

— Не сейчас… — прошептал я еле-еле слышно моему дружочку.

Признаюсь, такие параметры я встретил впервые. Моя сущность победно взвизгнула от радости, что такая красота только наша и ничья больше. «Моя прелесть…» — ехидно пронеслось в голове, представляя завистливые взгляды друзей.
Ах… если хоть кто-то тронет этого красавчика, кишки натяну на лицо!

— Ложитесь на кушетку, согните ноги в коленях и расслабьтесь. — Добро заверили этого испуганного кролика.

Яша с красным лицом лёг на прохладную кушетку и сделал так, как и приказал доктор.

Зависть пронзило мою грудь, когда я вдруг понял, что собирается делать Пётр Васильевич. Ах, успокойся Джаспер. Это больница. Это не считается. Тихо, спокойно…
Пока я размышлял, как откуда не возьмись я услышал приглушенный стон. У меня мгновенно налилось всё внутри.

— Больно? — спросил доктор.

— Непривычно, — сжатенько ответил Эшпай.

— Потерпите ещё немного, мне надо проверить стенки прохода.

Бета-доктор аккуратно ввёл палец глубже, обводя и проверяя стенки. Теперь стон небольшой неприязни был менее сдержанней. Я закрыл лицо рукой, а второй накрыл уже появившийся бугорок на джинсах. Ширина брюк потихоньку начинала давить на моё достоинство.
«Надо купить на размер больше, а то такими темпами, есть вероятность стать импотентом.»

Однако вскоре для нас с Яшей мучение было окончено. Закончив небольшой осмотр, Пётр удовлетворённо кивнул, снимая перчатки. Для него это было обычным делом. Сев за стол, доктор начал что-то чиркать на листке. Яша поспешно начал натягивать всё обратно. Ему было неимоверно стыдно, хотя он прекрасно понимал, что это простое обследование.

— Стенки прохода вполне здоровы и готовы к нагрузкам. — Сказал доктор, отдавая листок омеге. — Идите к узисту. Пусть сделает снимок и анализы вашей репродуктивной системы. Жду вас обратно.

Кивнув, Яша унёс ноги вон.
Облокотившись о спинку кресла, Пётр Васильевич засмеялся, запивая смех кофе.

— Не сложно догадаться в каком вы сейчас положении.

— Естественно, даже я до этого место ещё не протиснулся, — растрёпанный я вышел из-за кушетки.

— - Возьмите эти таблетки. Они снимут возбуждение. — Протянул мне бета белую гадость.

Я принял, иначе сгорю со стыда, если пойду с этим заряженным оружием в штанах по улице.

Последующие двадцать минут в кабинете никого не было. Возбуждение прошло и мы с доктором разговаривали о Яше. Вскоре последний вернулся и я поспешил вновь спрятаться.

В кабинет вошёл немножко потрепанный омега с листами анализов в руках. От него немного несло гелем — это доказывало, что моя омега явно была у узиста.
Приняв бумажки, доктор с минуту их рассматривал.

— Поздравляю! С вами реально всё хорошо, стенки матки немного рыхлые, но это не так важно. — С радостью сообщил доктор.

— Не верю, — промямлил опешливо омега.

Я кстати тоже. Хоть я и обговорил немного заранее продуманную ложь, но не до такой степени…

— Идите сюда… давайте сравним ваши анализы полугодовалой давности. Смотрите, в старых анализах циферка меньше, а в новых гораздо больше. Это очень хорошо, — принялся с забавой объяснять бета нахмурившемуся омеге как к ребёнку.

Когда глаза Якова убедились в результатах, они засияли огнём радости.

— Спасибо! — воскликнул он счастливо. — Теперь я убедился!

— Да не за что, возникнут проблемы приходите.

— Обязательно, до свидания! — попрощался Яша.

— До свидания, — и дверь захлопнулась.

Я вышел из-за ширмы.

— Спасибо вам, конечно, но не кажется ли вам, что это отошло от первоначальной версии? — спросил я, в упор смотря на доктора.

Бета мотнул головой, — отнюдь. Наша с вами добрая ложь растворилась в анализах. У Якова действительно хорошие показатели и я с точностью могу сказать, что течка может наступить уже совсем скоро. — Спокойно сказал доктор.

Теперь моим глазам пришла очередь лезть на лоб от удивления и радости. Птицей забилось в груди от долгожданного счастья и предвкушения. Я с радостью начал благодарить доктора и извиняться за доставленные неудобства и легкую аферу.

— Подождите, — крикнул он мне напоследок, когда я-то уже ухватился за дверную ручку.

— Да? — вопросил я счастливо.

— Воздержитесь от полового акта в его первую течку. — Строго сказал доктор.

Я удивился, — почему?

— Хоть анализы и хорошие, это не оберегает вашу омегу от риска. Этот риск появился из-за употребления наркотиков в раннем детстве. Пусть первая течка пройдёт без нагрузки. Нужно чтобы матка привыкла к этому периоду и ещё, не подвергайте Якова нагрузкам и большому стрессу. Очень тяжеловесно может отразиться на организме.

— Каким образом?

— Течка будет очень болезненной…

От последних слов сердце упало вниз, разбиваясь в беспокойстве и в панике.

— Если вы любите свою омегу, то надеюсь вы сможете уберечь его.

— Непременно…