Глава-55
Лиза осталась верна сказанному: она больше не подкатывала ко мне и держалась пристойно. По сути, она старалась вообще до меня не дотрагиваться. В помещении она будто бы ненароком устраивалась подальше. Она делала все, чтобы мы не соприкасались даже рукавами, и моментально извинялась, случись нам нечаянно друг друга задеть. Однако она по-прежнему следила за каждым моим движением. Я постоянно ощущала на себе ее пристальное внимание. В известном смысле я предпочла бы лучше соударяться, чем выдерживать эти взгляды.
Я старалась сосредоточиться на учебе, но погружалась только наполовину. Лекции, все такие же интересные и побуждающие к раздумьям, захватывали меня не так, как раньше, и я систематически отвлекалась. Я силилась больше думать о Саше. После клуба он несколько воспрянул духом, из-за чего я чувствовала себя ужасно виноватой, но на работе он так и продолжал влачить жалкое существование. Он прожужжал мне все уши своими жалобами на Макса и его бессмысленные поручения, но я готова искренне признаться, что на самом деле не слышала ни слова. Я постоянно уносилась далеко в своих мыслях. Я пыталась сосредоточиться на Дженни и Кейт, сдружившись с ними крепче. Иногда мы встречались выпить кофе перед работой, и они болтали о своих кавалерах. Не зная, чем поддержать такие беседы, я слушала вполуха, улетая думами к Лизе.
Я даже попробовала сконцентрироваться на семье и стала чаще звонить домой. Мама уловила мое настроение и немедленно стала приглашать меня приехать. Папа обвинил Сашу в том, что тот разбил мне сердце, когда покинул меня, но я заверила его, что он ошибается. Это я разбила ему сердце, если уж на то пошло, когда списала со счетов за расставание со мной, хотя он вовсе не собирался этого делать. А сестра… Пока я не могла с ней разговаривать. Нет, я не злилась на нее, ничего такого. Мысленно я даже простила Лизу, хоть и негодовала. Ну, может быть, не простила, но загнала воспоминания об этом на самые задворки своего сознания. Но с Таней так не выходило. Мне был невыносим самый звук ее имени, слетавший с ее губ. Не сейчас… А может, и никогда.
Дни летели, и я обнаружила, что мне не хватает Лизы – ее прикосновений, наших мирных бесед за кофе, ее смеха при пересказе какой-нибудь байки, пока она везла меня через город. Я начала задумываться, не попытаться ли заново.
– Лиза, – сказала я негромко однажды утром, когда спустилась на кухню. – Пожалуйста, не уходи. Нам надо научиться общению наедине.
Она помедлила и посмотрела на меня, в карих глазах стояла печаль.
– Лучше бы нам этого не делать, Ира. Так безопаснее.
– Безопаснее? – нахмурилась я. – Можно подумать, мы бомбы с часовым механизмом.
– А разве нет? – улыбнулась краешком рта Лиза, вскидывая брови. Улыбка померкла, и она вдруг показалась до крайности утомленной. – Смотри, что получилось. Я никогда не прощу себя за те слова.
Я вспыхнула, обожженная ужасным воспоминанием, и опустила глаза.
– Перестань. Ты была права права. Чудовищно груба, но права. – Я посмотрела на нее исподлобья.
– Ира, ты не… – поморщилась она и шагнула ко мне.
Я перебила ее, не желая возобновлять тот жуткий разговор:
– Разве нельзя немножко восстановить нашу дружбу? Общаться? – Я направилась к ней и между нами остался лишь шаг. – Дотрагиваться?
Лиза немедленно отступила назад, сглотнула и замотала головой:
– Нет, Ира. Ты была права.
Мы к этому не вернемся. Глупо даже пробовать.
К глазам подступили слезы. Я вконец истосковалась по былому.
– Но я хочу. Трогать тебя, обнимать… и ничего больше.
У меня была ломка сродни наркотической. Я хотела очутиться в кольце ее теплых рук, положить голову ей на плечо – и все.
Усталые глаза Лизы закрылись, и она глубоко вздохнула, прежде чем открыть их снова.
– Нет, нельзя. Обнимай Сашу. Он хороший парень и подходит тебе по всем статьям… А я – нет.
– Ты тоже хорошая.
Я не могла не вспоминать, как она всхлипывала у меня на руках. Никогда не видела, чтобы кто-нибудь так мучился.
– Это вовсе не так, – прошептала Лиза, выходя из комнаты.
Ее слова эхом отдавались в моей голове, когда я сидела с Сашей, пока тот собирался на работу. Саша бодро поцеловал меня, надевая рубашку. Мне захотелось отпрянуть, а потом стало стыдно за это желание. В моем несчастном положении не было вины Саши. Помимо того, сколько времени он отдавал работе (а я постоянно напоминала себе, что он и в этом не виноват), с тех пор как Саша вернулся, он вел себя безупречно. Он был сердечен, мил, весел, обаятелен и неизменно старался сделать меня счастливой. Его настроение оставалось практически ровным, а любовь и верность ни разу не пошатнулись. Я пребывала в прочной уверенности насчет его чувств ко мне… С Лизой было не так. Так почему я так переживала ее потерю? И можно ли потерять нечто, тебе никогда не принадлежавшее? Я обдумывала это, когда Саша присел рядом и ласково поцеловал меня.
– Эй, я прикидывал…
Я вздрогнула, осознав, что он обращался ко мне.
– Что? – переспросила я, заставляя себя вернуться в настоящее.
– Еще не проснулась? – усмехнулся Саша. Он покачал головой, надевая ботинки. – Это не к спеху, ложись, поспи еще.
Он глянул на меня и тепло улыбнулся.
– Ты же не обязана вставать со мной каждое утро. Я знаю, ты поздно приходишь. – Он потянулся и снова поцеловал меня. – Спать-то нужно.
Я горько усмехнулась, зная, что просыпалась с утра пораньше вовсе не из-за Саши. В стремлении отогнать болезненные мысли, которым вообще не положено было меня посещать, я вернула Сашу на прежние рельсы:
– Нет, продолжай, я проснулась… Что ты там прикидывал?
Он зашнуровал ботинки и уперся локтями в колени. Затем посмотрел на меня, имея вид несколько дурацкий, провел рукой по лицу. Мне вдруг стало интересно, с чего это он замялся и о чем узнал, если так смотрит.
– Что? – нерешительно повторила я.
Не замечая вымученности вопроса, Саша ответил:
– Ты думала, чем займешься на зимних каникулах, в следующем месяце?
Я моментально расслабилась.
– Да не особенно. Хотела в канун Рождества поехать домой и остаться там на выходные. – Я озадаченно посмотрела на него. – Тебе не вырваться?
Саша расплылся в улыбке:
– Наоборот – я вытребовал целую неделю отпуска.
Я настороженно изучала его. Саша был не из тех, кто требует.
– Вытребовал?
Мое недоверие развеселило его.
– Ладно… Ясно, что контора закроется на это время. Никто не собирается работать… Даже Макс. – Он снова застенчиво осклабился. – Так что я и вправду гуляю целую неделю… и… – Саша опустил глаза и сцепил пальцы. – Буду рад отвезти тебя домой.
В смятении я моргнула. Разве не об этом я только что говорила?
– Хорошо, я так и думала…
Он посмотрел снова, на сей раз серьезно:
– Ко мне домой, Ира… В Австралию. Я хочу познакомить тебя с родителями.
– О, – только и выговорила я, удивленно потупившись.
Мне всегда хотелось с ними встретиться, пусть даже эта мысль ужасала. Но в последнее время так много всего изменилось. Они догадаются. Родительское шестое чувство подскажет им, и они с первого взгляда объявят меня шлюхой и разоблачат перед Сашей. Я знала это – и точка. Лететь было нельзя. Но Саша этого не поймет.
– Саша, но как же Рождество? Я всегда встречала его с родителями, не пропустила ни одного. – Я потерянно вздохнула, удрученная недавним соображением и перспективой не увидеться в праздники с близкими. – А в другой раз нельзя?
Он вздохнул, и я посмотрела на него, изучавшего свои руки.
– Не знаю, Ира, удастся ли. Бог весть, когда я еще отделаюсь от Макса? – снова вздохнув, он пригладил волосы и повернулся ко мне. – Давай ты хотя бы подумаешь?
Я могла только кивнуть. Классно, одной заботой больше. Как будто голова и без того не забита. Саша задумчиво взглянул на меня, потом встал и закончил сборы. Я все еще сидела на кровати, размышляя, когда он поцеловал меня на прощание.
Значительная часть меня тревожилась насчет мнения его родителей, однако наблюдение за Лизой в ходе вечерней смены вызвало к жизни иное потрясение. Я буду отчаянно скучать по ней. Глядя на нее, сидевшую с друзьями за столом и следившую за мной, я подумала, что стоило, быть может, просто обсудить с ней случившееся. Но я не сделала этого. Мне было ясно, что в любом случае она ответит: поезжай с Сашей, нам полезно побыть врозь, ты будешь с ним, он твой парень и так далее и тому подобное. Большую часть перечисленного рассудок уже подсказывал мне, но сердце? С выходными отпуск Саши мог растянуться почти на две недели – вдали от жгучих карих глаз Лизы… Что ж, одна только мысль об этом вывела мою ломку на новый виток.