Глава-50
– О… Черт меня побери! – пробормотал Гриффин и хлопнул по груди Мэтта, сидевшего за столом рядом. – Чувак, я влюблен. Ты глянь, какие булки!
Зная его вкусы, я тщательно игнорировала Гриффина, пока раздавала ребятам пиво. Все время я краем глаза поглядывала на Лизу. Она тоже посматривала на меня. Она выглядела так, будто сдалась. Я беспокоилась, не зная, как Лиза поведет себя со мной после утреннего разговора на кухне. Но она, как обычно, подбросила меня до университета, а после забрала и отвезла на работу: все выглядело нормально – разве что она больше молчала. Я сказала, что все это не обязательно, но она припечатала меня взглядом, в котором читалось: «Не глупи. Конечно, я отвезу тебя куда угодно, коль скоро мы просто друзья». Во всяком случае, я прочла именно это.
Я гадала, о чем она думала, когда заметила, что Гриффин глупо улыбнулся и чуть привстал со стула. Едва я заинтригованно уставилась на него, кто-то сзади прикрыл мне глаза.
– А ну, угадай!
Опустив руки, я развернулась:
– Таня!
Мы обнялись.
– Господи, мы же договорились встретить тебя завтра в аэропорту. Как ты здесь оказалась?
Она стрельнула в меня взглядом, а затем переключилась на Лизу, которая непринужденно сидела подле нее за столом и смотрела на нас.
– Ждать не было мочи… Вылетела пораньше.
Игнорируя того, кто приковал ее внимание, а также нетерпеливое покашливание Гриффина – он явно желал быть представленным, – я отступила, чтобы получше ее рассмотреть. Моя полоумная, взбалмошная сестра совершенно не изменилась. Она была высокой и подчеркивала рост элегантными черными лодочками на шпильках. Мы были обе спортивной формы, – что тоже было обозначено посредством абсурдно тесного красного платья. Про себя я вздохнула: она как будто сошла не с самолета, а с подиума.
Я подняла прядь светлых локонов. Что ж, кое-что в моей сестре изменилось.
– Что-то новенькое. Мне нравится, – улыбнулась я.
Она пожала плечами, не сводя глаз с Лизы, которая несносным образом пялилась на нее, но после повернулась ко мне с очаровательной улыбкой.
– Я подцепила парикмахера на часок, баш на баш.
До меня донесся похабный стон Гриффина.
Я снова вздохнула про себя. Сестра была авантюристкой, провокаторшей и сочетала в себе те качества, которых я была лишена. Именно о ней мои родители никогда не высказывались без восторженных эпитетов вроде «прекрасная», «блистательная» и «неподражаемая», хотя заканчивали обычно вопросом: «Что еще она натворила?» Таня была слишком привлекательной и полной соблазна, а мне предстояло знакомить ее с моей не менее симпатичной и соблазнительной соседкой.
– Ребята, это моя сестра…
– Таня, – вмешалась та, сразу же протянув руку Лизе.
Сестрица была кем угодно, только не тихоней.
– Лиза, – учтиво отозвалась та, неприятно долго удерживая ее руку в своей.
Гриффин резко встал и завладел ею, оттеснив Лизу. Я мысленно поблагодарила его.
– Гриффин… Салют.
Сестра одарила его милым смешком и ответным приветствием.
Мэтт и Эван вежливо представились, тогда как я чувствовала себя несколько глупо, сознавая, что Таня не нуждалась в моем присутствии для наведения мостов. Она прекрасно справлялась сама. Я залилась краской, и Лиза с любопытством взглянула на меня. Таня улыбнулась и поздоровалась с Мэттом и Эваном, чувствуя себя как рыба в воде среди симпатичных ребят, с которыми едва познакомилась.
Гриффин чуть ли не выдернул стул из-под клиента-соседа и громыхнул им в конце стола, рядом с собой. Он похлопал по сиденью, и Таня с улыбкой поблагодарила его. Затем она перетащила стул так, чтобы сесть с Лизой. Мэтт и Эван негромко прыснули. Мы с Гриффином одинаково насупились, но сестра ничего не заметила. Все ее внимание было обращено на Лизу, и стул она придвинула впритык. Таня грациозно уселась и с милой улыбкой прильнула к ней. Та ответила дразнящей ухмылкой.
Вся эта канитель была мне уже ненавистна. Таня появилась от силы несколько минут назад, а я уже хотела, чтобы она исчезла. Мне было немного совестно из-за этого. Я любила сестру. Мне просто не хотелось смотреть, как она окучивает Лизу. Мы, может быть, и покончили с флиртом, но все равно меня это бесило. Лучше бы ей помнить о своем обещании.
– Ну, мне пора работать. Принесу тебе выпить, Таня.
– Давай. – Она не смотрела на меня. – Ох, забыла: какой-то парень по имени Сэм отнес мои куртку и сумку в подсобку.
Я вздохнула: сестрица умела командовать мужчинами.
– Ладно. Я позвоню Саше. Он отвезет тебя домой.
Таня оглянулась и подмигнула:
– Думаю, я и сама справлюсь. – Она вновь посмотрела на Лизу. – Значит, ты поешь? – Она смерила ее взглядом. – А что еще умеешь?
Лиза опять широко улыбнулась, и Таня издала смешок.
Я спешно удалилась. Нравилось ей это или нет, но я решила позвонить Саше, чтобы он забрал ее. Быстро связавшись с ним, я обрисовала ему ситуацию. Он посмеялся над расторопностью моей сестры и сказал, что сможет приехать через пару часов. Сначала придется закончить проект для Макса. Я была уверена, что под «проектом» подразумевалась какая-то ерунда, не имевшая никакой срочности в пятницу вечером. Работа с файлами или что-то такое.
Когда я принесла клюквенную водку, любимый напиток Лизы, та была поглощена беседой с Таней. Они непринужденно болтали, а Гриффин старался встревать при любой возможности. Таня вскинула на меня глаза, поблагодарила и немедленно переключилась обратно на Лизу, я же надулась. Лиза украдкой взглянула на меня. Казалось, ее веселило мое невеселье.
На протяжении смены я наблюдала, как Таня флиртовала с Лизой. Она вроде бы не побуждала ее и сама не делала встречных движений, но в то же время и не осаживала. По ходу разговора она убирала волосы с ее лба, трогала ее за плечо и как бы случайно задевала рукой ее ногу. Она действовала тонко, но не всегда. Стоило ей сказать что-то смешное, и она хохотала, приникая к ней головой. Затем соблазнительно закусывала губу и, не прекращая смеяться, чуть проводила пальцем по ее шее. Гриффин был раздосадован не меньше моего. Я никогда не думала, что на свете найдется нечто, насчет чего мы сойдемся во мнениях.
Когда чуть позже я пришла известить группу, что им пора на сцену, Таня бесстыдно лапала Лизу за бедро, а та, похоже, была донельзя довольна.
– Лиза, пора на выход.
Вышло резко, и сестра посмотрела на меня озадаченно. Я изобразила сносную, как мне показалось, улыбку и объяснила:
– Им пора отправляться на сцену.
Лиза улыбнулась на мой принужденный тон, будучи в высшей степени позабавленой.
– О… Здорово! – просияла Таня, и я мысленно поторопила Сашу – пусть уже заберет ее отсюда.
Едва «Чудилы» взобрались на сцену, моя сестрица энергично протолкнулась сквозь волновавшуюся толпу на пятачок как раз напротив микрофона Лизы. Она раздражающе улыбнулась ей сверху вниз, покуда ребята настраивались. Я хмурилась, но дальше смотреть не могла, так как клиенты требовали моего внимания. Куда, черт возьми, запропастился Саша?
Тот наконец-то появился, когда отыграли половину концерта. На мой вкус, Таня восторгалась представлением чуть более бурно, чем следовало, а Лиза большую часть времени одаривала ее вместе с полудюжиной девушек, стоявших вокруг, своим взглядом для спален. И вот вошел Саша, а я пребывала не в лучшем настроении.
– Где ты был? – набросилась я.
Саша непонимающе взглянул на меня и пригладил свои темные волосы.
– Я же сказал: пришлось доделать работу. – Он взглянул на Таню, стремившуюся к Лизе, и Лиза, неприятнейшим образом тянувшуюся к ней. – Так или иначе, ей хорошо.
Он хохотнул и глупо улыбнулся.
Я закрыла глаза, подавляя досаду. Распахнув их вновь, я обнаружила, что Саша с любопытством изучал меня.
– Чего ты ждешь? Ее вещи в подсобке.
Продолжая глядеть на меня озадаченно, Саша пожал плечами.
– Ладно. – Затем лицо Саши расслабилось, а руки сомкнулись на моей талии. – Я соскучился.
Глаза его вспыхнули, а на лице заиграла теплая улыбка. Меня тоже попустило, и я улыбнулась в ответ:
– И я скучала.
Я нежно поцеловала его. Он прижал меня крепче и принялся углублять поцелуй, но я отстранилась.
– Извини, здесь куча дел. Будь добр, забери ее домой! Она наверняка устала с дороги.
Неуклюже поежившись, я высвободилась из его объятий.
Саша снова взглянул на сцену, перед которой в окружении девиц, вопивших что-то своему кумиру, прыгала Таня.
– Да… Определенно вымоталась. – Он осклабился, но я нахмурилась, и Саша вздохнул. – Хорошо. Отнесу ее сумки в машину, а потом отвезу ее домой.
Я просияла и вторично поцеловала его:
– Спасибо.
Он отправился в подсобку и забрал вещи, затем вернулся в бар и попытался пробиться сквозь сгустившуюся толпу. Он дошел до Тани и тронул ее за плечо. Сестра оглянулась, расплылась в улыбке и повисла на его шее. При виде выражения лица Саши я не сдержалась от усмешки. Он будто не был уверен, имеет ли право обнять в ответ красивую девушку, прилипшую к нему всем телом. Я улыбнулась его преданности, из-за которой, конечно, и нахмурилась, когда я взглянула на маячившую на сцене Лизу. Та весело скалилась, взирая на Таню и Сашу. Внезапно наши взгляды встретились, и я угодила в капкан темно-карих глаз и томного голоса.
Захваченная ее взором и не способная отвернуться, я вдруг ощутила, как кто-то тронул меня за плечо. Вздрогнув, я обнаружила Сашу. Пока я была поглощена Лизой, он успел вернуться.
– Извини, но она не пошла.
Он пожал плечами, как будто был не особенно удивлен.
– Она – что?
Я сделала пару вдохов, чтобы успокоиться, и понадеялась, что Саша не догадался, какой объект столь долго владел моим вниманием.
– Хочет дослушать концерт. – Он повторил свой жест. – Мне остаться? Отвезти вас обеих?
Он завел мне за ухо прядь, выбившуюся из хвоста.
Я вздохнула одновременно и раздраженно, и облегченно:
– Да… Спасибо.
По крайней мере, она не поедет с Лизой.
Конечно, я позабыла, насколько упрямой бывала моя сестра, когда чего-то хотела… а она явно хотела Лизу. Ничуть не удивительно. Я была абсолютно уверена, что так и случится, как только Таня увидит ее. Она была из тех, перед кем нелегко устоять. Увидев, как в завершение вечера она раскованно скользнула в ее машину, я вздохнула. Саша хохотнул: он тоже заметил это. Я заканчивала работу и была слишком занята, чтобы не дать ей покинуть бар в компании с Лизой. Они как раз усаживались в автомобиль, когда мы с Сашей наконец вышли на улицу. Чем они здесь занимались так долго? Едва их машина вырулила с парковки, во мне опять разожглось раздражение. Лучше бы Лизе отвезти ее прямо домой.
На ее счастье, она так и сделала. «Шевелл» стоял на месте, когда мы затормозили рядом. Я быстро вошла в дом и обнаружила обоих сидящими на диване: они беседовали, склонившись друг к другу. О чем они так долго трепались? Оба взглянули на меня, когда я проследовала в гостиную. Мое раздражение вспыхнуло вновь, едва я увидела, что рука Тани так и покоится на бедре Лизы. Нет, серьезно – почему она не может держать свои руки при себе?
Саша вошел чуть позже и обнял меня сзади.
– Ну… – Таня призывно улыбнулась Лизе. – И где я сегодня ночую?
Лиза отозвалась полуулыбочкой и собралась было ответить, но я вмешалась:
– Со мной, Таня. – Я посмотрела на Сашу, тогда как Таня надулась, а Лиза подавила смешок. – Ты же не против поспать на диване?
– На диване? – понурился Саша и с тоской взглянул на потертый, бугристый диван. – Ты серьезно?
Отлично зная, что глаза мои холодны столь же, сколько и голос, я отозвалась:
– Ну, можешь лечь с Лизой, если тебе так больше нравится.
Мой тон подчеркивал, что это было единственной альтернативой. Таня ляжет со мной, дабы я не сомневалась, что она останется рядом на всю ночь.
Саша вскинул брови, а Лиза со смехом сказала:
– Предупреждаю: я ворочаюсь.
– Значит, диван, – проворчал Саша и поплелся наверх за одеялом.
Таня просветлела лицом:
– Знаешь, я могу спать с…
Я схватила ее за руку и потащила за собой вверх по лестнице, оставив позади вконец развеселившуюся Лизу, следившую, как я гоню ее прочь от нее.
В ту ночь я не сомкнула глаз. Сестра легла позже.
Мне было ничем не оправдать коридорного бдения, где я торчала бы на манер докучливого папаши, озабоченного дочерней добродетелью, а потому я улеглась и стиснула зубы, прислушиваясь как можно внимательнее. Я могла поклясться, что в какой-то момент до моего слуха донесся смех Лизы, и мне пришлось приложить все силы, чтобы не сорваться вниз и не загнать ее в постель пинками.
В конце концов она вошла в темную спальню и уютно устроилась на стороне Саши, бодро пожелав мне спокойной ночи. Я не ответила, притворившись спящей. Не знаю почему. Нет нужды говорить, что заснуть было невозможно. Я ловила каждое движение Тани. Чем она занята: ворочается во сне или отодвигается, чтобы сойти с постели и отправиться к Лизе на тайное рандеву под покровом темноты? Всю ночь я сходила с ума и не знала, переживу ли следующую. Может быть, придется отправить Лизу к Мэтту.
Но утро наконец наступило. Услышав – благо что я бодрствовала, – как отворилась дверь комнаты Лизы, я в скором времени вышла и присоединилась к ней за кофе. На нижней ступеньке я задержалась, оценивая спавшего Сашу. Он пребывал в глубокой отключке, но было очевидно, что ему крайне неудобно, и я почувствовала укол совести за то, что заставила его спать на диване. Ну да ладно, потом компенсирую.
Лиза, похоже, не удивилась при виде меня, когда я вывернула из-за угла на кухню. Она наградила меня понимающей улыбкой и подлила в кофеварку воды.
– Доброе утро. Как спалось?
Игривость ее вопроса была мне совершенно очевидна.
– Отлично. А тебе?
Включив кофеварку, она прислонилась к стойке.
– Спала как младенец.
Я стиснула зубы и выдавила улыбку, присаживаясь за стол в ожидании кофе.
– Интересная у тебя сестра, – изрекла Лиза через минуту.
Нахмурившись, я ничего не сказала, гадая, намерена ли она развивать эту тему. Нет, не стала. Я залилась краской, а она с любопытством следила за моей реакцией.
– Да… Она у меня такая.
Я тоже не собиралась распространяться.
Кофе сварился, и Лиза наполнила наши кружки. Мы сидели и пили его в молчании… не вполне уютном. То есть Лизе вроде как было неплохо, и она являла собою сногсшибательный идеал, но я пребывала на взводе… а также на взводе из-за того, что была на взводе. Кроме шуток: придется как-то постараться и успокоиться.
Допив кофе, я прислонилась к косяку двери и впала едва ли не в транс, наблюдая за спавшим на диване Сашей. Из гипнотического состояния меня вывела Таня, вошедшая в кухню, имея на себе неприличную футболку от «Чудил», и ничего больше. Я мысленно возблагодарила судьбу за то, что Лиза скрылась в своей комнате вскоре после того, как покончила с кофе. Таня выглядела чересчур соблазнительно для человека, который только что проснулся.
– Где ты это взяла? – изумилась я.
У Лизы ушли недели на то, чтобы буквально снять такую же футболку с себя и подарить мне. И что же – ей стоило похлопать своими глупыми ресницами, как она разделась и для нее? К своему удивлению, я ощутила себя преданной.
– У Гриффина… После концерта. У него их целая коробка в фургоне. Хочешь такую? – Она мило улыбнулась, и мне мгновенно стало стыдно за мои мысли о ней.
– Нет… У меня есть. – Моя футболка хранила волшебный запах Лизы, а потому я ни разу ее не надела, однако говорить об этом Тане не собиралась. – Но лучше бы тебе приодеться. Саша скоро проснется.
На самом деле, таращась на чересчур откровенный прикид сестры, я беспокоилась вовсе не о Саше.
– Ой, прошу прощения, конечно. А что, Лиза уже встала? – осведомилась она почти застенчиво.
– Да. По-моему, она пошла к себе, – вздохнула я.
– Ага. – Она улыбнулась и посмотрела на потолок, в направлении ее комнаты. – Обо мне что-нибудь говорила?
Мне стало тошно чувствовать себя свахой, но все же я сказала ей правду:
– Да, она нашла тебя интересной.
– Хм… – слегка нахмурилась Таня. – Не совсем то, что я привыкла слышать. Хотя могло быть и хуже. – Она улыбнулась и повернулась к лестнице, намереваясь подняться. – Пришпорю коней, всего и делов-то.
Подмигнув, Таня вышла.
Я тяжело опустилась за стол и снова вздохнула. Может быть, сегодня уже воскресенье?