Глава-17
Не услышав ни слова от Саши минувшим вечером, на следующий день я рассердилась, когда он позвонил. Саша каялся и клялся всеми богами, что был завален работой и не имел возможности сделать даже перерыв на еду, не говоря уж о разговорах со мной. Он с огоньком, искусно донес это до меня сперва так, потом эдак, и вот я уже смеялась, немного остыв. Но через несколько дней история повторилась, а потом опять.
Вне себя от тревоги и недоумения, я занялась оформлением в университет. Именно Саша намеревался показать мне новый кампус. Нет, он не знал его лучше, чем я, но мы хотели выделить на это целый день: поехать туда в воскресенье, записаться на лекции (Саша был мастером составлять расписания), купить нужные книги, прогуляться по студенческому городку и выяснить, что к чему, вместе. И вот он уехал на неопределенный срок, а мне предстояло со всем разбираться самостоятельно.
В одну из сред Лиза вошла в кухню, когда я мрачно взирала на университетские брошюры, каталоги лекций и карту огромного кампуса. Вновь разозлившись на отсутствие Саши, я довольно резко выругалась и одним махом смела все со стола. Конечно, мне было невдомек, что Лиза стояла за спиной, иначе я не стала бы разыгрывать такую драму. Мне попросту не хотелось бесцельно кружить по кампусу, выглядя словно заблудившаяся идиотка.
Моя вспышка рассмешила Лизу, и я испуганно обернулась.
– Мне не терпится рассказать об этом Гриффину.
Она расплылась в улыбке, обрадованная немного сверх меры. Я залилась краской и застонала, представив восторг Гриффина. Просто класс.
– Что, начинается учеба?
Лиза кивнула на разлетевшиеся по полу брошюры.
Вздохнув, я нагнулась, чтобы их подобрать.
– Да, а я еще не была в кампусе. Понятия не имею, где там что находится. – Я выпрямилась и посмотрела на неё. – Просто... Предполагалось, что мне все покажет Саша.
Мне было противно: такое впечатление, что без Саши я была как без рук. Разбираться во всем самостоятельно будет сущим кошмаром, но как-нибудь справлюсь. Я нахмурилась, отгоняя мрачные мысли.
– Его нет уже почти месяц.
Лиза пристально, слишком внимательно изучала меня, и я отвернулась.
– «Чудилы» постоянно выступают в кампусе. – Она странно улыбнулась, когда я вновь на неё взглянула. – Вообще-то, я там прекрасно ориентируюсь. Если хочешь, я могу тебе все показать.
Я испытала великое облегчение при мысли, что у меня будет гид.
– О да, пожалуйста. – Стараясь вернуть самообладание, я добавила: – Если тебе не трудно, конечно.
– Нет, Ира, мне не трудно... – очаровательно улыбнулась она.
Фраза повисла в воздухе, и я, игнорируя странные нотки в голосе Лизы продолжила:
– Завтра нужно зарегистрироваться. Сможешь меня отвезти? И еще в воскресенье, чтобы осмотреться?
– Отлично, – снова широко улыбнулась она.
На следующий день Лиза в приподнятом настроении отвезла меня на место и проводила в приемную комиссию, так как прекрасно знала, где она находилась.
Я снова и снова благодарила её, но она лишь отмахнулась:
– Сущие пустяки.
– Я это ценю... Понятия не имею, сколько я простою в очереди, так что не жди. Обратно я запросто доеду на автобусе.
Лиза взглянула на меня с усмешкой:
– Что ж, удачи.
Я осталась в зоне ожидания с другими нервничавшими студентами и рассматривала свои руки, прикидывая, на какие занятия записаться, пока ко мне не подошла женщина, направившая меня в кабинет регистрации.
Там было тепло и уютно, и я немного расслабилась. У стен стояли два огромных книжных шкафа, забитые фолиантами в твердых переплетах. Множество картотечных ящиков темно-вишневого цвета и большой чистый стол у окна с видом на двор прекрасно сочетались с бежевыми стенами. Повсюду была зелень. Хозяин кабинета, должно быть, имел прирожденный талант к садоводству – лично у меня ни одно растение не выживало дольше трех дней.
Женщина, сидевшая за столом, подняла глаза, как только ее молоденькая помощница провела меня внутрь. У нее был сугубо деловой вид, и я вдруг показалась себе убогой, почувствовав себя не в своей тарелке. Мне странным образом захотелось, чтобы Лиза оставалась поблизости. Я была уверена, что она подошла бы к этой женщине запросто и получила бы все, что хотела, одарив ее своей лукавой полуулыбкой, от которой она бы размякла. Меня захлестнула зависть. Жить куда проще, когда осознаешь свою немыслимую привлекательность.
Вздохнув про себя и приблизившись, я расправила плечи. Может, внешне я из себя ничего и не представляла, но при этом была смышленой, а ум в таком месте ценится выше. Пытаясь представить, как поступил бы в такой ситуации Саша, я протянула руку:
– Здравствуйте, я Ира Лазутчикова. Я перевожусь и хочу зарегистрироваться.
Решив, что представилась успешно, я улыбнулась.
Женщина тоже улыбнулась и ответила на мое рукопожатие.
– Рада познакомиться, Ира. Добро пожаловать в Ю-Дабл. Чем могу вам помочь?
Я вновь улыбнулась и села. Все оказалось намного лучше, чем я представляла. Мы сидели и говорили о том, что я уже успела изучить в Огайо и что мне еще предстояло освоить. Мы обсудили мое расписание и ознакомились со списком курсов, на которые еще можно было записаться, отыскав несколько таких, которые идеально стыковались. В этом семестре мне, к счастью, нужно было пройти всего три цикла, и, таким образом, у меня оставалось достаточно времени на подготовку и – что скрывать? – на сон, ведь вечерами я чаще всего работала допоздна.
К концу беседы мое расписание было составлено. Европейская литература со всей классикой: сестры Бронте, Остин, Диккенс. Этого цикла я ждала с нетерпением. Микроэкономика – ее мне посоветовал Саша, утверждавший, что поможет с занятиями. Я возражала, что и сама справлюсь, но он был захвачен перспективой меня поучить. И наконец, психология. Я очень хотела изучать ее, но по времени мне подходил лишь один курс – «Сексуальность человека». Я записалась, заранее устыдившись. Можно сидеть в углу и помалкивать. К тому же, когда Саша вернется, он поможет мне и с этим...
Чуть позже, при выходе из офиса, я с удивлением обнаружила Лизу, которая прислонилась к стене напротив, упершись в нее ногой, и держала в руках стаканчики эспрессо. При виде меня она приподняла один из них и вскинула брови. Я не смогла сдержать широкой улыбки, пока шла к ней.
– Что ты здесь делаешь? – Я радостно схватила кофе. – Я же сказала тебе не возвращаться.
– Ну, я подумала, что тебе будет приятнее на машине, а для бодрости и глотнуть чего-нибудь не помешает.
Она отхлебнула из своего стаканчика.
Я лишь смотрела на нее, на какое-то время онемев, а затем чмокнула в щеку:
– Спасибо, Лиза... За все.
Она потупилась и, улыбаясь, покачала головой.
– Идем, – позвала она негромко. – Поехали домой. Расскажешь про свои курсы.
Она оглянулась на меня и ухмыльнулась.
При мысли о моем психологическом цикле меня бросило в жар, а Лиза рассмеялась.
В воскресенье днем Лиза устроила мне экскурсию по кампусу. Там оказалось на удивление много народа: одни собирались вернуться к учебе, другие, подобно мне, знакомились с местом. Кампус был велик и напоминал скорее небольшой город. Конечно, в первую очередь Лиза показала мне маленький бар напротив университетской книжной лавки. Посмеиваясь над ней и чуть качая головой, я зашла внутрь, и мы быстро перекусили и выпили пива перед нашим маленьким приключением. Затем мы отправились в книжную лавку, где я нашла все нужные книги. Большинство из них были подержанными, что сэкономило мне приличную сумму, ведь книги стоят ужасно дорого. Я не могла смотреть на Лизу без улыбки, пока стояла в очереди: она листала толстый анатомический атлас и беседовала с двумя студентками-хохотушками – словом, была в своем репертуаре.
После этого мы перешли улицу и оказались на территории кампуса. Он был настолько красив, что дух захватывало. Дорожки вели к грандиозным кирпичным строениям, перемежавшимся с искусно обустроенными и ухоженными газонами. Повсюду были вишни со спящим цветом – весной кампус превратится в настоящую сказку. На траве расположились люди всех возрастов и цветов кожи, наслаждавшиеся погожим днем.
Лиза с улыбкой вела меня мимо величественных зданий. Она знала название каждого из них и рассказывала мне, чему там учили. Гоуэн-Холл – азиатская литература и политические дисциплины; Смит-Холл – история и география; Сейвери-Холл – философия, социология и экономика (в том числе мой микроэкономический цикл); Миллер-Холл – административный корпус, единственное место, где я уже побывала; Рэйтт-Холл – риторика и диетология...
Она продолжала в подробностях объяснять, что где находится. У меня были проспекты, но в них она почти не заглядывала. Она шла как гончая по следу. О лучшем гиде я не могла и мечтать и все больше ценила саму Лизу и ее любезное предложение – и не только потому, что она, похоже, знала здесь каждый закоулок, хотя это и казалось мне странным, так как она вроде бы говорила, что была здесь всего пару раз с концертами.
Нет, я была больше всего признательна за то, что прогулка с ней по университетским холмам и дорожкам делала меня почти невидимой. Все взгляды были обращены к ней, словно она была пламенем, привлекающим к себе мотыльков. На нее откровенно таращились все девушки и даже некоторые мужчины. Те ребята, что не смотрели на нее, озадаченно глядели на барышень, будто не понимая, в чем дело. И то и другое меня устраивало, покуда глазели на нее. С момента отъезда Саши я чувствовала себя по-настоящему одинокой и глубоко подавленной. Мы проходили мимо людей, которых я не знала и вряд ли могла узнать за сегодняшний день, а потому я была только рада стать невидимкой.
Лиза была приятным спутником и учтиво перебрасывалась со мной словами. Она перехватывала взгляды одних девиц и поразительно ловко уклонялась от других (на сей счет у меня возникли подозрения). Мы обошли значительную часть кампуса и кое-какие здания. Лиза постаралась отметиться везде, где мне предстояло учиться, показав мне, где находятся мои аудитории и как до них быстрее добраться.
Все было спокойно, если не считать взглядов, направленных на Лизу, и тут состоялась встреча, удивившая нас обоих. Мы шли по коридору к аудитории, где мне предстояло изучать европейскую литературу, как вдруг услышали сзади:
– О, боже мой! Елизавета Андрияненко!
Лиза остолбенела, когда к ней устремилась взъерошенная рыжеволосая девчушка с веснушчатым лицом. Затем ее черты в панике исказились, и я на секунду подумала, что она пустится наутек. Но, прежде чем она успела что-либо сделать, девчушка повисла у нее на шее и принялась жадно целовать её.
Я ошарашенно хлопала глазами, чувствуя себя не в своей тарелке. Девица на миг отстранилась от неё и восторженно вздохнула:
– Глазам не верю, что ты меня навестила.
Лиза моргнула и изумленно разинула рот, но ничего не сказала.
Та взглянула на меня и нахмурилась:
– О, да ты не одна.
Она достала из сумочки клочок бумаги и ручку, нацарапала что-то и довольно нахально сунула записку в нагрудный карман Лизы. Имея весьма странный вид, она переступила с ноги на ногу.
– Позвони мне, – выдохнула она, ещё раз страстно поцеловала её перед уходом, а затем скрылась за поворотом коридора.
Лиза тронулась с места, как ни в чём не бывало, и я поспешила её догнать, не веря своим глазам. Она держалась так, словно её не впервые атаковали подобным образом и это было в порядке вещей. Наконец она повернулась ко мне.
– Кто это был? – спросила я.
Лиза состроила милую гримасу – смущенную и сосредоточенную.
– Честно говоря, понятия не имею. – Она полезла в карман и вынула записку. – Гм, это была Кэнди.
По её глазам я поняла, что она вспомнила её. Она усмехнулась и посмотрела в ту сторону, куда она скрылась. Неожиданно я почувствовала некоторое раздражение. Мои недавние подозрения полностью подтвердились.
К моему удивлению, Лиза скомкала записку и бросила ее в первую же урну. Меня это озадачило, но раздражение улеглось. Я догадывалась, что Кэнди рассчитывала на телефонный звонок. Бедняжка. Она была так взволнована.