Глава 11
На следующее утро Мин проснулась оттого, что на подоконник кто-то поставил чашку с дымящимся зелёным чаем. Аромат мяты и жасмина наполнил комнату, смешиваясь с мягким светом утреннего солнца, пробивавшегося сквозь лёгкие занавески. Девушка с трудом приподнялась, подперев щёку рукой, и прищурилась — в дверях стоял Хао.
— Доброе утро, — сказал он, подходя ближе. — Я знаю, ты не завтракала вчера, поэтому подаю утренний чай как извинение за то, что не проследил. И… ты проснулась почти в девять — это рекорд для тебя.
— Угу, угу, — промурлыкала Мин, с трудом дотягиваясь до чашки. — Учитывая, что легла я в два… Очень даже.
Она сделала маленький глоток, вытянулась на кровати и вновь прикрыла глаза. Хао присел на край кровати и вздохнул:
— Сегодня у нас на обед будут гости.
— Кто?
— Ты знаешь. Те, кто вчера за ужином едва не устроил свадьбу в гостиной, — с лёгкой усмешкой ответил он. — Сынчоль сказал, что хочет устроить «день блинов и болтовни». Его слова, не мои.
Мин открыла один глаз:
— Он реально так сказал?
— С точностью до интонации, — кивнул Хао, усмехаясь.
Она откинулась на подушку, прикрыв лицо рукой:
— Ну, прекрасно. Только дайте мне пару часов подготовиться морально к этой вакханалии.
~★×★~
К полудню гостиная уже напоминала поле битвы между джемом, взбитыми сливками и фруктами. Джошуа пытался приготовить «идеальные блины», Мингю нашёл старую вафельницу и пытался доказать, что вафли — лучше, а Докём старался всех перекричать, убеждая, что блины с острым кимчи — это пик гурманства.
Мин, скрестив руки, наблюдала за этим хаосом с дивана, а рядом уютно расположился Джун. Он молча смотрел на неё, потом произнёс:
— У тебя на щеке мука.
Мин вздёрнула бровь:
— Не может быть. Я вообще не подходила к плите.
— Вот именно. Это говорит о силе муки в этой комнате, — философски заметил он и протянул руку, осторожно стирая белую точку с её кожи.
— Ты просто искал повод прикоснуться ко мне, — фыркнула она.
— Ты меня раскусила. Всё ради лёгкого флирта, — театрально вздохнул Джун. — Ты теперь обязана выйти за меня. Таковы древние законы блинов.
— Тогда я, наверное, отправлюсь жить в лес и стану отшельницей.
— Я пойду с тобой. Станем блинофобами. Вместе. Навсегда.
Мин рассмеялась. В этот момент кто-то из ребят воскликнул:
— Эй! А ну прекратите свои супружеские намёки! Мы тут о еде думаем!
— Да-да, хватит нам тут ванильной атмосферы! — поддержал Сынкван. — Хотя... это мило, не буду врать.
— Я слышу, как растёт уровень сахара в воздухе, — проворчал Вернон, проходя мимо с тарелкой.
— Сахар и так повсюду, посмотри на Джуна, — добавила Мин с ехидной улыбкой. — Он — ходячий торт без инструкции.
— А ты — горький чай без сахара, — отозвался Джун, кивнув на её чашку, всё ещё стоявшую на столике.
— Потому что в чае, как и в жизни, не всегда нужно быть сладким. Главное — быть настоящим, — с многозначительным выражением произнесла она.
Некоторое молчание.
— Это было красиво, — признал Джошуа.
— Это было страшно, — пробормотал Мингю.
— Это была Мин, — резюмировал Хао, входя в комнату с новой партией напитков.
---
Позже, когда шум немного утих, а блины были наконец доедены, Сынчоль устроился у окна с книгой, которую Мин подарила ему вчера. Остальные либо залипли в телефоны, либо начали спорить о том, какую игру сыграть.
Мин наблюдала за этим с каким-то новым спокойствием. Было уютно. Было тепло. Было… по-настоящему.
— Ты счастлива? — неожиданно спросил Джун, оказавшись рядом.
Она кивнула, не раздумывая.
— Сейчас — да. Я с людьми, которые не просто рядом. Они — будто моя стая.
— Ну тогда я точно должен быть твоим альфа-самцом, — с ухмылкой сказал он.
Мин чуть не подавилась чаем от смеха.
— Ты скорее сбившийся с пути койот, заблудившийся в цветочном поле.
— Но зато я пою, — сказал Джун, начиная насвистывать что-то нарочито фальшиво.
— О боги… — простонала она. — Кто-нибудь выключите его, пока не поздно!
— Нет-нет, — воскликнул Докём. — Я хочу это записать! Мы найдём этому применение! Может, в заставку твоей будущей книги!
— Только если я хочу, чтобы все мои читатели убежали в ужасе.
— Или влюбились, — шепнул Джун, снова ближе наклоняясь.
Мин только покачала головой, пряча улыбку за чашкой.
В такие моменты всё было слишком хорошо. Настолько, что хотелось его запомнить — до последней детали.