12
Солнечный свет пробирался сквозь шторки, мешая спать сладкой парочке. Юна это злило. Но ему не хотелось вставать и будить девушку, которая прижималась к нему, совершенно этого не понимая. Он посмотрел на Дженни и очертил пальцем контур её лица. Она лишь забавно поморщила носик, но не проснулась.
Мин оглядел место, где они сейчас находились, в поисках своего телефона. Парень после клуба повёз её в «берлогу», где Юнги, Чимин, Хосок и Чонгук часто проводят всё своё свободное время.
Телефон лежал на журнальном столике. Мятноволосый потянулся аккуратно за ним, стараясь не разбудить Дженни. Когда вещица была в руках, парень услышал кашель откуда-то со стороны и повернул голову.
На него смотрело пять озадаченных и хмурых взглядов. Юнги пробурчал что-то в из сторону и дальше лёг на диван. В это время Дженни медленно открыла глаза и посмотрела сначала на парня, к которому она прижималась всем телом, а потом на друзей.
— Знаешь, Юнгз, когда ты и Дженни исчезли, мы так и поняли, что вы вместе. — первым заговорил Хосок. В его глазах была боль, которую он скрывал. — Но ты же знаешь...
— Хорс, я... — Мин сглотнул. Что он ему скажет? Что влюбился в ту же девушку, что и Чон? — я понимаю, что ты зол. Но это я увёз Ким из клуба. Она невинный маленький цветок. Ей не место там. Ещё... Ещё она в последнее время не покидает мои мысли точно также как и у тебя. Сердцу не прикажешь.
Юнги горько усмехнулся. Знал, что так и будет. Знал ведь, но всё равно поцеловал Дженни и увёз её. Назревает ссора между парнями, но Мину совсем не хочется ругаться. Хосок его лучший друг.
— Дженни, ты как? — обеспокоенно заговорила тайка. — мне Тэхён звонил. Сказал, что ты трубку не берёт и что он прилетит сегодня вечером.
— Уже? — Ким вскочила с дивана, поправляя платье.
— Мы пожалуй пойдём... — протараторила Пак и схватила подруг за руки. — Оппа, отвезёшь нас к Дженни?
Чимин кивнул. Он понимал, что сейчас Хосоку и Юнги нужно поговорить. Пак надеется, что эти двое не перебьют друг друга. Очень надеется.
Когда в комнате остались лишь двое. Никто не смел начать разговор. Никто из них не знал, с чего начать. Тяжело. Они никогда не думали, что подобная ситуация случится.
Но Юнги решил, что должен начать.
— Я... Хосок, я понимаю, что ты чувствуешь, но... — Чон не дал договорить ему.
— Я не в обиде, бро. Я понимаю. Немного больно, но я справлюсь... — Хосок грустно улыбнулся. — Я очень надеюсь, что у вас всё взаимно. Ты ей лучше подходишь.
— Хорс, ударь меня. Так будет лучше. Давай же!
— Нет. — шатен покачал головой. — Я же сказал, что всё хорошо. Я давно понял, что ты неровно дышишь к Джен. Так что...
Чон Хосок молча развернулся и вышел из помещения. Ни слова больше. Ничего. От этого Юнги стало хуже. Но ведь и правда! Сердцу же не покажешь кого любить, а кого нет!
Парень швырнул подушку куда-то в сторону.
— Ну что я сделал в прошлой жизни не так?!
***
Девушки сидели в полной тишине уже пятнадцать минут. Дженни и сама не знала почему, но ей было неловко. Вроде бы ничего же такого не произошло, а девушка сидела красная как помидорка.
— Я... — начала Дженни.
— Ой, да не оправдывайся! — махнула рукой Розэ и задорно хихикнула. — Мы тебя понимаем.
— Ни... Ничего не было! — замахала руками тёмноволосая. — Ну... Как ничего...
Ким густо покраснела и спрятала лицо волосами.
— Он поцеловал меня.
Подруги протянули в унисон «у» и громко запищали, начиная прыгать.
— Даю двадцать тысяч вон, что это был твой первый поцелуй! — тайка приземлилась рядом с Дженни.
— Угу...
— Серьёзно!? А он тебе хотя бы нравится? — Пак внимательно посмотрела на подругу.
— Ну... Я... Я не знаю.
Лалиса неожиданно кинула в Чеён подушку, и подруги начали носится по квартире, громко хохоча и кидаясь подушками. Дженни почувствовала прилив бодрости и быстро втянулась в сумасшедшую «войну». Девичий смех разносился и за пределы квартиры, так как стены были «картонные» и соседи выходили из своих обиталищ, вопросительно переглядываясь.
Лиса убегала от Рози и Дженни, как услышала щелчок в коридоре и весёлый голос Тэхёна.
— Мелкая, мы дома!
Девушки резко остановились, вслушиваясь. Они услышали ещё два голоса, которые были уставшими.
Дженни тихонько выглянула в коридор и замерла. Она в страхе переводила глаза то на брата, который в миг помрачнел, то на женщину, стоящую рядом с ним.
Тут же выбежала из гостиной Рози, у которой в руках был телефон Дженни. На её лице сияла улыбка. Светловолосая, не замечая гостей, протянула мобильный со словами:
— Джен, тебе Юнги звонил! Я сказала, что он может приехать! Я думаю, что вам стоит побыть вд... — она тоже как и Дженни застыла. — Здрасьте.
— Малая, я... тут с мамой... — словно провинившийся котёнок сказал Ким.
— Рози, я сейчас подойду. Можешь пока чайник поставить? У нас же гости.
Дженни произнесла это со сталью в голосе, а на лице ни один мускул не дрогнул. Пак кивнула и скрылась за дверью.
Она прожигала в своей... Матери... Дыру, а кулаки уже сжимались.
— Проходите.
Женщина заметно нервничала, что не упустили Лиса и Чеён. Глаза её бегали из сторону в сторону, не желая совершенно смотреть на дочь.
Чайник уже вскипел и Дженни пригласила своих гостей к столу. Никто ничего не говорил. Совершенно.
Тэхён же, чувствуя, что не должен был соглашаться с матерью и везти её к сестрице, допил свой чай, притянул тёмноволосую к себе, нежно целуя в лоб и шепча слова извинений.
Они обнимались, а их мать и её новый муж смотрели на них. Тут раздаётся звонок в дверь. Ким поняла кто это пришёл и хотела идти открывать дверь, как Лиса вскочила и побежала вперёд. Через минуту на кухне появился Мин Юнги. Дженни заметила, что его костяшки разбиты и возможно прекрасно понимала прчину. Мятноволосый же поздоровался с взрослыми и Тэхёном, который всё ещё прижимал сестру к себе.
— Я пришёл, потому что хотел тебя увидеть. — хрипло произнёс парень. — и извиниться...
— Юнги...
— Теперь я пожалуй пойду. — Юнги развернулся и направился к выходу.
Дженни догнала его и обняла со спины.
— Юнги, давай встретимся завтра? На крыше. В пять.
Мин нежно поцеловал тыльные стороны её ладонь и коротко кивнул, выходя из квартиры.
«Блин... Почему я такая невезучая?... — подумала Ким и набрав побольше воздуха в лёгкие, направилась на кухню. — Ещё и эта ужасная женщина приехала...»