Кофе в постель (СИ) Автор: Горовая Ольга

  Пролог

3 марта, дом Святослава

Автоматические ворота гаража медленно опускались, нарушая тишину просторного помещения негромким урчащим звуком.

Здесь всегда было очень тихо. Только соседские собаки иногда лаяли, когда им казалось, что кто-то посягает на собственность хозяев.

У него не было животных. Наверное, стоило бы завести, но Святослав не был уверен, что он справится с собакой, слишком уж прыткими созданиями те были. Да и, хорошо было бы питомцу с таким хозяином? Такой уверенности у него не имелось.

Потому, единственным препятствием для воров в его доме являлся высокий забор. И самая современная электронная система сигнализации, разумеется. После срабатывания сигнала которой, вооруженный наряд охраны прибывал на место в течение пяти с половиной минут. Святослав был не настолько глупым, чтобы верить в доброту и чистоту помыслов людей.

Дождавшись, когда дверь плотно встанет на место и гараж погрузится во тьму, он распахнул дверцу машины и медленно, одну за другой, опустил ноги на бетонный пол, позволяя восстановиться кровообращению в затекших мышцах. Сразу же вспыхнул свет, подведенный к датчикам на движение.

Слава не обратил на это внимания. Он не испытывал бы дискомфорта и в темноте. Каждый сантиметр этого гаража, как и дома в целом, был досконально известен ему. Он спокойно мог бы обойти все свое жилище с закрытыми глазами и ни разу не наткнуться ни на что.

Немного наклонившись, он потер мышцы голени, пытаясь унять раздражающее покалывание, указывающее на то, что его старания не пропали даром.

Слишком много времени Слава провел сегодня за рулем, и это сразу же сказалось на ногах. Хорошо еще, что теперь все его машины были с автоматической коробкой, механика добила бы его при таком ритме поездок.

" Надо хоть полчаса позаниматься на тренажерах, чтобы снять напряжение мышц", машинально отметил Святослав и тут же забыл об этом.

Все действия он выполнял машинально. Привычка руководила каждым движением, от момента въезда в гараж своего дома, до той секунды, как он одним резким, мощным рывком поднял свое тело с сиденья автомобиля, перенеся весь вес на руки, крепко ухватившись за железный каркас двери.

Он взял портфель с бумагами. Неосознанным жестом оперевшись на черный блестящий бок стоящего на соседнем парковочном месте внедорожника, медленно пошел к двери, ведущей в дом. С каждым шагом Святослав старался максимально распрямить спину, чтобы уменьшить ноющую боль, появившуюся еще часа два назад, во время последней встречи.

Наверное, стоило послушать Андрея и выпить аналгетик. Но тогда, когда друг совал ему под нос те дурацкие таблетки, больно действительно не было. А пить лекарство просто так, Слава не хотел. Да и разозлился он на друга. Причем настолько, что не сдержался, вспылил.

И даже не извинился потом, так, пробурчал что-то невнятно. Такое поведение было ему несвойственно.

Но, черт побери! Андрей доводил его своими постоянными рассказами и вопросами о том, как стоит очаровать Наташу. В такие моменты у Славы внутри разгоралось нечто настолько злое и темное, на что он никогда не считал себя способным. Тем более, по отношению к лучшему другу.

Ревность, смешанная с завистью - отравляющий коктейль, убийственный.

Святослав захлопнул дверь гаража и бросил кожаный дипломат на столик в коридоре. Потом он займется документами. Разберет их, еще раз перечитает каждый, перепроверит - все равно, большую часть ночи ему заняться нечем.

Повесив кашемировое пальто на вешалку, стоящую рядом с дверью, Святослав включил освещение на первом этаже и, с облегчением скинув туфли, ступил на теплую плитку пола.

Это позволило немного расслабить мышцы стоп, унимая тянущую боль после тяжелого дня.

Слава прошел на кухню, даже не взглянув в стороны широкой лестницы на второй этаж. И настолько устав, он понимал, что не сможет сейчас уснуть. Сполоснув руки в умывальнике, Святослав плеснул холодной воды в лицо, чтобы немного взбодриться.

Не вытираясь, достал с подставки бокал и налил на дно немного виски. Повернулся к огромному окну, глядя на газон за домом, который сейчас, в падающем с кухни свете, выглядел удручающим месивом талого снега и грязи. И над этой мешаниной массивно возвышался один единственный мощный клен. Осенью Слава проклинал этого старожилу участка. Куча желтых осыпающихся листьев с этого гиганта достигала невероятных размеров, заставляя Святослава прилагать чертовски много усилий, чтобы от них избавиться. Но во все остальные времена года - вид этого старого, раскидистого дерева - радовал. Даже сейчас, когда на ветках еще кое-где оставалась наледь из-за периодических заморозков.

Слава перевел глаза на остальное, совершенно пустое пространство участка. Скоро, едва потеплеет, там пробьётся сочная зеленая трава, по которой ему нравилось ходить босиком. Но и с этим зеленым ковром - будет чего-то не хватать.

Краем глаза он заметил металлический блеск хромированной кофеварки, стоящей наискось от него на столешнице, и скривился, отставив не пригубленное виски в сторону.

Качели. Они, в самом деле, пришлись бы там к месту.

Только, на кой черт они ему?

Не удержавшись, Святослав повернулся и в упор посмотрел на аппарат для приготовления кофе, который настолько раздражал его своим присутствием на этой кухне, что появлялось непреодолимое желание от него избавиться. И в то же время, он знал, что ни за что в жизни не сделает этого. Подойдя ближе, Слава задумчиво прошелся пальцами по холодной и сверкающей металлической поверхности. Ни одного пятнышка или царапинки. За все время, что эта кофеварка тут стояла, ею и пользовались-то всего пару раз.

Не он.

Когда-то Святослав купил ее в наборе линии бытовой техники, но так и не нашел времени разобраться с непростой схемой приготовления кофе этим суперсовременным аппаратом. Так и стояла она на столешнице, деталью интерьера, пока однажды, Святослава не разбудил аромат кофе, стоящего в двух чашках на тумбочке у его постели...

Сжав пальцы, он так резко отдернул руку от серебристого металла, словно бы тот обжег его.

Только жалило не холодное прикосновение гладкой поверхности, а собственная, чересчур хорошая память.

Забыв о виски, Святослав отвернулся и пошел вон из кухни. Остановился у подножия лестницы и с тяжелым вздохом посмотрел вверх. Пусть спать не хотелось, но переодеться-то надо. Сцепив зубы, Слава крепко ухватился за поручень и заставил свои ноги преодолевать ступеньку за ступенькой.

Он любил свой дом, серьезно. Хоть и купил его из чувства сопротивления, в попытке доказать, что вопреки всем насмешкам - сможет жить в частном доме. И пусть все родные и друзья пытались отговорить Святослава, убеждая, что тому не под силу следить за таким домом, и проще жить в квартире, он послал всех подальше. Правда, лестницу пришлось заменить. Винтовая, которая изначально соединяла этажи - была для него просто каторгой. Потому он немного изменил проектировку и установил именно эту, широкую, надежную лестницу с невысокими ступенями и крепкими деревянными перилами, обшитыми мореным дубом.

Преодолев, наконец, два пролета, Слава свернул во вторую дверь справа и, не включая свет, прошел по спальне к шкафу. Сняв опостылевший пиджак, он резко дернул узел галстука, ослабляя его. И с удовольствием одел футболку и простые спортивные брюки, вместо дорогого костюма известного портного.

Не имея иного занятия, и не желая думать, Святослав решил все-таки спуститься в тренажерный зал. Выставив на велотренажере максимальную нагрузку, он с маниакальным упорством заставлял себя крутить педали. Тишина дома нарушилась мерным гулом вращающегося маховика механизма, и тонким попискиванием, с которым дисплей отсчитывал "пройденные" километры и удары его пульса. Мышцы стоп простреливало спастической болью, но он игнорировал это. Через несколько минут станет легче, и уйдут последствия целого дня, проведенного за рулем. Неплохо было бы сходить в бассейн, да только он знал, что не сделает ничего подобного. Вот уже две недели, как он стал пропускать регулярные тренировки по плаванию. И, более того, подумывал о том, чтобы установить себе бассейн в подвале.

Наверное, он совсем помешанный, если из-за простого нежелания пересечься с Наташей, готов был пойти на такие материальные затраты. Но Святослав таким и становился в последние дни - сумасшедшим маньяком.

Делал все возможное, чтобы исключить всякую вероятность встречи с ней, а потом, искал любую лазейку, малейшую возможность, едва ли не сам подталкивал Андрея в Кофейню, лишь бы увидеть ее хоть через тонированное стекло.

Сам заводил разговор об успехах друга с хозяйкой Кофейни, и тихо ненавидел того, видя, как просто и легко он заходит в ее двери, как смеется вместе с ней, о чем-то болтая. В такие мгновения ему приходилось заставлять себя разжимать пальцы на руле, иначе безопасный пластик мог вполне бы согнуться или сломаться от силы его захвата.

Но самым невыносимыми, и в то же время, до боли, до судороги в легких, желанными, были те мгновения, когда он смотрел на нее через стекло, понимая, что и она ищет его взглядом.

Ну а полным доказательством его помешательства было то, что едва Святослав брал в руки стакан с кофе, который готовила для него Наташа - ему становилось легче. Даже боль в ногах, казалось, отступала.

"Вот она - великая сила самоубеждения", посмеивался Слава над собой, - " или же, Ната действительно была ведьмой, как ее в шутку называл родной брат".

Только, разве облегчала бы она ему боль в таком случае после всего, что Слава сделал? Скорее прокляла б.

Картинки их последней встречи десять дней назад ярко встали перед глазами, и Святослав сжал челюсти, заставив себя крутить педали еще сильнее.

Определенно, он просто становился ненормальным.

Даже Андрей уже подозрительно на него поглядывал. Впрочем, не было никаких сомнений, что друг и приблизительно не догадывается о происходящем.

Иначе, не делился бы так охотно сведеньями.

Остановившись, Слава уперся локтями в ручки тренажера и положил голову на кулаки. Кожа была мокрой, а дыхание тяжелым после подобной нагрузки. Но он даже не замечал этого.

Андрей сказал, что Ната носит браслет. Его браслет. При одной мысли об этом, что-то сжималось внутри. Он и не надеялся, что она его наденет. Не после того...

А, чтоб его!

Спрыгнув с велосипеда, не обращая внимания на боль, он резко сдернул с перекладины турника полотенце и вытер лицо и шею от пота.

Она носит его браслет.

Слава все равно не мог поверить, даже после рассказа Андрея. Больше всего ему хотелось самому увидеть это. Крепко взять ее руку в свою ладонь и долго смотреть, так ли переливается белое золото и платина на ее коже, как он представлял это себе бессонными ночами, споря и ругаясь со швейцарским ювелиром по Scype. Такой ли он теплый на ее руке, как Слава воображал, лежа в темноте в пустой постели. И звенят ли те колокольчики при каждом ее движении так, как он требовал этого при заказе...

Однако Слава знал, что не сделает ничего подобного.

Святослав сам установил границы и рамки, и не собирался отступать от принятого решения. Тем более что то - являлось единственно верным.

Но, черт возьми! Как же это оказалось сложно.

Отбросив полотенце, он с удивлением осознал, что уже минут пятнадцать просто стоит посреди тренажерного зала, глядя в никуда.

Глупое, пустое занятие. Уж лучше бы занялся документами.

Выйдя в коридор, он погасил свет в комнате и пошел за портфелем, который бросил у двери. Но, уже взяв его в руки, Святослав поддался внезапному и ничем не обоснованному порыву. Отбросив дипломат, он схватил с вешалки спортивную куртку и, не задумываясь над тем, что делает, взял ключи от внедорожника с тумбочки.

Тяжело переступив порог, ощущая, как подламываются переутомленные ноги, он со всей возможной скоростью, дошел до водительского места, не позволяя разум убедить себя в абсурдности подобного поступка. И, заведя мощный двигатель, нажал на кнопку открытия дверей гаража, которые лишь час назад опустились за ним.

На дисплее часов, вмонтированных в приборную доску, было без двадцати пяти минут двенадцать.

Когда он завернул во двор, едва-едва наступила полночь. Святослав посмотрел на ее окна - там было темно. Вполне вероятно, что Ната еще не вернулась из Кофейни, наблюдая за закрытием. Иногда, она оставалась для этого там.

Но он тут же отбросил эту мысль, увидев машину Наташи, припаркованную неподалеку от ее подъезда.

Она была дома. Спала, наверное, уже.

Пальцы сжались в кулаки при одной единственной идеи, мелькнувшей по краю сознания, что есть и другое объяснение темноты в ее комнатах. Не подразумевающее отдыха.

Его опять захлестнуло уже знакомой, тягучей и острой ревностью.

Но он заставил себя отрешиться от этой эмоции.

Ничего странного, окажись она не одна. Ната заслуживала того, чтобы ее любили.

Она была удивительной женщиной.

Действительно необыкновенной. При мысли о ней, Святославу всегда приходила на ум строчка из одной песни - для нее и седьмое небо оказалось бы слишком низким.

Не потому, что Ната требовала большего. Нет. Потому что она заслуживала этого. Всего самого лучшего.

Заглушив мотор, он откинул спинку сиденья так, чтобы видеть ее окно, и вытянул ноги, давая мышцам отдых.

3 марта, квартира Наташи

Перевернувшись, Наташа сонно подняла веки, недоуменно уставившись в окно, подсвеченное уличным фонарем. Оперлась на подушку, вслушиваясь в перезвон маленьких колокольчиков, потерла лицо, пытаясь понять, что ее разбудило.

Может машина какая-то подъехала, или кто-то крикнул что-то на улице?

Но, вроде бы, ничего такого не было.

Часы показывали начало первого ночи, и во дворе не было слышно ничего, кроме тихого шума ветра в мокрых ветках голых деревьев.

Странно, что-то же вырвало ее из сна?

Растрепав пальцами короткие волосы, которые и без этой манипуляции торчали в разные стороны, она опустила ноги на плетеный коврик ручной работы и осмотрела комнату. Все было, как и всегда.

Она встала, одернув хлопковый топик и, не замечая, начала теребить завязку пояса пижамных штанов. Колокольчики на браслете снова звякнули.

Может быть, это их звон разбудил ее? Но Наташа, казалось, уже настолько привыкла к нему, снимая браслет только в ванной, что такое объяснение не уняло непонятной тревоги, щекочущим узлом свернувшейся в животе.

Мимовольно, пальцы правой руки скользнули по коже левого запястья, ощупывая внутреннюю поверхность украшения. Эта процедура уже стала ее навязчивой привычкой. А повтор подушечкой пальца изящной вязи рисунка нескольких слов, выгравированных на обороте золота - обязательным ритуалом.

Глупо, конечно.

Наташа подошла к окну, невидящим взглядом обводя тихий и пустой двор, и прислонилась щекой к холодному стеклу.

Внезапно ее глаза остановились на большом внедорожнике, которого Ната никогда не видела здесь раньше.

Он стоял почти напротив ее окна, и не было никаких признаков, что в машине кто-то находился.

"Наверное, к кому-то из соседей приехали гости", - убеждала Наташа себя, ощущая, как сжимается что-то в животе и заканчивается кислород в легких.

Маленькие колокольчики, изящно вырезанные из платины, снова звякнули, словно посмеиваясь над ее попытками мыслить здраво.

- Это не может быть Слава, просто не может, - хрипло прошептала она в тишину комнаты, не заметив, что разговаривает сама с собой.

И зная, что говорит правду, все равно, могла бы с кем угодно поспорить, что в этом внедорожнике сидел именно он.

Глава 1

10 января, суббота, квартира Наташи

В полпятого утра Наташа сдалась.

Отбросив одеяло, она села в постели, смирившись с тем, что больше уснуть не удастся и, зевнув, пошла на кухню, варить себе кофе.

Пока ее кофеварка шипела и урчала, заваривая свежесмолотые зерна, Ната пыталась понять, что же именно мешало ей нормально отдохнуть этой ночью.

Все те, несчастные три часа, что она проспала, ей снились зерна кофе, кофейная гуща и... клиент ее брата, с которым она вчера познакомилась. Нельзя сказать, что после такого "отдыха" Ната чувствовала себя бодрой.

Взяв с подставки чашку горячего напитка с ароматной пенкой, она опять зевнула, устало потерла глаза и села на подушку дивана кухонного уголка, подобрав под себя одну ногу. Тонкие пальцы Наты задумчиво вертели чашку, но перед глазами стояло не переплетение пузырьков коричнево-белой пенки, а узор из гущи, который она увидела на донышке своего сосуда вчера вечером на кухне у Лены.

Наверное, не стоило обращать внимания на то, что ей предвещались испытания и проблемы. В конце концов, Наташа даже вопрос не загадывала, так, хотела развеселить и взбодрить подругу. Да и вообще, думала в тот момент о Святославе, если честно. Потому, сложно было толковать увиденное верно.

Однако на память тут же приходил утренний визит Деньки и его волнение.

Он сказал, что в последнее время видит нехорошие сны. После ее сегодняшней ночи, Ната так же могла бы сказать, нечто подобное. Не то, чтобы из них можно было сделать какой-то вывод, однако и отмахиваться не стоило.

Глядя в пространство перед собой, Наташа взяла чашку и медленно сделала первый глоток. Она любила этот момент: первый глоток кофе - самый вкусный.

Ветки деревьев во дворе тихо поскрипывали странным, непривычным звуком. Это привлекло ее внимание.

Отставив чашку, Ната подошла к окну и посмотрела на термометр - минус двадцать два. Да уж, ничего удивительного, что деревья обледенели. Вчера было лишь минус три, а днем и того больше.

Покачав головой, она зябко повела плечами, радуясь теплу в квартире.

Может это из-за погоды ей не спалось и всякая..., как там Деня говорил - "муть"? Да, всякая муть снилась.

Возможно.

Впрочем, Наташа слукавила бы, сказав, что некоторая часть ее снов была мутью. Те куски сна, когда она видела в дреме Святослава - несколько скрашивали общее впечатление от ночи.

Тихо рассмеявшись над самой собой, она покачала головой и вернулась на прежнее место, снова отпив кофе.

Видно, слишком на долго открестилась Ната от личной жизни, раз такая кратковременная и, в принципе, случайная встреча - оставила настолько глубокий след в сознании. Но что тут скрывать, он и правда, ей понравился.

Запустив пальцы в волосы, она помассировала кожу головы, пытаясь немного взбодриться. Господи, такое ощущение, что она устала больше, чем вечером! Надо было что-то с этим делать. Иначе вся суббота сведется к неравной борьбе с наваливающимся сном и неясными тревожащими ощущениями, которые уже ей надоели.

Наташа заставила себя встать и пройтись взад-вперед по кухне. Покачала головой, разминая мышцы, и вдруг, остановилась, понимая, что начинает улыбаться.

Кажется, она придумала, чем сегодня займется!

Конечно, в такой мороз лучше бы из дома не высовываться. Но мать всегда учила ее: если сознание что-то тревожит, а обнаружить проблему не выходит - надо развеяться и заняться чем-то совершенно непредвиденным и понимание придет само собой.

Отпив еще глоток кофе, она пошла в ванную и, включив воду, стала ждать, пока струя из крана хоть немного потеплеет, придирчиво изучая при этом себя в зеркале. Голову мыть не имело никакого смысла. Во-первых - волосы были не грязными, и даже укладка, каким-то чудом, сохранилась во время ее ночных метаний по кровати. Ну а во-вторых, все равно в бассейне, куда Наташа решила поехать, чтобы и поплавать, и поразмышлять - от прически ничего не останется.

Наташа никогда еще не посещала бассейн так рано. Обычно они с Надей или Леной, а то и с обеими вместе, приезжали туда часам к трем-четырем пополудни. Но Ната точно знала, что тот работает даже в шесть утра в субботу.

Дело в том, что они посещали лучший бассейн в городе, который работал при заводе и был открыт администрацией для своих рабочих. Потому тот работал круглосуточно в любой день, чтобы люди могли позанимать при желании, до или после своей рабочей смены. Разумеется, для рабочих данного предприятия плата была символической. Сама же Наташа платила очень большие деньги, чтобы иметь возможность плавать там, где тренировались некоторые представители олимпийской сборной их страны.

Но оно того стоило. Данный бассейн не только являлся одним из лучших в регионе, но к тому же, единственный в городе, обрабатывался не хлоркой, а серебром, что делало плавание более приятным.

Умывшись, она быстро собралась, решив не завтракать перед тренировкой и, одевшись, вышла на мороз.

Дороги оказались почти пустыми. Видно, мало кому в такое раннее субботнее утро не сиделось дома. Так что до бассейна, который располагался достаточно далеко, Наташа добралась лишь за пятнадцать минут. Правда, перед этим, минут десять прогревала машину, неразумно брошенную вечером под подъездом. И стучала зубами от холода при этом. Зато, хоть отвлеклась от своей странной тревоги.

Охранник на входе молча проверил ее пропуск, и с задумчивым выражением на лице нажал кнопку, открывающую двери. Видно, ему было невдомек, кому может захотеться в такую рань проводить время в бассейне.

А вот пожилой гардеробщик, иногда выполняющий функцию и уборщика, оказался более разговорчивым. Наверное, совсем заскучал за ночь без общения.

- Что-то вы рано сегодня, - с улыбкой отметил он, принимая у Наташи теплую куртку. - Да еще и по такой погоде.

Ната улыбнулась

- Да так, поплавать захотелось. Заняться было нечем, - она пожала плечами. - Но я, похоже, далеко не первая, - она кивнула на достаточное количество верхней одежды, уже висящей на вешалках.

- Это верно, - дедушка облокотился локтями о поверхность стойки. - Люди перед сменой приходят, все равно, хоть и холодно, да и так, еще пару человек приехало. Есть у нас постоянные "ранние пташки". Но вы-то всегда к обеду приходили? - он неотрывно смотрел на нее, видимо решив, что нашел человека, с кем сможет наболтаться.

Наташа искренне сочувствовала этому старичку, но ей очень хотелось поплавать. Причем настолько, что подобное рвение даже пугало. Денька бы в таком случае сказал, что: "неспроста это". И посоветовал бы младшей сестре поддаться желанию. Потому что в их семье было принято доверять своей интуиции или чему-то, что они сами понимали под этим словом, и идти у устремлений на поводу.

Что она и сделала. Неопределенно махнув рукой, Наташа кивнула гардеробщику, и заторопилась к ступеням, ведущим к раздевалкам, ощущая, что, определенно, поступает верно.

Почему-то, на ум пришло прозвище, которым за глаза окрестили ее девчонки с легкой подачи Деньки. Но Наташа не была ведьмой, совершенно точно.

Не являлась таковой и ее мать. А вот прабабка ее матери, жившая еще в девятнадцатом веке, по семейным легендам, носила такое звание по полному праву, являясь самой настоящей деревенской ведьмой.

Причем люди настолько в это верили, что когда сменилась власть и государство, пострадала ее дочь, прабабка Наташи, сосланная за некоммунистические взгляды и якобы подзуживание на заговоры - в концентрационный лагерь, где провела пятнадцать лет.

Эта часть истории их семьи до сих пор, оставалась тайной под семью печатями для всех посторонних. И как бы Денис с Наташей, посмеиваясь, не пытались убедить мать, что никому данный факт уже не важен, и живут они совсем в другом времени и политическом строе, упоминалось это только ночью, на кухне и шепотом.

Наташа не судила мать. Даже она сама, несмотря на то, что была в семье младшей, помнила прабабушку, умершую, едва ей исполнилось десять лет. И помнила все те немногие истории, которая та ей рассказывала. В тех воспоминаниях, в самом деле, было чего бояться.

Бабушка Наты гордо именовалась библиотекарем. Даже имела награды и благодарности за добросовестный труд во благо просвещения отечества. Но, на самом деле, никогда не жила этим. Порою, Нате вообще казалось, что бабушка не помнит, где именно работает. Уж больно редко она появлялась на рабочем месте. Но их семья никогда не бедствовала, и не в должности деда было дело. Тот только покрывал "не социалистическую" деятельность своей ненаглядной и любимой жены.

Сколько Наташа себя помнила, в их пятикомнатной, небывалых по меркам того времени размеров, квартире( чему поспособствовала одна из бабушкиных постоянных клиенток), почти не иссякал поток посетителей. Причем, приезжали даже из столицы страны Советов.

Вера Никитична принимала всех. Поила кофе, и долго разговаривала в своем кабинете. Потом, некоторых она провожала до дверей в полной уверенности, что люди ошиблись, приехав к ней. Другим же, наоборот, давала советы.

Она не гадала, не раскладывала карты и не водила руками по фотографиям. Просто очень хорошо разбиралась в людях, их желаниях, и мотивах поступков. А еще, всегда прислушивалась к тому, что ей говорил внутренний голос или интуиция.

Тем же занималась и ее мать.

Подсознание - странная штука, и порою, может выкинуть фокус похлеще циркового факира.

Наташа не знала, можно ли это было назвать мистикой. Она так не считала. Тысячи людей гадают на картах или толкуют свои сновидения. Что такого, что процент верных толкований подобных вещей членами ее семьи - был несоизмеримо выше рядового человека? Просто их всех с детства учили обращать внимания на детали и мелочи в поведении окружающих и своих собственных поступках. Скорее, Наташа бы посчитала и свою бабушку, и прабабку, и даже мать - хорошими психологами, умеющими помочь людям с их проблемами. Просто менталитет наших людей позволял им принимать психологическую помощь от гадалок и "бабок" с большей охотой, нежели от заграничных психотерапевтов.

Потому она и не отмахнулась от волнения брата. И именно потому, не посчитала бессонную ночь неудачным стечением обстоятельств. Нечто внутри нее беспокоилось. Наташа просто еще не уловила сути.

Надев простой спортивный сдельный купальник и, в очередной раз, порадовавшись тому, что вода здесь обрабатывалась не хлоркой, а потому можно было обойтись без раздражающей шапочки, Наташа накинула халат и пошла по коридору к самому бассейну. Помещение отапливалось, но все равно, ощущалось, что на улице похолодало. Какая-то зябкость заставляла ее поеживаться и водить плечами.

В зале Ната действительно оказалось не первой. Хотя, помещение было настолько просторным, что те несчастные человек десять-пятнадцать, которые, подобно ей самой, решили с утра поплавать, терялись в пространстве.

Осмотревшись, Наташа заметила группку из четырех женщин лет сорока, которые выполняли разминочные упражнения, несколько молодых парней, очевидно недавно устроившихся на первое рабочее место на заводе, да пару человек, которые уже плавали. Даже не задумываясь, она сразу же подошла ближе к женщинам. С некоторых пор Ната чувствовала себя не очень комфортно в чисто мужской компании. Разумеется, кроме компании Дениса.

Проходя мимо бассейна, она замедлила шаги, невольно заинтересовавшись одним из тех, кто плавал.

Мужчина плыл по одной из размеченных дорожек, ни на что не обращая внимания. Его движения были уверенными, размашистыми, сильными. Сразу становилось ясно, что он действительно пришел заниматься, а не производить впечатление, подобно некоторым парням, которые шумно смеялись в другом конце бассейна. На секунду Наташе подумалось, что это кто-то из спортивной команды их города, но почему-то, она отбросила эту мысль.

Что-то заставило ее присмотреться к этому пловцу внимательней, нечто в нем показалось ей смутно знакомым. В этот момент он оттолкнулся от противоположного бортика длинного бассейна и развернулся в ее сторону.

Наташа замерла, с удивлением узнав в пловце Святослава, с которым вчера познакомилась. Может и странно, но она не испытала и толики сомнений в том, что это именно он, несмотря на расстояние. Почему-то, ей показалось, что его черты лица и темные волосы очень сложно с кем-то спутать.

Он красиво плавал. И в мыслях Наташа не было насмешки при этой оценке. Наблюдать за каждым движением этого мужчины - было удовольствием.

Она улыбнулась, поймав себя на мысли, что именно этим и занимается - стоит и пялится на плавающего Славу. Опять, совсем как вчера. Не очень прилично, но зато интересно.

Она не ошиблась, оценивая его вчера.

Здесь, при такой форме одежды, когда Наташа имела возможность видеть и широкие плечи, и интенсивно сокращающиеся от нагрузки мышцы - становилось явно видно, что Слава очень силен. И к тому же, красив. Впрочем, и это она так же заметила еще при первой встрече.

Странно, Ната ходила в этот бассейн два года, но никогда его до сегодня не видела. Наверное, он был одной из тех "ранних пташек", о которых упоминал гардеробщик.

В этот момент, все еще находясь достаточно далеко, будто почувствовав ее взгляд, Святослав поднял голову и посмотрел прямо на нее. Улыбка Наташи стала шире. Ее абсолютно не смутило то, что она поймана за наблюдением.

Кивнув ему головой, она приветственно махнула рукой. Святослав скупо улыбнулся в ответ и тоже кивнул.

Отвернувшись, она сняла халат, бросив его на одну из скамей, и вернулась к бортику. Присев на край, Наташа погрузила ноги в воду по колено, решив немного привыкнуть к температуре, и задумчиво смотрела на блики от света в толще воды. Вообще-то, та была теплой. Но она еще не отогрелась после улицы.

Рядом раздался тихий плеск. Подняв голову, Наташа с улыбкой посмотрела на плывущего Славу. Около нее он остановился и со странным, непонятным выражением в глазах посмотрел на Наташу. Но улыбнулся в ответ.

- Привет, - она решила, что бассейн, не то место, где стоит соблюдать строгие правила приличия и продолжать обращаться на "вы". - Я не знала, что ты тоже сюда ходишь.

Улыбка Славы стала шире.

- Могу то же самое сказать о тебе, - похоже, он разделял ее мнение об обращении. И опять, как и в первый раз, при звуке его голоса, каждый волосок на ее коже встал дыбом.

Подплыв немного ближе, Слава остановился, держась за поплавки разделительной линии. Вообще, Ната не могла не отметить, что этот мужчина чувствовал себя в воде совершенно свободно и естественно.

- Ой, я хожу сюда уже два с половиной года, - она пожала плечами, пытаясь скрыть эффект, который и сегодня он произвел на нее, - правда, обычно в другое время. Чаще днем, когда удается девчонок вытащить. Это сегодня не спалось, и я приехала рано.

- Понятно, - Святослав замолчал на секунду. А потом, словно нехотя, чуть вынужденно, в ответ на ее информацию, произнес,- а я хожу сюда уже больше двадцати лет, еще до того, как они его перестроили. И последние лет семь, всегда утром. Работа, - он немного повел плечами, будто это слово все объясняло.

- Двадцать лет?! - повторила Ната немного ошарашено. - Ничего себе, вот это постоянство, - она покачала головой. Но не перестала улыбаться. Почему-то, рядом с ним, ей хотелось улыбаться все время. Или же настроение, просто, улучшилось.

Слава приподнял уголки губ, очевидно, в улыбке, при виде ее удивления.

- Мои родители работали на заводе, да и жили недалеко. Собственно, и сейчас живут в трех кварталах, так что, это было очень удобно. А сейчас вошло в привычку.

- Тогда понятно, - она вдруг вздрогнула и настороженно посмотрела в другой конец помещения, откуда раздался громкий смех парней.

Святослав проследил за ее взглядом и немного нахмурился.

- Что-то не так? - спросил он, повернувшись к ней.

- Да нет, - не очень уверено ответила Наташа, но заставила себя бодро улыбнуться. - Просто неожиданный резкий звук, - она неопределенно отмахнулась.

Он кивнул, но не перевел глаза, продолжая внимательно смотреть на Нату.

- Ты плавать будешь? - вдруг, с лукавой улыбкой, от которой у нее перехватило дыхание, весело спросил Святослав. - Или за другими смотреть пришла?

И не ожидая ответа, он протянул ей руку, предлагая опору.

Наташа с трудом заставила себя кивнуть. Преображение этого мужчины: от собранного и замкнутого, до веселого, даже немного задорного - оказалось для нее полной неожиданностью.

Ее поражали его скупые улыбки. Такое же превращение - просто сбивало с ног.

- Плавать, вроде бы, - не удержавшись, Наташа рассмеялась собственной реакции и, ухватившись за протянутые пальцы, скользнула в воду.

Вопреки ожиданию, Слава не отпустил ее руку, стоило Наташе нырнуть, даже подтянул ее немного ближе, пользуясь плотностью воды.

- Не хочешь поплавать со мной? - предложил он, отталкиваясь от буйка.

Наташа округлила глаза в притворном испуге.

- Мне за тобой не угнаться, вообще-то, - ни мало не лукавя, призналась она. - Я всегда считала, что плаваю хорошо, но ты..., - наслаждаясь тем, как вода поддерживала ее, Наташа повела плечами.

Святослав улыбнулся шире, и она могла бы поклясться, что в его зеленых глазах вспыхнул довольный огонек. Впрочем, это было настолько мимолетным ощущением, что она не стала бы утверждать.

- Ну, свою нагрузку я уже получил, - отмахнулся Святослав от ее опасений, - так что обещаю сдерживаться, - и он подмигнул.

Ух! Этому мужчине было сложно отказать, когда он вел себя так.

Наташа поймала себя на мысли, что уже кивнула, и плывет с ним.

Но удивило ее не только такое быстрое собственное согласие. А то, что она совершенно комфортно чувствовала себя рядом с ним. Хотя Святослав, совершенно определенно, был очень большим и явно сильным мужчиной. Отчего-то, Ната ощущала уверенность, что его не стоит бояться. А ведь она, в конце концов, очень неплохо разбиралась в людях. И потом, Денис, определенно, уважал его. Так что, отбросив все сомнения в сторону, она позволила себе заняться тем, зачем и приехала - и с удовольствием плавала, разговаривая со Славой о всяких мелочах.

Они болтали о погоде, которая так резко поменялась, о ее брате, и о интернет-магазине, с которого, как рассказал Слава, когда-то начался весь его бизнес. Обсудили ее кафе и безмерную любовь Наташи к кофе.

Но даже когда в разговоре возникала пауза и они просто тихо плыли рядом, Наташа не чувствовала неловкости. Наоборот, ей было странно спокойно и хорошо.

Бывают такие люди, с которыми с первой минуты знакомства чувствуешь себя так, словно уже общался пару лет. И, похоже, что Святослав оказался именно таким. Во всяком случае, так казалось Наташе, пока они не доплыли до бортика, решив, что пора уже и выходить из воды.

К этому моменту состав посетителей бассейна поменялся.

Подошли новые люди, очевидно, кто-то заглянул расслабиться сюда после смены. А кто-то, решил позаниматься в выходной. Людей стало больше, и тишина помещения все чаще нарушалась смехом и разговорами.

Наташа заметила, как напрягся и нахмурился Слава, когда она предложила выбираться. Но кивнул, соглашаясь, и поплыл вперед.

Ната чуть сдвинула брови, следуя за ним в воде. Было не понятно, в чем причина такой смены настроения у ее спутника.

Если честно, она уже позабыла о том, что видела вчера на парковке. Не потому, что обладала плохой памятью. Просто это не играло большой роли для нее. Тем более сейчас, когда Наташа больше узнала Славу. И тот факт, что он хромал, она воспринимала лишь где-то, краем сознания, как одну из его черт.

Вот Наташа, например, в детстве сильно картавила, и до сих пор могла глотать букву "р", если начинала нервничать. Но ни ее саму, ни ее друзей это совершено не волновало. Так же она отнеслась и к его хромоте.

А потому спокойно и с улыбкой забралась на бортик бассейна рядом с ним, игнорируя лесенку. С той же улыбкой она поднялась на ноги вслед за Славой, опираясь на руку, которую он предложил.

И даже немного удивилась, заметив, насколько напряженно и пристально его зеленые глаза следят за ней, едва не впившись в лицо взглядом.

Наташа даже хотела уже спросить, что именно не так, но в этот момент, с веселыми криками, рядом пробежали двое мальчишек лет двенадцати, намереваясь с разбегу прыгнуть в бассейн. Один из детей поскользнулся на влажной плитке пола, и чтобы сохранить равновесие оперся рукой о первое, что подвернулось.

Этим "первым" - оказалась Наташа.

Толчок мальчугана в спину, заставил ее пошатнуться на краю бортика, и босые мокрые ноги без резиновых тапочек, которые она не успела еще обуть, поехали по кафелю.

Наверное, Наташа упала бы на пол, но Святослав, вовремя сориентировавшись, дернул ее на себя за руку, которую держал, и крепко прижал к себе, не позволив упасть. Однако, одна нога Наты, все же соскользнула и больно ударилась об острый край бассейна, выложенный голубой плиткой.

Она ойкнула и закусила губу, почувствовав, как на глазах выступили слезы. И, не заметив этого, уткнулась лицом Славе в грудь.

Левую лодыжку, казалось, обожгло огнем.

Все произошло в течение пары секунд.

- Черт! - пробормотала она сквозь зубы и опустила глаза, посмотрев на ногу.

Будет синяк. Сто процентов, будет.

- Наташ, ты как? - обеспокоенный голос Святослава заставил ее поднять глаза, и она тут же забыла о том, что не стоит так пристально смотреть на малознакомых людей. Если честно, Ната вообще, почти обо всем забыла, немного потерявшись в этом напряженном, зеленом взгляде.

- Простите, - паренек отвлек ее, заставив повернуться. Он уставился на них, и было видно, что мальчуган испугался не на шутку. Даже губы закусил от страха и напряженно сжал пальцы. - Я не хотел, правда, не хотел. Извините меня.

Святослав повернулся вместе с ней и теперь смотрел на парня.

- Да ничего, - вымучив улыбку, ответила Ната, покачав головой. - Бывает. Ты в следующий раз будь внимательней.

Паренек усиленно закивал, наверное, испытав облегчение, что на него не кричат.

- Я честно не хотел, - еще раз повторил он, продолжая нервно оправдываться.

Его друг стоял неподалеку, и с опасением следил за событиями.

- Надо быть внимательным, парень, - Святослав строго посмотрел на него. - Мужчина не должен допускать, чтобы его действия причиняли женщине вред.

Мальчик расстроенно повесил голову и кивнул, опять бормоча извинения.

Наташа улыбнулась и покачала головой.

- Беги уж, вон друг, заждался, - она кивнула на паренька в стороне.

Ребенок вздохнул, и уже без былой прыти поплелся к наперснику.

И только сейчас, Наташа поняла, что все еще крепко прижимается к Славе. Причем, при активном участии обоих.

Ни она не делала попыток высвободиться. Ни он, казалось, не планировал отпускать ее. И подобная теснота общения при такой форме одежды, рождала достаточно интимную, а тем - и неловкую, ситуацию.

Как будто ощутив ее появившееся смущение, Слава немного отодвинулся. Движение вышло ломанным из-за того, что ему пришлось напрячь весь корпус и чуть отклониться в сторону, чтобы сделать шаг назад.

- Ты как? - повторил он свой вопрос.

Испытывая чувство потери без тепла его тела рядом, Наташа качнула головой.

- Нормально, вроде бы, - неуверенно проговорила она, и переступила с ноги на ногу.

И тут же опять вскрикнула, едва снова не прижавшись к нему, потому что левую лодыжку прострелила острая боль.

Слава поддержал ее, не дав покачнуться, а потом неожиданно присел, обхватив пальцами ногу Наты, и внимательно осмотрел поврежденное место.

Ее кожа покрылась мурашками от этого прикосновения, а дыхание застряло где-то в горле.

- Похоже на ушиб, - наконец, произнес Слава, поднимаясь. Она видела, какого усилия стоило ему это движение. И в душе восхитилась подобной силой воли и духа этого человека. - Пойдем, тебе стоит наложить холодный компресс. Думаю, при таком морозе мы сейчас что-то сообразим.

- Думаешь? - неуверенно переспросила она, в свою очередь, осмотрев поврежденную лодыжку.

Святослав коротко хмыкнул и криво улыбнулся.

- Поверь мне, я разбираюсь в этом, - безразлично проговорил он.

Но Ната была уверена, что услышала что-то горькое за внешним спокойствием.

Это заставило сжаться нечто у нее внутри.

Больше не задавая вопросов, она уперлась рукой в него, и сделала пару дерганных, хромающих шагов, чтобы добраться до своего халата и тапок.

И только обернувшись, уже накинув халат, увидела, что Слава странно улыбается.

- Что? - спросила она его, опять хватаясь за протянутые пальцы.

- Ничего, - покачал он головой. - Просто подумал, что со стороны мы, наверное, смотримся забавно.

- Почему? - недоуменно уставилась она на него.

Святослав резко остановился и со странным выражением, едва ли не недоверчиво, смотрел ей в глаза какое-то время. Его лицо снова стало напряженным, а черты лица обострились от того, как он сжал челюсти.

- Потому что я хромой, Наташа, - сухим и лишенным всяких эмоций голосом, наконец, произнес он.

Она моргнула. Раз, два. А потом улыбнулась.

- А, да. Ну теперь, и я хромая, - Наташа кивнула.- Наверное, со стороны мы действительно, довольно забавно сейчас идем.

Пожав плечами, она неловко наступила на поврежденную ногу и крепче ухватилась за его руку.

Святослав ничего не ответил. Только еще пару мгновений все с тем же странным выражением смотрел на нее.

А потом отвернулся и пошел дальше, к раздевалкам, помогая ей.

Глава 2

В такую ситуацию он еще не попадал за все тридцать два года жизни. И не мог бы сказать, что чувствует себя в своей тарелке.

Святослав впервые был вынужден стоять под женской раздевалкой, упрямо игнорируя хихиканье молодых девчонок, бросающих на него заигрывающие взгляды, и делая вид, что не замечает подозрительных взглядов женщин постарше.

Едва зайдя в мужскую раздевалку, он быстро переоделся, натянув свои джинсы и свитер, бросил влажное полотенце и плавки в сумку, сунул ноги ботинки - успев все за пять с половиной минут. Правда, волосы высушить не удосужился, только вытер, ну и ладно. Просто Святослав опасался, что она может его опередить. А он знал, что ходьба без опоры причинит Наташе сильную боль, и чем дальше, тем более выраженной она станет. Нарастет отек, сдавливая ушибленные ткани и нервные окончания.

Однако первым, все-таки, пришел он.

И вот теперь, Слава стоял здесь, ожидая ее.

Мимо прошли еще две девушки лет двадцати, недвусмысленные посмотрев на него вполоборота.

Святослав только хмыкнул себе под нос.

Он прекрасно знал, что стоит ему оттолкнуться от стены, на которую Слава сейчас с безразличным видом опирался, и пройтись пару шагов - все поменяется. Кокетливые взгляды сменятся плохо скрытым снисхождением и жалостью, если не болезненным любопытством, в котором явно будет проглядываться облегчение, что их подобное не коснулось. А опаска старших посетительниц бассейна, в лучшем случае, перейдет в сочувствие.

Святослав уже привык к такой реакции.

Почти не замечал ее, если честно, заставив себя верить в то, что подобное отношение окружающих - совершенно не существенно. У него были прекрасные родители и хорошие друзья, для которых совершенно не имело значения, как именно он передвигался. И Слава давно научился верить, что это - единственно важно.

Для всего остального - имелись деньги, которые скрашивали его недостатки в глазах женщин, если в том возникала необходимость. Прошло очень много времени с тех пор, как он усвоил - возможность повысить свой статус в глазах подруг, встречаясь с настолько богатым мужчиной, компенсирует для большинства женщин едва ли не все.

Однако Святослав лицемерил бы, заявив, что такое равнодушное отношение и цинизм - всегда помогали.

Иногда реакция незнакомых людей все равно, при всем его опыте, задевала.

Именно потому он вчера не захотел вставать при Наташе. И пусть Андрей не совсем понимал его поведения, Слава был благодарен другу, что тот пошел ему навстречу.

Друг не раз и не два говорил Святославу, что гордость добьет его. Возможно, именно так и произойдет. Но и принимать жалость - было ему не под силу.

Сложно объяснить нормальному человеку, что именно ощущаешь, когда интерес в глазах красивой женщины, понравившейся тебе, сменяется жалостью.

Здоровому - никогда не понять этого.

А Наташа понравилась Славе сразу же. С первого взгляда, когда он увидел, как она машет брату с другого конца зала. Даже понимая, что не стоит настолько пристально смотреть на нее, он не мог заставить себя отвернуться, с интересом наблюдая за сменой выражений на лице Наташи, когда она рассказывала какие-то новости Денису. Любовался озорным блеском глаз и задорной улыбкой.

И, черт возьми! Да, ему польстило то, что и она смотрела на него с не меньшим интересом.

Честно говоря, Слава не думал, что еще с ней встретится. Во всяком случае, он не стал бы ничего делать для этого. Потому, что прекрасно усвоил урок, полученный однажды.

А гордость-таки добьет его, в этом Андрей был прав.

Но увидев ее в бассейне, Святослав внезапно почувствовал странную бесшабашность. И даже радость.

Он не верил в судьбу или другую подобную чепуху. Раз уж они с Наташей ходили в один и тот же бассейн, вероятность их случайной встречи - была довольно большой. Так почему бы не провести хорошо время с приятным тебе человеком?

Не обычная его тактика поведения, Святослав готов был признать это. Но и ничего странного, в конце концов. Цинизм-цинизмом, но стать хорошими знакомыми, или друзьями, им точно ничего не могло помешать.

Сейчас Слава не был уверен, что поступил правильно.

Первое впечатление оказалось не просто верным - чем больше они разговаривали, тем больше Наташа ему нравилась. Она оказалась доброй, умной, веселой женщиной, к тому же, с очень мягким чувством юмора.

Чем-то напоминала Дениса, что и не странно, в конце концов, они были родными людьми. Но, привлекала она его, гораздо..., гораздо больше, чем ее брат...

Слава криво усмехнулся сам себе и, не выдержав, все же пробормотал ругательство сквозь зубы.

Вчера она вызвала его интерес, скорее в эстетическом плане. Подобно тому, как приходя в галерею, он мог бы восхититься прекрасным полотном классика, прекрасно понимая, что ему никогда не повесить его в своем доме, в силу различных обстоятельств.

Сегодня же, держа ее в объятиях, плотно прижатую к своему телу, Святослав осознал, что и реально, физически - Наташа его сильно привлекает. И он не был уверен, что ему удалось скрыть от нее степень своей реакции. В плавках это оказалось довольно проблематично, если честно. Хорошо еще, что его полотенце оказалось рядом.

Чтоб его! Даже сейчас, при мысли о том, как ее тело прижалось к нему, дразня кожу касанием мягких округлостей фигуры Наташи через тонкую, влажную ткань купальника, а лицо уткнулось в грудь, опаляя невольным касанием закушенных губ - пульс Славы ускорился, а джинсы стали ощутимо теснее.

Опять выругавшись про себя, Святослав посмотрел на часы.

Что-то Наташа не спешила.

Хотя, вероятно, ей просто, оказалось, неудобно справится с мокрым купальником и собственной одеждой, не имея возможности опираться на обе ноги. Такое случалось. Не так уж легко приспособиться сразу.

Но в этом он ей помочь был не в силах. Сомнительно, что появление мужчины в женской раздевалке адекватно воспримется ее посетительницами, да и Наташа - неизвестно как отреагирует.

Воображаемая картина вероятного сценария событий при таком его поступке - вызвала у Славы широкую ухмылку, и даже искус попробовать. Он никогда не оказывался тем, кто вызывал переполох в такой обстановке. Даже в юности, не в пример здоровым одноклассникам.

Переступив с ноги на ногу, чтобы не дать затечь мышцам и распрямив поясницу, Святослав опять проверил дверь. Но Наташа не выходила.

"Черт! Может ей, в самом деле, нужна помощь?", он задумчиво изучал выход из женской раздевалки. Но потом, покачал головой сам себе, отметая подобную идею. "Нет, такой поступок - не самый разумный".

Пусть он и считал ее брата своим другом, ставить Наташу в неудобное положение - было лишним. Слава просто дождется ее, все равно, спешить ему сегодня некуда, и поможет с ногой. Меньшего для Дениса, который уже давно был ему не просто наемным работником, но и другом, он сделать не мог.

Да и просто, грех было не помочь такому человеку, как Наташа.

Святослав не хотел думать о том, что случилось, но его мысли, против воли, возвращались к сцене у бассейна.

Никто и никогда не реагировал так.

Если честно, Слава даже не знал, как именно Наташа отреагировала. Создавалось ощущение, что она вообще не заметила его явной ущербности.

Но это просто не могло быть, потому,..., потому, что не могло...

Не заметить хромоту Святослава - мог только слепой. Наташа казалась вполне зрячей.

И все же, когда он наблюдал за ее реакцией, выбравшись из бассейна - то не увидел ничего. Совершенно. Полный ноль.

Это немного сбило Славу с толку.

Черт! Он уже смирился с обязательной в таком случае жалостью и почти ждал этого. Но ее-то и не последовало.

За всю его жизнь никто не игнорировал факт его инвалидности настолько полно. Это даже интриговало. Ведь Святослав не просто хромал вследствие травмы. Нет. И уж где-где, а в бассейне, когда на нем не было обуви, всю степень его отличия от здорового человека можно было увидеть в полной мере.

С рождения Святослав страдал детским церебральным параличом. Тем странным и до сих пор, малоизученным заболеванием, которое и болезнью-то считается в течение пары десятков минут. Зато последствия этой "болезни", все имеющие ее - проносят через всю жизнь.

Родители рассказывали, что врачи так и не смогли установить, что привело к такому состоянию у него самого, да и не особо это уже интересовало Славу. Большую часть времени, он просто радовался, что болезнь задела только ноги. Слишком много примеров того, как может пострадать и интеллект Святослав видел в реабилитационной группе, куда мать водила его все детство.

Впрочем, иногда, после особо непростого дня в школе или институте - Слава жалел, что болезнь пощадила мозг.

Возможно, не понимать насмешек и издевок здоровых сверстников, не видеть того, как они передергивали его ломаную походку - было бы гораздо проще и легче.

Никому из них он не смог бы объяснить, что и такая возможность передвигаться - казалась Славе счастьем. А они не поняли бы его.

Он не посещал детский сад просто потому, что нормально не ходил почти до шести лет. Да и потом, еще очень долго, каждый шаг причинял сильную боль, которую Святослав учился не замечать, игнорировать.

Интенсивные тренировки и занятия помогли восстановить функцию пораженных мышц, но не полностью. Даже сейчас, спустя тридцать лет, часть мускул его ног оставалась частично парализованной. Оттого правая нога казалось немного короче левой, а правую стопу ему никогда не удавалось нормально поставить на пол, и Святослав был вынужден опираться на пальцы.

Специальная обувь и ортопедические вставки помогали уменьшить напряжение, немного распределяя нагрузку, и делали ходьбу более плавной. Но вот так, как здесь, босиком - весь его недуг оказывался достаточно явным.

Однако Наташа не обратила на это никакого внимания!

А уж ее последняя шутка полностью забирала у Славы всякое представление о привычном отношении людей. Мало того, что она посмеялась над собой, но совершенно не побоялась быть приравненной к нему, явному инвалиду.

Святослав с недоумением покачал головой.

Серьезно, он не знал, как воспринять такое отношение, просто потому, что еще никогда ни с чем подобным не сталкивался.

- Прости, задержала я тебя. Это оказалось достаточно сложно, - голос Наташи заставил его резко поднять голову, оторвав от мыслей. - Кто бы мог подумать, что моя одежда настолько неудобная? Утром не заметила ничего подобного.

Она шла к нему все с той же улыбкой, заметно прихрамывая на левую ногу. И только несколько капелек пота над верхней губой, показывали Славе - чего такое веселье Наташе стоило.

- Да ничего, я никуда не тороплюсь сегодня, - он отмахнулся и присмотрелся к ней внимательней.

Ее короткие темные волосы, сухие в отличие от его собственных, были забавно растрепаны. Наташа явно сушила их наспех. На ней, так же, были простые джинсы, светлая водолазка и теплая вязаная кофта, с необычной брошью в виде какого-то звоночка. Слава не очень рассматривал, если честно.

А вот что привлекло его внимание - так это не застегнутое голенище ее сапога. Наверное, как он и предполагал, отек усилился.

- Сильно болит? - Святослав вопросительно кивнул головой на ее ногу.

Наташа криво улыбнулась и пожала плечами.

- Денька засмеет меня, если узнает, что я жаловалась, - попыталась отшутиться она.

Он снова удивился. Ничего привычного. Ни единой предсказуемой реакции.

Святослав не понаслышке знал, насколько это может быть мучительно.

Сильно много падал, пока сам научился ходить без посторонней помощи. Да и потом, случалось растягивать связки и ударяться там, где другие и не заметили бы препятствия. Он не был бы удивлен, если бы Наташа призналась, что больно.

Черт! Да большинство людей не постеснялись бы пожаловаться. И уж тем более женщины. Некоторые из тех, кого он знал, устраивали трагедию по поводу сломанного ногтя. Славе даже сложно было бы предположить, что они закатили бы при подобной травме.

А Наташа только сдержанно пожала плечами.

Оттолкнувшись от стены, он сделал шаг ей навстречу и протянул руку, предлагая опору.

- А мы ему не расскажем, - крепко обхватив ее кисть своей ладонью, Слава несильно потянул, незаметно вынуждая Наташу перенести часть своего веса на него.

Будь он нормальным, Слава бы не позволили ей идти, понес бы на руках, чтобы не травмировать ногу больше. Однако, не имея возможности поступить так, он мог хоть немного облегчить ей ходьбу. Его мышцам не привыкать, и не такую нагрузку выдерживали.

- Да он все равно узнает, - рассмеялась Наташа, но от помощи не отказалась. И Славе показалось, что она с облегчением и радостью прижалась к нему сильнее. "Пффф, а может его мозг-таки пострадал от болезни? Просто проявляться это стало только теперь?", Слава напряженно сжал зубы. - В нашей семье трудно что-то скрыть друг от друга. Да мы и не стараемся, у нас нет секретов.

Не заметив его реакции, Наташа продолжала говорить, крепко ухватившись за руку Славы, и опиралась на нее при каждом шаге.

- Со стороны, кажется, что вы друг друга очень любите, - заметил Святослав, чтобы поддержать разговор и отвлечь ее от ноги.

- Это правда, - улыбка Наташи стала шире, и она весело кивнула. - Хотя, порой, Денька меня чересчур опекает. Старший брат, - она пожала плечами. - Правда, иногда, его опека оказывается весьма кстати, - Слава удивленно посмотрел на нее.

Эту фразу Наташи сказала тихо, будто бы разговаривая с собой, и слегка нахмурилась при этом.

Заметив его изучающий взгляд, она покачала головой и попыталась опять улыбнуться. Но закусила губу, неловко наступив на поврежденную ногу.

Больше она ничего не добавила. А он не спрашивал, сосредоточившись на том, чтобы облегчить ей передвижение.

Наконец, они с трудом добрались до гардероба.

Несмотря на сопротивление Наташи, Святослав заставил ее сесть на стул, стоящий в ряду таких же около стены, и молча протянул руку, требуя номерок. Со вздохом, она отдала ему небольшой пластиковый овал с отверстием для крючка.

Он забрал их куртки, проигнорировав любопытный взгляд гардеробщика - Василия Ивановича, который знал его с десяти лет, когда отец впервые привел Славу в бассейн. Только пробормотал невнятную благодарность, и быстро вернулся к Наташе.

- Ну что, - он помог ей подняться. - Еще метров сорок пройдешь? - спросил Слава, держа ее куртку, чтобы Наташе было удобней одеться.

- Деваться-то некуда, - она просунула руки в рукава и благодарно посмотрела на него. - Только идти больше, я машину далеко поставила, не думала, что так выйдет, - Наташа опять взялась за него.

- Не думаю, что в твоей машине есть термопакет для льда и обезболивающее, - Слава усмехнулся и чуть сильнее привлек ее к себе, забрав у Наташи сумку. Она попыталась сопротивляться, но он насмешливо приподнял бровь, и она со вздохом сдалась, отпустив ручку рюкзака. - А моя машина стоит близко. Так что, немного осталось, потерпи еще чуть-чуть.

- Да я и не жалуюсь, - с едва слышным вздохом пробормотала Наташа, покорно идя вслед за ним.

Слава обернулся и посмотрел ей прямо в глаза, впервые обратив внимание, насколько они выразительные. Она действительно не жаловалась, но в глубокой синеве ее глаз можно было увидеть, чего Наташе стоила ее бравада.

- Я заметил, - он не хотел, чтобы это прозвучало так.

Но в обход желания Славы его голос зазвучал мягче и ниже, выдавая его восхищение.

На секунду глаза Наташи стали еще больше, и ему показалось, что она замерла, даже дышать перестала, впившись в него взглядом.

Выругавшись про себя, Святослав с силой сжал пальцы свободной руки так, что ощутил болезненное натяжение мышц, и заставил себя отвернуться, разрывая этот контакт глаз.

- Пойдем? - как можно безразличнее спросил он, уже не глядя на Наташу.

- Да, - кивнула она. И он не сдержался, обернулся, удивившись тому, что ее голос остался таким же приветливым и веселым. Казалось, она не заметила его поведения. А Наташа улыбнулась, увидев, что он снова смотрит на нее. - Пошли, - она первая тронулась с места, хоть и не отпустила руку Славы.

Его "ниссан", действительно стоял недалеко. Но им потребовалось немало времени, чтобы добраться до автомобиля. Сугробы и обледеневший снег давались Наташе непросто без практики, которая имелась у него. Слава старался помочь ей, но и с его помощью, у нее не очень получалось не опираться на травмированную ногу. Привычка сказывалась.

Наконец, она с облегчением опустилась на заднее сиденье его машины, пока Святослав придерживал дверь. И как бы Наташа не старалась скрыть свою реакции, он заметил, что этот переход дался ей тяжело. Закрыв дверцу он, не садясь, завел автомобиль, чтобы печка начала работать и, открыв багажник, пошел доставать термопакет.

Набрав в него снега и льда, которого к счастью, имелось на стоянке в избытке, Святослав сел на водительское сиденье, сбросив куртку, которая только мешала в салоне, и откинул спинку соседнего пассажирского сиденья назад, создав импровизированный манипуляционный стол.

Наташа с интересом следила за его действиями.

- Согрелась? - с улыбкой спросил он, видя, что она все еще зябко обнимает себя руками.

- Немного, - она улыбнулась в ответ. - Это для чего? - Наташа вопросительно кивнула на откинутое сиденье.

Улыбка Славы стала шире, хоть он и пытался держаться отстраненно. С ней его тактика почему-то давала сбой.

- Для твоей ноги, - он подмигнул Наташе. - Давай, ложи ее сюда, - похлопав ладонью по обивке спинки, Святослав потянулся в бардачок за аналгетиком. - Будем сейчас накладывать тебе компресс.

Нащупав коробку с таблетками, он вытянул ее и достал небольшую бутылку с минеральной водой, которая нераспечатанной завалялась у него, кажется, еще с Нового года, когда он ездил в столицу по делам. Вода имелась. Однако пребывала в твердом физическом состоянии, не избежав воздействия мороза.

Негромко чертыхнувшись, он упер ее в вентиляционное отверстие, из которого шло тепло от печки, и повернулся к Наташе.

И удивленно замер, ощутив, как уходит воздух из легких, уставившись на босую ногу, которую она положила на место, указанное им.

Почему-то, вид ее небольшой обнаженной, изящной ступни с маленькими пальчиками и аккуратными бледно-розовыми ногтями, показался ему невероятно трогательным. И, черт его побери, невероятно сексуальным зрелищем.

И только переведя глаза выше, на опухшую лодыжку с расплывающимся пятном синяка, Святослав вспомнил, что именно собирался делать.

Наташа по-своему расценила его долгое ошеломленное молчание.

- Я пыталась одеть колготы, - словно оправдываясь, объяснила она. - Но это оказалось так больно, что я послала их к черту. Правда, босой в сапогах не очень-то удобно. И гораздо холодней, - с грустным вздохом призналась Наташа.

Все еще не уверенный, что сможет в достаточной мере совладать с собственным голосом, Слава аккуратно и осторожно обхватил ее ногу ладонью под пяткой, приподняв, едва удержавшись от того, чтобы не погладить прохладную кожу пальцами. И откинул сиденье, под которым имелся небольшой ящик.

Ортопедические вставки в его обуви, несмотря на весь положительный эффект, имели и несколько неприятных особенностей. Например, носки протирались в самый неожиданный момент, нитки, очевидно, не были рассчитаны на неравномерную нагрузку. Потому Святослав всегда возил с собой как минимум две новых запасных пары. Достав одну, он молча протянул их Наташе, держа за картон упаковки.

Она странно смотрела на него. Даже не заметила, что он ей что-то протягивает. И какое-то странное выражение светилось в глубине синих глаз. Слава застыл, не понимая, чтобы оно означало.

И только спустя пару секунд, осознал, что до сих пор держит ее ступню в своей ладони, и кажется, вовсе не желает отпускать.

Пробормотав в уме проклятие, он мягко опустил ногу Наташи на обивку сиденья, чувствуя странную пустоту в свободных теперь пальцах, и махнул рукой с зажатой парой носков.

- Держи, - хрипло произнес он, и был вынужден прочистить горло. - На голую кожу компресс накладывать не стоит.

Промолчав, Наташа протянула руку, чтобы взять носки, и, как ему показалось, с удивлением начала те рассматривать.

- Они новые, - решил уточнить Слава на всякий случай.

- Я вижу, - Наташа улыбнулась и лукаво посмотрела на него, будто в попытке сделать обстановку в салоне легче и приятней. - Просто я никогда еще не надевала мужские носки. Это волнительный момент, между прочим, я должна собраться, - мягко подшутила она.

Слава понял, что непроизвольно начал улыбаться ей в ответ. По непонятной причине, ему внезапно стало так же просто и легко с ней, как тогда, в бассейне.

- Я, знаешь ли, тоже никому еще не давал носить свои носки, так что волнуюсь не меньше твоего, - отшутился он в ответ. - А теперь, когда мы оба знаем, что другой нервничает в такой торжественный момент, надевай их быстро, а то Денис мне не простит, что я дал замерзнуть его сестре.

Наташа звонко рассмеялась, и послушно натянула оба носка, разорвав картонную упаковку. После этого он обернул ледяной термопакет вокруг ее лодыжки и потянулся за водой. Та немного отмерзла. Не то, чтобы в достаточном количестве, но запить одну таблетку - должно было хватить.

Он протянул Наташе бутылку и пилюлю аналгетика.

- Выпей, это снимет боль.

Послушно кивнув, Наташа зажала таблетку губами и попыталась открутить крышку. Но та не поддавалась. Она беспомощно посмотрела на Славу.

Усмехнувшись, он забрал бутылку назад и легко вскрыл крышку, вернув емкость Наташе.

Глотнув воду, она закашлялась.

- Господи, - вытирая выступившие слезы, Наташа одновременно и смеялась, и кашляла, - ее бы в июле пить, а не по такому морозу.

- Прости, - с извиняющейся улыбкой Слава развел руками. - Она у меня в машине с праздников валяется. Вот и замерзла.

- Да ничего, - все еще пытаясь отдышаться, она откинулась на спинку сиденья и посмотрела на него. - И так, спасибо тебе за все. А ты где праздновал? - спросила Наташа, наверное, в попытке поддержать беседу.

Святослав был бы не против и просто помолчать, любуясь ею. Вот так, сбросив куртку, уже согревшаяся, с покрасневшими от тепла в салоне щеками, Наташа выглядела настолько красивой, что он терял нить разговора. Да и ее нога, все еще лежащая на сиденье около его бедра, хоть и затянутая в явно великоватый носок, оказалась большим искушением для него. Хотелось опять обхватить ее пальцами, и не отпускать.

Несильно тряхнув головой, он заставил себя сосредоточиться на ее вопросе.

- Новый год? - переспросил Слава. - Да нигде, в общем-то, на трассе. По делам в столицу ездил, - он пожал плечами, - и как только добрался домой, уснул как убитый.

- Ой, - Наташа перестала улыбаться. - Так же не интересно.

- Ну, как вышло, - усмехнулся Слава и, отвернувшись, обвел почти пустую стоянку рассеянным взглядом.

На какое-то время в салоне повисло молчание, нарушаемое только шумом работающей печки. И вдруг, он ощутил прикосновение ее пальцев к своему плечу. Не ожидая подобного, Святослав резко обернулся.

- Знаешь, - Наташа смотрела на него с задумчивым выражением, в котором, все же, проскакивали такие свойственные ей лукавые искорки. - На следующую субботу, у нас в Кофейне назначен Новый год. Мы всегда отмечаем его с друзьями. Приходи. Будет весело, - она вопросительно посмотрела на него, ожидая ответа.

Святослав растерялся. Он не ожидал приглашения и не был уверен в том, что знает, как ответить. Да и не мог бы сказать, что хочет приходить. Компании незнакомых людей, не были для него самым желанным времяпрепровождением.

И в то же время, искушение провести время, общаясь с ней - заставляло Славу раздумывать над согласием.

- Это, по какому же календарю? - стараясь потянуть время, с усмешкой ответил он ей старой фразой из фильма, который в их городе знал каждый ребенок. - Даже по мартеновскому, вроде как поздно.

Наташа рассмеялась.

- Нет, по кофейному, - ответила она, так и не отнимая своих пальцев от его плеча. Как будто бы, ей нравилось его касаться. Сжав зубы, Слава приказал себе смотреть на вещи реально.

- Не знаю, Наташ, я, возможно, буду занят, - наконец проговорил он, так и не сумев полностью отказаться.

- Хорошо, но если получится - приходи, - она опять откинулась на спинку своего места. - И я, и Денька - будем тебе рады. Да и Леша, думаю, с тобой с удовольствием пообщается не только о программе. Уверена, начнет тебя с Леной знакомить, и с сыном, - Наташа задумчиво хихикнула, посмотрев в окно, словно бы ее мысли были уже далеко.

Святослав вспомнил, что она что-то брату вчера об этом говорила.

- У них что-то не очень хорошо было? - скорее из вежливости спросил он, чтобы не молчать.

- Ой, это сложно описать вот так, с ходу, - Наташа покачала головой. - Приходи, я вас познакомлю. С нами будет весело, обещаю. Такого Нового года у тебя еще не было.

- Я подумаю, Наташ, - опять повторил он, чувствуя, что искушение согласиться, становится все больше. - Давай я тебя домой отвезу, самой тебе сложно будет, - попытался он сменить тему.

- У меня есть идея лучше, - Наташа взъерошила волосы. - Ты завтракал?

Он недоуменно покачал головой, поймав себя на том, что все еще не может перестать смотреть на нее.

- Поехали в Кофейню, я тебя кофе с нашими кексами угощу, лично приготовлю, - Наташа подмигнула. - Это меньшее, что я в благодарность могу для тебя сделать.

- Да за что, Наташ? - Слава отмахнулся, и попытался сделать вид, что внутри ничего дрогнуло от ее приглашения. - Любой бы помог.

- Не любой, уж поверь мне, - Наташа усмехнулась, но эта усмешка показалась ему не такой, как предыдущие, какой-то ироничной. - Пожалуйста, Слава, разреши мне по-своему сказать тебе спасибо, - она с шутливой мольбой посмотрела ему в глаза.

Он кивнул, даже не поняв этого.

С удивлением осознав, что почти не может сопротивляться просьбе и улыбке этой женщины, с которой только вчера познакомился. Не очень радужное открытие, если честно, в свете общей картины. Но от чашки кофе и завтрака с ней он бы в жизни не отказался, вдруг ясно понял Святослав.

В конце концов, они действительно могли стать друзьями.

Отвернувшись, он снял машину с режима парковки, и осторожно тронулся по обледеневшему снегу.

Глава 3

Наташа тихо сидела на заднем сиденье машины, глядя в окно. В городе только начиналось морозное зимнее утро, и небо радовало глаз переливами всевозможных цветов: от темно-багрового до нежно-розового. Посмотрев на часы, которые были встроены в передней панели машины Славы, Ната увидела, что еще нет и восьми.

Она покачала головой - без двадцати восемь утра, а у нее событий столько случилось, сколько за два последних месяца суммарно не происходило.

Такие мысли вызвали у нее улыбку. Конечно, Ната немного утрировала. Но в последние полгода, она, в самом деле, жила очень спокойно, и если честно, безмерно радовалась подобной тишине.

Несмотря на такую рань, она точно знала, что в ее кафе уже есть люди. Рабочий день ее поваров начинался в семь утра, когда они работали в первую смену, и в три, когда выпадала вторая смена.

Официанты, так же, приходили к семи. Дело в том, что несколько офисов рядом с Кофейней начинали работать в восемь, и Наташа однажды провела эксперимент - открылась не в восемь, а на полчаса раньше, когда сотрудники этих фирм шли на работу. Нововведение себя оправдало, и с тех пор, в рабочие дни они всегда открывались в половину восьмого.

Сегодня была суббота, а значит, для посетителей кафе откроется в восемь. Но Ната на сто процентов была уверена, что на кухне ее Кофейни уже вовсю кипит работа, а залы готовятся для открытия.

Автомобиль повернул на бульвар, и она перевела глаза со знакомого пейзажа на затылок Святослава. Он внимательно следил за дорогой, хоть машин было и немного. Но в этот момент, словно почувствовав ее взгляд, пострел на Наташу через зеркало заднего вида.

Они не разговаривали, просто улыбнулись друг другу.

И она опять подумала о том, до чего же странно, что ей настолько просто и легко с этим мужчиной, которого Наташа знала меньше суток. Но она привыкла доверять своему внутреннему чутью, которое еще не подводило ее. Потому, Наташа положила голову на спинку сиденья так, чтобы украдкой смотреть на профиль Славы, и просто слушала музыку, негромко играющую в теплом салоне.

Через пять минут Святослав припарковал машину у бровки возле Кофейни.

- Приехали, - обернувшись, он посмотрел на нее. - Ты уверена, что хочешь сидеть здесь со мной, а не поехать домой и лечь, не тревожа ногу?

Наташа рассмеялась и покачала головой.

- Слав, я уверена, - она не отвела глаз от его изучающего взгляда. А еще, поняла, что ей нравится называть его по имени.

Он еще несколько секунд посмотрел на нее через зеркало заднего вида, а потом, чуть пожав плечами, заглушил мотор, и вышел из машины, распахнув ее дверцу.

Наташа с благодарностью оперлась на руку, которую Святослав ей подал, чтобы помочь выбраться. Не застегивая куртку, она сжала ее полы пальцами, кутаясь от мороза. И аккуратно выставив ноги на снег, поднялась, стараясь перенести весь вес на неповрежденную ногу. И все равно, у нее не получилось сохранить равновесие. Покачнувшись, Ната со смехом уткнулась носом в куртку Славы.

Ей показалось, что его грудь затряслась от сдерживаемого беззвучного смеха. Но когда Наташа подняла голову, чтобы проверить это, лицо Святослава было невозмутимым. Впрочем, она все равно видела, как подергиваются уголки его губ, а в глазах светится веселье.

"Похоже, этот мужчина не привык показывать людям, что именно он чувствует", с тихим вздохом сделала она вывод.

- Ты слишком сильно наклонилась вперед, - невозмутимо произнес Слава, помогая ей выпрямиться. - Нога поехала по снегу, и тело, по инерции, занесло.

- Ясно, - кивнула Наташа, поняв, что стоит, запрокинув голову.

Пожалуй, ее первое впечатление было ошибочным - Слава оказался больше Дениса. И по росту, и в плечах, он немного превосходил ее брата. Однако она, все равно, совершенно не испытывая рядом с ним дискомфорта.

- Пошли, - видя, что она ничего не добавляет, Слава повернулся ко входу в кафе, - а то ты совсем замерзнешь, - он говорил в сторону, но Наташа успела заметить, как он не сдержался, улыбнулся все-таки.

И ей это понравилось.

- Пошли, - согласилась она.

Добравшись до двери, она потянула ее, наслаждаясь привычным звоном колокольчика, и с улыбкой помахала Сергею, своему баристо, который поднял голову, наверное, недоумевая, кто зашел, пока кафе не открылось. Он ответил на ее приветствие.

Святослав молча зашел следом. Сняв куртку, она перебросила ее через руку и обернулась к своему спутнику. И вдруг, замерла, немного растерянно глядя на него, озаренная внезапной мыслью.

Причем, наверное, ее растерянность была очевидна, потому что Слава вопросительно посмотрел на Наташу в ответ.

- Что? - спросил мужчина, когда так и не дождался никакого объяснения.

- Господи, Слава, - Наташа даже рассмеялась от понимания, которое так поздно к ней пришло. - Ну ладно я сглупила, потеряв сноровку, но ты-то мог быть и менее воспитанным.

Он все с тем же непониманием продолжал ждать объяснений. Причем, что-то изменилось в глазах Славы, отчего он опять стал казаться далеким и настороженным. Это не понравилось Наташе и она поспешила объяснить свой смех.

- Ясно же, что ты встал, как минимум часа три назад, и сразу в бассейн поехал. И без завтрака, как сам признался, а я тебе кексы предлагаю, - покачав головой, поражаясь своей несообразительности, она повернулась и пошла в сторону кухни. - Сейчас я узнаю, что в нашем меню сегодня на завтрак.

Теперь Святослав казался растерянным.

- Да, ничего... - немного неуверенно проговорил он, и в свою очередь, скинув куртку, пошел следом. - Я бы и от кексов не отказался.

- Ага, ладно, - она отмахнулась, - не надо пытаться. Я не поверю. У меня брат есть, я знаю, насколько голодны мужчины утром, тем более, после тренировки, - Наташа весело покачала головой, вспомнив, сколько раз Денька врывался к ней в кафе, требуя спасти его от "голодной смерти", когда самому готовить было лень. - Не могу же я оставить голодным человека, который мне пожертвовал свои носки, - она, с наигранным ужасом от такого вероятного своего поступка, посмотрела на Святослава через плечо.

Он рассмеялся.

И Наташа замерла, поняв, что впервые увидела, как он настолько искренне смеется. "Ему стоило чаще это делать", решила она, с трудом заставив себя сделать новый вздох.

- Завтрак, - тихо, чтобы он не услышал, пробормотала она, стараясь напомнить себе, что собиралась делать. - Надо узнать, что на завтрак, - и чувствуя себя немного странно, пошла все же, в сторону кухни.

Спустя полтора часа Святослав осознал - он действительно рад тому, что не отказался от приглашения Наташи.

Хотя бы потому, что еще никогда не завтракал в такой приятной компании.

Он настолько легко чувствовал себя с Натой, что даже честно ответил на ее вопрос о любимом виде кофе. Хотя обычно, скрывал это и от старых друзей, немного стесняясь того, что любит капучино с карамелью, а не эспрессо, как тот же Андрей, да и все остальные его приятели. Святослав, вообще, был страшным сладкоежкой, но тщательно прятал свою тайну даже от родных. А Наташе как-то проболтался.

Однако рассказав этот секрет, Слава вытребовал с нее клятву хранить его под страхом неминуемой и ужасной расплаты.

С явным усилием сдерживая смех, Наташа поклялась, что эта тайна уйдет с ней в могилу.

И действительно, лично сварила ему капучино, щедро сдобрив его карамелью, отклонив помощь баристо. Вышло очень вкусно, о чем он честно ей и сообщил.

А еще, ему нравилось, как Наташа произносила его имя. Глупо, наверное, но казалось, что нечто в ее голосе менялось при этом, заставляя Святослава каждый раз пристально смотреть на нее. И несколько раз, Слава ловил подобные взгляды ее синих глаз, когда Наташа, со странным выражением внимательно смотрела на него, тут же прячась за ресницами, если видела, что он заметил.

Потом, она все-таки накормила его завтраком из яичницы, тостов с сыром, и тех самых кексов, которые он едва не вытребовал, напомнив, что именно на них и был приглашен.

Пожалуй, еще одним плюсом в этом завтраке оказалось то, что повар Кофейни готовил на несколько порядков вкуснее, чем он сам. Так что, Святослав действительно был рад, что согласился.

Потом, когда они сидели уже за второй чашкой кофе, немного лениво болтая о всяких мелочах, обсуждая музыку и литературные вкусы, над их столиком нависла тень.

- Доброе утро, - Святослав поднял голову, чтобы тут же наткнуться на очень удивленный и даже, в чем-то ошеломленный взгляд Дениса, обращенный на них.

Странно, он не совсем понял, что именно так удивило брата Наташи. И сам не заметил, как напряженно сжал пальцы и непроизвольно выпрямил спину, словно готовясь доказывать, что имеет право находиться здесь.

Хотя, с чего бы это?

- Денька! - Наташа, опять покачнувшись, вскочила на ноги, и тут же чертыхнулась, наверное, наступив, все же, на поврежденную ногу. - Привет, - уже с меньшим энтузиазмом, пробормотала она, закусив губы. - Ты завтракать?

Святослав, который продолжал наблюдать за лицом друга, заметил, как удивление на лице того, резко сменилось настороженностью. Ему, даже, почудилось, нечто вроде опасений. Что за...?

- Ната! - быстро выставив руку, Денис подхватил сестру и с обеспокоенностью поддержал ее. - Что случилось? Что с тобой?

- Я ударилась в бассейне, - со вздохом сев на свое место, призналась она. И, похоже, расстроилось, что не удалось этот факт утаить. - У меня левая лодыжка размером с дыню, наверное, - скорчив смешную рожицу, она бросила на Славу лукавый, заговорщицкий взгляд. Тот только хмыкнул такому явному преувеличению, продолжая наблюдать за реакцией Дениса. - И если бы не Слава, который ходит в тот же бассейн, я бы, наверное, до сих пор шкандыбала бы к своей машине, - горестно закончила Наташа.

Он едва не захохотал, но все же, смог сдержаться.

Слишком уж сильно Наташа приукрашала действительность и объем его помощи. Хотя, воображаемая картина, которую она так красочно описывала брату, в самом деле, выглядела смешно.

Святославу показалось, что Наташа нарочно старается заставить его смеяться. И эти ее, украдкой брошенные взгляды, служили подтверждением такой теории.

Однако внезапное появление Дениса напомнило ему о том, что и самые приятные минуты имеют свойство заканчиваться. И надо реально смотреть на действительность, не позволяя собственным иллюзиям толкать его на глупости. Настроение неуловимо изменилось, заставив его привычно отстраниться от окружения и занять, скорее, позицию наблюдателя, нежели участника общения.

Денис, выслушав живописное повествование сестры, усмехнулся, но в его глазах светилась благодарность, когда он, обернувшись, протянул ему руку.

- Спасибо, Слава, - крепко пожав его ладонь, он сел на свободный стул. - Если бы не ты, похоже, не видеть бы мне здоровой сестры.

- Да не за что, - Слава немного передернул плечами. - Все не так уж и страшно происходило.

- Ну вот, можно было и подыграть, - Наташа шутливо насупила брови.

Но Слава не поддался на эту уловку, только усмехнулся уголками губ. И, конечно же, ему просто показалось, что в ее глазах мелькнуло огорчение.

Он почти не участвовал в разговоре, который завязался между Наташей и Денисом, и несколько раз посмотрел на наручные часы, словно бы показывая, что торопится, ища повод уйти. Хотя, на самом деле, ему совершенно не к кому было спешить этим субботним утром. Наташа сначала с некоторым недоумением смотрела на него, а потом тихо вздохнула и откинулась на спинку своего кресла.

- Мы тебя задерживаем? - немного грустно спросила она, так пристально посмотрев на него, словно бы старалась поймать взгляд Славы, который тот упорно отводил в сторону.

- Я планировал еще к родителям заехать, - сказал он первое, что пришло в голову, и сильнее сжал пальцы на пустой чашке, жалея, что уже допил свой кофе.

- Ах, да, - Наташа кивнула. - Они же недалеко от бассейна живут, верно? - она вопросительно подняла бровь.

Слава кивнул.

- Прости, из-за меня тебе пришлось планы менять, - "она что, расстроилась?", Святослав никак не мог понять, что именно прячется в этих выразительных глазах. Хотя, скорее всего, ее нога, просто сильно болела, а Наташа старалась это скрыть от брата.

Сжав пальцы в кулак, он покачал головой, отметая ее извинения.

- Так ты назад поедешь? - тут же вмешался Денис, дожевывая свою порцию яичницы. - Подожди, подбросишь меня до той стоянки, я машину Наташи сюда пригоню, чтобы пешком по такому морозу не гулять, - друг быстро глотнул горячий кофе, и откусил кусок своего кекса.

- Да поешь нормально, - Слава даже испытал неловкость, оттого, что их обманул. Придется, в самом деле, к родителям заехать, хотя он только вчера утром у них был. Но почему-то, врать Наташе показалось неправильным. "Значит, надо свои слова оправдывать", с неясной убежденностью решил Святослав. - Я не собираюсь в эту же секунду срываться с места.

- Ну, мало ли, родители, это серьезно, - Денис не шутил, все же более оперативно расправляясь с завтраком.

"Похоже, в их семье, к родственным связям, в самом деле, относятся ответственно", сделал вывод Слава, дожидаясь, пока Денис поест.

И только когда они уже выходили вдвоем, а Наташа с немного вымученной улыбкой махнула на прощание, Святослав осознал, что поменялось за эти несколько минут - он почти испытывал раздражение по отношению к Денису.

Да, как ни странно, он злился на того, за это дурацкое решение - позавтракать с сестрой. Но еще более непонятным, была его злость на друга от того, что это он, а не сам Слава будет тем, кто вернется сюда.

Черт! Такое ощущение, что он...

Но окрик Наташи прервал его, не очень радостные выводы и заставил обоих обернуться.

- Слав, я насчет Нового года серьезно говорила, - хозяйка Кофейни, медленно приблизилась к ним. - Приходи, - она повернулась к брату. - Денька, правда же, мы не дадим ему соскучиться? - обратилась она к тому за поддержкой.

Святослав пожал плечами.

- Я не знаю, как там выйдет, Наташа, - не глядя ей в глаза, он отвернулся и вышел до того, как Денис успел что-то сказать.

10 января, ночь с субботы на воскресенье

Гул мобильного телефона, выставленного на режим вибрации, выдернул Святослава из задумчивого изучения документов. Он с удивлением посмотрел на трубку, прыгающую по столу, потом перевел взгляд на настенные часы в кабинете - три утра.

Странно. Очень странно.

Совершенно непонятно, кто надумал ему звонить в такое время в субботу ночью. Или, точнее, уже в воскресенье.

Отложив бумаги, он взял аппарат и посмотрел на дисплей - там мигало имя Дениса.

Ничего не понимая, Слава нажал на прием.

- Алло?

- Слав, привет, - голос друга звучал нервно и обеспокоенно. - Я тебя не разбудил?

- Да, нет, - Святослав потер шею, разминая мышцы, и иронично хмыкнул, подумав, что тому навряд ли будет интересно узнать, насколько сложно уснуть, когда спина и ноги болят настолько. - Я не сплю, - кратко ответил он.

Денис шумно выдохнул на том конце связи.

- Слав, у меня есть к тебе огромная просьба, - неуверенно начал Денис, и что-то непонятное звучало в его голосе. - Помоги, я тебе, что захочешь, потом сделаю, серьезно. Хоть бесплатно весь сайт переделаю, - в трубке что-то грюкнуло, как будто Денис по чему-то с силой стукнул, и раздалось приглушенное ругательство.

- Да что случилось-то? - то ли его мозг притупился от обезболивающего, что было маловероятно, то ли это Дэн объяснял черти как. Но пока Святослав ничего не понял из его слов.

- Слушай, тут такое дело, - Денис снова тяжело вздохнул. - Мне, правда, неудобно, но я не знаю, кого попросить. Надо было бы Лене позвонить, но у них же маленький ребенок с Лешкой, как-то неудобно, а Надя трубку не берет. Да и вообще, ...

- Дэн, я ни слова не понимаю, - теперь вздохнул Святослав, и поднялся, начав медленно идти по кабинету, чтобы размят ноги. - Может ты уже, по сути, объяснишь?

- Пффф, прости, я злой, как черт, не могу сосредоточиться, - извинился Денис, который, кажется, так же метался там, где бы он ни был, взад вперед по комнате. - Мне Наташа позвонила, - при этом имени Святослав невольно замер и стал внимательней слушать, - у нее нога болит, а таблетки, те, что есть дома, не помогают. Она спросила, не знаю ли я названия тех, которые ты давал.

- Тебе название сказать? - попытался разобраться Слава.

- Да нет, не в том дело, - Дэн тихо чертыхнулся и опять чем-то грюкнул. - Короче, она собралась в аптеку ехать, в два часа ночи, представь! Я ей запретил. Сказал, что сам съезжу, и привезу ей аналгетик. Но из-за этого треклятого мороза, у меня аккумулятор сел, а я в селе!! - Денис едва не орал в трубку, явно злясь.

Славе даже пришлось немного отклонить голову, чтобы не оглохнуть.

- В каком селе? - он совершенно запутался.

- Да тут, сорок километров от города, у нас бабушка переехала сюда несколько лет назад, после смерти деда, - начал объяснять Денис, а Слава еще больше потерялся во взаимосвязи всех событий. - Так у нее обогреватель барахлить начал, она мне днем позвонила, попросила приехать посмотреть, и я на ночь остался. А мне Наташа звонит... Короче, - Дэн выругался. - Прости, что-то я сам запутался. В общем, я не могу выехать, этот чертов автомобиль не заводится! - он, в который раз, чем-то зашумел.

И до Славы наконец-то, дошло, что друг с силой бьет по чему-то железному. Судя по всему, по своей машине.

- Дэн, что от меня-то нужно? - Святослав остановился у стола, почти догадываясь, какая именно просьба последует.

- Слав, ты не мог бы съездить к Наташе, а? Просто, слушай, - Денис говорил очень напряженно. - Я понимаю, что странная просьба, но я очень не хочу, чтобы она выходила из дома в три часа ночи. Да и потом, я пообещал, что сам приеду, привезу это лекарство, а эта дурацкая тачка, - он пробормотал еще одно ругательство. - Я уже готов такси вызвать, ей Богу, да боюсь, что она не дождется, пойдет сама в аптеку.

Святослав тяжело, но беззвучно выдохнул.

Черт! Ему совершенно не хотелось никуда ехать. Тем более, к Наташе, которая снилась ему первую половину ночи, пока он еще мог спать. И не было у Славы уверенности, что Денис обращался бы к нему с подобной просьбой, если бы узнал содержание тех снов.

Такая просьба чересчур походила на тонкое издевательство, пусть и неосознанное, когда манят тем, что никогда не заполучить, позволяя ходить рядом, но не трогать, даже кончиком пальца.

Он закрыл глаза и придавил веки пальцами, прогоняя нахлынувшие картинки своего недолгого сна. Какой бред. Ну, о чем он думает?! Словно бы не знает, что будет дальше.

В голове, привычно, зазвучала, до костного мозга въевшаяся фраза: " ты ненормальный? Да с таким, как ты, любая девушка может быть, только если лучше никого нет рядом!".

Святослав одернул себя. В конце концов, Дэн его просто просил таблетки отвезти. А то, что Наташа ему сильно понравилась, не имело значения. Как и то, что он знал, ни к чему такое увлечение не может привести. Это его проблема, в конце концов, не стоило поддаваться соблазну и позволять себе так общаться с ней.

- Слав? - Денис по-своему истолковал его вздох. Хотя, нельзя сказать, что общую суть друг не уловил. - Я понимаю, что никому не захотелось бы выбираться в три часа ночи по такому холоду ради того, чтоб отвезти таблетки человеку, которого и знаешь-то два дня. Но мне больше некого попросить. Точнее, других, я не рискну просить об этом. Не знаю, как она отреагирует. А вы...- Денис вдохнул, - вы вроде нашли общий язык утром. Пожалуйста, Слав, выручи. Я не забуду.

Объяснения Дэна мало что прояснили, скорее еще больше добавили непонимания.

Но одно Слава знал точно - он понимал, какой может быть боль в ноге, чтобы рискнуть выйти в аптеку ночью. И искренне сочувствовал Наташе. Она не заслуживала того, чтобы мучиться от боли, когда он мог ей помочь.

- Адрес скажи, - смирившись, он направился к двери в гараж.

- Спасибо, Слав, - Денис облегченно выдохнул, - Я ей позвоню, предупрежу.

- Угу, - невнятно пробурчал Слава, натягивая куртку и запоминая номер дома и название улицы, на которой жила Наташа.

Он добрался через десять минут, на дорогах никого не было. Осторожно заехал в незнакомый двор, припарковался. Выйдя из машины, Святослав поднял голову, осматривая темные окна. Горело одно единственное. Судя по тому, что оно располагалось на четвертом этаже - это и было окно Наташи.

Ощущая себе все более странно и немного неловко, Слава пошел к ее подъезду. По такому поводу он еще не приезжал к женщине, однако. Особенно к той, что настолько понравилась.

Пробормотав сквозь зубы проклятие, Слава набрал код на замке двери подъезда, который ему, так же, сообщил Дэн, и зашел в темный коридор.

На его счастье, на первом этаже оказалось только три ступеньки. Радуясь, что его собственные таблетки уже подействовали, и боль в ногах стала вполне терпимой, он крепко ухватился за перила и быстро поднялся.

Лифт, как ему показалось, просто оглушительно грохотал в тишине сонного подъезда, или же это Святослав чересчур вслушивался в каждый звук, испытывая напряжение от того, что находился здесь.

Выйдя на четвертом, он осмотрелся, выискивая пятьдесят третью квартиру.

И удивился, решив, что это тени играют с его глазами - дверь была приоткрытой. Однако приблизившись, он понял, что не ошибся. Поразившись подобной беспечности, Слава настойчиво постучал в дверь, отчего-то, не решившись нажать кнопку звонка.

- Наташа? - негромко крикнул он в неосвещенный коридор, видневшийся через приоткрытую дверь. - Это я...

- Открыто, - донесся до него тихий, немного хрипловатый голос Наташи. Слава, не позволив признаться самому себе, что ощутил нечто, чересчур приятное внутри, от этого звука, толкнул двери и зашел, прикрыв ее за собой. - Заходи, День, - Наташа, прихрамывая, вышла в темный коридор из яркого дверного проема, который Слава определил кухней.

Если честно, он не успел задуматься над тем, почему она ждала брата.

Ведь Дэн должен был ее предупредить.

Но в ту же секунду ему стало не до размышлений, вообще.

Стоило рассеянному, наверное, даже немного потерянному из-за резкой смены освещения в комнатах, взгляду Наташи остановится на нем, как ситуация превратилась в такую, которую Святослав смог бы охарактеризовать только как - чертовски отвратительную.

Это все, что он смог припомнить приличного, когда увидел, как испуганно распахнулись глаза Наты, а тишину квартиры нарушил звон чашки, выпавшей из ее рук.

По странному стечению обстоятельств, керамика не треснула, но вот вода, расплескалась, обрызгивая все вокруг, и его в том числе, мелкими брызгами воды. Впрочем, Святослав не обратил на это никакого внимания, растерявшись от выражения страха, даже ужаса, пожалуй, которое появилось на ее лице.

"Вот черт! Что происходит, кто бы ему объяснил?!"

Наташа смотрела в упор на него, но в то же время, будто бы и не видела.

Казалось, что ее глаза смотрят сквозь Славу, и в них плескался самый настоящий, ничем не прикрытый ужас. В обрушившейся на них тишине, стало отчетливо слышно ее поверхностное, частое, прерывистое и хриплое, почти сиплое дыхание. Покачнувшись, Наташа ухватилась одной рукой за угол стены, а второй как-то странно прикрыла шею.

Но и это движение показалось ему непроизвольным, неосознанным.

Впервые в жизни он столкнулся с тем, чтобы его появление вызвало страх. И просто не знал, что делать.

- Наташа? - как можно спокойнее и тише, стараясь не выдать своей растерянности и не усугубить ее страх, Слава окликнул девушку. - Это я,...

Она вздрогнула, моргнула и он, с облегчением увидел, что ее взгляд стал осмысленным.

Чуть прищурившись, Наташа всмотрелась в него.

- О, Господи! Слава? - теперь обе ее руки вцепились в угол, словно бы у Наташи разом кончились силы, и она вот-вот могла упасть. - Слава?! - опять переспросила она. - Что ты тут делаешь? - глубоко вдохнув, как будто испытывала все это время удушье, которое наконец-то ушло, Наташа всем телом прислонилась к стене, и опустошенно посмотрела на него.

Святослав рискнул приблизиться на один шаг, все еще не имея уверенности, что она сейчас опять не впадет в тот странный ступор, свидетелем которому он был две минуты назад.

И материл в душе Дэна, на чем свет стоит, потому что ни черта не понимал в происходящем!

- Меня Денис попросил тебе таблетки привезти. У него машина не заводится, - все тем же ровным, тихим голосом, объяснил он, сделав еще шаг в ее сторону. - Он должен был позвонить, предупредить. Наташа..., - он замолчал, не совсем уверенный, что стоит спрашивать. Но все же уточнил, - с тобой все нормально?

Она странно посмотрела на него, а потом хрипло рассмеялась, обхватив себя руками за плечи. Почему-то, от звука ее смеха мороз прошел по коже Славы.

- Нормально? Да..., - она неуверенно облизала губы, и помотала головой. Слава заметил, что ее кожа блестит от испарины. Черт. Черт. Черт! Да что же с ней? Не боль же в ноге была причиной подобной реакции, в самом деле? - Нормально, - Наташа опять глубоко вздохнула. - Кажется. Просто, - она нервно взмахнула руками. - Я тебя в темноте не узнала, ты такой высокий, и большой, и..., мне показалось, что это другой человек. Незнакомый, - она говорила как-то путанно, пряча глаза. - Не обращай внимания, Слав, у меня..., - Ната опять умолкла на минуту, и прикусила губу. - У меня бывают приступы паники, - наконец, произнесла она, так и не посмотрев на него.

"Ага. Приступы паники. Как же. Так он и поверил".

Может Святослав и был инвалидом, но точно не идиотом.

Конечно, паника присутствовала явно. Но у нее, совершенно определенно, имелась реальная причина.

Взгляд, отчего-то, зацепился за ее напряженные, бледные пальцы, которые цеплялись за стену. Она, проследив за его глазами, резко отдернула руки от обоев и сцепила пальцы перед собой.

- Денис не звонил, - невпопад проговорила Наташа. - В смысле, не перезванивал, насчет тебя.

- Я уже понял, - Святослав продолжал внимательно изучать ее лицо, не зная, что делать дальше.

Почему-то, каждая деталь сегодняшнего дня, каждый момент, который еще пару часов назад он вспоминал только, как возможность подумать о ней, предстали перед Славой в новом свете.

И ее настороженные взгляды в сторону парней в бассейне, и непонятное поведение Дениса утром. И вот эта странная просьба, со всеми его путанными объяснениями.

Но Святослав не имел уверенности, что стоит о чем-то спрашивать. Сейчас, так точно.

- Вот, - он протянул упаковку аналгетика, которую все эти несколько минут, показавшиеся ему часами, сжимал в напряженных пальцах. - Таблетки, - и сам не поняв зачем, уточнил Слава.

- Спасибо, - все еще опираясь на стену, Наташа скованно наблюдала, как он медленно и осторожно подошел еще ближе, чтобы положить лекарство на небольшую полочку.

- Наташ, ты как? - он внимательно присмотрелся к ней, оказавшись всего в двух шагах, раздумывая о том, не нужна ли ей более серьезная помощь. И, если честно, пожалел о том, что всмотрелся.

Более того, обозвал себя, как только мог.

Потому что, даже сейчас, видя, что ее всю еще трусит от пережитого страха, не смог не обратить внимания на то, что на Наташе надета только хлопковая майка, мало что скрывающая от его глаз, да хлопковые же пижамные штаны.

А, чтоб его! Надо уходить.

Святослав реально оценивал ситуацию и был очень недоволен собой и своей реакцией. Но почему-то, тело совершенно не слушалось разума.

К тому же, Наташа выглядела настолько трогательной, беззащитной. Хотелось прижать ее к себе, и нежно погладить по плечам, по этим смешным, растрепанным волосам. Без всякой задней мысли, просто, чтобы успокоить. Дать чуточку своей силы.

Только это не было лучшим решением.

- Пей по одной таблетке не чаще трех раз в день, - пробормотал Святослав, резко отведя глаза. И нахмурился, услышав, что его голос стал низким, и почти таким же хриплым, как ее. Только, определенно, по совершенно иной причине. - А вообще, думаю, дня через два тебе станет легче. И в субботу уже сможешь танцевать на вашем Новом году, - он заставил себя сглотнуть и проговорил это все, так и не посмотрев на нее. - В общем, прости, что так напугал. Дверь была открыта...

- Да, я заранее открыла, чтобы не бежать к Деньке, нога болела,... сильно, - с перерывом проговорила она, как будто хотела объяснить.

Он кивнул, но в упор рассматривал узор на стене.

Почему-то, ему показалось, что воздух стал плотным. Настолько, что едва проталкивался мышцами его горла в легкие.

- Я пойду, пожалуй, - продолжая изучать какой-то дурацкий цветочек, сказал он. - И..., прости, серьезно, я не думал, что так выйдет.

- Слава, - он застыл, почувствовав, как ее тонкие, ледяные, влажные пальцы обхватили его ладонь. И не хотел, а не удержался, перевел глаза на лицо Наташи. Она пыталась улыбнуться. Очень пыталась.- Может, ты кофе хочешь? - едва ли не с отчаянием спросила Наташа, так и не отпуская его руку.

Святослав опять растерялся.

Он был уверен, что она меньше всего хотела бы сейчас находиться рядом с тем, кто настолько напугал ее своим появлением. Пусть и ясно, что Наташа не конкретно его испугалась. Однако...

- У меня и дома карамель есть, - с вымученной улыбкой пробормотала Наташа, видя, что он не отвечает. А потом закусила губу. - Господи! Что я мелю. Три часа ночи, а я тебе кофе предлагаю. Прости, - Наташа покачала головой. - Ты, скорее всего, просто спать хочешь. И так, из-за меня из дому выбрался.

Ему показалось, что она вся ссутулилась, словно стала еще миниатюрнее и тоньше, чем и так была.

И у Славы все сжалось внутри от непонятного, ничем не оправданного желания прижать ее к себе и успокоить, защитить, сказать, что ей нечего бояться - он рядом.

Только вот, откуда это стремление? Да и потом, ему же уходить надо...

В этот момент зазвонил его телефон, то ли спасая Славу от ответа, то ли мешая понять...

Наташа вздрогнула, не заметив, что так и продолжает держать его за руку. Святослав вытянул свободной рукой аппарат, и едва не с облегчением увидел там имя Дениса.

- Слава! Ты где? - Дэн нервничал еще сильнее, чем во время прошлого звонка. - Я не могу до Наташи дозвониться, у нее что-то с телефоном.

"Ага, он это уже понял".

- Я уже приехал, - скупо ответил Святослав, почему-то, не в силах отвести глаза от ее пальцев, бледными штрихами выделяющиеся в полутьме коридора, на фоне его, более смуглой коже. - Я у Наташи.

Наверное, что-то было в его голосе.

Во всяком случае, Денис на секунду замолчал, а потом выругался настолько грубо, что Слава даже скривился.

- Она испугалась, да? - Дэн тяжело вздохнул.

- Думаю, можно и так сказать, - попытался Слава уйти от употребления конкретных слов в ответе. В конце концов, Наташа стояла рядом и слушала их разговор.

- А, черт! Я так хотел ее предупредить, - Денис, определенно, сильно расстроился. - Дай ей телефон, пожалуйста.

Не споря, Святослав протянул трубку Наташе.

- Это Денис, с твоим телефоном что-то не так, - пояснил он ей.

Она кивнула и взяла предложенную трубку.

Так и цепляясь за его руку.

- Привет, День, - голос Наташи звучал вымученно. Но она, определенно, пыталась показать брату, что ей лучше, чем было на самом деле. - Не выдумывай. Не надо такси. Подумаешь, испугалась. Ну, не узнала я Славу в темноте. Да ничего не будет, - чем шире Наташа улыбалась, тем сильнее ее пальцы сжимались на его руке. Как будто, она нуждалась в силе, и брала ее у Святослава.

Но он был не против. На здоровье. Слава хотел, чтобы она успокоилась.

Было что-то чертовски неправильное в том, что такой хороший человек, как Наташа, испытывала настолько сильный страх. Это злило Славу.

А понимание того, что имелся кто-то, кто этот страх в ней зародил - превращало злость в гнев. И у него не было никакого объяснения для такой силы своей ярости.

- Да все нормально будет, Деня, серьезно, - Наташа продолжала убеждать брата. Но будь он на месте Дэна - ни капли бы не поверил ее словам. - Да, что тут осталось до утра? Три часа. Я пересижу. Не маленькая же, - он ощутил легкую боль, когда ее короткие ногти впились в его пальцы.

Но Святослав даже не поморщился.

Это было не чувствительней укола булавкой по сравнению с тем, что он выдерживал каждый день. А ей, может быть, станет легче.

- Да, я его больше напугала, - Наташа нервно рассмеялась, и Слава понял, что она говорит о нем. - Еще и растерялась, начала Славу на кофе приглашать, в три часа ночи, - она что-то еще говорила брату, но Святослав перестал слушать.

Ему не хотелось кофе, если честно. Хотелось уехать домой, подальше от всей этой странной, непонятной и непростой как для нее, так и для него ситуации. Пусть причины их напряженности и были разными.

Вот только, глядя на ее бледные пальцы, Святослав понял, что останется на кофе.

Внезапно, до него дошло, что больше всего, что уже произошло, Наташа боялась остаться в одиночестве своей квартиры. И это приглашение - было ее попыткой скрыть свою слабость за вежливостью.

Он, как никто другой знал, сколько надо вывернуть в душе, чтобы признать собственную слабость перед другим человеком.

Навязчивые, настырные слова из прошлого, не в первый раз за вечер, всплыли в памяти: "...только, если никого лучшего нет рядом...".

Что ж, не похоже, чтобы кто-то лучше имелся в этот момент в наличии. Возможно, сейчас и он сможет Наташе чем-то помочь.

Протянув руку, Слава настойчиво забрал у нее телефон, так, что она не успела ничего возразить.

Денис, не видя этого, все еще продолжал разговор с сестрой:

- Я приеду, Ната, даже не спорь. Сейчас такси вызову...

- Не надо, Дэн, - ровным голосом проговорил Слава в трубку, но смотрел при этом в глаза Наташи, перехватив руку таким образом, чтобы держать ее пальцы в ладони, согревая. - Я посижу тут, меня на кофе пригласили, в конце концов. А Наташа его готовит лучше меня. Так что грех упускать возможность.

Денис, как ему показалось, выдохнул с облегчением.

- Спасибо, Слав, я твой должник. Не знаю, сколько бы такси сюда сейчас ехало. Спасибо, - тихо, но с такой признательностью в голосе проговорил он, что Слава даже не ожидал.

- Да ладно, я больше вас всех выиграл, - попытался он хоть немного развеять напряженность и рассмешить брата и сестру, которые слушали его по оба конца телефонной связи. - Мне все равно не спалось. А теперь я еще и хороший кофе попью в прекрасной компании.

- Я не забуду это, Слав, серьезно, - еще раз поблагодарил Денис.

Святослав попрощался и нажал на отбой.

И внимательно посмотрел в глаза Наташи, которая, казалось, немного успокоилась, когда поняла, что не останется в одиночестве.

- А спросить о шоколаде, будет очень нагло? - с открытой усмешкой поинтересовался он у нее, пряча телефон.

Наташа моргнула пару раз, растерянная его вопросом. И тут ее губы начали медленно растягиваться в невольной ответной улыбке.

- Шоколад? - переспросила она, тихонько хихикнув. - У меня есть коробка конфет, подойдет?

Он серьезно кивнул.

- Хорошо, но я помню, что ты пообещала мне кофе с карамелью, - поддел Слава ее. - Одно, другого, надеюсь, не исключает?

Она рассмеялась, уже совсем не сдерживаясь.

- Ты и правда, так любишь сладкое? - Наташа немного удивленно покачала головой.

Святослав же только развел руки, признавая такую склонность за собой.

- Пошли, - она развернулась и, прихрамывая, зашла в кухню, - можешь хоть всю коробку сам съесть.

- На это я и рассчитывал, - прихватив лекарство, ради которого, собственно, и приехал, Святослав пошел за ней.