Cold touch

   Парень по имени Жан, после десяти часов утра приносит в морозильном контейнере пакетики с донорской кровью, получает деньги, и уходит. Он вампир, и он француз, поэтому меня сразу же начинает тошнить от него, но я стараюсь быть милой, ведь он принес нам еду. Люк говорит, что этот Жан Леой Бужье его давний знакомый, и он всегда затаривает парней кровью если им лень идти на охоту. Мы завтракаем, если высасывание крови из пакетиков можно так назвать, и я набираю Бену, чтобы узнать как у него дела. В дверь звонят, и Хеммингс идет открывать, пока Бен рассказывает мне о своем новом доме, который ему достался почти даром.
   Слышу, как Люк открывает входную дверь, и в нос ударяет запах человеческой крови.
   "Господи, что это такое?" "Вот чем занимается наша дочь вместо того, чтобы учиться" "Я поставил машину на сигнализацию?" "Это Калум, или уже какой-то другой мальчишка, что портит Кристалл?" - мысли моих родителей слишком громкие, чтобы их не услышать с другой комнаты, и я чувствую, как мои ладошки вспотели.
   Они не должны здесь быть. Я опасна, и я боюсь.
- Бен, я...я перезвоню, мои родители неожиданно решили меня навестить, - говорю парню, крепко сжимая телефон в руке, и слышу как он нервно дышит.
- Черт, выпроводи их лучше. Люк ведь с тобой? Находись ближе к нему, и желательно вообще не подходи к родителям, это опасно. Блять, ты еще не совсем можешь себя контролировать.
- Бен, я была рядом со своими друзьями, и они люди. Мне конечно сложно, но я не убила их, и мы хорошо проводим время вместе, так что все не так плохо, - я пытаюсь успокоить не парня, а себя, потому что боюсь, что мной может овладеть паника.
- Родители это другое. Вы связаны кровью, родственные души и все такое, понимаешь? Ты будешь желать их крови сильнее чем чьей - либо другой, ты слаба перед ними, Крис.
- Л-ладно, я постараюсь что-то придумать, спасибо. Позвоню позже, - даже подумать не могла, что все настолько паршиво, и я все сильнее и сильнее слышу пульс мамы, хотя она ведь еще далеко от меня. Наша связь действительно не такая как с другими людьми.
- Хорошо. Контролируй себя, а главное, будь ближе к Люку и не оставайся в комнате с родителями одна, - слышу гудки, и запихиваю телефон в карман штанов.
Страшно.
- Кристалл, милая! - мама расставляет руки, чтобы принять меня в объятья, но я отхожу назад, и больше всего на свете хочу почувствовать поддержу от Люка.
- Привет, мама, папа, я заболела, так что лучше не подходите ко мне слишком близко, - улыбаюсь, но это тяжело, ведь мое тело ноет из-за жажды. Я недавно ела, но сейчас я словно изголодавшее животное, которое видит перед собой кусок мяса. - Что вы здесь делаете?
- Вообще-то мы проездом. Приехали в Сидней по делам, но как не заехать к дочке хоть на пару часов? Как Италия? Ты так мало рассказала мне по телефону, - мама улыбается, но потом Люк кашляет, и она вспоминает о нем. - "О, ну вот, и почему этот еще не ушел домой? Что он вообще здесь делает утром, и с таким ужасом на голове?" - слышу мамины мысли, и хочется накричать на нее, потому что никто не имеет права что-то плохое говорит в адрес Люка.
- Мам, пап, это Люк, мой парень, и я сразу хочу напомнить вам, что мне 20 лет. Я уже взрослая, могу встречаться с парнем которого люблю, и надеюсь, вы это понимаете.
- Да, конечно, Люк, я надеюсь, ты хорошо обращаешься с моей дочерью. И не обижай ее, - папа улыбается, и мне хочется обнять его, но я стою на месте.
- Может напоишь нас чаем? "Могла выбрать себе более достойного парня. В одежде вкуса нет, парней выбирать не может, а я ведь ее воспитывала" - противно слышать мысли матери, и я чувствую, как ком подходит к горлу. Она не может так думать о нем, или обо мне. Я думала, что мы с ней все решили, и теперь она перестанет меня так опекать и критиковать. Мама стала меньше говорить всякие гадости которые понижают мою самооценку, и заставляют меня плакать, но она оказывается не смирилась с этим, и не приняла меня такой какая я есть, а просто не говорит мне всего дерьма.
"Люк, помоги, мне тяжело здесь стоять. Я сейчас сорвусь, пожалуйста" - Люк смотрит на меня, когда слышит мои мысли, и идет ко мне мимо родителей. Его пальцы сплетенные с моими, и его запах рядом, немного успокаивают, но совсем немного. Кажется, что я способна сейчас вырваться из своего тела, из-за такой жажды крови, или упасть в обморок.
- Давайте я сделаю чай. Кристалл не хорошо себя чувствует, поэтому я сейчас с ней, чтобы приготовить куриный бульон и заставить выпить все прописанные врачом таблетки, - парень спасает меня, он спасает каждую клеточку моего тела, и он спасает моих родителей.
- Вам лучше быстрее уйти, не хочется вас заразить гриппом, - говорю, и наблюдаю за матерью, которая рассматривает кухню.
"Эти картины здесь совсем не к месту, и портьеры не подходят. В который раз убеждаюсь, что у моей дочери нет вкуса" - мамины мысли будто больно бьют в живот, и меня тошнит из-за жажды. Злоба скапливается во мне, словно атомы собираются вместе, и я могу взорваться. Я боюсь сделать то, о чем буду жалеть, но не могу держаться.
- Не переживай за нас, мы всегда принимает витамины, так что никакой вирус нам не страшен, - папа садится за стол, и я удивляюсь, как ему удалось изменить свое отношение ко мне. Раньше он был таким же строгим как мама, но я рада, что он изменился в лучшую сторону.
- Сколько вам сахара? Как вы доехали до Сиднея, без происшествий, надеюсь? - Люк пытается сбавить напряжение, но ему не удастся это сделать, ведь мама выводит меня своими мыслями.
- Без сахара, и чай зеленый. Кристалл, у тебя есть температура? Где ты умудрилась простудиться? - мамин голос больше похожий на командный, и я тихонько сижу на стуле, скукожившись, чтобы как-то себя держать. Мне нужно выгнать их, но я не знаю, как это сделать, ведь единственная причина тому, чтобы они ушли была моя выдуманная болезнь. "Что за майка на ней одета? Спутанные волосы, искусанные губы, на кого она похожа?"
   Я подрываюсь со стула, и откидываю его, сразу же чувствуя руки Люка на своей талии. Она вывела меня, я не способна сдерживать себя, я просто еще не сильная, и я не могу.
- Тише, детка, успокойся, - Люк обнимает меня, но я слышу как бьются сердца родителей, чувствую запах их крови, и Люк мне не может помешать.
- Нет, я хочу, Люк. Я не могу больше терпеть, - отталкиваю парня, и мама ахает, когда я за долю секунды оказываюсь рядом с ней.
- Господи, что это? Кристалл! Это наркотики, да? Что с твоими глазами! - мама кричит, и я глубоко вдыхаю, готовясь попробовать ее кровь. Знаю, что она сладкая, и самая лучшая, которая только может быть. Закрываю глаза, и выпускаю клыки, но меня сносит Люк, и я отлетаю перекидывая небольшой обеденный стол. Деревянный стул оказывается на мне, я откидываю его, и пытаюсь подняться, с горы, которая получилась из стола, стульев, и фруктов, что ранее лежали на столе.
- Успокойся немедленно! Ты не имеешь выбора, ты должна остановиться, потому что никогда себе не простишь этого! - Люк кричит, его глаза черные, и он еще никогда так не кричал на меня и не злился. Я боюсь саму себя, но желание крови сильнее всего остального. Просто нужно хотя бы попробовать. Хоть капельку, нужно почувствовать какая она на вкус. - Сделайте себе чай, поговорите о чем-то приятном, и подождите, пока мы с Кристалл вернемся. Поведение вашей дочери вам не обязательно помнить, не так ли? Все хорошо, и кстати я вам очень понравился, я ведь хорошая кандидатура для Крис, - Хеммингс говорит с моими родителями, и они начинают улыбаться, а после мама идет к чайнику, и включает его.
Люк закидывает меня себе на плечо, и я пытаюсь вырваться, потому что хочу их крови.
Я. Хочу. Крови. Своих. Родителей.
- Все, тише, детка, ты должна успокоиться, - парень заносит меня в ванную комнату, и ставит на ноги только тогда, когда мы оказываемся в душевой кабинке. Включает холодную воду, и я рада, что не чувствую всего холода, рада, что мне не холодно. - Давай, приди в себя, принцесса, - мы стоим под напором холодной воды, и я начинаю плакать, когда понимаю, что едва не убила самых родных для меня людей.
- Я...Люк, Господи, - плачу, и падаю, потому что ноги меня подводят.
- Все в порядке, но ты меня безумно испугала, - Люк целует мое лицо, вытирает пальцами слезы смешанные с водой, и снова меня целует. Это так страшно, быть такими монстрами какими являемся мы, и я хочу просто провести вечность в его руках, а не убивать.
- Если бы не ты, я бы убила их, понимаешь? Я ненавижу себя, - обнимаю парня, и утыкаюсь носиком в его мокрую футболку.
- Не стоит себя ненавидеть, потому что я тебя люблю. Я буду тебя любить за нас двоих, и буду оберегать тебя, детка. Ты скоро станешь сильнее морально, и нам станет легче, а пока нужно бороться, и слушать меня. Слушать меня, а не отталкивать к стене, - Хеммингс смеется, и я люблю его смех, так же как и все остальное в нем.
- Спасибо, Люки. Ох, а сейчас нам надо туда вернуться. Ты сделал так, что мои родители не помнят о моем срыве, да? Но еще ты внушил, что ты им понравился, и ты такой гаденыш у меня, что я хочу тебя сильнее обнять. А потом хочу целовать, целовать, и не отпускать.
- Ты не против, что я решил сделать себя подходящей кандидатурой для тебя в глазах твоего отца и матери? - наши губы соприкасаются в коротких, мокрых поцелуях, и это словно тепло расплывающееся внутри меня.
- Я только "за", и тем более маме ты не очень понравился. Ей никто не нравится, даже я, так что не стоит удивляться.
- Я и не удивляюсь. Главное, что я тебе понравился.
***
   Я мою чашки и убираю со стола, после того, как мои родители уехали, и я безумно рада, что больше не чувствую запаха их крови. Мама была так мила с Люком, что это выглядело даже немного страшно, но по крайней мере ей он нравится. Хоть и не по-собственной воле, но это уже другая история.
- Чем ты хочешь заняться? - парень входит на кухню с банкой колы в руке, и крутит ее, а я надеюсь, что он случайно не разольет все содержимое на пол.
- Нечем. Хочу сходить к психологу, а после надеть смирительную рубашку, - говорю серьезно, и Люк подходит ближе. Жду, когда он меня обнимет, или скажет что-то, что поднимет мое настроение, но он молчит.
   Выключаю воду, вытираю чашки, и иду мимо Хеммингса до последнего надеясь, что он меня остановит и прижмет к себе. Почему он не делает этого? Всегда было по-другому, а сейчас что-то случилось, и я хочу расплакаться. Я слабая, и я хочу плакать в его руках, но Люк меня не касается. Слышу, как входная дверь хлопает и это значит только то, что ОН ушел. Я его испугала своим срывом, и он больше не хочет меня видеть, или может, я ему противна теперь?
   Ложусь на кровать в позу эмбриона, и я словно мерзну, потому что я одна. Он не говорил со мной, не обнимал, он ушел и он не со мной. Я боюсь такого поведения от парня, я боюсь его потерять, но ведь он меня любит, а то, что сейчас происходит это...я не понимаю что происходит.
   Горячие слезы катятся по холодным щекам, я сжимаю мокрую от слез подушку в руках, и обнимаю ее. Получается, что больше некого обнять. Всхлипываю, и лезу под плед, чтобы накрыться с головой и спрятаться. Одеяло запутывается в ногах, я не могу полностью вытащить его из-под своего тела, но я пытаюсь, и все же оказываюсь укутана в нем с головой. Меня трусит, и кажется, что это маленьких приступ паники, потому что дышать становится тяжело. Начинаю скидывать плед, и хватаю ртом воздух. Помогает, и я закрываю глаза, больше не желая даже двигаться.
   Чувствую запах Люка, и слышу шорох за дверью, но он ведь ушел. Я слышала, как он ушел, а это значит, что у меня проблемы с восприятием действительности.
- Детка, - шепчет Люк, и я словно начинаю снова дышать, так как раньше, без задышки и боли в груди. - Смотри, - парень садится на кровать у меня за спиной, но я не поворачиваюсь к нему. Приятный аромат ударяет мне в нос, и ради интереса я все же разворачиваюсь. - Ромашки, - Люк протягивает мне охапку белых цветочков, и они прекрасные, самые прекрасные цветы, которые я когда либо видела. - Прости, что ушел, я просто хотел что-то сделать для тебя.
- Если бы ты меня обнял, ты бы уже достаточно сделал, - слезы катятся по щекам, и Хеммингс двигается ближе, чтобы вытереть мои мокрые щеки. Он губами собирает слезы спускаясь к подбородку, и когда касается моих губ, я улыбаюсь. Я не могу не улыбаться, потому что он рядом. Снова рядом со мной. Я запускаю пальцы в блондинистые волосы, и жадно сминаю родные губы. Я так сильно его люблю.
- Прости, принцесса, я хотел сделать что-то большее. Я купил пингвина, - Люк поднимает с пола большую мягкую игрушку, и я смеюсь, потому что парень приглаживает рукой чуб у пингвинчика, и обнимает его. - Смотри какой классный. Как мы его назовем? - Люк протягивает мне игрушку, и я обнимаю ее, а меня обнимает Люк.
- Не знаю. Ты у нас лучше разбираешься в пингвинах, так что ты должен знать как принято называть их, - улыбаюсь, и откладываю букет ромашек на край кровати.
- Эм, ну...думаю, его можно назвать Бонни, или Марви. Как тебе?
- Марви звучит лучше. Это точно парень?
- Не знаю, но я по глазам вижу что это самец, - опускаю голову, и борюсь с улыбкой, потому что мои скулы начинают болеть, но я люблю чувствовать такую боль. - Ложись со мной, детка, - Люк ложится на кровать, подминая под голову подушку, а я кладу голову на его грудь, и обнимаю парня так сильно, как только могу. - Прости, я видел как тебе тяжело, но мне казалось, что нужно что-то милое для такой прекрасной девушки как ты, а не мои объятья.
- Ты глупый, Люк. Ты не обнял меня, ничего не сказал, и ты просто ушел. Я уже столько всего себе надумала, понимаешь? Я так боюсь потерять тебя, а тут ты берешь и уходишь.
- Я больше не сделаю так, прости, милая. Я правда думал, что я не смогу сделать твое состояние лучшим.
- Ты всегда делаешь мое состояние лучшим. И мою жизнь, и меня, и все это дерьмо в котором я увязла с тобой кажется не таким уж и кошмарным. Ты для меня все, и не оставляй меня так больше.
- Нет, не оставлю.