Глава 16
Мы идем по улицам, которые освещают фонари, и я не могу не смеяться, слыша шутки Люка. Он обнимает меня за талию, иногда щекочет, и я чувствую себя счастливой с ним. Мы находим круглосуточный супермаркет, и Хеммингс покупает нам сырные палочки, несколько шоколадных батончиков, и колу.
- Хочешь я покажу тебе место, где мы с парнями можем в полной мере насладиться красотой ночного города? - Люк целует меня в макушку, когда мы выходим на улицу, и я расплываясь в улыбке, активно машу головой. - Тогда залезай ко мне на спину, и мы побежим.
- Побежим? Ты имеешь ввиду быстро побежим? - я хмурюсь, но все же запрыгиваю на спину Хеммингса, и обхватываю ногами его торс.
- Мы очень быстро побежим, принцесса, - парень хихикает, и я руками обнимаю его за плечи, надеясь, что я не улечу и не потеряюсь по дороге. - Ты готова?
- Нет, - смеюсь, и пищу "поехали" после чего Люк начинает бежать. Перед глазами проскальзывает все очень быстро, и свет горящий в витринах, или свет фонарей кажется просто полосами ярко-желтого цвета.
Ветер бьет в лицо, и я опускаю голову, потому что глаза слезятся а щеки горят, но руки Люки на моих ногах, заставляют чувствовать себя лучше. Мы останавливаемся перед небоскребом, и мне приходится сильно задрать голову вверх, чтобы увидеть где заканчивается это здание, но это трудно.
- Почти на месте, - говорит Люк, и он идет ко входу. Это жилой дом, один из самый солидных в городе, и я бы хотела здесь жить. Парень достает ключ-карту из кармана, и мне хочется узнать откуда она у него взялась, но я оставляю это на потом.
Мы едем в огромном лифте с зеркалами, в нем приятно пахнет, и меня веселят цветные кнопки, горящее на циферблате.
В тишине мы поднимаемся на последний этаж, и Люк сплетает наши пальцы выходя с лифта. По ступеням идем на крышу, где воздух намного холоднее чем я ожидала, но красота Сиднея завораживает меня.
- Пойдем к краю. Ты не боишься высоты? - Люк ведет меня к краю крыши, и я думала, что не боюсь высоты, но это слишком высоко для высоты которой можно не бояться.
- Немного страшно, если честно, - сажусь на кирпичное ограждение, и крепко хватаюсь за камень, ища хоть какую-то опору руками.
- Не бойся, детка. Просто посмотри вокруг. Смотри, - Хеммингс обнимает меня, и перекидывает ноги через ограждение, находясь почти под пропастью. Он показывает пальцем вдаль, и я любуюсь ночью, которая окутала город, любуюсь фонарями, прожекторами, и темнотой.
- Здесь прекрасно, - шепчу, и решаюсь перекинуть одну ногу, ближе прижимаясь к Люку.
- Я тебе говорил, что Эштон себя плохо чувствует?
- Нет. Разве вы можете себя плохо чувствовать? - я беспокоюсь за Ирвина, и перебираю в мыслях варианты, что могло с ним случиться.
- Сегодня на охоте ему не повезло, и он попробовал кровь тетки, которая просто пропитана вербеной. Она скорее всего постоянно пьет чай с вербеной, типо для нервов полезно, для здоровья, и Эш теперь валяется дома.
- Как он себя чувствует? Это сильно плохо? - хочется позвонить Эштону и спросить как он, и я обнимаю себя руками, потому что тревога за него растет внутри.
- Это не страшно, просто сейчас он немного ослаб, и попек себя. Утром будет как новенький, не беспокойся, - Хеммингс целует меня в нос, и я улыбаюсь ему.
Я жалею, что не взяла с собой курточку, потому что здесь безумно холодно, но мне нравится проводить время с Люком, и тем более из-за его холода я стала закаленной, что мне уже даже Антарктида нестрашна.
- Я бы хотел почувствовать вкус шоколада. Я совсем не помню его, к сожалению. Я сейчас ем словно шоколад разбавленный с водой, и эта вода впитала в себя большую часть сладости, - когда мы едим шоколадные батончики, Люк поворачивается ко мне, и говорит то, что внутри его. Я хочу знать каждую мелочь, хочу значь, что он чувствует, и мне важно, что он открывается.
- Если бы я могла загадать желание, я бы хотела, чтобы ты мог почувствовать вкус еды, и поспать, и еще много чего. Я бы легко могла потратить все свои желания на тебя. Если бы они у меня конечно были, - сжимаю губы, и кладу свою голову на плече парня.
- Спасибо. Это важно для меня, ты же знаешь? А я бы все желания потратил на тебя.
- Жаль, что у нас нет такой возможности, загадать любое желание, и чтобы оно исполнилось.
- Может быть и есть, кто знает, - мы молчим следующие пять минут, и это не напрягает.
- Ты когда-то любила? - вопрос Люка неожиданный, и я пытаюсь вспомнить кого-то, кто сильно засел в моем сердце.
- Как только я переехала сюда в 17 лет, я была правильной девочкой, и никогда не засматривалась на парней, в то время, как мои ровесницы встречались, влюблялись, трахались, и думали о всякой херне. В моей группе, в университете есть парень, в которого я влюбилась с первого взгляда, и он казался для меня сыном Зевса, или каким-то принцем, не знаю, - смеюсь, вспоминая свои глупые сравнения, но все же это немного неприятно.
- Вы были вместе?
- Почти были. Он не обращал на меня внимания, потому что я была серой мышкой, была такой какой меня хотели видеть родители, но я изменилась. И он пригласил меня на свидание, знаешь...я думала, что самая счастливая, и все такое. Он целую неделю дарил цветы, приглашал гулять, а потом захотел меня трахнуть на заднем сидении своего Ровера, - немного противно становится от этих воспоминаний, и я помню, как противны мне были его прикосновения.
- Продолжай.
- Он почти сделал то, что хотел, потому что он был сильным, накачанным, и я не имела шансов вырваться. Так получилось, что у него зазвонил телефон, и я успела сообразить. На следующий день он рассказал всему университету, что я отдалась ему как грязная шлюха, и он трахал меня, заставляя меня стонать, и тогда я думала, что не выдержу этого.
- Вот тварь. Если хочешь, я могу его убить, - Люк хмурится, и я беру его за руку, чтобы успокоить.
- Не нужно, он свое уже получил. А потом я решила не умирать и не страдать из-за него, и просто пошла к гинекологу. Он сделал документ, что я еще святая и непорочная девочка, а после этого, я показала этот документ всем кто повелся на бред Эрона. Потом его засмеяли и смешали с дерьмом, потому что никто не любит высокомерных врунов.
- Что с ним сейчас?
- Ничего, он изменился, и стал совсем неплохим парнем. Мы перестали ненавидеть друг друга, но я сильно не общаюсь с ним.
- Почему его никто не убил? Никакой ублюдок не имеет права обижать мою девочку, - Люк стонет, словно маленький ребенок, и я смеюсь, удивляясь как он может быть таким невероятным. - Нам пора наверное. Ты замерзла, и тебе уже скоро нужно вставать.
- Не хочу. Не хочу оставаться без тебя, и я готова не спать, только бы быть с тобой.
- Я останусь с тобой до утра, и разбужу тебя поцелуями вместо будильника. Хочешь этого?
- Хочу, - улыбаюсь, и обвиваю руками его шею, чтобы притянуть ближе для поцелуя.
***
Я открываю глаза, и чувство легкости появляется внутри, когда я вспоминаю нашу ночную прогулку. Поворачиваю голову, и вижу Люка, который сопит, и я бы хотела, чтобы он спал. Как обычный парень, но он не спит, и через пару секунд уже сморит на меня глазами цвета изумруда.
- Ты помнишь, что ты не хотела вставать, принцесса? - я сразу же вспоминаю, как меня будил Люк, и тянул за ноги, чтобы я собиралась, но ему это видимо не удалось, раз я сейчас в теплой постели а не на паре.
- Тебе нужно было лучше стараться, - хихикаю, и придвигаюсь ближе к парню.
- Я старался, но потом подумал, что если ты никуда не пойдешь, то мы сможем провести этот день вместе, - Хеммингс сгребает мое тело в охапку, и целует мои плечи.
- Мне нравится эта идея, - хихикаю, потом провожу рукой по голому торсу Люка, и нечаянно касаюсь возбужденного члена. В низу живота сразу начинает завязывается узел, и Хеммингс убирает мою руку подальше от боксеров, перекладывая ее себе на грудь. - Люк, - шепчу, и снова опускаю руку вниз, потому что я хочу его чувствовать.
- Нет, даже не думай, Кристалл. Твоему телу хватило и того раза, - уверена, что он имеет ввиду мои синяки, но это меня не останавливает.
- А мы не будем заниматься с тобой сексом, - улыбаюсь, и Люк приподнимается, нависая надо мной.
- И что же ты хочешь? - он касается моего живота, и краснею, когда чувствую его пальцы на трусиках. - Как ты можешь быть такой сексуальной, и совращать меня, а потом краснеть, когда я тебя касаюсь?
Я хочу ответить, но парень водит пальцами через трусики, и я тихо стону, хватаясь рукой за его плечо.
- Тебе нравится то, что я делаю? - я машу головой, и он облизывает свои губы, а после целует меня. Слишком горячо и развратно, но это ерунда по сравнению с ощущением, когда Люк пальцем входит в меня.
- Господи, - я стону, и насаживаюсь на палец, надеясь, что он даст мне больше. - Еще, Люк, - Люк послушно вводит второй палец, я тянусь за поцелуем, и вижу, как его глаза становятся черными.
- Ты сводишь меня с ума, понимаешь? Ты не должна этого делать, ты не должна так влиять на меня, но блять ты это делаешь, - он входит тремя пальцами, и двигает ими быстрее, из-за чего я выгибаюсь, закрывая глаза от наслаждения. - Мне нравится как ты стонешь, и если бы я не чувствовал того, что чувствую к тебе, то оттрахал бы до потери сознания, как шлюшку, - его слова сводят меня с ума, и я хватаюсь ногтями за плечи Люка, понимая, что я оставляю там царапины.
Все моментально прекращается, и я не чувствую его пальцы внутри себя, из-за чего хочется плакать. Я хочу спросить почему Хеммингс остановился, но он ехидно улыбается, и поднимает футболку, целуя мой живот. Люк спускается мокрыми поцелуями ниже, и я приподнимаюсь, чтобы посмотреть что он хочет делать, но сразу же об этом жалею. Парень целует клитор, проводит языком по половым губам, и смотрит на меня из-под длинных ресниц, которые обрамляют его глаза.
- Святое дерьмо, - я стону, и хватаюсь пальцами за стянутую простынь, сжимая ее до боли. Я не могу больше смотреть на него, потому что это слишком для моей психики, и просто закрываю глаза, ощущая, как комок оргазма в животе сейчас лопнет. Требуется несколько секунд, и я кончаю, выгибаясь со стоном, и Люк держит мои бедра, не прекращая орудовать языком. Это ощущение заставляет меня хотеть плакать, и этот оргазм, полученный в большей степени из-за горячего языка, просто мешает мне дышать, четко видеть и воспринимать окружающую среду.
- Как ты, детка? - я смотрю на Люка, и после того, как вдыхаю воздух, начинаю приходить в себя. Вижу, что он сжимает свой член через боксеры, и улыбаясь, толкаю парня, чтобы тот лег на кровать.
- Вообще-то это я хотела доставить тебе удовольствие, - облизываю пересохшие губы, и стягиваю черные боксеры, освобождая налитый кровью член.
- Но я думаю, что тебе это понравилось, - он подмигивает мне, и я провожу рукой по члену, и пальцем касаюсь уздечки на головке, после чего получаю тихий стон.
Я не совсем уверена в своих действиях, но когда я начинаю быстро надрачивать Люку, и слышу как он тяжело дышит, это заставляет меня думать, что я не безнадежная в таком деле. Нагибаюсь, чтобы поцеловать Хеммингса, и не прекращаю водить по его органу рукой.
- Детка, блять, я почти, - Люк стонет, и толкается в мой кулак, и я двигаю рукой еще быстрее, не обращая внимание на то, что она устала.
- Ты такой разбитый, и беззащитный, милый мой, ты это знаешь? - я облизываю губы, снова надавливаю пальцем на головку, и Люк кончает, выкрикивая мое имя. Я не думала, что доставлять удовольствие любимому человеку может быть настолько приятно, и я просто смотрю на парня, который не может прийти в себя после оргазма.
- Иди ко мне, принцесса, - Хеммингс тянет меня за талию к себе, и я ложусь на его холодную грудь. Я не слышу как бьется его сердце, и это так больно, потому что его сердце просто-напросто не бьется.