16 глава
Мы вернулись в лагерь, когда остальные отряды разошлись по корпусам на тихий час. Взрослые уже тоже пообедали и покинули столовую. Из открытых дверей пищеблока доносилось звяканье посуды, шум воды и разговор поваров.
Шли к себе, почти не переговариваясь, чтобы не нарушать установившуюся вокруг тишину. Да и настроение нельзя было назвать весёлым. С отъездом Елены Семёновны наш маленький коллектив словно лишился частички… души. Хорошо, что никто не может подслушать мои мысли. Мне, атеистке, самой стыдно за подобное сравнение, но ведь оно такое точное.
Набежавшие облака закрыли солнце, лагерь показался похожим на нахохлившуюся в ожидании непогоды птицу. Не знаю, до чего ещё я додумалась бы в своём грустном настроении, но мы дошли. Взяв вещи, направились с девчонками в душ.
Вымывшись быстрее остальных, я вышла в раздевалку и принялась сушить волосы полотенцем. Нужно будет коротко подстричься, как давно хотела. Вон у Наташи и Маши — никаких проблем. Волосы быстро сохнут.
Насчёт отсутствия проблем я слегка поторопилась. Из душевой высунулась Маша и попросила:
-"Аделин, дай шампунь, я свой разлила."
-"Держи! Но у меня только детский."- Я протянула пластиковый флакон в виде девочки.
-"Ух, ты! Кася!"- восхитилась Маша. -"Где достала?"
-"Мамина подруга из Польши в подарок привезла,"- ответила я и снова принялась энергично трепать волосы уже руками.
Нас научили быстро сушить волосы на хореографии. Наш танцевальный ансамбль часто выступал. Если несколько выступлений за день, приходилось успевать помыть голову, высушить и одеться за не очень большой перерыв. Я бы ни за что не бросила ансамбль, но наша руководительница уехала из города, а достойной замены не нашлось.
В раздевалку стали выходить подруги.
-"Адель, ну, ты и метеор,"- сказала Ксюша.
Мне показалось странным, что Наташа и Света повязали пионерские галстуки. Тут идти-то два шага.
Когда вернулись в палату, Маша спросила:
-"Чем займёмся?"
-"Будем соблюдать режим дня,"- ответила Света, легла в кровать, накрываясь с головой одеялом.
Наташа последовала её примеру. Вот это болезнь их торкнула. Хорошо, голоса у обеих прорезались. Может, права Елена Семёновна, и девчонок надо отправить в медпункт?
Мы тоже разместились на своих кроватях: кто лёг, кто сел. На той стороне было тихо, наши мальчишки не стучали в стенку. Хотя азбуку Морзе там знал Дима, а у них с Веней тоже приступ правильности. Какая-то эпидемия правильности напала на лагерь. Ну, это по любому лучше вируса непослушания. Наверное.
Я сняла со спинки кровати вафельное полотенце, повесив туда банное, кинула на подушку и тоже прилегла, решив немного поваляться. Проснулась под звук горна, призывающего идти на полдник
После полдника состоялся конкурс детских рисунков на асфальте «Пусть всегда будет солнце». Ольга Евгеньевна взяла много предложенных нами мероприятий. Даже некоторые свои ими заменила. Желающих принять участие оказалось неожиданно много, тем более что рисунок можно было создавать как одному художнику, так и по двое, и по трое. Помимо плаца для зарядки заняли и второй, для проведения линеек. Сначала Ольга Евгеньевна засомневалась, можно ли рисовать около памятника вождю. Мы с Ксюшей напомнили, что Ленин любил детей, это же каждый знает из учебников и детских книг. Старшая вожатая решила, что это аргумент.
А мы и собственную цель преследовали, ведь нашим подопечным и пятому отряду сюда идти ближе. Вместе с нами на плацу с памятником творил и старший отряд. Весь старший отряд. Чижов и Алимбаев рисовали вместе. Если честно, от этой парочки я ожидала какой-нибудь подвох. Как выяснилось, напрасно. Они нарисовали горниста на коне на фоне восходящего солнца. Если бы эти два непризнанных гения и в оформлении отрядных уголков участвовали, не видать бы Галкиному отряду первого места, да и нас могли сдвинуть.
Часто я слышала выражение, что репутация — великая вещь. И на обычном рядовом конкурсе получила подтверждение. За рисунок, превосходящий остальные, Чижик с Ханом получили лишь третье место. А если бы не вмешательство Ольги Евгеньевны, и того бы не заняли. В жюри входили она, спевшиеся в последнее время Лариса Германовна и наша Ирина Ивановна и девочка Таня из старшего отряда как ученица художественной школы. Та самая «Танька-стукачка». Нам, конечно, слова не давали, но я хотела вмешаться. Удержала Света. Причём в прямом смысле. Она взяла меня под руку и сказала:
-"Аделина, то, что рисунок лучший — это твоё личное мнение. В жюри собрали более компетентных товарищей."
Я освободилась и решила поступить по-своему, но Ольга Евгеньевна объявила итоги, а после драки кулаками не машут.
Когда возвращались в свои корпуса, я сказала Чижику с Ханом:
-"Вы молодцы, я бы вам первое место присудила."
-"Спасибо. Мы старались. Но жюри лучше знает,"- ответил Чижик, без всякого ёрничания и насмешки.
В состоянии крайнего удивления я зашла в палату и поделилась с Ксюшей.
-"Может, узнаешь у Димы, что они там за методы применили?"- спросила я подругу.
-"Я с ним не разговариваю,"- ответила Трофимова.
-"Здрасьте, приехали. Вы опять поругались?"- спросила я, садясь на кровать, лицом к подруге.
-"Он даже не подумал сегодня подойти. Словно не было ни прогулок, ни поцелуев. А я девушка гордая, на шею никому вешаться не собираюсь,"- ответила Ксюша и добавила: -"Буду на Серёженьку издали любоваться."
Света взяла гитару и принялась наигрывать грустную мелодию. Петь она пока не могла, но выглядела намного лучше, чем утром. Мы спели под её аккомпанемент несколько песен. После чего Света прекратила игру, отставив гитару в сторонку.
-"Вот я думаю,"- произнесла она, -"что, наверное, не зря партийное руководство запретило Грушинский фестиваль, а затем переименовало. Если судить по рассказам родителей, он не очень вписывается в правильную идеологию. Когда приеду, уговорю родителей, чтобы они не посещали всякие сомнительные мероприятия."
-"Да ладно, так они тебя и послушали,"- усомнилась Маша.
-"У меня есть стопроцентный способ убеждения,"- уверенно произнесла Света.
Мы с Ксюшей переглянулись. Вряд ли можно вот так легко переубедить взрослого человека, со сформировавшимся мировоззрением. Странно, что Света поменяла своё мнение, ведь недавно она мечтала попасть на этот фестиваль.
Если Ксюша собралась любоваться директором издали, то у Риты на физрука имелись совершенно другие планы. И она их вполне успешно воплотила в жизнь на состоявшейся после ужина дискотеке. Я случайно увидела, как она приглашает своего Женечку на медляк. Ну, и после этого они уже не отходили друг от друга весь вечер. Вот кто меня за язык дёрнул, растрепать всем, что этот бабник свободен?
Мы с Веней потанцевали, затем сбежали бродить по лагерю. Но долго я не выдержала, ведь там осталась моя подруга, страдающая после расставания с Димой. Веня меня понял, и мы вернулись. Подходя, я издали увидела то, что не бросилось в глаза сразу: большинство пионеров танцевали на реально пионерском расстоянии друг от друга. Да и после завершения дискотеки расходились, в лучшем случае, взявшись за ручки. И почти не было обнимающихся парочек.
Кто-то схватил меня за руку и потащил подальше от всех. И вот почему Веня решил отойти в туалет. Повернув голову, я увидела взволнованного Лёву. Тот остановился на месте, и пристально смотрел на меня.
-"заметила как всё странно?"- начал разговор он.
-"типо что все резко стали послушными?"- ответила вопросом я.
-"да. Люди когда становятся вампирами, тоже корчат из себя таких идеальных."- тихо выпалил он.
-"я думаю что нам тогда показалось что у Миланы укус вампира."- тихо ответила я.
-"но я проверил тогда, она была мёртвой."- возразил Хлопов.
-"я не хочу с этим разбираться, меня такое не интересует. Тем более всё было тихо до этого момента, ничего странного не происходит."
-"а как сторож себя ведёт. Заметила?"
-"а с дядь Витей что не так?"- удивилась я.
-"он будто что-то знает."
-"хватит Лёв, если ты сам в это веришь, то меня не впутывай."- зло сказала я и развернувшись от мальчишки собиралась уходить. Но он вновь схватив меня за запястье вернул на место. Лёва собирался что-то сказать, но когда я оказалась совсем близко к нему, то резко отпустит мою руку и на пару секунд опустил взгляд на мои губы.
Секунды длились вечностью, казалось будто время остановилось, но когда Лёва стал приближаться ещё ближе, сердце заколотилось в бешеном темпе, ладошки вспотели, а мурашки пробежались по спине и плечам.
Тогда Он решился. Подойдя ко мне ближе, увидел в широко распахнутых , смотрящих на него глазах затаенное ожидание. Робко протянул руку, касаясь щеки, убрал непокорный локон, спадающий волнистым водопадом на щёку.
Я вздрогнула от прикосновения с затаенным интересом ожидая что же будет дальше. Но уже по его робкому касанию поняла, что в душе крепнет доверчивость к тому, чьим образом были заняты её помыслы.
А Он глядя в моим широко раскрытые глаза, прикоснулся к теплым, нежным щекам своими ладонями. Тепло исходящее от лица грело ладони. Мои руки, легли ему на грудь, не отталкивая, но и не приближая, как преграда разделяющая их тела.
Я не хотела его отталкивать, наоборот хотела прижать, слиться с ним в одно целое, но руки сами без моего сознания выполнили этот жест.
И Он увидел как глаза девушки рядом, сначала широко распахнутые, стыдливо прикрылись опахалом ресниц на опускающихся веках. И взор открытый, стыдливо потупился.
Его ладони почувствовали жар румянца, заливающий щеки от его прикосновения и взгляда глаза в глаза. Увидел трепет красивых губ в ожидании поцелуя.
Я тоже чувствовала этот жар желания и предвкушения, заливающий щеки, рождающийся где то в глубине, разливающийся волнами по всему телу. Смущение охватило меня, и я опустила глаза прикрыв их пушистыми ресничками. Ожидание прикосновения его желанных губ заполняло сознание, перед которым меркло все, и страх, и недоверчивость, и стыдливость.
Чуть наклонив держащими ладонями мою голову, наклонился сам, склоняя её в противоположную. Обоняние уловило легкий запах парфюма, и тот неповторимый, едва чувствующийся аромат тела Аделины, желанной девушки. Его губы сухие, обветренные, но горячие и жаждущие, едва коснулись нежных, пока еще холодных, безвольных, но уже ждущих поцелуя губ. Легкое касание, как смакование гурмана, впервые вкушающего новое блюдо. Как мазок художника, кладущего первый штрих на девственно чистый холст. Облизнув свои губы влажным языуком, убирая сухость Он снова коснулся трепетных нежных губ Аделины.
Я почувствовала это прикосновение. Оно взорвало моё сознание. Как горячая искра, отлетевшая от пылающих углей коснулась губ. Нет боли не было, было чувство неожиданности и желание повторения. Страх ушел, его место заняло ожидание и предвкушение. Его губы такие горячие и страстные. Мне хотелось их прикосновений ещё и ещё.
Лёва почувствовал моё состояние и понял, что ушел страх поцелуя. Вкус нежных, желанных губ, робкое, но такое долгожданное ожидание сбылось наполняя сознание новизной ощущения. И он как мучимый жаждой путник в пустыне, смаковал по капле, впитывая этот вкус. Оторвавшись на миг от живительного источника вдохнул, коснулся еще, короткими, быстрыми как мазок художника прикосновениями. Снова и снова чувствуя, как оживают от прилива горячей крови, пробуждающимся чувством Охватывая их своими губами, он чувствовал как губы девушки становясь упругими, горячими. И только потом, уже чувствуя их, ожидающие поцелуя, охватил, жадно вбирая своими губами.
Я почувствовала как от прикосновения его губ, закружилась голова. Губы Лёвы властно охватили не только мою трепетную плоть, но и мой разум, лишая воли, отдавая в его власть. Я почувствовала, как слабеют ноги, но не владея собой отдавалась во власть неизведанного, не зная как вести себя и плохо представляя свое состояние. Хотелось чего то, но чего я сама не понимала. Это захватывало в свои тиски сознание, хотелось, что бы поцелуй не прекращался, длился вечно.
Губы, слитые в простом касании, приобрели жар, упругость, рождая страстный поцелуй. Поцелуй в котором не важно кто доминирует, всецело отдаваясь ласкам, наслаждению, теряя контроль над сознанием. Уже не важно, кто кого, целуя, жадно вбирает в себя губы другого, отдаваясь всей страстью и жаждой этому поцелую. Я уже не упиралась ему в грудь, а обнимала прижимаясь, лаская его широкую сильную спину, стараясь слиться с ним в одно целое, желая раствориться в его сильном и таком нежном, желанном теле. Прикосновение своей грудью к его телу рождало во мне новое не изведанное ранее, но такое горячее и страстное чувство, которое заполняло и поглощало сознание.
Они оба чувствовали этот трепет, страстную самоотдачу тел, прижимающихся, сплетающихся в объятьях друг друга.
Глаза девушки намокли, резкое отвращение ко всему ощущалось по телу. Когда поцелуй всё же закончился, ребята молча смотрели друг другу в глаза. У меня медленно потекли слёзы. Ещё секунду назад хотелось оставаться в объятиях Лёвы вечно. Я совсем забыла о всех проблемах и о Вене. Вновь я совершаю такие ошибки. Но теперь виновата только я.
-"ты его любишь?"- с неким страхом спросил Лёва.
-"да."- тихо ответила я спустя пару секунд молчания. Дышать стало труднее, ноги подкосились, виски тут же начали отдавать болью.
Быстро развернувшись девушка убежала в сторону её корпуса. Из её глаз быстро капали слёзы, и стекали по щекам, Аделина тут же вытерла рукавом кофты мокрое лицо. Глаза были практически закрыты, поэтому девушка даже не заметила как в кого-то врезалась.
-"Аделька,"- переживающе спросил Веня. Девушка тут же бросилась к нему в объятия. -"тебя кто-то обидел? Ты скажи мне. Он потом ещё на коленях перед тобой извиняться будет. Ты же знаешь меня."
-"Вень,"- тихо проговорила девушка, и положив свои холодные руки на его теплые щеки. -"всё хорошо, мне просто историю грустную рассказали."- слёзы вновь полились с новой силой из зелёных глаз.
-"не плачь, маленькая."- ласково сказал тот и поцеловал Аделину в лоб.
***
Спать мы легли сразу после отбоя. Я долго крутилась с боку на бок. Меня нервировала не забаррикадированная дверь. Но было стыдно признаться девчонкам в своей трусости. Вскоре сон сморил и меня. Спала крепко, но перед рассветом вновь появилось чувство, что нужно срочно просыпаться. Как и в первый раз, я пыталась вырваться в реальность, но вместо этого увидела себя в раздевалке душа. Полностью одетая я ждала девчонок. Дверь в душевую приоткрылась, оттуда появилась Машина рука с моим шампунем.
-"Аделин, держи,"- сказала Маша приглушено.
Я поднялась со скамейки. Неожиданно рука дёрнулась и сжала флакон, выдавливая его содержимое. Слишком густое, слишком красное. Кровь, снова кровь, забрызгавшая косяк и пол. Маша убрала руку, дверь захлопнулась.
Кинувшись к двери и обнаружив, что она закрыта, я всем телом налегла на неё. Толкнулась раз, другой.
-"Аделина, не входи, тут опасно,"- простонала Маша.
-"Аделина, беги!"- тоненько крикнула Рита.
Она тоже там? Я с новой силой навалилась на дверь. Она неожиданно легко открылась, и я упала на что-то мягкое.
Открыв глаза, обнаружила себя в кровати. По палате разливался серый сумрак. Приподнявшись, я пересчитала подруг. Все на месте. Это был сон, всего лишь сон! Вздохнув с облегчением, я собралась лечь, как услышала тихие шаги снаружи.
Меня охватил гнев. Да сколько можно! Накинув на плечи одеяло, я, как была: в сорочке и босиком, подбежала к двери. На секунду замерла, прислушиваясь. Действительно шаги, и они удалялись. Я выскочила на террасу.
Никого. Огляделась по сторонам. Сбежала на холодную, влажную от росы траву и заглянула за один угол корпуса, за другой. Вернулась на террасу, но в комнату не зашла, села с ногами на скамейку, стоящую у перилл. Светало. Сонная тишина окутывала лагерь, словно пуховое одеяло.
-"Если попадёшься, мало не покажется,"- пригрозила я обладателю ночных шагов. Затем укуталась плотнее в одеяло, откинула голову на деревянную стойку и приготовилась встречать рассвет.
--------------------------------------------------------------
Не забываем ставить звёздочки и писать комментарии 💋