17 глава
Родителей привезли сразу на двух речных трамвайчиках. Игрушечные судёнышки красиво пришвартовались к обеим сторонам лагерного пирса. Белизна корабельных надстроек под ярким солнцем казалась слепящей. Алые звёзды пылали так победно, словно трамвайчики прорвали какую-то блокаду и доставили подкрепление изнемогающему в боях гарнизону. С берега, от ворот лагеря, гостям приветственно трубила гипсовая горнистка. Капитан Капустин в ответ врубил на всю Волгу бравурно-пронзительную мелодию «Прощание славянки», хотя логичнее было включить что-нибудь на тему встречи. Гомонящая толпа родителей, в основном мамаш с хозяйственными сумками, потянулась по дощатому пирсу к воротам.
Общественное было важнее личного, и сначала в лагере проводилась торжественная линейка с подъёмом флага, а уж потом детей отпускали к родителям. Вожатые от входа перегнали гостей на Дружинную площадку. Наконец на площадке выстроилось звено барабанщиков. Под звонкую дробь друг за другом вышли все шесть отрядов, слаженно промаршировали один круг и заняли свои места. Взрослые молчали, глядя на пионеров с галстуками, только несколько бабушек прослезились.
Многие мальчишки и девчонки красиво шагали лишь для того, чтобы понравиться родителям. Аделина взглядом искала своих родителей.
-'Флагу дружины-ы… са-алют!"- скомандовала Свистунова.
Флаг поднимал, конечно, Серп Иваныч. Гости с улыбками смотрели на этого моложавого и сухопарого старика, который по-мальчишески ловко перебирал тросик флагштока. Пионеры вскинули руки, салютуя знамени, а гости не знали, что делать; кто-то вдруг находчиво захлопал в ладоши, как в театре, и остальные взрослые тоже с облегчением захлопали.
-"Вольно!"- скомандовала Свистунова. -"Разойдись!"
Ровные прямоугольники отрядов мгновенно рассыпались: дети кинулись искать родителей, а родители устремились к детям. Но мужчины постарше и посолиднее сперва направлялись к товарищу Иеронову и уважительно пожимали ему руку: Серпа Иваныча, персонального пенсионера и ветерана Гражданской войны, в городе Куйбышеве знали и любили.
Весникова увидела лица родных ей людей, на лице тут же появилась улыбка когда девочка заметила свою сестру. Схватив Лёву за руку, Аделина быстро побежала к семье.
-"Маша!"- громко крикнула Весникова младшая запрыгивая на свою сестру.
-"привет Аделя, а это кто?"- Маша указала взглядом на Лёву.
-"это парень мой, Лёва."- смущённо ответила Аделина.
-"я же говорил."- обратился отец к матери.
-"Лёш."- сказала женщина.
-"Маша."- девушка протянула руку для пожатия Хлопову, тот охотно её пожал.
-"привет, я Кристина."- с такой же улыбкой подошла мама к Лёве.
-"Лёша."- глава семейства крепко пожал руку Хлопову. А мама лишь легонько потрепала волосы на голове мальчишки.
-"друзей нашла тут?"- с улыбкой поинтересовалась сестра.
-"нашла."- ответила ей младшая.
Лагерь жил какой-то слишком шумной, многолюдной и вымученно разнообразной жизнью. По трансляции играла музыка. Отовсюду доносились голоса и смех. Везде ходили взрослые, многие изумлённо озирали корпуса-теремки, не ожидая такой красоты; чья-то мама, заливаясь смущённым смехом, качалась на качелях. Папы попроще, сняв пиджаки, играли в волейбол с пацанами из старших отрядов. Отцы посложнее сидели за шахматными партиями с умными мальчиками. Девочки рисовали на асфальте Пионерской аллеи цветными мелками. Чья-то въедливая бабушка, придерживая очки, читала меню, пришпиленное к стене пищеблока у входа.
Чьи-то родители уже сидели на скамейках в ожидании начала футбольного матча, а футболисты бестолково суетились на поле. Лёва Хлопов что убежал от Аделины совсем недавно, держал совет с каким-то мускулистым папой, явно спортсменом. Возле ворот Гельбич ловко нагонял мяч, подбрасывая его то коленками, то носками кедов. Аделина направился к Гельбичу.
-"Чё, Юр, всё-таки заставили тебя?"- зная ситуацию сказала Аделина, мальчишка ведь не хотел играть в футбол.
-"Да не, я уже сам согласился."- беспечно ответил мальчишка.
-"Перевоспитали, что ли?"- опешила Весникова.
Юра, не отрываясь, следил за мячом.
-"Лёвыч всё объяснил по-нормальному. Бьёмся с третьим отрядом, а Лёва из лучших игроков составит сборную против «белазов»."
Аделина и так всё это знала. Что же такого нового Лёва поведал Юре, как сумел переубедить его? Девочка смотрела на парня с недоверием.
-"Ты же орал, что лучше утопиться, чем на футбол."- нахмурившись сказала Адель.
-"Лёва сказал – первенство. Это, блин, важняк ваще."
Аделину вдруг обдало холодом. Пламенного революционера Юри больше не существовало. Лёва что-то с ним сделал. А что он мог сделать? Укусить? Юрик испугался укуса? Но он не похож на испуганного… Весникова потихоньку попятилась. А Юра не обратил на это внимания. Он готовился к решающему матчу.
Лёва что-то горячо растолковывал своим игрокам, размахивая руками. Он смотрелся ну совсем как обычно: трикохи, майка, галстук, растрёпанные каштановые волосы.
Весникова пошла в столовку, потому что в Родительский день всем желающим наливали компот. На Пионерской аллее взгляд Аделины зацепился за стенды с рисунками в защиту мира. Девочка вспомнила, как в кружке художники пыхтели над ватманами, изображая разную фигню: кошек и собак, цветочки, всякие бабушкины деревни и прогулки по зелёным лесам. Но сейчас на стенде висели совсем другие картины: иностранные генералы и солдаты, богачи, полицейские и чёрные бомбы. Аделина удивилась, и к его удивлению примешалось неприятное беспокойство: в чём тут дело?.. Конечно, жираф в зоопарке и новогодняя ёлка – это девчачьи нюни, однако кружковцы хотели рисовать свои нюни, а не карикатуры из журнала «Крокодил». По какой причине художники переменили замыслы?
Адель сидела в пустой столовке, думала и пила компот. Столовую заливал солнечный свет, но повсюду – на полу, на длинных столах, на стенах – лежали тени от оконных решёток. Конечно, решётки здесь поставили не для того, для чего их ставят в тюрьмах, а просто уберегали стёкла от случайного попадания мяча: дети в лагере – озорники. Тем не менее, это были решётки.
На кухне звенела стаканами судомойка баба Нюра. Время от времени она выглядывала в зал, но посетителей не прибавлялось. Маленькая светловолосая девочка с розовым бантиком сбоку тихо грустила над компотом, как брошенный щенок.
-"Эй, ты,"- окликнула его баба Нюра. -"родители не приехали?"
-"приехали."- тихо ответила девочка. -"они местность рассматривают."
Баба Нюра тяжело вздохнула, вытерла мокрые руки о фартук на животе, открыла на продуктовой полке картонную коробку с конфетами и зачерпнула горсть дешёвых «батончиков». Потом неуклюже выбралась в зал, подошла к девочке и высыпала конфеты перед ней на стол.
-"Посластись,"- сказала она и погладила девочку по голове. -"иди родителей угости."
Аделина быстро загребла конфеты перед ней в руки.
-"спасибо большое."- сказала она и выбежала из столовой.
На улице радостная семья Весниковых, о чём то разговаривали.
-"это вам."- подбежала младшая и протянула родителям и сестре конфеты.
--------------------------------------------------------------
Не забываем ставить звёздочки и писать комментарии 💋