🕷️39 Глава 🕷️
- Ну, так и вали к своему шоколадно-ненаглядному. Чего ты тут сидишь? – Деймон посмотрел через плечо на вампиршу. – А он, кстати, сам где шляется?
- Как всегда, пугает живность в лесу. Я, знаешь ли, говорит, изматываю его. Сил нет.
- Я рад за вас. Причем, не поверишь, почти искренне.
- Ты тоже не кисни. Отойдет твоя Елена, простит. Уж не знаю, что ты там умудрился натворить, чтобы пришлось прервать столь сказочный отдых, но в любом случае, все забывается. Ты же знаешь нас женщин.
- Вот в этом-то все и дело. Знаю я «вас женщин». Скандал из ничего, обиды на полгода. Но ты имей в виду, раз Елена узнала всю правду о нашем обмане насчет Клауса, значит скоро обо этом будет знать и Стеф, и в его случае ты одними бешеными криками, боюсь, не отделаешься, так что будет значительно лучше, если ты заранее припрячешь куда подальше все колюще-режущие деревянные предметы в доме.
- Так Елена в курсе? Откуда? Хотя… Если подумать логически… Твою мать, Деймон… Ну какого черта ты ей все рассказал?
- Сам не знаю. Полнолуние, наверное, сказывается. Поперло, блин, на откровенность.
- Ну, раз поперло, то теперь сиди и пей в одиночестве. Или нет, подожди, - через секунду вампирша вновь появилась на своем месте, но уже с бокалом в руке. – Плесни и мне чуток. Составлю тебе компанию, а то на тебя смотреть страшно. Безответно влюбленный мальчик убивается и упивается по поводу своей неразделенной и непонятой любви.
- Ну просил же. И без тебя тошно. Хочешь здесь сидеть, не вопрос, только заткнись, пожалуйста.
Мисс Пирс тактично выполнила просьбу, не спеша потягивая виски и глядя параллельно с Деймоном на горячие языки пламени в камине.
- Кэтрин, а я вот все в голову не возьму… Что ты нашла в этом Стефане? Неужели он действительно в чем-то лучше меня?
- Да нет. Не в этом дело. Просто он напоминает мне кое-кого. Из моей далекой юности.
- Из далекой-далекой-далекой юности? – язвительно предположил Деймон. – Не уж-то отца твоей дочери?
- Сам догадался или кто подсказал? – недовольно скривилась вампирша. – У нас с тобой, Деймон, схожая карма – быть с тем, кто все время будет напоминать нам о нашей первой любви.
- Ага, только у меня это скорее кара за все хорошее, чем очередной подарок небес.
Пирс звонко рассмеялась, закинув ногу на ногу и чуть наклонившись к вампиру.
- Так говоришь, неплохо там, на этих Мальдивах?
- Для кого как. Людей мало, туристов из них много, с белочками, конечно, напряг.
- Ничего, зато, как я предполагаю, есть большие черепахи. Их и ловить, наверное, полегче. Так что Стефану наверняка понравится.
- Вы тоже решили туда наведаться?
- Да. Думаю, да. Напишу через своих знакомых свежее послание Клаусу о том, что я «нейтрализовала» Елену. Мне убегать от него не впервой, а девочка таким образом будет вне подозрения. Пусть думает, что это мой очередной ход в нашей с ним затянувшейся партии.
- Берешь огонь на себя? Не верю.
- Ну, это как бы мое спасибо тебе за Стефана. Считай, мы квиты, - Кэтрин поставила свой бокал ему на колено. – Есть еще виски?
- После такого спасибо хоть целый бар, - Деймон наполнил ее бокал и поднял свой, приглашая чокнуться. Вампирша с удовольствием ударила в ответ и сделала большой глоток.
" Слишком много вопросов не давали возможности спокойно лежать. Приспосабливаясь к своему непривычному телу, Елена встала с кровати и включила торшер в углу. В спальне практически ничего не поменялось с тех пор, как она была здесь в последний раз, за исключением одного предмета – маленькой кроватки из светлого дерева с небесно-голубым балдахином, застеленной постелькой в тон с милыми смешными мишками.
«Боже мой, у нас будет мальчик… Малыш с розовыми пухленькими щечками и бездонными голубыми глазами Деймона».
В самом сердце девушки что-то предательски кольнуло, невольно напомнив о том, о чем она так старательно пыталась не вспоминать.
«Это в этом мире у них будет малыш, они станут заботливыми родителями и будут счастливы видеть, как он растет из года в год, наполняя их дом звонким радостных смехом. Это именно то, что мне никогда не доведется испытать, если я…»
Ей даже про себя не захотелось заканчивать эту мысль, не то чтобы произнести её вслух. Дети… Елена никогда не думала в серьез о детях, и уж тем более не думала о детях, которых у нее не будет, если она свяжет свою жизнь с вампиром. Эту больную тему она старательно обходила раньше в разговорах со Стефаном и, конечно, даже не вспоминала о ней в разрезе своих потенциально возможных отношений с Деймоном.
На высоком камине, где раньше стояла лишь пара квадратных свечей, теперь выстроились в ряд серебристые фоторамки. Девушка подошла поближе, с неподдельным любопытством рассматривая фото. Их свадьба с Деймоном… Он безупречен. В черном фраке, атласной жилетке и кремовым платком на шее, завязанным в причудливый узел на старинный манер с бриллиантовой булавкой по центру. На ней открытое белоснежное платье с корсетом и юбкой из сотни тонких горизонтальных оборок, волнами спускающихся к полу, небольшой шлейф и кремовая, как у Деймона, атласная лента на талии, завязанная сзади в элегантный бант. Идеальная свадьба. Разве не так она себе представляла этот самый главный день в ее жизни? Веселые улыбающиеся гости, Деймон, обнимающий ее за талию на всех фото, и светящиеся от счастья и удовольствия их с мужем глаза. Не в силах больше смотреть на все это, Елена накинула лежащий возле кровати халат и вышла из комнаты, направившись на кухню выпить воды, но не дошла... В коридоре ее перехватил влетевший в дом, как сумасшедший, запыхавшийся и напрочь растерянный Стефан.
- Тебе еще не звонили? – на ходу бросил он, подбегая к ней и всматриваясь в ее пока еще спокойное лицо.
- Кто не звонил? – не поняла девушка, кутаясь в халат от пронизывающего холода, пробравшегося сквозь открывшуюся дверь.
- Тебе нужно собраться, Елена. Ты только не волнуйся, слышишь. Думай сейчас о малыше, пожалуйста…
- Стефан, что случилось? Скажи нормально.
- Деймон… Он возвращался домой, был уже совсем рядом, представляешь, всего в нескольких кварталах отсюда… но какая-то дура подрезала его на своей колымаге. Ему пришлось резко вывернуть в сторону, я не знаю, пешеход там был или кто, но машину от этого сильно занесло, и он…В общем, мне только что позвонили. Врачи обнаружили обширные травмы внутренних органов, сейчас они готовят его к операции, говорят, шансы есть, но… - голос Стефана задрожал, он стиснул губы, пытаясь взять себя в руки перед Еленой. – Но советуют быть готовыми ко всему…
- Стефан, успокойся, мне нельзя волноваться, так что… - Елена обхватила его лицо руками и притянула к себе на плечо, нежно обнимая и гладя по спине, как ребенка. – Все будет хорошо. Тем более, ты же знаешь, он не может нас сейчас бросить, просто не может.
Они ехали в машине, и Елена всю дорогу в больницу твердила как заклинание одну единственную фразу: «Скоро все закончится, и я буду дома. Скоро все закончится, и я буду дома…» Почему-то на этот раз провал длился невыносимо, мучительно долго, и девушка, как назло, ничего не могла с этим поделать. Да, с Деймоном случилось несчастье, но это, все-таки, не ее Деймон и не ее жизнь. Делать вид, что она убивается из-за своего временного мужа и терпеть все прелести беременности явно не входило в ее планы на сегодня.
Как только они приехали, медсестра незамедлительно проводила их палату, предупредив, что у них есть максимум минут пять, потом ее мужа увезут в операционную. Вместе со Стефаном они вошли в палату и увидели Деймона, лежащего с закрытыми глазами. Всю правую сторону его лица покрывали глубокие порезы и ссадины, верхняя губа разбиты, повсюду торчали какие-то провода, присоединяющие его к жужжащим и пикающим приборам, еже секундно отслеживающим слабое сердцебиение и другие жизненно важные показатели.
- Деймон, - тихонько позвала Елена, нежно касаясь его холодной щеки. – Ты слышишь меня, милый?
- Ты пришла… - он открыл глаза и посмотрел на нее, стараясь выдавить что-то на подобие своей коронной кривой улыбки. – Я так боялся, что ты не успеешь.
- Ну, что ты… Я тут. Стефан. Мы все тут, с тобой. Ты главное, держись, и все будет хорошо.
- Уже не будет, я это чувствую… Мне так жаль, Елена, - его охрипший севший голос задрожал, а холодные голубые глаза заблестели от застывших в них слез безысходности и отчаяния. – Я был… таким идиотом. Так обижал тебя, не ценил того, что у нас было. А теперь… Теперь уже поздно. Для всего слишком поздно… Умоляю тебя, прости, прости меня за все. Я только хочу, чтобы ты знала и всегда помнила, я любил тебя, по-настоящему, до безумия…так, как возможно любить только раз в своей жизни.
- Что за прошедшее время, Деймон? Не говори так, ты слышишь? - Елена поправила его волосы, перебирая между пальцами вечно непослушную челку, и наклонилась к нему поближе, шепча уже почти в самое ухо. – Я тоже тебя люблю… Я и малыш мы любим тебя и очень переживаем за нашего папочку, так что ты нас не подведи, пожалуйста.
- Подойди… Ближе… - сдавленно произнес он, протягивая руку к ее животу. – Я хочу поговорить с ним.
Елена поняла бы его жест и без слов, ведь сейчас все его желания и эмоции открыто читались у него на лице. Немного повернувшись, она встала так, как он попросил, и Деймон прижался к ней колючей щекой. Желая что-то сказать, он приоткрыл рот, но так и не смог ничего произнести. Слезы, душившие его изнутри, вырвались наружу. Он плакал, не стыдясь и не думая о том, что на него в тот момент смотрит его любимая, Стефан, стоящий чуть в стороне и невозмутимая медсестра, сидящая на стуле в углу.
А Елена смотрела на своего мужа и понимала, что еще минута и она разрыдается вместе с ним, даже прекрасно отдавая себе отчет в том, что это всего лишь сон, пусть и необычный. Сон, в котором она теряет дорогого для себя человека, того, кто занимает особое место в ее жизни и судьбе, того… кого она любит и без кого просто не сможет дальше жить. И пусть сейчас перед ней совсем другой парень, так похожий на своего двойника из реального мира, это мало что меняет. Изнуряющая боль утраты и всепоглощающий ужас от того, что ты можешь больше никогда не увидеть любимое лицо, не важно по какой причине, будь то нелепый несчастный случай или чья-то гордость, помешавшая двум людям навеки связать свои судьбы, пробрались в сердце девушки, сжав его в свои холодные объятья, и в этот момент… В этот момент девушка почувствовала неожиданный резкий толчок внутри, это ощущение было настолько новое и необычно, что она замерла на месте, приложив автоматически свою руку к тому месту, где зашевелился ребенок.
- Что, снова воюешь со своей мамой? – ласково спросил Деймон и прикоснулся к животу рядом с ее ладонью. Малыш, услышав знакомый голос, тот час же ответил папе новым толчком. – Елена, я хочу попросить кое о чем… Наш мальчик… Когда он родится, не называй его, пожалуйста, Деймоном. Я знаю твою сентиментальность и вполне могу предположить, что ты захочешь поступить именно так, но… Не нужно, ладно?
- Перестань, Деймон! Я не хочу этого даже слышать! Ты…
Громкий писк монитора возле кровати, а за ним искаженное болью лицо Деймона, не дали ей закончить. В палату влетели еще две медсестры, а за ними вслед и встревоженный врач.
- Остановка сердца. Установку мне, срочно! – громко скомандовал он, подтягивая наверх рукава.