Новая надежда

Я шла к комнате Алекса, и сердце с каждым шагом билось все сильнее. В голове крутились слова, которые я собиралась ему сказать, но чем ближе становилась к двери, тем тяжелее было их вспомнить. 

Я остановилась, глубоко вдохнула и несколько раз повторила про себя подготовленную речь. Это был не просто разговор — это была исповедь. Я должна была сделать это. 

Я постучала. Тишина. 

Еще раз. Громче. 

Не дождавшись ответа, я сжала кулаки и начала стучать изо всех сил, раздраженно отбросив сомнения. 

Дверь распахнулась так резко, что я невольно сделала шаг назад. 

— Что? — из комнаты вышел Крис. Глаза его сверкали злостью, а сам он был одет только в спортивные штаны. 

— Алекс здесь? — спросила я, намеренно игнорируя его агрессивный тон и толкая его плечом, заходя внутрь. 

— Нет, твой "нелюбимый" — он сделал особый акцент на этом слове — пошел делать для тебя сюрприз. 

Крис скрестил руки на груди, потом лениво почесал подбородок, изучая меня с насмешливой ухмылкой. 

— Хотя знаешь, сюрпризом было бы узнать о твоих настоящих чувствах к нему. Или, точнее, об их отсутствии. 

Его слова ударили больнее, чем я ожидала. 

— В отличие от тебя, я не лезу в чужие дела, — продолжил он, теперь уже глядя мне прямо в глаза. 

Его взгляд... Эти зеленые глаза всегда казались мне цветом спокойного леса, но сейчас лес стал дремучим, непроходимым, полным теней и чего-то пугающе опасного. 

— Знаешь, что? — я шагнула ближе, встречая его взгляд. В груди нарастала злость. — Не знаю, что там случилось в твоей великой истории любви. Может, тебя бросили? Не любили? Изменили? — Я приподняла бровь. — Но я в этом не виновата. Так что срываться на мне не надо. Лучше бейся головой о стену, если тебе так легче. 

Я хотела уйти, но Крис резко схватил меня за руку, притянув к себе. 

Жар его тела накрыл меня с головой, и я ощутила, как напряглись его мышцы. 

— Ты много знаешь о любви, раз раздаешь советы? — Он злился, и от этой злости его скулы стали еще более выразительными. 

Я попыталась выдернуть руку, но он сжал хватку. 

— Видимо, больше тебя, раз не бросаюсь на людей при одном только упоминании этого слова, — я вцепилась в его запястье, стараясь вырваться. 

Он наклонился ближе, почти касаясь моих губ дыханием. 

— Ты просто никогда не любила. 

Его слова пронзили меня током. 

Как объяснить ему, как объяснить кому-либо, что я люблю до безумия? Что скучаю так, что боль скручивает ребра? Что каждую ночь, засыпая, я вижу его лицо и боюсь утра, потому что там его не будет? 

Я не могла этого сказать. 

— И это говорит человек, который якобы не лезет в чужие дела? — процедила я, сжимая кулаки. 

Крис усмехнулся. 

— Говоришь, что любви не существует, но, кажется, сам не можешь ее забыть. Ты просто обиженный мальчишка, — повторила я, стараясь задеть его сильнее. 

Его глаза вспыхнули, но я не стала ждать реакции — вырвалась и побежала прочь. 

### ***** 

Я не видела, куда бегу. Люди расступались, кто-то крикнул мне вслед, но мне было плевать. 

Я неслась к нашему с Риком месту. 

Единственному месту, которое все знало. 

Когда я ворвалась в комнату, воздух тут же наполнился моим рыданием. Я упала на кровать, вцепившись в одеяло, и дала волю слезам. 

Если бы стены могли плакать, они бы затопили эту комнату горечью. 

Только они знали. 

Только они слышали, как я его звала. 

Как я здесь ждала его, когда он уходил. 

Как разговаривала с ними, надеясь на ответ. 

### ***** 

Я не знаю, сколько времени прошло, но внезапно чья-то рука коснулась моего плеча. 

Я резко обернулась. 

— Рик? — голос сорвался от надежды. 

— Нет. 

Я резко отшатнулась. 

Передо мной стоял Крис. 

— Убирайся! — закричала я, со всей силы ударяя его кулаками в грудь. — Прочь отсюда! 

Крис схватил мои запястья и крепко прижал к себе. 

— Тише, — его голос звучал неожиданно мягко. 

Я задыхалась от слез, мой лоб уперся в его плечо, а горячие капли стекали по его коже. 

Я отпрянула. 

— Что ты здесь делаешь? — спросила я, стиснув зубы. 

— Пошел за тобой, — он все так же спокоен, но в его глазах — сочувствие. 

— Прости, — вдруг добавил он. — Я не знал. 

— Не знал чего? Что я могу любить? Что не я одна ранимая? Что не тебя одного жизнь не гладила по головке?! 

Он молчал. 

Потом вздохнул. 

— Ее звали Дженна, — произнес он. 

Я замерла. 

Он начал рассказывать. О девочке с темными волосами, о голубом платье, о первой любви. О доверии. О мечтах о свадьбе и детях. О том, как она смеялась. 

О том, как однажды сказала, что выходит замуж. 

За другого. 

Я слушала его молча. 

— Мне жаль, — тихо сказала я. 

— Мне тоже, — он слабо усмехнулся. 

Крис поднялся, собираясь уйти. 

— Рик, — выдохнула я. 

Он замер. 

— Как же я его люблю... 

Он обернулся. 

— Тогда почему вы не вместе? 

Я закрыла лицо руками. 

— Потому что я дура. 

Я рассказала. О Рике. О Лоле. О ревности. О том, как мы мстили друг другу за то, что не могли признаться в любви. О поцелуях, разрывающих душу. О том, как я его предала. 

— И теперь я с Алексом, потому что... — я судорожно вдохнула, — потому что он сказал, что у него рак. 

В комнате воцарилась гробовая тишина. 

Я не видела лица Криса. 

Но услышала, как он тяжело вздохнул. 

— Черт, — только и произнес он. 

Я смотрела в пустоту. 

Мой выбор был сделан. 

— Ты, конечно, не обижайся, но ты дура. 

Крис даже не смягчил формулировку. Сказал, как отрезал. 

Я провела ладонями по лицу, пытаясь остановить слезы, но они продолжали течь. 

— Я знаю… Надо было не бросать Рика, — мой голос дрожал. 

— Нет, — Крис покачал головой и закатил глаза. — Это, конечно, тоже глупо, но как, объясни мне, как ты могла поверить, что Алекс болен? Да ещё и раком? 

Я посмотрела на него в полном замешательстве. 

— Он ходил в больницу… постоянно… — единственное, что смогла выдавить я. 

— И что? Ты понимаешь, что такое онкология? Что значит бороться с этой болезнью? Я видел это своими глазами, и поверь, Алекс – последний человек, которого я бы заподозрил в этом, — Крис вздохнул и скрестил руки на груди, глядя на меня, как на безнадежную дурочку. 

Слова задели, но ещё больше меня потрясла их суть. 

Я судорожно перебирала в памяти детали. Его уклончивые ответы. Отказ брать меня с собой в больницу. Тот день, когда он вышел из реанимации, выглядя совершенно нормально, в то время как другие люди, пережившие подобное, выглядели иначе — измождёнными, потерянными. И ещё его мать… Я вспомнила, как она говорила, что Алекс всё чаще остаётся дома. 

Внезапно всё сложилось в единую картину. 

Я сжала голову руками. 

— Боже, какая же я идиотка… 

Ощущение, будто кто-то резко сдёрнул с меня повязку, и я увидела правду. 

Я вскочила на ноги. 

— Всё. Я иду к нему. Сейчас же. Я должна ему всё высказать! 

— Стоп! — Крис быстро перехватил меня за запястье. — Если ты пойдёшь к нему сейчас, он найдёт способ снова тобой манипулировать. Нет, мы сделаем иначе. Завтра поедем в клинику и проверим, был ли он вообще там. А сегодня… веди себя, как ни в чём не бывало. 

Он ухмыльнулся, будто только что раскрыл величайшую тайну века. 

Я сжала губы, с трудом сдерживаясь, но затем кивнула. 

— Ладно. 

Внутри всё кипело. Меня разрывало от злости на себя и на Алекса, но Крис прав. Мне нужно быть осторожной. 

### 

Я подошла к зеркалу в комнате и попыталась собраться. 

Сегодня дискотека в честь Дня святого Валентина. Глупое, показное мероприятие, полное притворства. Но в этот раз оно было мне на руку. 

Я надела своё тёмно-синее платье — не слишком короткое, но подчёркивающее фигуру. Локоны аккуратно уложила, добавив объёма. Лёгкий макияж, чтобы скрыть следы слёз. 

Достаточно хорошо. 

Я спустилась в актовый зал, не дожидаясь Алекса. 

Люди уже толпились, девушки красовались, сверкая платьями и улыбками, высматривая себе кавалеров. В воздухе витало напряжение — в этот день все хотели быть с кем-то. 

Я лишь хмыкнула. 

— Кажется, только мне одной всё равно на этот "чудо-день". 

— Это почему? 

Я вздрогнула от неожиданности. Голос раздался у меня за спиной. 

Алекс. 

Я резко развернулась и встретилась с его взглядом. 

— Потому что я устала. 

Я смотрела на него с плохо скрываемым презрением. 

Его ложь сжигала меня изнутри, но я делала вид, что всё в порядке. Завтра всё решится. 

Алекс улыбнулся и, не спрашивая, обнял меня за талию. 

— Да что ты такая плаксивая сегодня? 

Я с трудом удержалась, чтобы не оттолкнуть его. 

— Извини, — я отвела взгляд. — Мне не по себе. Кажется, я что-то не то съела. Пойду в комнату, мне нужно отдохнуть. 

Он нахмурился. 

— Как так? Нет, не пойдёт. Я столько готовился, а ты просто сбежишь? — его пальцы сильнее сжали мою талию. 

Я замерла. 

— Алекс, мне плохо. Всё. На этом разговор окончен. 

Я отступила на шаг. 

— Номер скорой знаешь, если начнётся приступ — позвонишь. 

Я сказала это нарочито холодно, практически плюнув ему в лицо. 

Его глаза сузились, но он промолчал. 

Я развернулась и ушла. 

В комнате я нервно забила номер. 

Рик. 

Отключён. 

Чёрт. 

Я вцепилась в телефон, будто он мог мне помочь. 

Тогда тот, с которого пришла та смс. 

Гудок. 

Я замерла. 

Сердце грохотало в груди. 

После двух месяцев тишины этот звук казался взрывом. 

Я ждала. 

Каждая секунда длилась вечность. 

А потом… 

Кто-то поднял трубку.