23 часть ....
На улице стояла неимоверная жара. Птицы с самого раннего утра, уже распевали свои песни, а грациозные павлины расправили свои прекрасные хвосты, сонно открывая глаза. Хозяин всей этой красоты, вышел из поместья в одной рубашке,расстёгнутой на две пуговицы и брюках. Его белоснежная, как снег, кожа,сверкала в лучах, исходящих из солнца.Малфой ленивой походкой, направлялся в глубь сада, где его ждал Забини. Мозг до сих пор не отошёл ото сна, но жаркая погода хоть и немного, но помогла ему взбодриться. А чтобы совсем «проснуться», Драко велел накрыть завтрак в летней беседке.
— Ты снова опоздал. Я уже заколебался здесь сидеть и ждать тебя — Ты как обычно, в своём репертуаре,Блейз — Усмехнулся Малфой Он присел напротив Блейза и взял в руки чашку кофе, не спеша делая глотки. Драко значительно расслабился. Как же он обожал такую атмосферу, когда на улице лето и можно свободно завтракать в беседке. — Есть какие-то новости? — Спросил Драко, делая очередной глоток — К сожалению, друг... Малфой поставил чашку на стол и облокотился на спинку стула,нахмурив брови,так что на лбу появились морщинки. — Тогда какого хрена, ты явился? — Бесцветным голосом, спросил Драко — Я хочу с тобой поговорить, обо всей этой ситуации с Грейнджер Вопросительно поднял бровь и сложил руки, у себя на груди, поправив свои платиновые волосы. Мысль о том,что Забини сейчас начнёт читать ему морали, ещё больше раздражало Малфоя. Каждый раз приезжает и начинает читать лекции. Это выматывает! И в одно время... Бесит. — Отпусти её. Тогда всем будет легче. — Кому легче? Ей? Забини, не смей даже внушать мне это! Я не хочу считать её чёртовой эгоисткой! — Малфой уже переходил на крик — Да как ты не можешь понять, что ты делаешь её несчастной, Малфой! Блейз кричал на него, так же как и Драко на него, потому что хотел наконец вбить ему в голову, что не нужно искать её. Не нужно больше мучить. Она же даже и не подозревала о его сильных чувствах к ней, а если бы и узнала, то может быть Гермиона по-другому отреагировала на это. Но Малфой же решил, что лучше изнасиловать её, предъявить на неё права, а потом одержимо искать, заставляя малышку запуганно прятаться. Он делает её такой. Грейнджер уже не Грейнджер. А запуганный кролик, за которым охотится голодный волк. И он не остановиться убивая и причиняя всем боли, пока не найдёт свою жертву. Или же своё спасение. — Ты же не даёшь ей нормально жить... — Отрезал Забини — Она была сильной и независимой, а после твоих выходок, Малфой — Указательным пальцем, указал на своего собеседника — Гермиона окончательно сломлена. — А ты думаешь я не сломлен? М? Я уже шесть грёбаных лет, беспамятство люблю её, а она... Замолчал, не договаривая что хотел сказать. Потому что знал, что во всём виноват лишь один он. Малфой начал нервно крутить фамильное кольцо на безымянном пальце, обдумывая все сказанные слова Блейза. Блейз в чём-то оказался прав, но Малфой всё равно, продолжит поиски своей благоверной, несмотря на то, что сделал с ней. Он как настоящий Малфой, не отпустит своё. Иначе, его ангел достанется нищеброду Уизли, а это определённо не входило в его планы. Тогда что ему делать? — Я убью Уизли... Малфой сделал свою холодную мину,смотря в глаза Блейзу, который в шоке, открыл рот, хотя произнести это лишь слово. —Ты... Ты в своём уме? Причём здесь Уизли? — Блейз почти заикался — Он всегда претендовал на мою малышку, поэтому нужно устранить третьего лишнего Блейз,закатывая глаза, провёл рукой по лицу. — Знаешь... Иногда, ты такой кретин — На то я и Драко Малфой — Малфой ухмыльнулся *** Проснулась в плохом настроении и фыркнув, направилась делать водные процедуры, пока Джинни готовила завтрак. За окном, царила прекрасная погода, а Гермиона вся смурная спустилась вниз, показывая, что сегодня она не в настроение. Джинни уже накрыла стол и позвала Гермиону, чтобы та спустилась завтракать. В отличие от Грейнджер, у неё было замечательное настроение и поэтому, она решила что сегодня искупается в море. Конечно, Джинни решила это ещё вчера вечером, но сегодня утром, она почувствовала что это страстное желание усилилось. Гермиона, бесцветно пожелала младшей Уизли доброго утра и присела за стол, взяв в руки столовый прибор. — С тобой всё в порядке? — Да, просто настроения нет Натянула нелепую улыбку и продолжила без всякого удовольствия есть омлет. Она облокотилась щекой на кулак и принялась, ковыряться вилкой в еде, будто ища там что-то сверхъестественное. Но видимо, так ничего не найдя, Гермиона отложила тарелку. Она совершенно не чувствовала голод. Хочется просто разбиться об стену... Прикрыв веки, Гермиона сглотнула слюну, которая накопилась во рту и встала со стула, поправляя свой лёгкий сарафан. Она поблагодарила Джинни за еду и вновь направилась в свою комнату, желая побыть наедине с собой. У неё не было настроения, на все эти детские забавы, забывшиеся уже года так пять назад. Они все уже далеко не дети и должны понимать, что беззаботное время закончилось. Гермиона как только зашла внутрь своей спальни, сразу же скатилась по двери, издавая звук похожий на вой. Она чувствовала себя такой опустошённой, а после того как Рон поцеловал её, то почувствовала, как всё внутри её расцветает, такое она чувствовала только с ним. Потому что любила. А сейчас... Где они? Что с ними? Наверняка голодные... Чтобы не думать о худшем, Гермиона с улыбкой вспоминала лучшие моменты с мальчиками. Это были лучшие годы в её жизни, она была действительно счастлива с ними. Она вспомнила, как на первом курсе, мальчики спасли её от огромного тролля, взявшийся будто из ниоткуда. Тогда она была всего лишь простой чокнутой заучкой для них, а когда Гермиона начала благодарить их, за то, что они спасли её, Рон произнёс что мол «для этого и нужны друзья». И её девичье сердце расплылось. С того момента, она чувствовала к нему какие-то странные чувства, которые были ей ещё совсем незнакомы. Но такое чувство она ощущала лишь к родителям. То есть... Она влюбилась? Глупость! Она ещё слишком мала для любви. Учёба - это главное, что сейчас её должно волновать. Какая нелепость. Ведь, в это время, их самый злейший враг, чувствовал к ней не желаемую ненависть, а любовь. Он был влюблён все шесть лет. Но когда на втором курсе, Малфой впервые назвал её грязнокровкой, то в его взгляде читалось только презрение и дикое отвращение. Естественно... Он же истинный аристократ... Истинный Малфой... Он всегда был таким жестоким, холодным. Иногда, Гермиона даже побаивалась его, но на третьем курсе, когда та ударила его, Грейнджер чувствовала прилив адреналина, который прокатился вместе с нарастающей злостью по нервной клетке. В тот момент,Гермиона уже успела подумать, что он ударит её в ответ, но мальчишка, держась за сломанный нос, убежал вместе со своими дружками. Она впилась ногтями в коленки, царапая до самой крови. А буквально через секунду, почувствовала бусину одинокой слезы, текущей по раскрасневшейся щеке. Гермиона убрала руки с коленок, чтобы они послужили ей опорой и гриффиндорка встала с холодного пола, подходя к окну. Джинни, уже одетая в купальник, оранжевого цвета, зашла в воду, проверяя теплоту морских волн. Гермиона наблюдала, как она улыбнулась, а после нырнула в такт волны, вынырнув где-то через минуту. Она действительно радовалась таким мелочам, как ребёнок. Гермиона завидовала её сегодняшнему настроению, ведь у неё такое настроение будет лишь только, когда Малфоя посадят в Азкабан. Гермиона провела подушечками пальцев по стеклу, облокотившись на него. Что будет если он её найдёт? Она даже думать об этом не могла. Эти мысли, как нож, который врезается в её сердце раз за разом.
Да как ты не поймёшь?! Он никогда тебя не отпустит! Он без ума влюблён в тебя! Кто ей говорил эти слова, Грейнджер до сих пор не помнила. Самое главное — это их смысл. Неужели, это её судьба? Нет, скорее это какой-то абсурд. Гермиона задумчиво провела рукой по щеке. — Хочу свободы... — И снова шёпот. Рыжеволосая увидела, как Гермиона наблюдает за ней через окно и лучезарно улыбаясь, помахала ей, будто созывая к себе. Гермиона в ответ лишь покивала головой, но потом, отошла от окна и вышла из комнаты. Через мгновенье, она оказалась на улице, ступая по горячему песку, нагревшийся на солнечных лучах. — Гермиона! Не будь такой смурной, иди купаться! — Радостный голос Джинни, хоть немного, но смог растормошить отвратительное состояние Гермионы — Хорошо, уговорила. Только я сейчас переоденусь в купальник и быстрее к тебе Развернулась и побежала скорее в дом, поднимаясь в свою комнату. С собой у неё не было купальника, но для этого существует трансфигурация. Она взяла из волшебной сумки, свою старую футболку и произнесла заклинание, после чего предмет гардероба превратился в закрытый купальник, чёрного цвета. Уголки губ поднялись, расплываясь в улыбке. Одевшись в купальник, Гермиона вышла на улицу, прикрывая лицо ладонью,чтобы защититься от ярких лучей солнца. Джинни уже спокойно плавала, дожидаясь подругу, а когда увидела её приближающуюся фигуру, то принялась брызгать тёплой водой в её сторону. — Джинни! — Вскрикнула Гермиона, прикрываясь руками для самообороны — Расслабься, она ведь тёплая *** Тем временем, Гарри и Рон шли по лесу, постоянно озираясь по сторонам, чтобы не наткнуться на Пожирателей. Гарри всю дорогу держал снитч, доставшиеся ему в наследство от Альбуса Дамблдора. Он помнил, как в первую свою игру, поймал его. — Давай здесь остановимся. — Предложил Рон Гарри осмотрел территорию и одобрительно кивнул, снимая с себя рюкзак, а после достал палатку и они с Роном попытались поставить её. Спустя какое-то время, им всё же удалось это сделать. Они даже не заметили, как начало уже темнеть и Рон почувствовал, как у него в животе всё урчит, от нестерпимого голода. — Слушай, дружище, мы целый день ничего не ели. Я чертовски голоден! — У нас из еды только контейнер с чечевичным супом, приготовленный твоей мамой и булочки, только неизвестно с какой начинкой — Произнес Гарри, копаясь у себя в рюкзаке — Да... Не густо... — Промямлил Рон и улёгся на кровать, больше похожий на кушетку — Привыкай — Ответил Поттер, пожимая плечами — Таким раскладом, мы можем и неделями ничего ни есть Рон ошарашено уставился на Гарри, а после поняв, что он говорит на полном серьезе, тяжело вздохнул. — Гарри, а если мы всё-таки не найдём никаких крестражей? Мы ведь оба не знаем, куда идти... В ответ последовало молчание. Гарри посмотрел на друга и тут же опустил взгляд. Он не знал, что ему ответить. Не знал куда идти. Знал лишь то, что нужно сначала начать с министерства. Необходимо как-то войти туда и остаться незамеченными, чтобы забрать у Амбридж, медальон Салазара Слизерина. — Рон, я знаю лишь одно... Первый крестраж, который мы должны уничтожить, находиться у Амбридж в министерстве магии *** Выжимая из волос воду, Гермиона вышла на берег, чувствуя как по коже бежит стая мурашек. На улице заметно похолодало и поэтому, девушки решили зайти в дом. — Сегодня ты готовишь ужин — С улыбкой на веснушчатом лице, произнесла Джинни — Договорились Гермиона поднялась в свою комнату, чтобы одеться во что-то более теплее. В сумке, нашёлся вязаный свитер и обыкновенные джинсы. Грейнджер быстро переоделась и спустилась вниз. Она залезла в холодильник, чтобы посмотреть какие продукты у них есть и что из них можно приготовить. В итоге, Грейнджер достала курицу и мигом пожарила её, используя магию. — Джинни, иди ужинать! Девушка с огненными волосами, спустилась вниз, где Гермиона накрывала стол. — Садись, а я пойду к себе... Аппетита нет Улыбнулась, совсем наигранно, как делала в Хогвартсе, под влиянием Малфоя. Гермиона медленными шагами, подошла к лестнице и хотела уже подняться к себе, как голос Джинни мигом остановил её. — Стой. Нам нужно поговорить... — В её голосе читалась странные нотки грусти — Это очень важно? Джинни повернулась к ней, сглатывая подступивший к горлу, ком и присела на стул, показывая взглядом, чтобы Гермиона села рядом. Грейнджер немного подумав, присела рядом, цепляясь ногтями в деревянный стол. За такое краткое время, она успела уже столько напридумать, что наверно у самого Волдеморта хватил сердечный приступ. — Это связано с Малфоем... Гермиона будто слышала, как сильно бьётся её сердце, готовое было упасть прямо в пятки. Она почувствовала мелкие деревяшки, собравшиеся под своими ногтями и вмиг убрала их со стола, поджимая руки под ноги. Неужели, он всё же нашёл её? Гермиона почувствовала подступающие слёзы, которые пришлось сдерживать и сжала зубы так, что казалось что они прямо сейчас скрошатся на деревянный пол, этого дома. Молчание. Она уже чувствует, как начинает нервно качаться из стороны в сторону, дожидаясь последующих слов Джинни. Но она молчала, чёрт возьми! Гермиона закусывает нервную губу, чтобы не закричать на молчащую в тряпочку, подругу. — Джинни, не мучай меня... Говори... — Выдавливает из себя Гермиона Рыжеволосая смотрит на неё исподлобья, также закусывая нижнюю губу, а после достаёт из кармана сложенную бумажку и отдаёт её Гермионе. — Мама прислала мне это письмо... — Сипела Джинни — Я зашла в комнату, а оно лежало на моей кровати. Видимо, наша сова прилетала, пока мы резвились в море... Дрожащими руками, гриффиндорка держала пергамент и одновременно читала. С каждым написанным словом, слёзы текли сильнее. Гермиона прикрыла рот рукой, от шока, когда прочитала последние строчки. Коленки уже неимоверно тряслись, как и её руки, которые закрывали ей рот. Крупные бусины слёз текли по щекам, потом они скользили по руке, но а затем падали на пол. ... Нору подожгли Пожиратели. Я смогла лишь разглядеть одного. — Малфой... Дочитала последнее слово вслух и положила пергамент на стол, не зная, что сказать Джинни. Гермиона как никогда сейчас понимала её, ведь, где теперь жить её семье? В такое время, семья Уизли не в состоянии восстановить Нору, а если им и удастся это сделать, то Пожиратели вновь разрушат его. — Он искал тебя... И... — Остановилась, потому что Гермиона её перебила — Что «и», Джинни? — Вышло грубо, чем хотелось. — Малфой хотел убить Рона. Кареглазая сразу посмотрела на неё, с нескрываемой злостью и принялась вытирать непрошеные слёзы. Этот ублюдок посмел явиться с Пожирателями в дом, дорогих для неё людей и заодно, желать убить человека, который не сделал ему ничего плохого. Малфой в своём репертуаре. Гермиона сжала письмо в руке, не сдерживая своих эмоций. Слёзы текли по фарфоровым, как у куклы щекам, а в ноздрях неприятно щипало. Джинни указала ей на другую сторону пергамента. Надпись оказалась перевёрнутой. Видимо, у миссис Уизли, действительно случился нервный срыв. Как она и думала...
— Я его так ненавижу... — Голос стал окончательно осипшим — Я знаю, Герми... Прости, что раньше не рассказала мальчикам... Они бы что-нибудь придумали. — Прошептала Джинни, также не сдерживая эмоций — Это не твоя вина, Джинни. Я ведь сама струсила... — Она шваркнула письмо в камин и начала наблюдать, как пергамент сгорает в огне — Мы ведь даже не знаем, где находиться Малфой, чтобы сдать его... — Гермиона поджала ноги под себя, положив голову на колени — Каждый день... Каждый день, я чего-то жду... Иногда кажется, что когда я читаю «Ежедневный пророк», то дожидаюсь той строчки, в которой будет сказано, что Малфоя поймали и посадили в Азкабан. А иногда, дожидаюсь того, что он найдёт меня и заберёт, потому что я не хочу жить всю жизнь с этим и бояться, что в какой-то момент он может найти меня... — Смахнула слезу и всхлипнула — Это выматывает... и одновременно ломает Полено атмосферно потрескивало в камине,маня взгляды девушек на себя. Грейнджер смахнула очередную слезу, оказавшиеся около уголка губ и облокотилась на спинку стула. Её последние сказанные фразы, отдавались отражением по этим стенам. Она протёрла лоб указательным и средним пальцами, чувствуя как её организм постепенно успокаивается и веки становятся значительно тяжелее. Её клонило в сон. *** Перед сном, Малфой решил выйти на балкон, закуривая маггловскую сигарету. И когда у него появилась эта дурная привычка? Но это заметно расслабляло и ему постоянно снились замечательные сны, связанные с Гермионой. Однажды, перед сном, Драко выкурил сразу три сигареты и ему приснился третий курс. Его первый поцелуй был не с Паркинсон, а с Грейнджер. Она совсем не умела целоваться как и он, но Малфой взял тогда всё в свои руки. Это пока что был его самый любимый сон, связанный с любимой гриффиндоркой. Она такая раскрепощенная, послушная... Не такая, как в реальной жизни. Но Драко легко может это исправить. Гермиона обязана быть для него покорной и любящей женой, которая будет уважать своего мужа. Сделал затяжку и выпустил пар, будто изгоняя из себя весь гнев, собранный за целый день. Малфой облокотился о бетонные перила, всё также делая глубокие затяжки, а после пар выходил из его рта, словно тучи, которые постоянно собираются, оповещая, что скоро начнётся дождь. В последнее время, Тёмный Лорд давит на юношу, заставляя выполнять самые сложные задания. За это лето, по его приказу, он убил уже около сотни людей. Видимо, так змеёныш наказывает его за то, что тот влюблён в грязнокровку и хочет жениться на ней, нарушая семейный закон Малфоев. Если бы прямо сейчас, Драко жил в Малфой мэноре, то все портреты его предков, говорили, что он «предатель крови». Но я не Уизли. Люблю лишь одну грязнокровку... Драко ухмыльнулся от собственной мысли и затушил сигарету, не желая больше стоять на таком холоде. Удивительно... Ведь, днём было неимоверно жарко, а сейчас холодно, словно в Арктике. Малфой не стал задумываться о такой чепухе и зашёл внутрь своих покоев. Под глаза бросился стакан, наполненный огневиски. Малфой не стал колебаться и сразу же опустошил его, повторно наполнив. Алкоголь дурманил его разум, медленно расплываясь в крови. И по телу, прошлось такое тепло... Драко прикусил губу, будто чувствовал каждой клеткой, как алкоголь заполнял его. Такое блаженство, что Малфой захотел просто лечь на свою постель и просто лежать с открытыми глазами, сверля взглядом белоснежный потолок и одновременно думать о звезде пленительного счастья. То есть о Грейнджер. Но он размышлял о другом. Что было бы если Люциус был до сих пор жив? Скорее он пришёл в гнев и вычеркнул Драко из своей жизни. Но всё равно, он бы оставался Малфоем. И сегодня когда он явился в Нору Уизли, Драко намеревался покончить с рыжем, которого к большому сожалению, там не оказалось. Как и Поттера. Малфой ещё больше разгневавшись, приказал Пожирателям уничтожить Нору и после призраком исчез. Неизвестно, уничтожили они семейство Уизли или нет, но они всё равно не имели для Малфоя никакой выгоды, потому что никто так и не признался, где находиться Гермиона — Спокойной ночи, моя маленькая Герми... — После произнесённых слов, он уснул, крепком сном *** Вокруг слышен лишь её радостный смех. Она бегала по лугу, украшенный сиреневыми цветами и смеялась, как ребёнок. А он наблюдает, лёжа на траве. Гермиона такая прекрасная... Её волосы развиваются на ветру, а сарафан поднимается с каждым её маленьким прыжком. Она лучше любого солнечного света, отражающий каждый божий день. Такая хрупкая и нежная, как лепестки розы, которую он преподнёс ей на первом курсе. Драко разглядывает её издалека и улыбается, словно тот влюблённый одиннадцатилетний мальчишка. Ещё немного и она окажется в его ловушке из которой, он её точно никогда не отпустит. Гермиона уже приближается к нему и с резким криком, падает прямо на Драко. Мужские руки, тут же хватают её в крепкую хватку и она... Улыбается? Именно. Гермиона сама прижимается к его груди, поглаживая его платиновые волосы. Юноша как обычно зарывался в любимые кудри, вдыхая дурманный запах шоколада. А после, целует в висок, в лоб, медленно переходя к пухлым губкам, в которые через мгновение впились его хладные губы. — Драко... — Простонала Гермиона, сквозь поцелуй — Замолчи, Герми... — Рычит, словно зверь Он схватил ту за бёдра, приподнимая подол сарафана и касаясь нежной кожи. В штанах сразу же стало слишком тесно. Гермиона сама не поняла, когда оказалась снизу, теперь Малфой был сверху и медленно, будто наслаждаясь моментом, начал снимать с неё лёгкий сарафанчик. Как оказалось, под ним ничего не было. Будто специально готовилась для него. И снова поцеловал гриффиндорку, выражая всю свою любовь к ней. Пальцы зарылись в её кудри, а его язык начал вытворять всякие трюки. Через какое-то время, Драко почувствовал, как Гермиона также включает в работу свой нежный язычок. Теперь их языки переплетались в страстном вальсе, руки вцеплялись в волосы, а возбуждение росло в унисон. — Я люблю тебя Это последнее что он услышал, когда вышел из царства Морфея, с надеждой что этим днём
Что то узнает про неё.