𝐑𝐚𝐝𝐢𝐨𝐚𝐩𝐩𝐥𝐞

Утро в отеле началось необычно. Первые яркие лучи рассекли багровое небо ада, ослепительно-золотые и чистые, как если бы само солнце прорвало вечную пелену. Чарльз, первым заметив свет, выкатился из своей кровати и закричал на весь отель:

— Свет! Там свет!

Мгновенно проснулись все. Энджи, в панике натягивая первую попавшуюся рубашку, Аластор, поспешно поправляющий подтяжки, Люцифер, который, заметив цвет неба, побледнел, и даже Чарли с Вегги выскочили из своих комнат, словно их кто-то звал.

Все выбежали на улицу.

И в этот момент прямо перед входом в отель появилась она — величественная, красивая, уверенная, с сияющими белыми крыльями, которые контрастировали с её ледяной улыбкой.

— Лилит, — прошептал Люцифер, и сердце его тяжело упало.

Чарли застыла. Она не видела мать семь лет. Семь долгих лет.

— Мама? — голос её дрожал.

Лилит улыбнулась дочери тепло, но, когда её взгляд упал на Аластора, глаза зажглись холодным презрением.

— Так вот куда ты докатился, Люци, — сладко, но с ядом проговорила она, — ты променял меня... на это?

Аластор выпрямился, сложив руки за спиной.

— Это — меня зовут Аластор, — вежливо, но с твёрдой ноткой ответил он. — И я советую вам выбирать слова, мадам.

Али и Астра, не зная, кто перед ними, переглянулись. Энджи тут же, как всегда, вписался:

— Ну что вы все так напряжены? Давайте познакомимся! Лилит, это Али и Астра — наши новые друзья. Девочки, знакомьтесь — это Лилит, наша... любимая семейная головная боль!

Вегги подавилась чаем.

Лилит даже не удостоила их вниманием. Её взгляд не покидал Люцифера.

— Ты опустился. Связаться с ним? С этим... радиодемоном? — она медленно подходила. — Ты был первым, Люци. Падший. Могущественный. И вот теперь ты возишься с этим...

— С этим, — холодно перебил её Аластор, сделав шаг вперёд, — я — тот, кто рядом с ним, когда тебя нет. Кто рядом, когда ему больно. Кто рядом, когда он улыбается.

Голос Люцифера дрогнул, но он оставался молчаливым, просто сжимая кулаки.

— Ты не смеешь принижать его, — продолжал Аластор. — И если ты пришла сюда, чтобы оскорблять моего любимого — тебе стоит вернуться в свой рай.

Чарли молчала, ком в горле мешал ей что-либо сказать. Вегги осторожно взяла её за руку.

Энджи, не теряя момента, театрально воскликнул:

— Ох, ну я обожаю утренние семейные драмы, где кофе?

Лилит, не получив ожидаемой реакции, сощурила глаза и, осмотрев Люцифера с ног до головы, вдруг усмехнулась, опускаясь до откровенного сарказма:

— Ох, милый, ты, кажется, стал... меньше? Какой же ты крошечный рядом с ним, — она лениво кивнула на Аластора. — Серьёзно, Люци, неужели у тебя не осталось ни гордости, ни… роста?

Люцифер, стиснув зубы, уже открыл рот, но вдруг Аластор с лёгким, но отчётливо напряжённым смешком шагнул вперёд.

— Ах, мадам, вам, очевидно, плохо видна перспектива. — Его улыбка стала холодной, а глаза сверкнули. — Величие не измеряется ростом. А вот мелочность — прекрасно читается в ваших словах.

Чарли сжала кулаки, сделала шаг вперёд и резко заговорила, не давая матери продолжать:

— Мама, хватит! Я горжусь своим отцом. — Она подчеркнула слово отец, глядя ей прямо в глаза. — Рост — это последнее, что имеет значение. Ты не имела права его бросить, а теперь не имеешь права судить.

Лилит приподняла бровь, но Чарли уже не остановить.

— Он всегда был для меня лучшим папой. И если ты этого не понимаешь — жаль. У тебя была семья, но ты её потеряла.

В этот момент раздался тихий голосок снизу.

— Папа самый лучший... — Чарльз, слегка смущаясь, но решительно, поднял голову, вцепившись в руку Люцифера. — Он всегда меня обнимает, играет со мной… и он высокий! Для меня — очень высокий!

Горло Люцифера сжалось. Он посмотрел на сына, потом на Чарли, и, наконец, на Аластора, который просто кивнул ему, молча, но уверенно.

Лилит отвела взгляд, словно внезапно растерялась, не зная, что ответить.

И тут, конечно, Энджи с самодовольной улыбкой громко прокомментировал:

— Ну, знаешь, Лилит, я бы тоже выбрал низкого, но горячего, чем высокую, но холодную!

Вегги прыснула в ладонь, а Астра, сдерживая смешок, тихо шепнула Али:

— У вас тут... круто.

Али, вся смущённая, кивнула.

Аластор спокойно закончил:

— Прошу, мадам, если вы пришли, чтобы напомнить о прошлом, вы опоздали. Здесь — его семья. И мы — его настоящее.

Лилит опустила голову, её голос стал тише, полон надлома и горечи:

— Я… я ведь не пришла сюда, чтобы вас обидеть. Я скучала. Скучала по дочери, по… по тебе, Люци. Может быть, я была неправа, может, я… я просто хотела снова почувствовать семью.

Её глаза наполнились слезами, она дрожащей рукой прижала ладонь к сердцу:

— Я ведь всё потеряла. Пожалуйста… я просто хочу… я просто хочу вернуться. Я не могу… я не могу оставаться одна…

Эта сцена, полная якобы искренней боли, мгновенно повлияла на всех.

Чарли медленно опустила руки, её взгляд стал мягче.

— Мама… я… может, нам стоит попробовать?.. Дать ей шанс? — неуверенно проговорила она, оборачиваясь к Люциферу.

Вегги, Али, даже Хаск — все, похоже, начали склоняться к прощению.

Люцифер колебался. Он опустил взгляд, сжимая губы. В его сердце что-то болезненно кольнуло. Сколько бы времени ни прошло, Лилит оставалась для него человеком, с которым он когда-то делил жизнь. Чувства были сложнее, чем он готов был признать.

Но в стороне стояли двое.

Астра тихо, с холодной подозрительностью наблюдала за Лилит. Её глаза сузились. Она, скрестив руки, прошептала:

— Это не правда. Она играет.

Рядом Аластор, не сводя взгляда с Лилит, аккуратно поправил перчатки и холодно улыбнулся:

— Какая примитивная театральность. Почти поверил бы, если бы не знал таких, как она.

Он тихо наклонился к Астре:

— Я не купился. Ты тоже, да?

— Ни на секунду, — коротко кивнула Астра.

— Тогда, — Аластор медленно повернулся к ней, — у нас есть работа. Пока все растроганы, мы займёмся тем, чтобы сорвать её спектакль.

Они незаметно отошли от остальных.

— План? — спросила Астра, уже готовая к делу.

— Начнём с того, чтобы выяснить, что она на самом деле задумала, — шёпотом произнёс Аластор. — И когда поймём, вырвем её корни отсюда навсегда.

Они взглянули друг на друга с полным взаимопониманием и с синхронной уверенностью двинулись вглубь отеля, готовясь противостоять Лилит.

Когда Лилит проводили в одну из уютных комнат отеля, большинство облегчённо вздохнули, поверив в её раскаяние. Только Аластор и Астра, переглянувшись, договорились молча: играть в доверие.

Спустя полчаса они вдвоём постучали в её дверь. Лилит открыла, на её лице застыла уставшая, но довольная улыбка.

— Аластор? Астра? Чем обязана?

— Мы хотим… — Аластор осторожно опустил глаза, будто смущён, — …поговорить. Мы… подумали. Может, мы были слишком строги. Мы ведь тоже хотим, чтобы семья снова была вместе. Не так ли?

Астра, стараясь выглядеть чуть мягче, добавила:

— Да, мы… просто хотим понять тебя, Лилит. Может, нам нужно… ну, больше времени вместе.

Лилит внимательно посмотрела на них. Глаза её блеснули, и, будто проверяя, она кивнула и пригласила их войти.

— Садитесь. Я… я рада, что вы пришли.

Они сели, изображая вежливую заинтересованность. Аластор склонил голову, словно внимательно слушал её каждое слово, а Астра деликатно задавала вопросы.

— Ты… правда хочешь всё вернуть? — с лёгким надломом в голосе спросил Аластор, стараясь звучать искренне.

— Конечно. Я больше всего хочу вернуть свою семью… — Лилит опустила глаза, затем медленно добавила, не замечая, как внимательны её собеседники: — …и своё место. То, что мне принадлежит. Я так долго этого ждала.

Астра, играя на грани, сделала вид, что её это не смутило:

— Ты заслуживаешь этого. Только… — она сделала паузу, — …что именно ты хочешь вернуть? Свою дочь? Своего мужа? Свою власть?

В глазах Лилит на мгновение промелькнула опасная искра. Она слегка улыбнулась:

— Все три вещи. Особенно… власть. Семья — прекрасный инструмент, чтобы её получить.

Аластор внутренне ухмыльнулся, но продолжил поддерживать вежливый тон:

— Конечно, конечно… мы ведь с Астрой тоже за тебя. Мы даже можем помочь, если ты… откроешь нам, что ты задумала.

Лилит внимательно на них посмотрела, но не заподозрила подвоха.

— Будем говорить откровенно, раз вы, похоже, разумные… — она облокотилась на спинку кресла. — Я хочу вытеснить Люцифера. Он слишком мягкий, слишком… слабый. Я хочу забрать отель, вернуть себе дочь, и показать, кто действительно достоин управлять этим местом.

— Значит, ты хочешь разрушить его семью? — спокойно спросила Астра.

— Нет, — Лилит хищно улыбнулась. — Я хочу, чтобы семья осталась. Просто без Люцифера. Думаю, мне с Аластором будет куда интереснее.

В этот момент Аластор еле сдержал улыбку и произнёс мягко:

— Какой… дерзкий план.

Астра опустила глаза, изображая восхищение.

— Мы с тобой, Лилит. Мы поможем.

— Отлично, — Лилит довольно кивнула. — Я знала, что вы поймёте.

Когда они вышли из комнаты и дверь за ними закрылась, Астра выдохнула:

— Ну и змеища.

— Ещё какая, — Аластор поправил галстук и с лёгким весельем добавил: — Но теперь у нас есть козыри.

— Готов идти до конца?

— Всегда, дорогая.

Они направились искать Люцифера, чтобы рассказать правду.

Продолжение следует..