Глава 11.
Успокоившись, Су еле соскребла себя с пола, всю помятую и растрёпанную. Она взглянула в зеркало, висевшее прямо перед ней, будто кричащее: "Ну, посмотри на себя уже!". Там Кан увидела неряшливую девушку, у которой волосы, то и делали, что падали на лицо, раздражая её этим, у брюнетки выражение лица было препечальнейшее, а губы превратились в тонкую нить, слегка подёргивающуюсю. Испугавшись собственного вида, она стёрла накопившуюся влагу в её глазах, и, стараясь больше всматриваться в жуткое отражение, побежала искать врача.
Бродя по длинным коридорам, она всё-таки нашла его.
— Он, он! — Он проснулся! — выпалила Суми, указывая куда-то вдаль, — Пойдёмте со мной... — Су потянула доктора за рукав, нетерпеливо прося ускориться.
— Да, хорошо... — промямлил врач, зевая на ходу.
— Ответьте, господин Ким, как его состояние? Сонхун выглядит слишком... Слишком измученным... — запинаясь, поинтересовалась девушка. Его больной вид, эти кровоподтёки, царапины, синяки, чёртов гипс, вялый голос очень пугают её. Она не может смотреть на него в таком виде, и понимать, что это всё её вина. Осознавание этого терзает душу, хочется саму себя истерзать...
— Состояние вполне удовлетворительное. Есть перелом большеберцовой кости, а так, всё в норме. Царапины и синяки скоро пройдут, не беспокойтесь! Через несколько недель будет как новенький. — доктор Ким говорил так добро и искренне, что брюнетка невольно сама заулыбалась и кивнула, она была рада, что всё не так плохо.
А может всё это на словах? Может Паку намного хуже? Может он страдает не только от физической, но и от душевной боли? Кто знает, вдруг эта кучка сделала ему ещё что-то? Как-то морально поиздевалась?
Девушка снова нахмурилась, сдвинув брови и продолжила поспевать за врачом, который стал вдруг быстрее её.
Войдя с доктором внутрь палаты, девушка тихонько присела рядом с койкой, на которой лежал Сонхун. Парень же в свою очередь внимательно слушал Кима, его рекомендации и прочее. Наконец, договорив, врач на прощание взглянул сначала на Сонхуна, затем на Суми, понимающе кивнул и покинул комнату.
Остались только они одни. Первой заговорила Су:
— Врач сообщил мне, что ничего такого нет, только сломана кость... И что всё будет в порядке, поэтому скоро ты будешь снова ходить, как раньше! — брюнетка с трудом натягивала эту улыбку, пыталась говорить бодрым голосом и старалась излучать для парня только позитив. Не надо дать ему поникнуть. Может себе и позволила, но ему точно нет. Хотя, как ни посмотришь — перелом не такая уж и тяжёлая ноша для организма, но для Суми довольно большая. Совесть грызёт её изнутри. Эта совесть не жалеет её, отрывает и разбивает кусочки её души, кричит, упрекает: "Это твоя вина, и ничья больше". А девушка покорно встаёт перед ней на колени, принимает свою вину. "Да. Это моя вина...". Как бы ни старается брюнетка верить в выздоровление, ей это никак не получается. Думается, что это уже навечно, это уже никак не вылечить... Может и вылечится, но след от костного шва останется навсегда...
— Рад это слышать! — улыбнулся Сонхун, — Но я не так беспокоюсь о себе, как ты. Думаю, это лишнее, Суми... Не нужно себя перегружать мною!
— Всё... Всё причиной этому я... Если бы не я, ты бы не лежал тут и не мучился! — прошептала Суми сожалеющим голосом. Бедняжка прекрасно понимала, что если бы она просто послушалась Нишимуру, то ничего бы такого не произошло. "Как?! Как же можно быть такой легкомысленной?! " — упрекала себя девушка, разрывающаяся от вины. — Прости, прости, прошу тебя, прости меня! — брюнетка упала перед его койкой на колени, а голову, положенную на ладошки, прижала к краю кровати. — Я правда очень виновата перед тобой... Я правда приношу тебе только проблемы...
— Суми, перестань, — возмутился смущённый Сонхун. — Твоей вины в этом совсем нет. Подумаешь, чего не бывает. — после длительной паузы Пак продолжил, — А эти... Ребята. Ты с ними знакома?
Суми помедлила, но всё же решила признаться:
— Да. Был с ними... — вздохнула Су полной грудью, — Неприятный опыт общения. — брюнетка взглянула на него исподлобья грустными глазами. Надеюсь, она не сказала ничего лишнего?
— Что? — спросил парень, немного приподнявшись на локтях, — Они тебя обижали? — Только честно!
В воздухе тяжко повисло молчание девушки. "Нет, не надо говорить, я же не хочу, чтоб это привело к дракам и стрессу между ними?". — сошлась на этой мысли Кан. "Будь умнее, Су!" — просила себя она.
— Нет, вовсе нет, просто... Мы поругались когда-то из-за мелочи.
— Ты не врёшь? Я не хочу, чтоб тебя кто-то обижал...
— Конечно, Сонхун~и, я не вру! — нежно потрепала щёчку парня Суми, — А так, ты должен сейчас волноваться не за меня, а за себя в первую очередь.
— Постараюсь... Но в любом случае, знай, что всегда надо быть сильной, слабые же в этом мире просто не выживают. Не нужно ходить в спортзал, чтоб стать сильной. Достаточно выработать в себе волю и отпор.
— Спасибо за совет! — мягко отблагодарила парня Кан. Она ещё задумается над его словами. Может, правда? Хватит быть слабой! Это обрело последствия, которые она и видит перед собой в виде покалеченного Сонхуна.
— Я люблю тебя...
— И я тебя, — нежно поцеловав парня, она слегка приобняла его. Пак лежал и из-за этого было неудобно обниматься. Неудобно, но очень тепло!
Они чувствуют сердцебиение друг друга, а два сердца превратилось в одно. Один ритм, одно единое сердце и одна любовь... В такие моменты просто не ощущаешь бытие, не замечаешь вокруг этого противного запаха таблеток. Просто наслаждаешься этой спокойствием друг друга и теплыми прикосновениями. Так хорошо на душе...
«Ни одна единица измерения не отмерит мою любовь к тебе. Она безгранична. Просто знай, что я люблю тебя. Не в граммах, не в литрах и не в сантиметрах, а просто люблю. Люблю всем сердцем, этим куском мышечной ткани...»
***
Ежедневный режим для Су поменялся с той недели. Подъём, завтрак наспех, универ, больница, дом, ужин. А назавтра то же самое. Каждый день, в течение длительного времени Суми посещала больницу. Сонхуну становилось всё лучше и лучше, и девушка была очень рада его выздоровлению. Совсем скоро его выпишут из больницы! Но одно терзало её на уроках параллельно с мыслями о Сонхуне то, что Нишимура был как-то к этому причастен. Вроде бы и ничего, девушка более-менее отпустила свою вину, но всё равно она есть. Хочется подойти к нему, расспросить, узнать, почему же они так с ним подло поступили? Девушка бы намного легче перенесла бы и сто, и тысячу пинков себе в живот, но не слабое, больное тело своего парня.
Сегодня же этот вопрос настиг пика. Именно сегодня она пойдёт с ним на встречу, где всё подробно выяснится.
Первый шаг. Она написала ему короткую SMS-ку перед универом с просьбой прийти в тот самый тихий переулок, куда Рики загнал её. Ответ заставил себя недолго ждать: спустя пару минут он ответил утвердительно. "Так скоро отозвался, как будто бы всю жизнь ждал сообщения от меня" — фыркнула Кан, презрительно закатывая глаза. Спустя ещё минуту последовал смайлик, надменно улыбающийся. Этот смайл вывел её из себя. Избил её парня, так ещё и насмехается?! Ублюдок.
***
Просидев четыре скучные пары, брюнетка вскочила с места и полетела, словно пуля, в переулок.
Там же никого не было. Только серые, обшарпанные стены, на которых рисовались разного рода граффити, грязный асфальт, песок, пыль, мусор...
Тихонько расматривая свои ботинки, девушка даже и не заметила, как здесь неожиданно появился блондин. Спустя минуту он откашлялся и раздражённо прохрипел:
— Ну, чего звала?
Кан вздрогнула и медленно подняла взгляд на него. Растрёпанные блондинистые волосы, чёрные вещи, равнодушие, всё в нём осталось. Он подкуривал сигарету, а дым, выходящий из этой палочки зависимости, попадал прямо в носик Суми, раздражая рецепторы. Фу, она не переносит этого мерзкого запаха!
— Чего поморщилась, как изюм, не нравится? — Нишимура же ещё втянул этот никотиновый дым и выдохнул девушке прямо в лицо. — Ну что, приятно? — засмеялся тот.
Су же в свою очередь тяжело откашливалась, водила ладонью вокруг себя, разгоняя в толще воздуха дым. Она еле сдерживала себя, чтоб не заплакать. Но сдержала. Не нужно давать ему видеть свои слёзы вновь. Так она ещё больше льстит ему, эти слёзы пробуждают в нём чувство упоения и жажды, а с каждым разом он захочет этих слёз все больше, больше, больше... Рядом с ним она чувствует себя ничтожно и подавлено. Наверняка это связано с прошлыми воспоминаниями. Но как от них избавиться, если только завидев его, брюнетка тут же прокручивает в голове те события? Никак. Ведь пока он тут, эта часть памяти никак не сотрётся, как бы она этого не хотела...
— Я хотела бы поговорить насчёт того инцидента... — тоненьким голоском робко запищала Суми, — А подробнее, насчёт драки, в ходе которой пострадал мой парень, Пак Сонхун. Ты же причастен в этом? — Кан мысленно молилась, чтоб это был не он, что это была просто левая шайка и произошло некое недоразумение... С ним же будет сложнее. Когда брюнетка сюда шла, она даже приняла тот факт, что отсюда Су возможно придёт такой же как... Сонхун. Разбитой, поломленной, униженной, кровоточащей, пораненной, избитой...
— Не думал уж, что ты догадаешься! — засмеялся своим пронизывающим хохотом Нишимура. Потушив сигарету об стенку, он бросил её себе под ноги, — А если честно, ты довольно недалёкого ума, потому что размышляла, кто же мог побить его, очень долго. — Рики сделал паузу, а после, с издёвкой, продолжил, — А может это твой паренёк тебе сказал? Тогда мне ещё смешнее! — Нишимура ещё сильнее засмеялся в голос, полез на стену, а после валялся на земле.
— Я вижу тебе смешно, Рики. — холодно процедила сквозь зубы девушка, успевшая набраться смелости.
— Очень, — согласился парень, вдоволь насмеявшийся непонятно от чего. Мгновенно он сделал лицо посерьёзней, надел на себя снова то безразличие и колючий взгляд, о который неоднократно резалась когда-то Кан. — А так... Ты уяснила урок, почему меня надо слушаться? Я же говорил, иначе плохо будет. Ты — моя жертва, я тебя выбрал на истязание и ты должна была покорно повиноваться мне. Ты ослушалась, и видишь, к чему это привело. — Нишимура присел на рядом стоящую скамью и продолжил, — А чтоб этого не было, надо что? Правильно, слушаться. Теперь же, я приказываю тебе опуститься на колени и умолять прощения изо всех сил. Если не хочешь или мне не понравится извинение, значит Пак станет нашей грушей... Естественно, для битья. — Рики выжидающе смотрит на Су, ожидает от неё действий.
У Суми на устах застыло тихое "нет", которое не успело раствориться в воздухе и дойти до блондина. Впрочем, для него такого слова не существует. Всё, что он попросит, на всё должен быть ответ "да". "Нет" же он просто не воспринимает, игнорирует, Рики словно робот, в словарном запасе которого нет простого слова...
Девушка не знает, что ей делать. Но сердце знает. Как говорил Сонхун, поселившийся в этом сердце, нужно быть сильной. Слабые же в этом мире не выживают. Дала себя обидеть? Сонхуна же не ни за что! Злость медленно, начиная от пяток и заканчивая головой, овладевает ей, когда она сходится на мысли о том, что Нишимура хочет навредить им. Руки невольно сжимаются, разжимаюся, зубы крепко стискиваются, а дыхание становится злостно-учащённым. Более она сдеоживать себя не может. Она не позволит дать ему сломать их.
Суми в мгновение ока преодолевает расстояние между ними. И... Даёт смачную пощёчину.
— Ты чего?! — вскрикнул Рики, хочет ударить в ответ, но не получается. Не поднимается рука на того человека, которого он знает, что тот и мухи не обидит. Которого он знает как добрейшего и милейшего существа на планете, который не способен на злобу. Который очень хрупкий и слабый...
— Никогда, слышишь, никогда я не позволю больше унижать меня, а тем более Сонхуна! — Никогда! — она вопит, кричит, пытается снова ударить Нишимуру, но падает на этот грязный асфальт. И задыхается слезами, которые девушка не смогла спрятать поглубже в себя от него.
Её вид напугал парня до чёртиков. Неужели, неужели он достиг пика, когда это чудо кого-то искренне ненавидит? Кажется, что это белое создание не способно на такие чёрные, грешные чувства. Но их пробудил в ней именно он. И из-за этого он начинает себя ненавидеть... Его пугает эта истерика, он винит себя, первый раз за эти двадцать лет у него проснулась совесть.
— Прошу, прости меня! Я очень сожалею... — начал оправдываться Рики, паникуя и слегка гладя Су по спине, пытаясь успокоить. — Прошу не плачь, эй! — это его слабость. Женские слёзы, пролитые нежнейшими, любящими по-настоящему женщинами. Он их не переносит. Хуже того, что они из-за него, источника страданий Суми вот уже пару лет. — Я понял, жаль, что только сейчас, что ты меня ненавидишь, из-за того, что я так бесчувственно игрался с тобою и хотел продолжать издевательства! Я понял, что ты меня уже не любишь давным-давно! — ах, как ему трудно выговаривать это, — Суми! Как? Как мне искупить свою вину?! — перекрикивает её сквозь рёв парень.
Наконец девушка медленно поднимает голову, и железным голосом просит, нет, даже приказывает:
— Умри для меня, как умерла моя любовь к тебе... Уедь отсюда вместе с моими воспоминаниями о таком ужасном человеке, как ты. Просто исчезни из моей жизни, если хочешь искупить свою вину, если хочешь, чтоб наконец-то я была уже счастлива...