Не могут взлететь, не обнявшись

- Девочка... Девочка наша! Фериде... Потерялась! Нигде нет!

Повисшая на мгновение тишина в какой-то момент резко сменилась беспорядочным гулом голосов. Всего лишь минуту назад сидевшие за столом и мирно завтракавшие люди резко повскакивали со своих мест и окурижили собой задыхающуюся женщину. Каждый норовил озвучить свой вопрос по поводу случившегося, от чего в этом шуме стало невозможно что-то разобрать. Лишь изредка получалось выхватить небольшие обрывки фраз по типу как, где и как давно обнаружили пропажу девочки, но и они быстро терялись, смешиваясь с громкими причитаниями и оханьем.

Среди всего этого хаоса только один Али Рахмет остался там, где и был, даже не сдвинувшись и не дернувшись. Он знал, что должно было произойти нечто подобное и был к этому готов, но почему-то сейчас, когда все наконец случилось, эта новость его шокировала и выбила из морального равновесия. Сердце билось где-то в районе горла и мешало сглотнуть. Фекели чувствал себя так, словно речь шла не о девочке, о существовании которой он узнал только что, а о его родной дочери или внучке.

Из всех присутствующих тревога и страх охватили лишь Али Рахмета. Остальные же находились под властью самой настоящей паники и совершенно не понимали, что им делать, куда бежать и с чего вообще лучше начать.

Как ни странно, но мужества взять себя в руки и прояснить ситуацию хватило не у какого-то крепкого деревенского мужчины, а у маленького заплаканного мальчика, стоявшего в центре этого импровизированного круга. Он вырвал свою маленькую ручонку из стальной хватки уже ничего не соображавшей женщины и наспех стер влажные следы на щеках запачканной ладошкой.

- Мы с Фериде... мы... мы гуляли в поле. Совсем недалеко, клянусь! Потом я захотел пить и предложил ей вместе сбегать до моего дома, но она отказалась. Сказала, что хочет понаблюдать за бабочкой, и что если мы уйдём сейчас, то она улетит. Я... я пошёл один, попросил её не уходить никуда. А когда вернулся... - слезы вновь стали подступать и мальчик прервал свой рассказ, чтобы побороть их.

Один из мужчин, что находился ближе всего, буквально выпрыгнул из толпы и стиснул парня за плечи. Он начал трясти хрупкое детское тельце, совсем не контролируя свою силу.

- А когда вернулся?! Что было, когда ты вернулся, Мехмет?! Отвечай же! Не молчи!

От таких действий и криков Мехмет растерялся ещё больше. Мужчина же не обратил на это внимание и от безысходности продолжил срываться на нем. Тогда Фекели и очнулся от своего внезапного ступора. С помощью нескольких резких движений он оттолкнул всех стоящих на его пути и нагло ворвался в самый эпицентр происходящего.

- Не кричите на ребёнка! - опускаясь на колени перед малышом и тут же утягивая его в свои объятия. - Тише, дружок, успокойся. Расскажи, что случилось дальше. Никто не будет на тебя ругаться, я обещаю!

Слова Али Рахмета и тепло, исходящее от его крепких рук, немного рассеяли страх мальчика перед разъяренной и сгорающей от нетерпения толпой. Мехмет почувствовал, что находится в безопасности, по крайней мере пока что, и потому решился продолжить. Однако, говорил он теперь не всем присутствующим, а обращался конкретно лишь к Фекели.

- Когда я вернулся, Фериде нигде не было. Я долго звал её, но это не помогло. Тогда я побежал за мамой. Но и вместе мы не нашли её. Вот.

Не смея перечить Али Рахмету, все замолчали и прислушались к тихому голосу мальчика, чтобы узнать конец его истории, но после того, как Мехмет снова замолчал и кто-то, не дожидаясь других, сразу же выкрикнул свое предположение о том, что девочка могла уйти в лес, гам возродился.

- Молодец, Мехмет. Иди теперь к своей маме и не беспокойся ни о чем. - похлопав паренька по спине и передав его обратно стоявшей рядом женщине. - Так, спокойно! Ваша паника здесь не поможет. Разбейтесь на группы и отправляйтесь на поиски ребёнка. Даю слово, что мы найдём её! Если понадобится, я соберу своих ребят, и они осмотрят каждый сантиметр этого леса. Давайте, за работу!

Уверенный приказ и чёткая организация действий оказались тем самым необходимым механизмом, который запустил все самые важные шестеренки в головах этих людей и позволил им отбросить свое замешательство, чтобы наконец начать решать возникшую проблему, а не просто топтаться на месте. Мужчины поспешили перейти к выполнению указаний Али Рахмета, а женщины отошли чуть в сторону и принялись успокаивать как маму Мехмета, так и друг друга. Сам же Али Рахмет был ловко подхвачен Ангелом и оттащен подальше от посторонних глаз за стену одного из домов.

- С ребёнком ведь все будет хорошо, да? Тебя же именно для этого сюда и отправили?

- Да, как раз поэтому мы с тобой сейчас здесь. Ты поможешь этой девочке... А я помогу тебе... - обнимая мужа за плечи и крепко к нему прижимаясь. - Ты, кажется, полетать хотел.

Али Рахмет сразу понял намёк Хюнкяр и заключил в кольцо рук её талию. Она аккуратно расправила непривыкшие так долго прятаться за спиной крылья. Возвращаясь в свое истинное положение, они случайно задели подвешенные на самодельный крюк плетеные корзины, тем самым вынудив их немного покачаться. Уж слишком мало для них было места. Фекели завораженно наблюдал за этим беспокойством потревоженных предметов деревенского быта. Он успел забыть, насколько огромными на самом деле были крылья его Ангела. Гораздо больше, чем ему рисовали воспоминания.

В мгновение ока эти крылья доставили пару на опушку леса. Чистый, ни на что не похожий воздух, шелест листьев, сквозь которые, петляя, пробирается ветер, солнечный свет, прегражденный пушистыми ветками и оставляющий за собой длинные ниспадающие на землю полосы. Все это ассоциировалось только с самым лучшим. Первые совместные прогулки, первые улыбки, первые касания, первые смущения, первые опущенные ресницы и покрасневшие щеки. Даже спустя сорок лет лес все ещё становился их убежищем, местом, где они без каких-либо опасений могли обнажить друг другу свои души. А сейчас... сейчас лес дарил влюблённым истинную свободу. Свободу жить в чуде и наслаждаться им, скрываться от всех, но при этом быть собой и не скрывать ничего.

- Значит, девочка действительно ушла сюда? - оглядываясь по сторонам, но так и не находя, за что можно было бы зацепиться взглядом, видя перед собой лишь деревья в их бескрайнем продолжении уходящих далеко вперёд лабиринтов. - И как мы её найдём? Ты уже знаешь, где она? Если так, то почему мы не...

- Тшшш... Не торопись.

Изящные женские пальцы легли на губы мужчины, останавливая поток сбивающих слов. Хюнкяр наконец получила желаемую и так необходимую ей тишину, чтобы прислушаться к окружавшему их буйству совершенно разнообразной лесной жизни и отыскать только ей известное. Али Рахмет растерялся в попытке закончить вопрос, но не растерялся в своих дальнейших действиях. Поняв, что Хюнкяр, сама того не подозревая, поставила его в крайне выгодное положение, он воспользовался моментом этого неожиданного сосредоточения жены и стал покрывать поцелуями её ладонь.

- Нашла! Я слышу её! - воскликнул Ангел, до сего момента не замечая на своих пальцах настойчивых касаний губ. - Нам придётся немного прогуляться.

Так и не выпустив нечаянно попавшую в его плен руку, Али Рахмет соединил их пальцы в крепкий замок, на что Хюнкяр ответила широкой улыбкой и лишь сильнее прижалась к мужу.

- Если гулять, то только так.

- Хорошо, - чуть приподнимая четки и освобождая запястье любимого, а после трепетно касаясь его губами, будто оставляя незримую печать. - Тогда я уберу их, чтобы не мешали.

Ангел был готов сложить свои крылья и снова стать похожим на обычного человека, но Али Рахмет, заранее ожидая этого, остановил её.

- Не стоит, - поглаживая белоснежные перья свободной рукой. - Я заметил, что ты испытывашь огромный дискомфорт, когда твои крылья слишком долго находятся у тебя за спиной. Они ведь не мешают... А мне так тем более. Я их очень люблю. Как и все, что есть в тебе... Дело явно не в удобстве. В чем причина, что ты не хочешь, чтобы я слишком часто их видел? Чего ты стесняешься?

Хюнкяр склонила голову, пристыдив саму себя за такое очевидное вранье относительно своих истинных мотивов и впоследствии не самую удачную попытку все скрыть.

- Прости... Проблема действительно не в удобстве. Ты прав. Во всем прав. Во всех своих наблюдениях и выводах. Я ведь... я ведь тоже кое-что заметила. Порой мы с тобой на какое-то мгновение забываем обо всем, что с нами произошло. Словно... словно и не было того дня вовсе. Так сильно мы походим на обычных людей. Людей с совершенно обычной историей, обычным, пусть и трагичным опытом, обычными, самыми естественными желаниями, что таятся в нас и порой берут верх над разумом. Это не значит, что мы становимся обычными, нет. Но в такие моменты... такие моменты заставляют нас отпустить всю пережитую боль и делают нас по-настоящему счастливыми. По-обычному счастливыми. Что там я? Мне не помочь, мне уже не забыть. Я уже нечто иное по сравнению с тем, кем была раньше. Совершенно иное. Но ты... Знаю, это невозможно. Ты тоже не сможешь вычеркнуть из памяти случившееся. Тебе не залечить твои раны так, чтобы не осталось рубцов. Но я все равно буду пытаться это сделать! Хотя бы на время, хотя бы на несколько минут в день... Я хочу, чтобы ты забывал, что меня нет в этом мире! Я хочу, чтобы ты был счастлив! А крылья... Эти крылья не дадут тебе забыть. Они будут снова и снова напоминать тебе о том, как жестоко обошлась с нами судьба.

Кофейные глаза Али Рахмета приобрели красноватое обрамление. Мужчина начал быстро моргать, чтобы сбить образовавшуюся на них полупрозрачную пелену.

- Родная моя... - притягивая жену к себе и пряча лицо в её волосах. - Ты сейчас со мной... и нет для меня ничего важнее. Твой облик, твои способности... Это ведь не только напоминание о несправедливости этого мира. Это ещё и доказательство... Доказательство того, что вся боль... боль длинною в сорок лет... боль, которую мы испытали и выдержали... что все это было не напрасно. Мы прошли все уготованные нам испытания. И даже, когда казалось, что надежды уже нет... Даже тогда мы доказали, что наша любовь - это не просто слова. Посмотри же! Наша любовь настолько сильна, что сама смерть не смогла нас разлучить. Это ли не самое настоящее счастье? Знать, что Всевышний наградил тебя возможностью любить так, как не способен любить никто, и человек, которому ты отдал всего себя, без остатка, любит тебя не меньше?

Дрожание голоса Али Рахмета передалось телу Хюнкяр через его тёплое, ярко контрастирующее с прохладным воздухом вокруг них дыхание у её уха.

- Пусть... пусть будут крылья. И боль от воспоминаний о том дне пусть будет. Я люблю эту боль. Как и все, что с тобой связано.

Ладонь Ангела легла на щеку мужчины. Влажные от подступивших слез глаза встретились друг с другом. А после встретились и губы, унося невесомым поцелуем их обладателей куда-то туда же, в невесомость, словно отрывая их от земли и поднимая над ней. И время куда-то пропало, и пространство. Исчезли все физические законы и порядки.

- Оффф, любимый, - вырываясь обратно из вдруг захватившего их дурмана, приобнимая ещё не "приземлившегося" обратно мужа за талию, накидывая крыло на его плечи и уводя за собой вперёд. - Не самое удачное время мы выбрали для нежностей. Девочка нас ждёт!

Али Рахмету стало настолько неловко от того, что он позволил себе так отвлечься от поисков пропавшего ребёнка, что он не смог подобрать слов и лишь молча последовал за Хюнкяр, мысленно пообещав себе не думать ни о чем другом, пока они не вернут Фериде домой. Госпожа Фекели поддержала это молчание и шла, погрузившись в собственные размышления. Али Рахмет больше ни о чем не спрашивал и ничем не интересовался. Он унял свое любопытство и просто доверился жене в её знании того, что нужно делать.

Прогулка продлилась недолго. Али Рахмет понял это, когда Хюнкяр внезапно остановилась чуть поодаль от небольшой, заросшей промоины, на дне которой, выпустив наружу свои массивные толстые корни, росло одинокое дерево.

- Мы на месте. - уверенно заявил Ангел.

Твёрдый, чем-то напоминающий солдатский тон и общая сосредоточенность очень удивили Али Рахмета. Хоть такие резкие переходы Хюнкяр с расслабленности и беззащитности на силу и непоколебимость, собственно, как и её поразительный самоконтроль в любых ситуациях, никогда не были для него сюрпризом, именно сейчас эти перемены в её состоянии и настроении выгляделии наиболее стремительными. На смену мягкости и эмоциональности без каких-либо причин приходили строгость и отрешенность, словно все человеческое в такие моменты Хюнкяр было чуждо.

- Где? - всматриваясь в каждую травинку и каждую веточку. - Я ничего не вижу.

- Вот здесь, - указывая на переплетенные корни. - Взгляни повнимательнее.

Али Рахмет не понимал, откуда в голосе любимой взялся этот холод. Он не понимал, почему так происходит и почему с лица Хюнкяр пропали все недавние эмоции, но чётко осознавал, что Ангел имел в виду, называя себя нечто иным по сравнению с прошлой своей "версией" и надеялся, что не являлся тому причиной. Фекели последовал совету и снова оглядел землю вокруг дерева. Ничего необычного так и не попалось на глаза, но Али Рахмет был терпелив. Он продолжал изучать странные загнутые корни дерева, пока, наконец, не заметил лёгкое шевеление в пустоте между ними. Недолго думая, мужчина бросился туда.

- Фериде?! Ты в порядке?

Девочка, все это время лежавшая на земле, укрившись среди сухих веток и высокой травы, ещё сильнее перепугалась, услышав незнакомый мужской голос. Она замерла и даже попыталась задержать дыхание, но когда Али Рахмет в очередной раз позвал её по имени, страх потихоньку начал пропадать, и Фериде осмелилась пойти на контакт.

- Я... я здесь...

Али Рахмет облегчённо выдохнул и вытащил ребенка на свет. Вся её одежда была запачкана, а на коленке красовалась огромная дыра, оборванные ниточки которой местами прилипали к уже покрывающейся корочкой ссадине.

- Милая, что с тобой случилось? Как ты здесь оказалась? Вся деревня тебя ищет! - убирая цепкие листья с растрепавшихся косичек и обеспокоенно осматривая малышку на наличие других видимых травм или повреждений.

- Простите, я... не специально... Ай! Больно!

Словно ошпарившись, Фекели резко убрал от Фериде руки.

- Что такое? Где болит?

Девочка кивнула в сторону левой стопы. Али Рахмет, в этот раз ещё более аккуратно дотронулся до её ноги и очень медленно приспустил носок. Хюнкяр стояла чуть позади мужа и с умилением наблюдала за его действиями.

- Ах, хорошая моя... Как же ты так умудрилась ногу подвернуть? - легонько касаясь фиолетовой припухлости.

- Мы с Мехметом гуляли, и я увидела очень красивую бабочку! Я пошла за ней, но там... там вдруг оказалась большая собака! Она начала рычать на меня, а я очень испугалась. Я бежала, бежала... сама не поняла, как очутилась в лесу. Мне казалось, что собака пыталась меня догнать. Потом... я споткнулась о что-то, упала и покатилась вниз. Мне все ещё было очень страшно, поэтому я решила спраться под деревом. Воооот... А затем я...

Девочка оборвала свой рассказ, когда её взгляд случайно упал за плечо Али Рахмета. Её маленькие чёрные глазки раскрылись от удивления и неподдельного детского любопытства. То, что увидела девочка, повстречалось ей явно впервые. С таким же удивлением в ответ на неё смотрели два изумруда. Фекели обернулся, чтобы понять, что вдруг так поразило Фериде. Столкнувшись с шокированным выражением лица Хюнкяр, он сам не на шутку заволновался.

- Что такое? Почему ты замолчала? - мужчина сделал вид, что не понимает причину такого изумления, но ребёнок никак не отреагировал.

"Али Рахмет..." - эхом пронеслось в его голове. - "Эта девочка... Я не знаю, почему так, но она меня видит!"

Фекели по привычке хотел было снова повернуться к жене и заговорить с ней, однако в самый последний момент осознал, что её голос шёл не откуда-то извне, а сразу же появлялся там, где возникали его собственные мысли.

"Такое не входило в мои планы. Мне нужно срочно уходить! Дальше ты и сам справишься" - Хюнкяр приблизилась к мужу и провела рукой по его волосам. - "Ты почувствуешь меня и тем самым найдёшь обратную дорогу. Просто слушай свое сердце"

Один мощный взмах и госпожа Фекели исчезла, словно её никогда там и не было. Лишь спустя пару секунд Фериде пришла в себя и горящими глазами уставилась на Али Рахмета, который все это время изображал внимательное изучение опухшего голеностопа.

- Кто это был?! - ошалело вертя головой из стороны в сторону.

- Милая, ты о ком? Я никого не видел.

Девочка, казалось, совсем позабыла и о страхе, и о больной ноге. Стеснение также отошло на второй план.

- Женщина... очень красивая! С такими добрыми глазами и большими белыми крыльями. Подожди... Я знаю, знаю! Это ангел!

И я снова обрезаю главу. Моя дурная голова не даёт покоя моим рукам, вот так вот. Я не со зла!)))

Когда я говорил о том, что моих героев ждёт ещё много трудностей, я и не подозревал, что к внешним конфликтам добавятся конфликты внутренние. Но того желают эти двое, очень уж они хотят окончательно разобраться в себе, а я не смею им мешать.

Запланированная Хюнкяр встреча пошла немного не по плану, чем очень госпожу шокировала. Что же она будет делать дальше? Маленькое приключение, как видите, слегка затянулось...

Буду рад, если вы поставите звёздочки и оставите несколько комментариев. Они для меня очень важны! Как и вы! ❤️ Очень скоро встретимся вновь. Ваш garip kero.