The Colour of Love • phan [rus]

— Ты веришь в родственные души?

— Не-а.

— Как ты можешь не верить, Фил? Ведь это буквально научно доказано, что когда ты встречаешь человека, с котором вы совместимы генетически и психологически, ваши глаза меняют цвет на тот, который и должен быть.

Фил фыркнул и закатил глаза. Чарли резко поднялся со своего места и свирепо посмотрел на него.

— Плевать, что говорит наука, меня угнетает мысль о том, что мы обречены быть с этим «идеальным» человеком, в то время, как можем никогда его и не найти. Я верю в то, что мы сами творим свою жизнь, свою удачу и всё остальное.

— Ладно. Удачи тебе с твоими жуткими чёрными глазами прожить всю жизнь без любви, — возмущённо сказал Чарли, скрестив руки.

— Я могу найти любовь, если захочу. У меня может быть самая лучшая и насыщенная жизнь на свете, за вычетом так называемой родственной души. Не ограничивай себя одним лишь человеком.

— Я не ограничиваю себя! Идеальный для меня человек где-то есть, и ни одна любовь не сможет с ним сравниться. Жду не дождусь того волшебного момента, когда наши глаза обретут новый цвет и покажут, что мы были созданы друг для друга, — сказал Чарли, подняв взгляд наверх, и на его лице расплылась легкомысленная улыбка.

— О боже, ты такой зануда. А если тот человек такой идеальный для тебя, разве вы не должны знать, что вы — родственные души, без этой дурацкой смены цвета глаз?

Чарли вздохнул и ударил Фила по руке.

— Ты мне весь кайф ломаешь, несчастный старикан.

Фил рассмеялся и покачал головой. Чарли был одним из его самых близких друзей, но их взгляды на мир были совершенно противоположными. Большая часть общества была захвачена идеей идеального момента, встречи с родственной душой и долгой, счастливой жизни до конца дней. Но Фила беспокоило то, что большинство этих людей считали, что счастье не может существовать, пока они не встретят этого особенного человека. Некоторые так и не находили свои родственные души и проводили жизнь в отчаянных поисках. Отношения разбивались из-за того, что их глаза не меняли цвет во время поцелуя, а некоторые родственные души были не настолько идеальными, какими они казались. Фил старался не обращать внимания на всё это, ему было уже двадцать три года и его жизнь была замечательной даже без того, с кем можно было бы её разделить. Он думал, что, возможно, был обречён прожить всю жизнь с угольно-чёрными глазами, никогда не узнав их истинного цвета.

— Чарли, а что, если ты никогда не встретишь свою родственную душу? — тихо спросил Фил.

Чарли был младше него на несколько лет, но он был полностью одержим мыслью о том, чтобы найти своего идеального человека. Фила беспокоило то, как больно будет Чарли, если он никогда не найдёт человека, которого, как он думал, ему суждено найти.

Парень понимающе улыбнулся и похлопал Фила по плечу.

— Я знаю, что встречу. Так должно быть, — просто ответил он, и Фил удержался, чтобы снова не закатить глаза.

Фила всё это никогда особенно не волновало, он не чувствовал нужды в возлюбленном, который сделает его жизнь полноценной, он был счастлив жить сам по себе. Его беспокоило то, насколько поглощёнными этим казались так много людей, учитывая то, столько у этой теории было недостатков. Только то, что ты был с научной точки зрения «идеален» для человека, из-за которого твои глаза поменяли цвет, не означало, что реальность была такой же идеальной.

Мать Фила встретила его отца в юном возрасте, и хотя первые годы были похожи на сказку, они были такими, какими люди хотели видеть большинство пар, как только отец Фила узнал, что его жена беременна, он сбежал без оглядки. Мама Фила была убита горем, ей пришлось растить ребёнка одной, друзья сторонились её, потому что она не смогла сохранить свои так называемые безупречные отношения. Она говорила Филу, что он и есть её истинная любовь, и она никогда никого не полюбит так же сильно, как своего сына.

— Никакая дурацкая «родственная душа» не может сравниться с тобой, — нежно говорила она, когда Фил спрашивал, что, если бы она отказалась от того, чтобы иметь детей, ради сохранения брака.

— В этом мире есть так много разных и прекрасных видов любви, не давай одному из них поглотить тебя.

И Фил так и делал. У него было множество замечательных друзей, чудесная семья, и он жил, не обременяя себя раздумьями о том, когда он встретит любовь всей своей жизни. Это всегда жило крохотной мыслью в его голове, потому что все прочие казались одержимыми этим. Это было в каждой книге, в каждом фильме, в каждой песне о любви: рассказ о двух возлюбленных, наконец встретивших друг друга, и Фил думал, что, возможно, с ним что-то не так, потому что ему было на всё это совершенно наплевать.

В кармане Фила завибрировал телефон, и его сердце ёкнуло. Чарли посмотрел на него и понимающе улыбнулся, ткнув его в бок локтем.

— Это тот, о ком я думаю? — спросил он, самодовольно улыбаясь.

Фил вытащил телефон и с трудом сдержал улыбку. Несколько месяцев назад он начал общаться с мальчиком, который жил на другом конце страны. Дэн послал Филу сообщение на одном сайте, потому что заметил, что тому нравится его любимая музыка, и с тех пор они не переставали общаться. Дэн был забавным, остроумным, и хотя они никогда не встречались вживую, Фил стал называть его своим лучшим другом всего после нескольких недель общения.

От: Дэн
Доброе утро, солнышко! Надеюсь, ты хорошо проводишь день. Выйдешь в скайп попозже? <3

Кому: Дэн
Уже день, придурок, ты проспал. И конечно, я буду в сети в обычное время <3

— О боже, ну вы даёте. Что, если он - тот единственный? — спросил Чарли. Его голова лежала у Фила на плече, и он прочитал их переписку.

— Нет, — коротко ответил Фил.

— Но откуда ты знаешь? — настаивал Чарли.

— Потому что знаю, ясно? — отрезал Фил, отчего Чарли отступил.

Фил вздохнул и провёл рукой по волосам, бормоча извинения. Конечно, когда он только начал общаться с Дэном, то действительно думал, что тот был идеален для него. Фил думал, что в этом была такая ирония: именно он нашёл свою родственную душу, будучи одним из немногих, которые её даже не искали. Дэн был просто идеальным во всех возможных смыслах, они идеально дополняли друг друга, и их разговоры всегда были лёгкими и бесконечными. Фил знал, что любит Дэна ещё до того, как впервые увидел его лицо.

Когда они впервые говорили по скайпу, Фил сильно нервничал. Его сердце бешено билось, пока он ждал, когда Дэн ответит на звонок. Он пытался представить, как тот мог выглядеть, с нетерпением ожидая увидеть удивительного мальчика, с которым он разговаривал, но также он боялся того, что Дэн мог о нём подумать.

В глубине души пряталась крохотная мысль, которую он отчаянно пытался забыть: вдруг Дэн и был «тем самым», вдруг, когда они увидят друг друга, их глаза поменяют цвет с чёрного на настоящий цвет.

Фил не ожидал того, что произошло, когда Дэн наконец ответил на звонок и его лицо появилось на мониторе. Фил даже не заметил сначала, потому что лишился дара речи. Дэн был прекрасен. Он нервно улыбался, его губы слегка дрожали, и он теребил свои волосы цвета шоколада. На одной его щеке была ямочка, больше похожая на кратер, и как бы не пытался Фил представить себе Дэна, реальность была намного лучше всего, что он только мог вообразить.

— Привет, — раздался из колонок тихий голос Дэна. Его акцент сильно отличался от Фила, но хорошо ему подходил. Слова мягко скатывались с его языка, а не остро рассыпались, как в случае акцента Фила.

— Привет, — ответил Фил, разглядывая лицо Дэна.

Глаза мальчика были обрамлены длинными ресницами, а в уголках собирались складочки, когда он улыбался, но Фил замешкал, когда понял, что что-то в его глазах было не так. Один — левый — был карим, красивого оттенка, подходящим к его волосам, а другой был угольно-чёрным, как у Фила, каким он и должен был быть. Дэну было всего восемнадцать, когда они начали общаться, и Фил думал, что он точно ещё не встретил свою родственную душу. Он подумал, что это, наверное, какая-то мутация, сбой, и он сдержал вопрос, готовый сорваться с его губ.

Фил старался не обращать на это внимания его, потому что не мог дышать из-за возбуждения, ведь он наконец увидел, как выглядит его лучший друг. Он долгое время не касался этого вопроса, отчасти потому, что догадался, что Дэн не любит об этом говорить, и отчасти потому, что боялся ответа. Глаза самого Фила не изменились, когда он увидел Дэна, они остались такими же чёрными, как и всегда, и Фил солгал бы, сказав, что он не разочарован.

В конце концов, он поднял вопрос насчёт глаз Дэна, когда они оба лежали в своих кроватях, на расстоянии в сотни миль, и их соединял только звонок по скайпу, продолжавшийся уже почти шесть часов.

— Я должен спросить, что с твоими глазами? Они прекрасны, но они... разные. Ты что, встретил только половину своей родственной души или вроде того? — Фил попытался обратить это в шутку, но его голос немного дрожал, а смех казался вымученным. Он завидовал, не из-за того, что Дэн уже мог найти своего идеального человека, но из-за того, что Дэн был его идеалом, или так он думал.

Лицо Дэна поникло, он побледнел и отвёл взгляд. Сердце Фила пропустило несколько ударов. Лицо мальчика пронзил ужас, и Фил весь похолодел.

— Дэн? Ты в порядке? Прости, нам не стоит...

— Нет, всё нормально. Просто... это...

Дэн сделал глубокий прерывистый вдох и снова посмотрел на монитор. Фил видел слёзы в его глазах, и он очень сильно хотел, чтобы Дэн не жил так далеко.

— Я... Я встретил её, когда мне было тринадцать. Я был одним из самых молодых людей, которые нашли свою пару, но я увидел её в первый день в новой школе, и наши глаза поменяли цвет. Это было очень странно, и я почувствовал тепло, и все вокруг остановились и глядели на нас, затаив дыхание. Мы стали хорошими друзьями, наши родители чуть ли не связали нас вместе. Мы не знали, что происходит, родители говорили, что однажды мы сами всё поймём. Они спланировали всю нашу жизнь за нас: когда мы поженимся, где будем жить, даже сколько у нас будет детей. Она была просто другом, я не понимал, я не хотел на ней жениться, я не хотел прожить с ней всю жизнь, это казалось таким неправильным...

Дэн остановился, чтобы перевести дыхание, и Фил увидел, что он поспешно вытер одинокую слезу, стекавшую по щеке.

— Она ненавидела меня. Она обиделась на меня из-за того, что мы были вместе, мы были юными и растерянными, и нас слишком быстро заставили стать взрослыми. Наши родители думали, что это были идеальные отношения, но никто не говорил, что лишь из-за того, что вы предназначены друг другу, вы не обязаны быть вместе.

После этого Дэн мог лишь коротко отвечать на вопросы Фила, между надломленными всхлипами, но Фил понял основной смысл. Девушка ужасно обращалась с Дэном, она каждый день оскорбляла его, винила его во всём, манипулировала им и даже несколько раз била его. Но никто не верил Дэну, потому что они были родственными душами и просто обязаны были быть идеальными друг для друга.

Дэн наконец убедил родителей разрешить ему расстаться с ней несколько месяцев назад, и это всё ещё тревожило его. Он остался сломленным, и его глаза всем говорили это.

— О, Дэн, мне так жаль, — только и смог выдавить Фил. По его лицу текли слёзы, когда он видел, что Дэн плачет и дрожит из-за старых воспоминаний.

— Раньше они оба были карими, но один снова стал чёрным после нашего расставания. Мама говорила, что это случилось оттого, что я выплакал весь цвет, — сказал Дэн, выдавив смешок. Его лицо сразу же снова померкло, и он пожал плечами, издав вздох поражения. У Фила кольнуло в сердце.

Вся эта штука с родственными душами имела так много недостатков, и Фил видел слишком много людей, разбитых из-за этой мечты. Родственные души романтизировали, в то время как, возможно, их стоило бояться.

*

— Эй, как прошёл твой день? — жизнерадостно спросил Фил, как только улыбающееся лицо Дэна появилось на его мониторе.

— Теперь лучше, потому что я говорю с тобой, — ответил Дэн с коварной улыбкой. Фил был бледным, поэтому краснел слишком легко. Дэну нравилось заставлять щёки Фила заливаться краской как можно чаще.

— Это так банально, — рассмеялся Фил, пряча лицо в ладонях. Дэн рассмеялся в ответ и, довольный собой, кивнул.

— Слушай, у меня есть хорошие новости, — сказал мальчик, когда Фил поставил ноутбук на кровать и лёг на бок, устроившись рядом. — Я спросил родителей. Они разрешили. Я смогу приехать.

Фил сел, хватая ртом воздух, его руки взлетели ко рту, а Дэн улыбался, видя его реакцию. Они начали искать способ встретиться лицом к лицу спустя всего пару недель после их первого разговора, но родители Дэна были непреклонны в том, что им не стоит встречаться. Фил знал, что Дэн умолял их и вёл переговоры уже много месяцев, и после столь долгих унижений, его упрямство, наконец, окупилось.

— Я собираюсь взять билеты, чтобы приехать к тебе на выходные, если это нормально.

— Это больше, чем нормально, — выдохнул Фил, снова принимая сидячее положение. Они с Дэном глупо улыбались друг другу. Фил грезил о том, каково это будет — встретить Дэна — дольше, чем сам в этом признавался. Он не мог представить, каково это — наконец иметь возможность обнять Дэна, увидеть своими глазами его улыбку, услышать его смех, не прерываемый помехами из колонок.

Они определились с датой и проговорили до самого утра. Фил радостно о чём-то болтал, когда заметил, что Дэн свернулся калачиком, а его глаза были плотно закрыты.

— Прости, я слишком долго не давал тебе спать? — тихо спросил Фил. Дэн зашевелился и покачал головой, приоткрыв один глаз и еле сдерживая зевок.

— Не, всё в порядке. Я не устал, — пробормотал Дэн, но Фил видел, что его глаза снова закрывались, и он с трудом оставался в сознании.

— Иди спать, Дэн, поговорим завтра, — рассмеялся Фил. Тот кивнул и поднял руку, чтобы слабо помахать.

— Хорошо. Люблю тебя, — ответил он.

Они говорили это друг другу каждый день. Этим всегда заканчивались их разговоры, и это вошло в привычку, но не мешало сердцу Фила подскакивать каждый раз, когда Дэн говорил эти слова.

— Я тоже тебя люблю, — улыбнулся Фил, закрыл ноутбук и отложил его в сторону.

Фил не верил в родственные души, он не считал, что только то, что твои глаза поменяли цвет, когда ты встретил определённого человека, означает, что он и есть твоя единственная на свете настоящая любовь. Он не верил, что ты можешь быть только с этим человеком, и когда вы встретитесь, всё будет идеально. Он верил в любовь, он верил в то, что есть люди, с которыми можно говорить часами и не заскучать, он верил в то, что чья-то улыбка может лишить тебя дыхания, и что ты можешь скучать по кому-то в каждый день вашей разлуки.

Фил не сомневался в том, что он влюблён в Дэна, но его глаза оставались чёрными, даже после того, как они увидели друг друга, а глаза Дэна уже были окрашены из-за другого человека. Весь мир настаивал на том, что есть только один правильный способ влюбиться, а все остальные — не настоящие. Но Фил не мог понять, как его чувства могут быть ненастоящими, когда все его мысли занимал только Дэн. Из-за него Фил чувствовал, будто он сияет, а сердце начинало неровно биться. Фил никогда не испытывал таких чистых и настоящих чувств, как к Дэну, и это его пугало, потому что он не знал, что с этим нужно делать. Если ты встречаешь родственную душу, если твои глаза меняют цвет, когда ты видишь этого единственного человека, то вся твоя жизнь немедленно становится расписанной до самого конца, это поглощает всё остальное, и это — конец любой истории. Общество забыло тех, кто влюблялся по-другому, или не влюблялся вообще.