Сдавайся

Будни в институте проходили всегда одинаково напряженно. Не было ни дня, чтобы я не чувствовала на себе властный взгляд Ирины Викторовны. В какой-то степени мне было даже интересно, почему она так относится к подчиненным, но я также понимала, что еще не время задавать такие вопросы. Кто-то из девочек снова поднял тему командировки, потому что Женя все еще не вернулась на рабочее место.

-Какие от нее новости?

Ирина Викторовна изучала глазами свежий набросок, но я была уверена на сто процентов, что она наблюдает за каждым в этой комнате. Маша обвела всех присутствующих взглядом и, поднявшись с места, протараторила:

-Никаких, в общем-то. Кроме неясного «скоро» она ничего не говорит.

-Хм... Хорошо.

Женщина поправила очки, потирая переносицу. На короткую секунду мне показалось, что на ее лице мелькнула усталость, но та тень быстро исчезла. Набрав побольше папок, чтобы не спускаться дважды, я кивнула Маше, прося закрыть дверь. Вслед мне донеслись слова женщины о том, что на днях нужно будет выбрать другого кандидата, и я почему-то заволновалась. Моя интуиция никогда не работала настолько, что я могла предсказать счет в матче или какой билет окажется выигрышным, но все же внутренние ощущения, типа, шестого чувства, нет-нет, да выстреливали. Сейчас я беспокоилась о том, что меня могут отправить в командировку. Не одну, естественно, а в качестве балласта...

Накручивая километраж на трекере, я методично вдалбливала себе в голову мысль, что стажера, без году неделю трудящегося в стенах института на непонятной должности, вряд ли захотят куда-то отправлять, но чувство, что именно в этот раз мои опасения подтвердятся, не покидало. К обеду я разобралась с большей частью работы и даже умудрилась слинять пораньше. На две минуты. Ник, кто бы сомневался, уже ждал у ворот. Помахав ему, я отметилась на пропускном пункте и зашагала в его сторону. Уже в салоне я заметила, что он чем-то озадачен, с его стороны не было привычных подколов и улыбок. После нескольких неудачных попыток начать разговор, я просто уставилась на парня, решив, что это неплохая идея, рассмотреть его.

Мне почему-то раньше казалось, что даже спустя время я всегда смогу узнать человека, с которым когда-то общалась, но по каким-то причинам мы перестали это делать. Я подмечала в людях некоторые детали, они помогали мне сформировать тот образ, который я запоминала, как авторские мазки на картинах. Но теперь я была не уверена, что все так. Смотря сейчас на Никиту, я понимаю, что все в нем изменилось. Не только внешне, но и внутри...

Возможно, так и должно быть, разве что-то может оставаться неизменным? Только то, что отличало Ника, тот авторский мазок, его больше не было. Я очень долго присматривалась. Возвращалась в прошлое, вспоминала, как все начиналось и наши отношения. И вдруг поняла, что передо мной не тот Никита, которого я встретила в маленьком магазинчике июльским вечером. Не тот, к которому у меня были чувства. И, признаться, меня это расстроило. Это как отпускать часть своей жизни, но не по своей воле. Крайне эгоистично с моей стороны думать так, потому что мы даже не встречаемся. Мы что-то среднее между бывшими и будущими. Катаемся по городу, пьем кофе, болтаем. Похоже на отношения, но у каждого есть причины не поднимать эту тему, поэтому мы просто продолжаем. Не знаю, сколько еще это продлится, так что сейчас я занята тем, что заново запоминаю его образ.

-Мия, ты пялишься.

Ник прервал молчание, бросая на меня косой взгляд и ухмыльнулся.

-Прости, прости...

Я быстро отвернулась, сосредотачиваясь на пейзаже за окном и глубоко вздохнула. Я знаю, что он понял намек.

-Уже немного осталось, потерпи.

Парень что-то посмотрел в телефоне и вернулся к управлению автомобилем.

-Было бы проще, если бы ты еще утром рассказал новости.

Ник издал смешок, выдерживая паузу, и ответил:

-Я искуплю свою вину за столь долгое ожидание.

Я прищурилась, решив наконец-то изучить местность. Район знакомый, я тут бывала, но он никак не связан с Ритой.

-Учти, мне нужно вернуться через сорок минут.

Тот утренний азарт улетучился, меня напрягало, что все затягивается, и я до сих пор не знаю, что мне хочет рассказать Никита. Все же у сюрпризов есть свой срок годности.

-Мий, не превращайся в вечно бубнящую бабку.

Оторопев от такого заявления, я медленно повернулась в его сторону, собираясь высказаться по поводу бубнежки, но заметив здание, у которого Ник планировал припарковаться, застыла с открытым ртом. С этой стороны к папиному офису я давно не подъезжала. Парень быстро отстегнул мой ремень, схватил портфель с заднего сидения и кивком указал мне на выход.

-Прежде чем ты начнешь задавать вопросы, я попрошу тебя, воздержись от тех, где упоминается приют.

Мои брови моментально взлетели вверх, а голова готова была лопнуть от невысказанных слов.

-Рита и твой папа уже ждут нас, поторопись.

Я вприпрыжку неслась за Ником, едва успевая здороваться со всеми, кто попадался на нашем пути. Ух ты, они изменили дизайн... А папа и словом не обмолвился. Жук. Те пятнадцать секунд, что мы поднимались на лифте к папиному кабинету, показались мне вечностью. Я успела перечитать все инструкции и почти довела себя до срыва. Створки разъехались, и я даже не стала дожидаться, когда Ник уступит мне и, весьма грубо отодвигая его в сторону, быстро зашагала к двери, где красовались инициалы моего отца.

В кабинете было как всегда... по-деловому. Только рамки с нашими фото немного выбивались из общей картины. Ритка с широкой улыбкой стояла у открытого окна, сжимая в руках белоснежную чашку с кофе, а папа восседал в своем огромном кресле, которое, я уверена, очень ненавидела уборщица из-за его габаритов. Обернувшись, я взглянула на подоспевшего парня и кашлянула, привлекая их внимание.

-Привет.

-Мия!

Папа тут же поднялся на ноги, как положено деловому человеку застегнул пуговицу на пиджаке, и двинулся в мою сторону. Крепко обняв меня, он следом пожал руку Никите, вкладывая в этот жест какой-то дополнительный смысл, судя по его загадочной улыбке. Она появлялась у него на лице не часто. Я видела ее раньше, в детстве, когда он делал вид, что ничегошеньки не знает о том, откуда сладкие подарки оказались под елкой. Наконец-то Рита тоже очнулась.

-Мийка!...

Подлетев ко мне, иначе не назвать, девушка заключила мою тушку в объятия и захлюпала носом. Обняв ее в ответ, я принялась утешать подругу, чувствуя, что мой пазл пока не сложился, а их уже давно, но посвящать меня в подробности пока никто не спешил. Я с укором посмотрела на Ника, а тот лишь развел руками в свое оправдание, мол, кто ж знал, что будет такая реакция. Поглаживая девушку по спине, я старалась подавить внутренний порыв потрясти ее за плечи и потребовать детального пересказа. Она, словно почувствовав, тут же отстранилась и, вытирая слезы, воодушевленно затараторила:

-Ох, да, прости! Ты же еще не знаешь!

Вчетвером мы разместились за столом для переговоров и мне наконец-то рассказали все новости. В общем, вопрос с долгами был решен, земля теперь в собственности папиной фирмы, чтобы легче было договариваться с потенциальными «покупателями». Ник придвинул ко мне стопку бумаг.

-Приют получил финансирование и возможность расширения.

От такой новости я чуть не подпрыгнула до потолка, но сдержалась, лишь негромко взвизгнув от радости. Не передать словами чувства, переполнявшие меня в тот момент. И то, что рядом были Рита и папа... Ох... Мы справились, вместе. Хотя, я принимала минимум участия. Все сделали отец и Ник. Я даже не представляю, что могло бы произойти, если бы я все им не рассказала... И мне было очень жаль, что я так долго скрывала то, что мне дорого, от близких. Невозможная глупость. Я думала, что они не поймут. А что страшнее, осудят. Я знаю, что мне еще предстоит стать мудрой. Очень долго мы обсуждали все нюансы, я рассказывала о своих любимцах, а Ритка просто присутствовала, потому что радость слишком переполняла ее изнутри. Время пролетело незаметно, и мне уже пора было возвращаться на работу. Но после таких новостей я готова ко всем испытаниям, как никогда.

Стоя у лифта, я, конечно, не упустила возможности еще раз напомнить Нику, что он мог рассказать мне все утром.

-Да, но согласись, это было круто.

Глубоко вздохнув, я улыбнулась, согласно кивая.

-Да... Однозначно.

Ковырнув носком пол, я добавила:

-Спасибо тебе. Я это очень ценю.

С характерным звуком кабинка остановилась на нашем этаже, и через мгновение створки разъехались. Ник, кивнув, пропустил меня вперед.

В институт я вернулась на крыльях эйфории. Было принято решение вечером отпраздновать это событие в узком кругу, поэтому, естественно, весь оставшийся день меня потряхивало в предвкушении. Все, видя мой настрой, не рисковали со мной связываться, предпочитая обходить стороной. Даже Ирина Викторовна как-то снисходительно поглядывала в мою сторону. К концу рабочего дня я уже еле сдерживалась, чтобы не начать танцевать прямо в кабинете. Сердце заходилось в диком ритме, папа наверняка не сводит глаз с моих показаний. Но что бы я ни делала, я не могла себя успокоить.

-Планируется что-то грандиозное?

Павел навис надо мной, передавая Ирине Викторовне очередную папку.

-В смысле?

Я непонимающе уставилась на него, а он, кивнув на открытый в телефоне сайт ресторана, ответил:

-Ты сегодня ведешь себя иначе, как перед важным событием.

Усмехнувшись, я качнула головой. А он еще и психолог... Хотя, я могла и не заметить, как сегодня вела себя перед ним, потому что не видела ничего, дальше своего носа. А мимо его кабинета я носилась раз пятнадцать, если не больше.

-Достаточно важное, чтобы нервничать. Прошу прощения, что это так заметно...

Произнеся последнее предложение шепотом, я извиняюще выгнула брови. Павел весело хмыкнул, так же шепотом произнося:

-Ну, тогда я тебя отпускаю.

Впервые за долгое время я улыбнулась ему. Не смотря на то, что сейчас он повел себя, как маньяк. Но об этом я решила подумать позже.

Предупредив Ирину Викторовну, что ухожу, я попутно набрала Ника, чтобы он уже мог выезжать за мной. Женщина даже не удивилась, а лишь дала некоторые указания по работе на завтрашний день. Что ж. И такое случается. На самом деле мы собирались не в ресторане, а в баре, потому что встреча будет короткой, максимум час. Но, возможно, потом Рита уговорит меня продолжить где-нибудь еще и мне придется всю ночь следить за ней, а утром скрывать красные от недосыпа глаза за очками.

Спустя полтора часа мы уже вовсю веселились под популярную музыку, лихо исполняя только что придуманные танцевальные движения. Официальная часть закончилась, папа уехал домой, строго предупредив, чтобы я вела себя подобающе. А я и собиралась, вообще-то... Сегодня было многолюдно, кажется, отмечали чей-то день рождения. Я знакомств не искала, а вот Ритка напротив. Она, притянув меня к себе, заорала на ухо:

-Там парень уже минут двадцать сверлит тебя взглядом, того и гляди, дырку протрет.

Я рассмеялась, и, проследив за ее пальцем, отрицательно покачала головой.

-Неее, не в моем вкусе.

Закатив глаза, она еще энергичнее начала двигаться, подталкивая меня к Нику. Успев вывернуться, я жестом показала, что мне нужно в туалет и поспешила скрыться из поля зрения этой чересчур инициативной девушки, но меня перехватил Никита, предлагая очередной шот. Чтобы отвязаться, я выпила. И... это последнее, что я помню из того вечера.

Солнце припекало кожу на щеке и я нехотя открыла глаза, при этом ощущая адскую сухость во рту. Я осмотрелась в поисках мобильного. Странно, это не мое постельное белье. Да и кровать не моя...И спальня. Нервно покосившись на вторую половину, я облегченно выдохнула. Телефон нашелся только когда я перевернулась на спину. Оказывается, я все это время лежала на нем. Кто бы сомневался. Такой знакомый интерьер, но я никак не могла вспомнить, откуда. Так, ну, я одета. Это уже хорошо. Но одета как второсортная шлюха. Это плохо. Умоляя удачу хоть раз повернуться ко мне передом, я аккуратно сползла с кровати и по стеночке поплелась на разведку. То, что я увидела дальше, породило еще больше вопросов. Полки, протяженностью почти как Транссибирская магистраль, заставленные фотографиями Егора Крида, его портреты и коллажи, различные статуэтки и мягкие игрушки.

-Блять...

-Неожиданная реакция.

Сверкая голым торсом, навстречу мне с довольной улыбкой шагал сам хозяин квартиры.