Глава 31
- Как она? - слышу я знакомый голос над ухом. Он доносится будто издалека, и я не совсем понимаю, что происходит вокруг и жива ли я вообще или нет.
- Сейчас состояние стабильное. Но у нее множество ушибов, гематом и трещина в ребре. На восстановления уйдет около трех недель, если не больше. Но Вы не волнуйтесь - ничего смертельного. При правильном лечении она быстро встанет на ноги, - я еле разбирала слова, которые говорил незнакомец, и все еще не могла разомкнуть веки.
- Спасибо Вам, доктор, - вновь знакомый голос.
- Это моя работа. Ей нужен покой, так что не засиживайтесь долго. Она может очнуться в любой момент, - после этих слов я слышу, как хлопает какая-то дверь, и вокруг наступает тишина.
Мне с трудом удается разомкнуть веки. Яркий свет бьет в глаза, и я тут же жмурюсь и пытаюсь закрыть глаза, но как только я попыталась поднять руку, я почувствовала, как боль прошлась волной по всему телу. Я приглушенно зашипела и все-таки открыла глаза.
- О, Айгу, она очнулась. Тише-тише, Джун, - я вижу склонившуюся надо мной Изуми, которая оглядывает меня взволнованным взглядом. - Господи, ты в порядке. Мы так за тебя испугались! - я поворачиваю голову и смотрю на обеспокоенную Суён, не отводящую от меня растерянного взгляда. Я осторожно осматриваюсь и понимаю, что нахожусь в больничной палате настолько белой, что я поначалу было подумала, что попала в рай. В памяти постепенно начинают всплывать недавние события, и я наконец понимаю, почему я здесь.
- Джун, как ты себя чувствуешь? - все тем же взволнованным тоном спрашивает Изуми.
- Не могу пошевелиться, - хриплю я.
- Какой кошмар! Больно на тебя смотреть. Эти сумасшедшие избили тебя до полусмерти. Если бы не твоя сестра, ты бы так и осталась истекать кровью в том переулке. Я так рада, что все обошлось, - тараторит Изуми.
- Суён? - я поворачиваюсь к сестре.
- Я нашла тебя в том переулке. Мне показалось странным то, что тебя так долго нет, и я пошла тебя искать. Увидела толпу этих девиц, выбегавших из переулка и вот... - объяснила Суён. - Прости меня, Джун. Мне не стоило заставлять тебя выходить на улицу...
- Не стоит, - перебиваю я ее. - Все равно рано или поздно это должно было случиться...
- Не должно было, - на пороге палаты появляется Минхёк, с угрюмым выражением смотрящий на меня. - Ты не заслужила этого, Джун. Никто бы не заслужил. Это зверство! За такое судят, ты понимаешь? Даже не смей принимать это как должное, - он подходит к моей койке и садится рядом.
- Да, Джун, их должны найти и наказать по всей строгости, - согласно кивает Изуми.
- Это сумасшедшие фанатки, ребят. Они сами не знают, что делают. Бесполезно с ними разбираться, - говорю я.
- Давайте не будем о них, - переводит тему Изуми, видя мой поникший вид. - Парни уже знают. Они приедут как только смогут.
- Что?! - я буквально подскочила на месте и попыталась приподняться, но тут же легла обратно от резкой боли, пронзившей тело. - Какого черта они знают об этом? Ты им сказала?
- Да про тебя весь интернет гудит, - вступает Суён. - Неудивительно, что они знают.
- Изуми, скажи им, чтобы не приходили. Быстро! - я чуть повышаю голос.
- Джун, ты чего? - Изуми удивленно хлопает глазами. - Ты хоть знаешь, как они переживают за тебя? Тэхён вообще собирался приехать со мной, но я уговорила его не нарушать расписание.
- Я не хочу, чтобы они видели меня в таком виде, понимаешь? - я киваю на небольшое зеркало, которое висит напротив моей койки. Из него на меня смотрит осунувшаяся девушка с исцарапанным лицом и кучей перевязок и синяков по всему телу.
- Джун, бантаны места себе не находят после случившегося, а ты думаешь о том, как ты выглядишь? - возмущается Изуми.
- Да там, наверно, толпа репортеров снаружи. Как они собираются пройти сюда? Я не хочу, чтобы они лишний раз светились возле меня, - объясняю я уже более спокойным тоном.
- А Джун права, - Минхёк подходит к окну и осторожно отодвигает жалюзи, выглядывая на улицу. - Там и вправду толпа.
- Как это низко, - ворчит Изуми. - Неужели им интересно, как выглядит человек, избитый сумасшедшими фанатками? Прости, Джун, - она смотрит на меня успокаивающим взглядом.
- Это их работа, - говорит Минхёк.
- Надоело это все, - я устало качаю головой. - Сначала те под окнами орали, теперь эти...
- Терпи, Джун, - Изуми смотрит на меня сочувствующим взглядом. - Никогда не понимала этих репортеров. Вечно крутятся вокруг ребят так, что те лишний раз даже вздохнуть бояться, а теперь еще и тебя оккупировали.
- Бантанам не стоит сюда суваться, иначе они могут только усугубить ситуацию, - вступает Суён.
- Их не переубедить, - качает головой Изуми. - Хоть наручниками к батарее прикуй - все равно придут, если захотят, - Изуми улыбается, видимо, вспомнив тот инцидент с наручниками и Чонгуком, и на моих губах тоже невольно появляется улыбка. Хоть кому-то удалось поднять настроение за весь день.
Суён скоро ушла на работу. Изуми тоже не просидела долго: ей нужно было обратно к ребятам. Она хотела остаться, но я уверила ее в том, что со мной все в порядке, и она, обещав прийти как только сможет, вернулась в офис.
Минхёк провел в моей палате целый день. Я сказала, что ему не стоит нянчиться со мной, но он даже слушать не хотел.
- Ну, что, Джун, этого ты добивалась? - вдруг спросил он, решив нарушить нагнетающее молчание.
- Мин, только не начинай, - я закатываю глаза в предвкушении поучительных нотаций от друга. - Я уже знаю, что ты хочешь сказать.
- Правда? А я все равно скажу это, Джун. Неужели я не предупреждал тебя? Неужели ты не понимала, что так будет?
- Да понимала я. Я знала, на что иду, сколько раз повторять? - я посмотрела на друга серьезным взглядом.
- Да? Ты знала, что тебя возненавидит весь мир? Ты знала, что попадешь в больницу избитая до полусмерти? И все из-за чего? Из-за них?
- Нет, не из-за них, Мин, - качаю я головой. - Из-за меня - и только. И я ничуть не жалею о времени, проведенном с ребятами. Знаешь, они многому меня научили.
- Правда? И чему же, Джун? По мне так ты выучила только то, что их фанатки - больные на всю голову, - Минхёк был зол. Я понимала его, он переживал за меня и считал виноватыми всех подряд, но виновник у всего этого был только один - я сама.
- Нет. Они показали мне, что такое настоящая команда, что сплоченности не может быть без поддержки, что крепкая дружба - не обязательно та, которая с детства, что через все трудности нужно проходить вместе и что можно добиться чего угодно, если ты этого действительно хочешь и если у тебя есть те, кто разделяют твои взгляды на мир.
- Давай еще скажи, что они научили тебя любить, - пренебрежительно фыркает Минхёк.
- Отчасти да, - соглашаюсь я. - За такое короткое время мне удалось полюбить их. Они стали для меня настоящей семьей. Именно они были моей семьей, а не мой отец, который выгнал меня из дома за мои увлечения или моя мать, которая сдала меня всему свету.
- Суён была с тобой вполне дружелюбна, - заметил Минхёк.
- Да, хоть за это ей спасибо. Не знаю, может, у нее прибавилось мозгов, и она решила помочь сестре, - я тяжело вздохнула. - В общем, я ни о чем не жалею, Мин-а.
Минхёк посмотрел на меня обреченным взглядом, затем лишь покачал головой. Я понимала его. За меня никто так не волновался как он. Но я действительно не жалела о том, что попала в Биг Хит и познакомилась с парнями. Это стало для меня ценным жизненным опытом, за который я расплатилась сполна.
Я хотела было что-то сказать, но дверь распахнулась, и в палату вошла медсестра.
- К Вам посетитель. Еще один. Точнее несколько, - она неловко улыбнулась, и я сразу поняла, кого она имеет в виду.
- Нет, нет, нет! – заверещала я. – Пожалуйста, не пускайте их! Они не должны видеть меня в таком состоянии! – но было уже поздно. В палату ввалился запыхавшийся Тэхён. Он согнулся, тяжело дыша и упершись руками в колени. Я, недолго думая, накрылась одеялом, чтобы он не смог увидеть моего изувеченного лица.
Когда он отдышался, я услышала, как он подошел к койке и сел рядом.
- Джун-а, - раздался над ухом его сладкий голос, - прекращай, а? – он попытался стянуть с меня одеяло, но я не позволила ему это сделать. – Ты серьезно? Зачем ты это делаешь?
- Не хочу, чтоб вы это видели, - ворчу я.
- Что видели? – раздается голос Чимина где-то рядом, а затем я слышу, как заходят остальные. – Айгу, Джун, ты похожа на кокон, - прыснул парень.
- Джун, хватит, мы не для этого пришли, - говорит Чонгук.
- Да, неужели ты думаешь, что мы испугаемся, увидев твое лицо? – с улыбкой на лице говорит Хосок.
- Джун-а, - вновь Тэхён, - пожалуйста, - я уже представляю, как он смотрит на меня щенячьими глазами и не выдерживаю, медленно стаскивая одеяло с лица.
В палате воцаряется гробовое молчание. Парни смотрят на меня с удивлением, смешанным с недоумением и еще кучей эмоций, которые я не могу распознать. Затем тишину прерывает голос Юнги:
- Мда, нехило они тебя.
- Да ладно, все не так уж и плохо, - нервно усмехается Хосок. – До свадьбы точно заживет.
- Ненормальные, - качает головой Джин. – Насколько нужно быть бесчеловечными, чтобы сотворить такое?
- Отчасти мы в этом виноваты, - вдруг говорит Намджун. – Ведь именно из-за нас они сделали это с Джун.
- Не говори глупостей, - я смотрю на парня строгим взглядом. – Нашел, о чем беспокоиться. Хосок прав: до свадьбы заживет. Главное, жива осталась.
- Вот это настрой, - улыбается Чимин.
- Джун-а, и почему ты не хотела, чтобы мы видели это? – искренне недоумевает Тэ. – Ты же знаешь, что ты даже в таком состоянии красивая.
- Тэхён, не смеши, - улыбаюсь я. – Еще скажи, что ты действительно так думаешь.
- Ну, мне кажется, тебе очень идет этот синяк под глазом. Или царапина на щеке, - после этих слов мы все дружно залились смехом. – Ну вот видишь, зато рассмешил, - довольно протянул Тэхён.
- Дурак, мне нельзя смеяться, а то ребро не заживет, - говорю я, все еще продолжая улыбаться, но хватаясь за грудную клетку.
- Джун, и как ты теперь? – после недолгого молчания спрашивает Чимин. – Что будешь делать?
- Понятия не имею, - качаю я головой. – Для начала нужно на ноги встать.
- И вечно она так, - фыркает Юнги. – Совсем не задумывается о будущем.
- Вот-вот, а я о чем, - поддакивает притихший Минхёк. Я поворачиваюсь к нему и корчу недовольную физиономию.
- Нам тебя не хватает, - говорит Хосок и улыбается своей фирменной белозубой улыбкой. – Без тебя в общаге как-то пусто стало.
- Прекращай мне льстить. Вам там и без меня не протолкнуться было, а я вообще ванную по часу занимала, так что, думаю, сейчас у вас все намного спокойнее, - тоже с улыбкой отвечаю я. – Вам не сильно достанется от директора за то, что вы пришли ко мне?
- Он сам дал нам добро, - говорит Чимин. – Но, думаю, в скором времени нам точно достанется, потому что мы собираемся передать привет тем, кто сделал это с тобой.
- Не делайте этого, - я с предостережением таращусь на ребят. – Я того не стою. Вы можете потерять доверие своих фанаток.
- Ты серьезно? – Юнги вопросительно вскидывает брови. – Дело даже не в тебе, Джун. Пусть на твоем месте была бы любая другая. Дело в их жестокости. Я, конечно, понимаю, что некоторые фанатки бывают неуравновешенными, но это уже перебор.
- Да, меня даже начинает пугать эта их «преданность», - Намджун рисует в воздухе кавычки.
- Джун-а, - вновь раздается голос Тэхёна, и сердце екает, - мы, правда, все переживали за тебя. Я боялся, что с тобой может случиться что-то очень плохое...
- Оставим их, - говорит молчавший все это время Чонгук и кивает парням на дверь. Все как один, включая Минхёка, покидают палату.
- Знаешь, Джун-а, я много думал о нас... - неуверенно продолжает Тэ.
- Не может быть никаких нас, Тэхён, - я тяжело вздыхаю. – Ты же сам это прекрасно понимаешь.
- Да, понимаю, - соглашается со мной он, - это может показаться невозможным, но разве ты уже не совершала невозможное? – я хочу возразить, но Тэхён не дает мне даже слово вставить. Он берет меня за руку и продолжает: – В любом случае я хочу быть с тобой, Джун-а. Ты, наверно, мне не поверишь, но я тут понял, что готов на многое ради тебя. Когда я узнал о том, что ты попала в больницу... я не находил себе места, готов был сорваться и приехать к тебе, несмотря ни на что. Изуми отговорила меня, сказала, что я подведу остальных, и была права, но знаешь ли ты, каких усилий мне стоило дожить до этого вечера, чтобы увидеть тебя и убедиться, что с тобой все в порядке? – Тэхён был как никогда серьезен, и его эта серьезность удивляла и настораживала меня.
Я смотрела в омуты его темных глаз и тонула в них. Он был так близко - такой родной и любимый Ким Тэхён здесь, рядом со мной сжимает мою руку, и я счастлива, что просто могу видеть его, но почему тогда у меня на душе скребутся кошки? Почему на глаза наворачиваются слезы от его слов? Почему мне так хорошо и одновременно больно находится рядом с ним? Неужели это все от осознания того, что мы не сможем быть вместе? Мне никогда в жизни не было так обидно.
- Ты для меня очень важна, - продолжает Тэхён. – Ты можешь не верить мне, но я свое слово держу. Наверно... я действительно люблю тебя. Просто не знаю, как это по-другому назвать. Никогда не чувствовал такое прежде...
- Тэхён, я...
- Джун! – дверь открывается, и в палату врывается моя мать собственной персоной. Она с ошарашенным лицом смотрит на меня, затем в мгновение ока оказывается возле моей койке, совершенно игнорируя присутствие Тэхёна. – Омо, доченька, что они с тобой сделали? – на ее глазах наворачиваются слезы, но я лишь с недоумением хмурюсь, совершенно не понимая ее состояния.
- Мама? Как ты могла... Как ты могла прийти сюда после того, что сделала? – слова с трудом даются мне. Мама лишь удивленно хлопает глазами.
- Что? О чем ты?.. Я не понимаю, – в ее глазах отражается недоумением, но я не верю ей.
- Госпожа Пак, не притворяйтесь, - вступает Тэхён, крепче сжимая мою ладонь, - это же вы сдали Джун прессе. Вы рассказали всем об ее секрете. И вот к чему это привело.
- Что? Как вы могли такое подумать? – восклицает мама. – Я бы никогда в жизни на такое не пошла!
- Вспомните, что Вы говорили ей, когда мы были в кабинете у директора Бана. Вы же ненавидите ее за то, что она пошла стажироваться, разве не так? – не отступался Тэхён.
- Да, я была зла на нее, но это не повод для того, чтобы раскрывать всему миру ее секрет и тем самым подвергать Джун опасности. Она же все-таки моя дочь! – моя мать казалась оскорбленной словами Тэхёна. Он же напротив – был слегка озадачен ее ответом. Мама перевела на меня непонимающий взгляд. – Джун, дорогая, ты действительно считаешь меня настолько бесчеловечной? Ты же не думаешь, что это я могла сдать тебя прессе?
Я задумалась на пару минут над словами матери. Не было похоже на то, что она врала.
- Но тогда кто?
- Пойду пройдусь, - кинул напоследок Чонгук ребятам и пошел в неизвестном для них направлении.
Чонгук волновался о Джун и не находил себе места с того момента, как они узнали о том, что случилось, но теперь, убедившись в том, что с девушкой все более-менее в порядке и что Тэхён рядом с ней, Гук немного успокоился. Ему с трудом удалось смириться с тем, что Джун все-таки выбрала Тэхёна. Хоть она и никогда не говорила об этом напрямую, парень это прекрасно понимал. Но с другой стороны – может, оно и к лучшему: Чонгук, скорее всего, в скором времени забудет это мимолетное увлечение, но вот Тэхёну будет гораздо сложнее, если Джун все-таки придется уехать. Гук не завидовал хёну, ведь он видел, что ему по-настоящему нравится эта девушка и нравится, видимо, с самого начала. Им всем сейчас приходится непросто, но ведь они вместе и как всегда вместе преодолеют трудности.
Чонгука от мыслей отвлек женский голос. Гук отдаленно вспомнил этот голос, хотя никак не мог вспомнить его владелицу. Чон настолько погрузился в свои мысли, что сам не заметил, как оказался у черного входа. Он выглянул из-за угла и увидел девушку, разговаривающую по телефону.
- ... да, все шло по плану. Только я одного не могу понять. Вам, что обязательно было ее до полусмерти избивать? Я все понимаю, но она все-таки моя сестра. А что, если бы она концы отдала? Кто бы потом за это отдувался? Я? Вдруг бы я оказалась под подозрением. Вы об этом подумали? – Чонгук затаил дыхание. Суён. Девушка замолчала, слушая собеседника на другом конце. – Ладно, что сделано, то сделано... Да, я была у нее утром. Выглядит она ужасно... Что? Парни? Нет, не думаю, что они приедут. Слишком большая честь, - девушка усмехнулась. – Даже если бы и приехали, то, увидев ее в таком состоянии, точно дали бы деру... В любом случае вам лучше пока не высовываться, чтобы не попадаться на глаза прессе...
Чонгук не мог поверить своим ушам. Неужели родная сестра Джун способна на такое? Да, он знала, что эта девушка – не самый лучший кадр, но все-таки Джун пришла к ней, доверилась ей и даже думала, что та изменилась, но как оказалось весь этот образ сестры, которая пришла на помощь в трудный момент, был ложным?
- Так это все ты? – когда Суён, наконец, закончила говорить, Гук вышел из своего укрытия и с непониманием посмотрел на девушку. Та дернулась от неожиданности и, увидев Чонгука, чуть не выронила телефон из рук.
- Ты... ты, что, все слышал? – запнувшись, спросила девушка, не веря своим глазам. – Ты не так понял, Чонгук! Я все объясню...
- Что тут объяснять? Ты предала собственную сестру. Как ты могла? – Чонгук был в ярости. – Она пришла к тебе за помощью, понадеялась на тебя, но ты отправила ее в больницу. Она могла погибнуть из-за тебя! Ведь это ты сообщила о ней в прессу, да?! Как... как у тебя совести на это хватило?
- Да! Да, это была я! – воскликнула Суён, не выдержав напора Чонгука. – А что я должна была по-твоему сделать? Она всю жизнь была лучше меня. Она умела петь и танцевать, она была готовым айдолом, а я что? Пыталась сделать все, что хочет отец, только бы стать лучше нее. И я стала, для семьи, но не для самой себя. И каким-то образом Джун опять превзошла меня, оказавшись восьмой участницей BTS! Думаешь, я могла спокойно на это смотреть?!
- Твоя зависть разрушила ей жизнь, - вступился Чонгук. – Тебе вообще плевать на нее? Вместо того, чтобы поддерживать ее и защищать от родителей, ты только все усугубляла, а сейчас по твоей вине ее чуть не убили!
- Потому что я не могла больше терпеть этой несправедливости! – на глазах у Суён навернулись слезы. – Почему у нее должно быть все, а у меня ничего? Почему она должна быть рядом с моим биасом, а не я? Почему?!
- Ты не лучше тех фанаток, которых натравила на нее, - качает головой Чонгук. – И мне очень жаль, что у нас есть такие фанатки.
- Я просто... просто хотела быть на ее месте. Просто хотела быть рядом с вами и... с тобой, - всхлипнув, сказала Суён.
- Ты не заслужила этого, - качает головой Чонгук. После этих слов он выхватывает телефон из рук Суён и вызывает последний набранный ею номер. – Алло? Это Чон Чонгук... Нет, это не шутка. Суён обманула вас. Она натравила вас на свою сестру, чтобы встретиться с нами в больнице... Да, она все еще здесь. Удачи, - Чонгук сбрасывает вызов и, всучив телефон Суён, разворачивается и идет в противоположную от нее сторону.
- За что?! – кричит она вслед.
- За то, что ты сделала с Джун, - бросает через плечо Чонгук и скрывается за поворотом.
Гуку до сих пор не до конца верилось в происходящее. Предательство Суён – это даже хуже, чем ненависть со стороны фанаток, обрушавшаяся на Джун, ведь это как никак сестра, родной человек, а предательство близких гораздо больнее, чем кого-либо другого. Чонгук не мог точно ответить на вопрос, как воспримет эту новость сама Джун, но считал своим долгом сказать ей об этом, ведь она должна знать правду и перестать наконец винить мать в своем нынешнем положении, ведь она действительно ни в чем не виновата.
- Джун, извини, но нужно поговорить, - Чонгук без стука вошел в палату, но, практически сразу замер на месте. Он с растерянностью оглядел мою мать, а затем перевел взгляд на меня. Я нахмурилась, пытаясь понять, в чем дело, но Гук не заставил долго ждать объяснений. – Я как раз хотел сказать насчет госпожи Пак. Она не виновата в том, что пресса узнала про тебя. Это...
- Суён, - закончила я за него. - Я уже поняла это, Гук, - я вымученно улыбнулась парню, давая понять, что эта новость вовсе меня не удивила. Я даже в какой-то степени чувствовала себя виноватой перед мамой. Как я могла подумать на нее? Почему первым делом в голову пришла именно она, а не моя горячо любимая сестра? Хорошо, что мама не стала держать на меня обиду и заверила меня, что поговорит с Суён, хотя я была непреклонна и видеть ее больше не хотела.
Чонгук понимающе кивнул и хотел было добавить что-то еще, но дверь в палату вновь отворилась, и внутрь вошел мой отец. Он замер на пороге, оглядывая присутствующих. Его тяжелый взгляд остановился на мне. Мне было сложно видеть его после нашего последнего расставания, но не могу отрицать, что в глубине души я обрадовалась его визиту.
- Прости, Джун, я хотела тебя предупредить, что и отец тоже здесь, но...
- Суджун, - встрял папа, не дав маме договорить, - Омо, я так рад, что ты в порядке.
- Я не думала, что ты придешь, - честно призналась я. – Но я рада тебя видеть.
Отец подошел к койке и, сев рядом с мамой, взял меня за руку.
- Прости меня, - вдруг сказал он. – Если бы не мое упрямство, ничего бы этого не было.
- Я бы все равно пошла стажироваться, если ты об этом, - с легкой улыбкой ответила я. – И ты меня прости. Я была, пожалуй, слишком резкой.
- Я следил за новостями о тебе. Ты... молодец. Правда. Я горжусь тобой. Конечно, было бы еще лучше, если бы это все не закончилось больницей...
- Не закончилось бы, если бы кое-кто не завидовал бы чересчур много, - проворчал Чонгук, стоящий у меня в ногах. Все мгновенно посмотрели в его сторону. Мой отец с недоумением нахмурился.
- Если бы сестра Джун не раскрыла ее секрет и не натравила на нее наших фанаток, Джун бы не лежала здесь с поломанными ребрами, - вздохнул Тэхён, переведя на меня усталый взгляд.
- Суён? Получается, это все из-за нее? – мой отец, казалось, прибывал в глубоком недоумении. Я кивнула. – Я, конечно, разочарован в ней, но все могло обойтись и без травм, не будь ваши поклонницы такими сумасшедшими, молодые люди, - через какое-то время добавил отец со строгим видом. Я заметила, как Гук и Тэхён смутились
- Брось, они хорошие мальчики и не виноваты в том, что твоя дочь такая упрямая, - улыбнулась мама, принявшись защищать парней. – Ну-ка, Джун, признавайся, и кто из них твой жених? – рассмеялась она.
- Ну, мам...
На самом деле я была несказанно рада, что со мной сейчас самые близкие мне люди. Хоть я и не уверена, смогу ли простить Суён, зато я смогла увидеть маму и отца, который наконец признался, что тогда три месяца назад вспылил, выгнав меня из дома, хотя не сделай он этого, я бы никогда не смогла осуществить свою мечту, пережить то, что пережила в компании BTS и никогда не встретила бы Ким Тэхёна, который сидит сейчас рядом со мной и смотрит на меня своими теплыми карими глазами. Хоть я и нажила себе проблем, я не жалею, что все обернулось именно так.
***
- Мы бы хотели обратиться к нашим дорогим фанатам. То, что произошло недавно с Пак Суджун, поразило нас до глубины души. Мы сами до сих пор не можем поверить в то, что с нами больше месяца жила девушка, и это, конечно, непростительно, но когда мы узнали о том, что совсем недавно она попала в больницу, то были глубоко поражены. Мы никогда не предполагали, что наши фанаты могут быть способны на такое. Как бы плохо эта девушка ни поступила по отношению к нам или вам, разве она заслужила такой судьбы? Те, кто сделал это с ней, подумайте... для чего вы это сделали? Из-за нас? Или ради себя? Ведь лично вам Суджун не сделала ничего плохого. Мы просто хотим сказать, что отчасти разочарованы, ведь подобное поведение непростительно по отношению к любому человеку. Спасибо, что выслушали нас...
- Айгу, зачем они это сделали? – спросила я, когда ребята на экране закончили говорить, и Изуми выключила телевизор. Девушка в ответ лишь вздохнула и пожала плечами.
- Им досталось от директора, - сказала Изуми. – Но они все равно сделали по-своему. Как всегда.
- Вечно ищут приключений на задницу, - фыркнула я.
- Слушай, Джун. Я хотела поговорить, - серьезным тоном начала Изуми, заставив меня насторожиться. - Тебя скоро выписывают. Ты, наверно, планируешь вернуться домой к родителям. Но фанатки все еще не успокоились. Скорее всего, этот скандал будет длиться еще какое-то время. Они не забудут это, что бы ни говорили ребята. Я переживаю за тебя. Ты ведь не будешь сидеть в четырех стенах до тех пор, пока все не утихомириться.
- А что ты предлагаешь? – нахмурилась я.
- Ты можешь пожить какое-то время в Канагаве, у моих родителей. Там тебе будет спокойнее, как раз все забудут о тебе, и ты сможешь вернуться.
- Но это же другая страна, Изуми! – я была ошарашена ее предложением.
- Но ты же немного знаешь японский. Ты быстро там освоишься. Мои родители помогут тебе устроиться куда-нибудь. Переждешь эту волну гнева, а потом вернешься. Чем не вариант, Джун? Там ты по крайней мере будешь в большей безопасности, чем тут.
- Возможно, ты и права... - чуть помолчав, ответила я.
***
Такси затормозило прямо возле входа в аэропорт. Тэхён, наспех расплатившись, вылетел из машины, чуть не споткнувшись при этом о тротуар, и побежал внутрь аэропорта, сбивая на своем пути недовольных прохожих. Ему было плевать на них, было плевать даже на то, что его могут узнать фанаты. Тэхёну было важно лишь одно – успеть остановить Джун прежде, чем она совершит главную ошибку в своей жизни. Он не мог ее отпустить. Не мог так просто позволить ей уйти, даже не попрощавшись. Он был зол. Зол на то, что она даже не сказала ему, что улетает. Почему он должен узнавать это от Чонгука в самый последний момент? У Тэ были подозрения о том, что у Джун с Гуком был уговор, но мелкий не выдержал и все-таки проговорился Тэхёну об ее отлете.
Почему она не сказала ему? Не посчитала нужным? Или не смогла смотреть в глаза, говоря это? Тэхён не знал. Но, возможно, он сможет узнать, если успеет остановить Джун. Но, видимо, сегодня был явно не его день.
Тэхён остановился, тяжело дыша и оглядывая просторный зал, где было полно провожающих и тех, кто готовился покинуть Сеул. Парень лихорадочно пытался отыскать в этой толпе такое знакомое и родное лицо, но все тщетно. Тэхён расталкивал людей, пытаясь пробраться ближе к месту, где расставались провожающие и улетающие, но тут кто-то дернул его за рукав, оттаскивая в сторону.
- Изуми? – Тэ удивленно вскинул брови. – Что... ты здесь из-за Джун, да? Почему? Почему ты не сказала? – через секунду Тэхён заметил подошедшего к ним Минхёка. – И ты здесь...
- Она улетела, Тэ, - Изуми посмотрела на Тэхёна сочувствующим взглядом, но он лишь удивленно смотрел на девушку, не веря своим ушам.
- Нет... не может быть. Она не могла. Она даже не попрощалась! – Тэхён чуть повысил голос, полный отчаяния.
- Так будет лучше для нее, - вступился Минхёк, и Изуми согласно кивнула. – Фанатки бы не оставили ее в покое, а ей нужно отдохнуть от этого всего. Она просто боялась, что не сможет улететь, увидев тебя. Ты уж извини ее...
- Я опоздал, - Тэхён мгновенно поник, потупив взгляд.
- Ты не виноват, Тэ, - успокоила его Изуми. – Я понимаю, это было немного нечестно... но, возможно, вы еще увидитесь, - девушка приоборяюще улыбнулась, но Тэхёну это не помогло. Он потерял ее. Потерял Джун и не в силах ее вернуть. В эту секунду, в этот миг он был зол на весь мир, зол на нее, на Изуми и на всех тех, кто скрыл от него правду, он не хотел никого видеть, не хотел слышать никаких оправданий. Ему просто нужно было побыть одному. Поэтому он, окинув Изуми и Минхёка поникшим взглядом, развернулся и направился прочь из этого места...