5. Петля последствий
Лёгкие заполняются тяжёлым дымом, внутренности скукоживаются, легкие, словно тонкие прутья сжимаются, стесняя сердце. Мир рушится в момент смерти, не сейчас. Потерял ориентир, но не смысл жизни. Неважно то, как я справлюсь с этим, только бы хватило сил проснуться утром и встретиться с жизнью...
Почему люди терпят всю ту боль, что несёт за собой любовь? Боль – это шлейф который тянется за любовью, за этим прекрасным, но разъедающим тебя чувством. Почему поцелуи, объятия, прикосновения, разговоры, мгновения рядом притупляют боль от тех слов и поступков, которыми человек изрезал тебя секунду назад? Почему всё это ослепляет нас? Это настолько прекрасно и приятно, что мы готовы терпеть любые мучения, страдать, не прекращая, лишь бы повторить вновь? Ты продаёшь свою душу, уничтожаешь индивидуальность взамен на тепло и человека, который нуждается в тебе. Как в телеке или компьютере, скорее всего, а не как в воздухе или еде. Ты желаешь бродить среди облаков, постигая туманности, а он приковывает тебя наручниками к кровати. Ненавидишь, но продолжаешь любить...настолько сильно, преданно и искренне, что готов снова погрузиться в этот Ад. Добровольно.
- Хэй, парень,- делаю глоток из горлышка бутылки. Не первый сосуд, который я опустошаю,- ты достоин большего,- мужчина пытается отобрать бутылку.
- Проваливай. Не твоё дело.
- Веришь в справедливость?
- Нет.
- В любовь?
- Нет.
- В семью?
- Это единственное, что держит меня.
- Но ты ведь любишь свою семью?
- И что с того?
- Они тоже любят тебя. Любовь есть.
- Эта не та любовь, к которой стремится человечество. Она слишком чистая и правильная, врождённая. Настоящая любовь – чувство приобретённое, образовавшееся внутри тебя не потому что ты обязан этому человеку или потому что он всегда был рядом и помогал, а потому что ты принимаешь этого человека, полюбив все его стороны. Ты, имея права выбора, не отказываешься от него, несмотря ни на что. Вот это любовь, вот это прекрасно.
- Слишком трезво мыслишь.
- Я не настолько пьян, чтобы потерять над собой контроль.
- Жаль. Ты мне понравился.
- И не надейся.
- У меня есть кое-что для тебя,- незнакомец крутит в руках баночку из коричневатого прозрачного стекла, внутри несколько капсул ядовитого цвета.
- Наркотики? Не употребляю.
- Нет, кое-что лучше. Здесь три таблетки. Ни у одного диллера нет такой волшебной вещицы. Бери, больше нигде не достанешь.
- Кто ты такой?
- Считай меня доброй феей. Я прихожу только к несчастным и даю им то, что способно их спасти.
- Я похож на человека с суицидальными наклонностями?
- Нет. Но ты нуждаешься в поддержке, которую не способен дать ни один из твоего окружения.
- С чего ты взял, что мне нужна поддержка?
Парень вложил бутылёк мне в руку и сжал своей рукой мою.
- Держи крепко. Когда примешь - будет плохо, тебя, будто зеркало, разобьёт на маленькие осколки. Но то, что будет после, стоит всей этой боли. Поверь мне.
- Я не...
- Только одну таблетку. Другие две для тех, кого захочешь спасти ты.
- Я не буду их принимать. Наркотики не для меня.
- Допивай бутылку, бери такси и езжай домой, пока не натворил глупостей. Надеюсь, завтра ты не вспомнишь нашего разговора.
* * *
Растираю рукой шею и пытаюсь вытянуть заледеневшие и не двигающиеся ноги, расправить плечи и выпрямить свернутую шею. Спать на переднем сиденье спортивной машины, закинув ноги на руль – не лучшая моя идея. Кое-как открываю дверцу машины и вываливаюсь на асфальт. Хочется рвать зубами липкий воздух туманного утра и выть от боли. Шевелить больно абсолютно всеми частями тела. Если я хотя бы опустил спинку, было бы значительно лучше. Голова практически не болит, лишь немного вибрируют виски, и першит горло. Похмелье почти прошло, потому что я чертовски замёрз и чувствую себя куском льда, или потому что боль в конечностях заглушает другие чувства. Разминаюсь и медленно поднимаюсь на ноги, придерживаясь за дверцу. Занесло меня не в самые приветливые края – кругом лишь туман, дорога, сухие ветки кустов, да бесконечный влажный асфальт. Мне нужны два или три стакана горячего чёрного чая, чтобы проснуться и начать соображать, раковина с холодной водой, чтобы продрать глаза и освежиться. И от еды не откажусь. Забираюсь в машину и захлопываю дверцу, включаю навигатор, надеясь определить своё местоположение. Так, я недалеко от города, что несказанно радует. И сегодня утро понедельника. Отлично! Сутки моей жизни потрачены на прощание с прошлым, а сейчас я опаздываю на учёбу – это моё настоящее.
Достаю сумку с вещами, переодеваюсь и прокладываю с помощью навигатора дорогу до ближайшей кофейни. Отлично, мне хватило сил встретить новое утро и дать шанс этому дню. Впереди целая жизнь.
* * *
Бесконечное число смс и пропущенных звонков напугают любого. Мама, отец, Гай и даже Дель. Удаляю всю информацию, связанную с Гаем, добавляю его в чёрный список. Эти страницы жизни я покрою толстым слоем краски, чтобы не вспоминать о них. Лучше пустота, чем чувство обиды и унижение. Мама написала много смс, беспокоясь обо мне, спрашивая, все ли хорошо, отец просил позвонить, как только я включу телефон, а Дель просила встретиться с ней. Решив оставить выяснение отношений на потом, я отправил отцу смс: «Я в норме, еду на занятия. Передай мама».
На удивление, меня никто не трогал до самого вечера. Мне удалось отсидеть все пары, прогуляться в парке и прочитать половину книги. Не знаю, чем должен заниматься брошенный и преданный парень, осознавший всю иронию своей жизни, но мне не хотелось абсолютно ничего. И лишь эти бессмысленные и не отягощающие занятия отвлекали меня от произошедшего.
- Долго ещё прятаться будешь?
Начищенные ботинки, прямые классические брюки со стрелками. Закрываю книгу и поднимаю глаза.
- Отец..?
- Ты не выключил GPS.
Вздыхаю и потираю переносицу. Отец не виноват в том, что произошло, и он понятия не имеет, что со мной творится. Естественно, что он беспокоится.
- В моей жизни не самый легкий и...приятный период. Но я переживу. Просто мне нужно немного времени.
- Что случилось? – он ослабляет галстук и поправляет запонки.
- Не думаю, что ты захочешь это услышать.
- Ты мой сын. Всё ещё помнишь об этом?
- Понимаю, но...
Неловкое молчание. Ни ложь, ни правда не готовы быть сказаны. Отец смотрит на часы и медленно поднимается.
- Поехали домой. Аннет приготовила ужин. Твоя мать что-то знает, но наотрез отказывается рассказывать мне. Кит потеряна, она волнуется, не каждый день её брат — вот так вот убегает...
- Хорошо, я объясню всё, только не сейчас. Хорошо?
* * *
Семейный ужин, бокал красного вина, перешёптывания в комнате Кит о её новом друге, в которого она, кажется, влюбилась, расспросы о произошедшем в коттедже, сказка на ночь – близость и уют, зародившие тепло внутри меня. Мама весь вечер заботливо носилась вокруг меня, не говоря ни слова, отец тоже молчал, лишь хмурил брови и ждал. А я не мог ничего сказать, потому что стыдился, не хотел видеть в его глазах отвращение и разочарование... и жалость матери. Но вечно молчать нельзя. Как только Кит уснула, я спустился в гостиную, застал мама там за просмотром сериала.
- Можно отвлечь?
- О, конечно,- она выключает экран.
Отодвигаю плед и сажусь на край дивана.
- Спасибо, что не рассказала отцу. Он не должен вот так узнавать о подобных вещах...
- Это твоё дело, не нам за тебя решать. Как бы нам не хотелось, но ты тот, кто ты есть,- мать ободряюще сжала мою ладонь.
- Нужно поговорить с ним.
- Безусловно.
- Как Дель?
- Плакала всю ночь. Ей очень стыдно.
- Она не виновата,- устало массирую виски.
- Элдон, вы можете дружить, но знай, эта девушка тебе не пара.
- Мам, она меня не привлекает... Отец сможет принять мои наклонности?
- Я ведь приняла.
- Почему?
- Потому что я верю, что это пройдёт. Нет, это не болезнь, твоя ориентация не делает тебя больным или неправильным. В мире существует шаблон, идти в обход которого не стоит, от этого зависит существование человечества.
- А если это не пройдёт?
- Тогда смирюсь. И отец примет. Он любит тебя.
- К концу учёбы в университете у меня появится невеста. Обещаю.
- Не ставь рамок. Ты не будешь делать этого только потому что считаешь себя обязанным. Полюбишь – люби, женись, нет – будь рядом с тем человеком, которому принадлежит твое сердце.
- Спокойной ночи,- поправляю плед.
- Надеюсь, вы поговорите...в спокойной атмосфере.
Долго переминаюсь с ноги на ногу у двери кабинета отца, неуверенно подношу ладонь к ручке двери, но снова отдёргиваю её. Нет, я так не могу! Прижимаюсь лбом к холодному стеклу – преграде, за которой лишь мрак ночи. Что я могу ему сказать? Не смогу смотреть в его глаза. А если он ударит меня? Нет, отец никогда не поднимал на меня руки. Я всегда был свободен и делал то, что мне нравится, отец давал мне всё, взамен требуя лишь усердной учёбы. Не было ни провинностей вселенских масштабов, ни стычек с законом, ни проблем с учёбой. С самого детства мы идём с отцом рука об руку, помогая друг другу во всём. И сейчас я могу разрушить нашу гармонию раз и навсегда.
На меня смотрят два глаза. Моргаю, пытаясь прогнать иллюзию, но любопытные глаза не исчезают. Провожу рукой по стеклу, снова моргаю. Два бездонных глаза, блестящие от боли, не отрываются от моих зрачков. Передо мной будто стоит другой, незнакомый мне человек. Это не мои глаза.
Шаг назад, резкий поворот, и я нажимаю на ручки двери. Не знаю, откуда во мне появилось столько решимости... Нет, я просто хотел убежать от этих глаз. Им было больно, одиноко и...в них можно было раствориться.
- Элдон?
- Кхм, отец. Нам нужно поговорить.
Сажусь в кресло напротив него. Он отодвигает стопку бумаг и откидывается на спинку кресла, пододвигает графин с коньяком и наливает в два стакана по 100.
- Как ваша сделка с Солнцевым?
- Успешно. Так понимаю, вы с Адель поссорились?
- Нет... Но в ту ночь произошло одно недоразумение, из-за которого между нами возникло непонимание.
- И какого содержания это недоразумение?
- Сейчас я кое-что расскажу о себе, это в корне поменяет твое представление обо мне. Но я не хочу, чтобы ты разочаровывался, потому что это лишь та малая часть моей жизни, которая уже в прошлом. Но я надеюсь, что подобного больше не случится,- делаю небольшой глоток янтарной жидкости. – Мне не нравится Дель, она просто друг. Но мне было сложно сказать об этом. Да, скажу честно, я твёрдо был уверен в том, что никогда не стану её парой. Мне нужно было показать тебе, что я пытался, дал ей шанс...
- Ты мог просто сказать.
- У нас, отец, очень хорошие отношения, прекрасные, которыми я дорожу. И мне очень неудобно и нелегко говорить о том, что я собираюсь сказать. Потому что мне страшно.
- Ты начал слишком издалека.
- Пытаюсь... Мы с Гаем не просто друзья,- кручу стакан, разбалтывая жидкость,- мы...были любовниками,- не поднимаю глаз. Мне нужно закончить свою мысль, сказать все то, что вертится в голове, чтобы убедить его в том, что я всё тот же Элдон, что я приму его бизнес, и у меня будет большая семья. – Мне нравятся девушки, я мечтаю о семье, о собственных детях. Но сейчас... Меня беспокоит учеба, семья и мне хочется быть влюблённым. Просто Гай особенный. Был особенным. Мы больше не живём вместе, потому что... То, что случилось той ночью – его вина. Я забрал вещи и не был там уже двое суток. Не хочу, чтобы ты ненавидел меня, не хочу, чтобы ты разочаровывался. Никогда не хотел этого. Я стараюсь, не промахиваюсь, только вот сейчас...
Липкая и колючая тишина. Невозможно поднять глаза, потому что за эти несколько секунд или минут, возможно, даже часов молчания, тишина возродила все те страхи, которые заставляли меня утаивать о столь важной, пускай и мало части моей жизни. Если отец меня сейчас прогонит, крикнет, как сильно ненавидит меня – смогу простить его и понять. Нет, не смогу. Потому что я его сын, чёрт возьми! И я его люблю! Разве я не заслуживаю взаимности? Бисексуальность – это не проклятие, не чума.
- Подними глаза,- тихий и спокойный, даже уставший голос.
- Я не могу.
- Ты стыдишься себя?
- Нет. Боюсь твоей реакции.
Очередной тяжёлый вздох, скрип кресла.
- Я не презираю тебя... Главное – найти себя, обрести любовь и дом. Мне, конечно, хочется услышать смех своих внуков, их топот и ласковое «деда», но мне не под силу, не имею я такой власти, как и желания, приковать тебя к батарее и заставлять тебя делать только то, чего хочу я.
Медленно поднимаю глаза и смотрю на отца.
- Ты понимаешь меня?
- Да.
- И то, что я сейчас сказал..?
- Никак.
Облегченно выдыхаю.
- Пап...
- Я знаю,- слабая улыбка. – Мой отец всегда заставлял меня, подавлял волю. Поэтому мне было тяжело выйти в свет, поверить в свои силы и добиться того, что я сейчас имею. Если бы не твоя мать и её любовь, я бы остался там, откуда пришёл. Любовь творит чудеса. Да, взамен она дорого берёт, но это того стоит. Ты свободен, своя голова на плечах. Я могу лишь подталкивать, направлять, но решения ты должен принимать сам. Мне очень не нравится то, о чем ты сейчас рассказал, но мне остаётся только принять.
- Спасибо,- хочется сказать это слово миллион раз, вложив в него всю искренность и любовь. Благодарю не только за понимание, но и за жизнь, свободу, за то, что он мой отец.
- Что ты собираешься делать?
Спокойный и ровный голос отца вырывает из размышлений. Вот и закончился тяжёлый разговор, нужно идти вперёд.
- Сдавать экзамены, работать в твоей фирме.
- Где будешь жить?
- Куплю квартиру. Или буду снимать. Зависит от того, сколько денег будет у меня на руках. У тебя просить не стану.
- Сам предложу.
- Не могу взять. Это слишком большая сумма.
- Можешь остаться здесь, пока не накопишь нужной суммы.
- Я рассчитывал на это.
Протягиваю отцу руку, он пожимает её. Тепло и крепко.
Понимание есть. Если человек не ослеплён своими принципами и стереотипами, он способен поставить себя на место того несчастного, которого никто не может понять, спроектировать на себя его проблемы и почувствовать то, что чувствует он. Этот груз невыносим, человек протянет руку несчастному. Человеческие отношения – не замок, они строятся не из камня, а из куда более хрупкого материала, который сложно добыть, сложно поместить на нужное место и почти невозможно сохранить воздвигнутую из него конструкцию.
Несколько лет назад мы перестали общаться с Дель, хоть до этого и были очень хорошими друзьями. Мы переросли друг друга, больше не было тем для разговоров, поводов и желания для встреч, поэтому мы пошли разными дорогами. Мы отказались от взаимопонимания, доверия, крепости наших отношений, искренности, заботы, поддержки. Почему? Ведь это так редко случается с нами! Именно поэтому я ответил на её звонок, согласился на встречу. При встрече нам было жутко неудобно, но после десятка минут разговоров, в нас заговорили дети – давние друзья, соскучившиеся друг по другу. Между нами снова натянулась тонкая нить, скрепляющая наши сердца. Мы позабыли обо всех недоразумениях, ссорах и недомолвках. Как оказалось, тогда наша дружба не погибла, не изжила себя, нам просто не хватило внимания, желания и сил узнать, спросить самих себя, что же не так? И вот, теперь, когда нас ничто не стесняет и не сковывает, рассказываем друг другу о детских нелепых обидах, разрушавших нашу дружбу. Маленькой обиде не под силу разлучить людей, но, если этих обид много, и они не высказаны, человек начинает закипать, уничтожая сам себя. Стараясь избежать взрыва вулкана, он отдаляется от причины закипания вулкана и считает себя спасшимся.